Наруто. Я никогда об этом не просил!

***Наруто***

             Так… Сейчас я отправлю Джирайю и Орочимару в свой внутренний мир. Потом активирую режим «Я, Наруто, парень с самыми высокими характеристиками в этом мире»… Тут уж, как говорится, не хочется, но надо. Запустится событие «Катастрофа». И в этом соль моего плана. Мои мысли должны носиться в голове со скоростью таракана, который при виде домохозяйки с тапком в руке осознал, что он ХОЧЕТ ЖИТЬ!              Ведь я ж не идиот… Ну, местами… Ну, а точнее я хотел сказать, что я не наивный идиот… И в то, что всё пройдёт гладко, я ни капельки не верю. Поэтому следующим пунктом плана будет режим «Мне нужен план!». Его я выполню уже в процессе. Не сомневаюсь, что до этого случится какая-то гадость, вследствие чего мне останется жить считанные секунды… Но режим «Индиго» меня спасал уже не раз и не два. Потому как в этом режиме мой, так сказать, альтернативный «Интеллект» начинает работать на… сложно даже сказать насколько лучше. Тут речь идёт не об обычном ускорении мышления, а о том, что гениальные идеи сами собой приходят мне в голову. Буквально выстраиваются в очередь…              И это всё потому, что я… стыдно сказать… за прошедшие годы после посещения мира Ооцуцуки так и не придумал толкового способа, чтобы справиться с барьером, окружающим тот мир. И каковой выкидывает через минуты, часы и максимум сутки всех вторженцев.              Ну, и заодно находящиеся в моём Внутреннем Мире люди не ощутят давление моей ауры. А в режиме «Катастрофа» — это аж 10 единиц параметра Отторжение. И это очень, очень много. Нормальные и здравомыслящие люди тут же начинают прилагать все возможные усилия, чтобы отправить демона, то есть меня, на тот свет. И слово «демон» я произношу без кавычек. Так уж работает моя альтернативная «Харизма»…              Всё… Вот я у кабинета моего сенсея…              — Данзо-сенсей, Наруто Узумаки готов покорять миры…              Эм… Что?              — Простите, Данзо-сенсей, но Наруто Узумаки вдруг понял, что не готов покорять другие миры…              Ловлю на себе холодный взгляд своего учителя. Впрочем, тёплым он никогда не бывает, так что всё нормально…              Системное сообщение. Обнаружено продвижение по квесту «Чумной Доктор или да?». Описание квеста: Прибыть в две точки с координатами [Координаты широты, координаты долготы точки №1], [Координаты широты, координаты долготы точки №2], обследовать инфицированных, найти лечение от [Скрыто].              Награда за выполнение квеста: вы получите достижение «Чумной Доктор».              Штраф за провал квеста: вы не получите достижение «Чумной Доктор».              Ну, наконец-то! Это оно! Я это чувствую. И даже накладывать координаты те двух точек на карту не нужно. Потому что смутное беспокойство, которое я ощущал с утра, наконец-то оформилось в нечто более-менее конкретное, и я с точность в пару десятков километров могу и сам указать, где это…              Только вот маленькая проблемка… Я это только сейчас понял… Между этими двумя точками расстояние в тысячу километров. А это жуть как плохо! Это значит, что кто-то из инфицированных пересёк это расстояние… И шинигами знает, скольких людей он заразил попутно и мимоходом!              Ладно, никто не говорил, что докторский выпускной экзамен будет лёгким…       

***Учиха Саске***

             «Когда я уговаривал сенсея Шимуру взять меня в ученики, я не ожидал, что моя первая же миссия наступит так скоро…», — думал двенадцатилетний паренёк, сидящий на спине призывного зверя.              Сам же призывной зверь во все лопатки нёсся к указанной точке. Точку ему указывал не Саске, а призыватель. И судя по тому, что призывное животное — химера размером с лошадь — уже пятый час неслась без остановок, чакры на её призыв не пожалели. И Саске ощутил укол зависти к обладателю столь больших объёмов чакры. Сам-то он такой призыв на столь долгое время не потянул бы… Увы…              — Мы на месте! — донеслось от призывной химеры.              Последовал резкий толчок от торможения, но никто из седоков даже шелохнулся.              — Бьякуган! — донеслось от сидящего за спиной Саске агента Корня.              Имени агента Саске не знал. Сам же агент попросил на время миссии называть его Семпай-сан. Не Командир-сан, а именно Семпай-сан. Потому как на этой миссии у них были свои, разные задачи. Семпай-сан, опытный агент Корня, сейчас обеспечивал Саске лишь прикрытие и разведданные. И не более. Вот и сейчас…              — Группа из нескольких дюжин людей на двенадцать часов. Не шиноби. Сворачивают походный лагерь. Ещё один человек в паре сотен метров от них южнее. Более людей в радиусе десяти километров нет, — сообщил Семпай-сан.              Саске молча кивнул, подтверждая получение информации.              «Это один из уроков сенсея Шимуры?», — подумал в это время Саске.              И тут же одёрнул себя.              «Конечно же, один из них. Сомнений в этом быть не может. Отряд гражданских… Стопроцентно инфицированных неизвестной болезнью… От которой нет лекарства… И ещё это указание… «Мой ученик должен уметь принимать решения и брать на себя ответственность…» Так мне сказал Шимура-доно. И на этом едва начавшийся инструктаж был закончен. И какое же тут может быть решение?»              И перед глазами Саске промелькнула картина того, как он… а точнее, Ложно-лис под его управлением… сжигает дотла пару десятков километров леса вместе с находящимися там людьми…       

***Это же время. Морское побережье страны Песка***

                          Системное сообщение. Критическое срабатывание хаотичного детерминизма.              Системное сообщение. Критическое срабатывание хаотичного детерминизма.              Чую, это не к добру… А то полдня без единого вмешательства хаоса в мою жизнь. Я аж в лёгком шоке от такого… Был… Но теперь понял, что хаотичный детерминизм, скажем так, собирался с силами… И теперь он на мне отыграется.              Потому что я сейчас стою на берегу… Вижу корабль с инфицированными… Что-то подсказывает мне, что мне туда… На тот корабль… Но, увы и ах… Ко мне на всех парах спешат две группы. И лица у них у всех такие серьёзно-целеустремлённые… Как будто я негодяй, который сперва вломился в их отчий дом, а потом украл у них что-то ценное.              И вот уже первая группа на расстоянии десяти шагов от меня, и…              — Негодяй, ты украл… — слышу я от первой группы вместо «здрасте».              Эм… Что? Я вас вообще-то впервые в жизни вижу!              А вот и вторая группа…              — Негодяй, ты без спросу проник… — слышу я от второй группы абсолютно незнакомых людей.              И ещё раз… Эм… Что?!              Ну, а раз у нас такая непонятная ситуация, то надо делать что? Правильно! Стоять на голове.       

***Вид со стороны***

             Под угрожающими взглядами двух групп шиноби… Вообще-то подростков лет пятнадцати-шестнадцати… мальчик в оранжевом комбинезоне взял и… встал на голову?! В прямом смысле этого слова…       

***Конец вида со стороны***

      

***Саске Учиха***

             «Я же не псих! Ведь не псих же?», — со значительной ноткой сомнения в мысленном голосе спрашивал сам у себя Саске. — «Спрашивать совета у Ложно-лиса… Да ещё и следовать ему… Со мной точно всё в порядке?»              А в это время из его уст доносилось…              — Выполняйте все мои требования, а не то я убью этого хорька!              — [Писк!] — возмущённо запищала бедная животинка, у горла которой Саске держал кунай.              «Псих!», — отчётливо прочёл Саске в глазах всех смотрящих на него людей.              И даже в глазах хорька было точно такое же выражение.              Но спорить с опасным психом, берущим в заложники хорьков, никто не решился.              — Не хватает одного… — держа на лице каменно-невозмутимое выражение процедил Саске. — Идите и приведите сюда того, кто скрывается…              Далее Саске описал местоположение типа, отдалившегося от основного лагеря на пару сотен метров.              — Но мы все уже тут… — заикнулся было какой-то старик, исполняющий обязанности главы каравана.              Но встретив истинно учиховский взгляд, осёкся. И вознамерился послать за неизвестным какого-то мужчину. Саске эта идея не понравилась. В его голове мгновенно пронеслась картина того, как тот мужчина, наплевав на товарищей по каравану, со всех ног стремглав бежит прочь. И чем биджу не шутит, добегает до других людей. И инфекция распространяется дальше.              Поэтому в качества посланца нужен был кто-то, кто не решится бежать через лес. Да и сил ему не хватит для этого. И Саске молча указал на какую-ту мелкую девочку лет семи. И это был наилучший выбор в такой странной ситуации.       

***Темучин, шпион… зачёркнуто… разведчик с другого континента***

             — Там злой дядя… [Хнык!] Большой нож! [Шмыг носом!] — «очень понятно» рассказывала Темучину какую-то запутанную историю впервые виденная им девочка.              — Я пришёл в эти края, чтобы создать утопию. Утопию, в которой везде будет царить мир и не будет никаких войн, — задумчиво сказал парень лет пятнадцати. — Так какое мне дело до каких-то неизвестных мне людей? Это просто небольшие, сопутствующие жертвы… Неизбежные в таком сложном процессе, как создание Утопии…              Девочка его не поняла. Лишь в уголках её глаз капельки слёз стали крупнее. И вот-вот грозили ручьями потечь по её щекам. И Темучин сдался.              — Веди! — сказал он.              Девочка шмыгнула носом. Но уже не горестно, а обрадованно. И ухватив парня за руку, потащила парня за собой. При этом на лице светловолосого парня читалось: «О, боги? За что мне всё это?». И даже: «Почему я на это согласился?»       

***Вид стороны***

             — Я бы не советовал стоять на земле сразу двумя ногами… — совершенно спокойно сказал двум группам людей, имеющим к нему некие претензии, мальчик. Уточнение — стоящий на голове мальчик.              — … — не нашлось что сказать у первой группы.              — … — не смогли подобрать нужных слов представители второй группы.              — …потому как через несколько секунд любая попытка передвижения на двух ногах будет заканчиваться прилипанием к оной земле, — сказал нечто абсурдное мальчик, по прежнему стоящий на голове.              На лицах мужской части обеих групп нарисовалось единодушное: «Что за наглый трындёж!». А вот на лицах двух девушек из одной команды и одной из команды номер два появилось изумлённое выражение. Ведь они поняли, что так оно и будет. И что это никакой не трындёж, а обещание. И что стоящий… на голове, но это мелочи… перед ними тип, свои обещания держит. Всегда. Так работало достижение «Романтик-идеалист», взятое Наруто ещё в свой первый год учёбы в академии шиноби.              — Объявляется искусственный закон Земли — любой вид передвижения на двух ногах по земле вызывает прилипание к ней. Активация Сферы! — и нервы окружающих царапнуло ощущение того, что с этим миром вдруг стало что-то не так.              Первым отреагировали девушки. Ещё когда Наруто произносил первый слог в слове «Активация», светловолосая блондинка пнула в голень парня, стоящего справа от неё, и скомандовала парню слева: «Гаара, подыми ногу!»              Аналогично поступила темноволосая молодая женщина из другой группы. Она скомандовала пареньку, стоящему возле неё: «Юкимару…». Паренёк понял ту в полуслова, и не успела его… командир? наставница? …договорить, как он уже изображал одноногую цаплю. На остальных членов своей… своей ли? …группы женщина не посмотрела. Даже искоса.              Впрочем, те и сами справились.              — [Цензура] [Цензура] [Цензура] [Цензура] [Цензура] ваши ноги! — командным тоном рявкнула аловолосая девушка.              И парни, сами не поняв как, оказались стоящими на одной ноге. Все пятеро.              — Вообще-то, командир здесь я! — нахмурился выглядящий старше всех блондинистый парень.              — А я что, [Цензура] [Цензура] [Цензура], спорю? — ответила девушка.              Командир группы не стал ни обижаться, ни делать устный выговор. Похоже, он, как и остальные напарники аловолосой девушки, привык, что та матом не ругается. Нет. Она им разговаривает. А ранее прозвучавший из уст девушки приказ был не попыткой оспорить его лидерство, а разумной инициативой подчинённого.              А затем слово взял организатора всего этого переполоха. И Наруто сказал:              — У вас… — короткий взгляд в сторону группы из трёх молодых людей, — …и у вас… — короткий взгляд в другую сторону на вторую группу, состоящую из восьми молодых людей, — есть некие претензии. И вы хотите, чтобы я пошёл с вами. И вы… и вы… Внимание, вопрос: «Так с кем же мне всё-таки пойти?»              После этих слов представители обеих групп перевели свои хмурые взгляды с Наруто на других «претендентов» на «главный приз». Главный приз в лице Наруто скромно молчал и не мешал незнакомцам обмениваться хмурыми взглядами.              Первым нарушил тишину аловоловый подросток из первой группы.              — Да, мама, я услышал тебя, — проговорил он со странным блеском в глазах. — Я напитаю песок их кровью, и ты будешь счастлива!              И в этом момент иероглиф «Любовь», начертанный на его лбу, смотрелся совсем уж неуместно. И гораздо более естественно там смотрелось бы что-то вроде «Кровь-кишки-ультранасилие»…              — Гаара, — просяще начала девушка-блондинка из его группы.              — Заткнись, или я убью тебя, — не стал дослушивать просьбу сокомандницы вышеназванный Гаара.       

***Приблизительно это же время. Учиха Саске***

             Специфическим мысленным усилием, освоенным Саске за последние пару дней, подросток протянул мысленную руку к уху ложно-лиса и слегка его подёргал. Разумеется, всё это происходило не наяву. В реальном мире Саске по-прежнему стоял одной рукой держа хорька, а второй — кунай у его горла.              — Ну, что тебе? — донёсся сонный голос Ложно-лиса.              — Лис, — для простоты общения Саске звал фальшивого биджу просто «Лис», — они смотрят на меня… странно… И с каждой секундой в их глазах страха всё больше и больше… И я бо… То есть, я хочу сказать, что беспокоюсь о том, что они все вдруг запаникуют и начнут разбегаться в разные стороны…              — Расскажи им какую-нибудь смешную историю… — совсем уж засыпающим голосом донеслось от Лиса.              — Что?! — возмутился Саске.              Но при этом на его лице было всё то же выражение ожившего мыслящего кирпича. Потому что представители клана Учиха всегда держат лицо. И то ли он он слишком громко подумал, то ли слух у Лиса был сильнее, но…              — А какое тебе дело до мнения этих людей? — задал риторический вопрос Лис. — Ты же их никогда в жизни больше не увидишь…              Последние слова Лис произносил уже явно во сне. Но Саске будить его не стал. Потому как совет насчёт «никогда в жизни больше не увидишь» показался ему просто гениальным.              Начать было сложно. Судорога почему-то перехватила горло. Но Саске сглотнул пару раз, и она прошла.              — Пять лет назад в скрытой деревне жил клан… Все называли его великим… Незаслуженно называли… — сперва говорить было тяжело, а потом оказалось неожиданно легко.              Имён Саске не называл. Ведь сделать речь понятной для слушателей он не стремился. Но слова, после первоначальной заминки, легко слетали с его губ.       

***Приблизительно это же время. Наруто Узумаки***

             — Придержите Гаару, — посоветовал Наруто двум его сокомандникам.              — Что… — начал было парень.              И осёкся. Потому как от его напарницы донеслось:              — Он… спит?              И столько удивления было в её голосе, что молодой парень даже полуобернулся. Хотя в столь напряжённой ситуации выпускать из поля зрения восемь подозрительных типов из какой-то малой деревни было с его стороны очень неосмотрительно. Впрочем, в спину ему никто не ударил.              — Ну, раз уж массовой гибели человеческих жертв не предвидится, то предлагаю уладить наши разногласия в небольшом командном турнире… — выступил с предложением Наруто.              — Турнире? — спросил кто-то из первый группы.              — Турнире? — спросил кто-то из второй группы.              — Это как командный спарринг в полный контакт, но без смертей и увечий. Я это гарантирую!              Идея была интересная. И в принципе членам обеих групп понравилась, но… У обеих групп синхронно возникла кое-какая своя идея. И для этого светловолосая блондинка из первой группы начала что-то нашёптывать на ухо своему сокоманднику. Аналогичная идея пришла в голову аловолосой девушке из второй группы. Только вот нашептать на ухо своему сокомандника он не могла. Тот возвышался над ней как скала.              — Жирдяй! — позвала она его, поманив пальчиком.              Агрессии в её словах не было заметно. А если учесть, какие нецензурные слова только что слетали с её губ, то такое обращение «жирдяй» в её устах было равносильно выражению «милый толстячок».              — Я не жирдяй, я Джиробо, — флегматично вздохнул её спутник, наклоняясь к девушке.              Злости в его голосе не было. Ведь на его теле было просто-таки огромное количество жира. А на его лице читалось, что так к нему начали обращаться не сегодня. Или вчера. А уже многие, многие годы…              — Кхм! Простите, что рушу ваши планы, но… — вставил свои пять копеек Наруто, — …вам не удастся сдвинуть меня против моей воли. Вот!              Планы вида «возьмём этого странного типа под мышку и уйдём не прощаясь» не стали «вот это поворотом» для обладателя Духовного Зрения.       — Но не надо падать духом, — утешил он окружающих. — Используйте все доступные вам силы… включая Силу Юности. Я же не буду использовать против вас ни тай, ни нин, ни ген-техники. И даже этот искусственный Закон Земли отменю!

***Несколько минут спустя***

             — Я старался… — замученным голосом произнёс Джиробо, на подгибающихся от усталости ногах добредший до своей команды, — Честно…              И при этом по его лицу стекал трудовой пот. Потому как до этого он несколько минут подряд старался оторвать мальчика в оранжевом комбинезоне от земли. Тщетно. Тот никак не сопротивлялся. И всё это время стоял на голове. Да и руки всё также держал скрещенными на груди, но… Толку не было никакого.       

***Наруто Узумаки***

             Чувствую себя злодеем, отобравшим конфетку у младенца. Просто напитку своих волос чакрой я освоил ещё много-много лет тому назад. И сейчас оные волосы завязаны узлом вокруг многотонной скалы, находящейся на расстоянии нескольких метров под землей. Шиноби, конечно, сильнее обычных людей, но становую тягу в десять тонн не потянут даже матёрые джоунины со специализацией на тай. Хотя… Есть же Майто Гай… Пожалуй, он, если подключит Силу Юности, то сможет вытащить меня из земли, аки репку из грядки. Но этот юноша — не Майто Гай.       

***Вид со стороны***

             — Канкуро? — с вопросом в глазах полуобернулась к напарнику светловолосая девушка из первой группы.              Тот гордо приосанился, выпятил грудь и распрямил плечи, всем своим видом показывая, что он-то не облажается. И «сумеет извлечь из земли этот корнеплод». После чего им был скинут наземь некий свёрток, обмотанный бинтами, каковой он нёс на своей спине. Лёгкое движение пальцев Канкуро, и бинты сами собой размотались.              Вообще-то, не сами собой, а с помощью нитей чакры. Знакомый приём, хоть и в чужом исполнении, Наруто опознал сразу же. Потому как нити чакры он освоил ещё когда в его арсенале не было ни единой техники. Да и за прошедшие годы он много и часто применял эти самые нити чакры. Так что деревянная кукла антропоморфной формы, управляемая нитями чакры, для него сюрпризом не стала. Ничуть…       

***Минутой позже***

             — Во-о-о-от сейча-а-а-ас! — от натуги у Канкуро вздулись вены на висках, а по лбу стекал пот.              [Кряк!]              И нет, то был не звук «извлечения Наруто». Это что-то сломалось в механизме куклы.              Дальнейшие попытки «извлечь Наруто» были Канкуро мгновенно забыты. И сейчас он, разложив столярно-плотницкие инструменты, хлопотал над куклой. Право хода, образно говоря, перешло ко второй группе.              Лидер второй группы оглядел ряды подчинённых. Увиденное его не сильно вдохновило. Кандидатуры двух девушек он отбросил сходу. Кандидатуру ребёнка по имени Юкимару он даже не рассматривал. И после недолгих размышлений он скомандовал:              — Сакон! Укон!              — Хай! Хай! — отозвались два парня, явных близнеца.              — И Кидомару! — завершил он отбор нужных ему для «миссии» людей.              — Хай! — отозвался смуглый брюнет.              И по знаку своего командира четверо парней отправились тянуть из земли эту «репку».       

***Несколько минут спустя***

             — Мужчины! — иронично фыркнула светловолосая девушка, оставшаяся за лидера группы, после того как парень по имени Гаара крепко заснул.              И у неё были некоторые основания для ироничного «фырк!». Только что четверо парней с видом «сейчас ничего не было» бросили попытки оторвать от земли всё ещё стоящего на голове Наруто Узумаки. И согласно спонтанно образовавшемуся правилу ход перешёл к ней. И без долгих речей она обнажила своё оружие.              Впрочем, как оружие это не выглядело. А выглядело это как веер. Как огромный, размером более метра в длину, веер. И тут выяснилось, что это вполне себе оружие, несмотря на его мирный вид.              [Взмах огромным веером!]              И по взмаху монструозного веера вокруг мальчика в оранжевом комбинезоне закружился вихрь торнадо. Самого настоящего. Так что стоящим в паре десятков метров от эпицентра природного буйства людям пришлось придержать руками банданы и шапки, чтобы их не сорвало ураганным ветром и не унесло в неведомые дали.       

***Минутой позже***

             Веер дрожал в руках блондинки, лицо её побледнело, по лбу стекали капли пота, и в целом вид у неё был как у человека, который скорее предпочтёт потерять сознание от чакроистощения, чем признать, что её сил не хватило на такую ерундовую задачу.              — Темари, ты как? — с тревогой в голосе спросил Канкуро. — Видок у тебя не очень…              — Ладно, — сделала вид, что её уговорили, Темари, — Если я вырублюсь, то кто позаботится о моих двух младших братьях? — риторически спросила она.              И, закрыв веер, убрала его за спину. И в процессе перекидывания оружие за спину незаметно закинула в рот пилюлю для восстановления чакры. Это не была какая-то волшебная пилюля, мгновенно восстанавливающая весь запас чакры, но Темари стало чуточку лучше.              А ещё через пару секунд осела наземь поднятая в воздух рукотворным торнадо земля. И стала видна огромная воронка диаметром метров десять. Края воронки осыпались… Всё-таки в этом районе земля — это смесь песка и глины… Но не это привлекло общее внимание.              — Грёбаный жулик! — почти цензурно выругалась аловолосая девушка, имея в виду Наруто.              — Не ругайся, Таюя, — мягко попросил её Джиробо.              — А как мне ещё назвать ЭТО! — возмутилась девушка, тыча пальцем в представшую перед ними после оседания пыли, картину.              — Да, только «грёбаный жулик», — со вздохом признал правоту напарницы Джиробо.              И их можно понять. Ведь после развеивания пылевой завесы стало понятно, что всё это время некий стоящий на голове мальчик своими волосами цеплялся за скалу. И что ни усилия силачей, ни усилия бездушных механизмов, ни техники шиноби не могли его сдвинуть. Ведь тела у шиноби очень прочны. А если шиноби ещё и осваивает напитку волос своей чакрой, то и его волосы становятся не менее прочны, чем тело.       

***Наруто Узумаки***

             Что ж, до молодых людей дошло, что я не кулёк с конфетами, который можно небрежно ухватить одной рукой. Теперь надо убедить их поучаствовать в одной весёлой игре. Турнире, так сказать. Для этого у меня есть навык «Мозговыносящая болтовня». Ну, а если его вдруг, каким-то чудом, не хватит для убеждения моих новых знакомых, то я просто буду не затыкаться, пока навык не достигнет нужного размера.       

***Вид со стороны***

             Следующие минут десять мальчик в оранжевом комбинезоне широко улыбался, как бы невзначай подталкивая обе группы молодых людей друг к другу. И ещё при этом умудрялся объяснять правила весёлой игры, в которую им предстоит сыграть, чтобы выяснить кто их них тут самый крутой и кому достанется приз в лице Наруто. По лицам окружающих было видно, что они в лёгком шоке от происходящего, но навык Мозговыносящая Болтовня успешно работал. И все попытки прервать Наруто тонули в потоке его весёлой и непринуждённой болтовни. Плюс работали кое-какие достижения, заработанные Наруто за эти годы. И окружающие инстинктивно чувствовали, что если Наруто пообещал идти за победителем турнира, то так оно и будет. Ну, а периодически посещавшие головы людей идеи неожиданно применить силу Наруто гасил незначительным высвобождением своей ауры Семи Мудрых вещей. «Лидировал» в этом парень с огромном песчаным кувшином за плечами. И после каждого такого лёгкого, как касание пёрышка, ауры Семи Мудрых Вещей, огоньки безумия, мелькавшие в глазах парня по имени Гаара, куда-то пропадали и тот молча застывал на месте, думая о чём-то своём.              — …и называется эта весёлая игра… Футбол! — закончил объяснения условий турнира Наруто.              И даже руку со сжатым кулаком победно вздёрнул вверх. Однако попытка «заразить весельем» окружающих особого успеха не возымела. Разве что если счесть успехом то, что окружающие не стали разбегаться от Наруто с криками «Псих!». Тогда, да. Успех… Ну, а если ещё учесть отрицательную «харизму» Наруто… Тогда, вообще… Критический успех…              — А ещё вам понадобятся запасные игроки! И «их есть у меня»! — продолжал излучать оптимизм Наруто.       

***Приблизительно это же время***

      

***Учиха Саске***

             — И тогда тот тип наслал гендзюцу на своего младшего брата. Тот возвращался из академии и не подозревал о том, что в клановом квартале уже все мертвы… — в горле Саске непонятно откуда образовался ком.              Но парень сглотнул его. И всё с тем же каменным лицом продолжил.              — И в этом гендзюцу тот семилетний мальчик ощущал, как в его руке зажат клинок… Как этот клинок входит в живую плоть… Как брызги крови разлетаются там и сям… Как пахнет свежепролитая кровь… И он не может это остановить… И видение повторяется снова и снова… Такое реальное… Что в тот момент мальчик не понимал, что это не гендзюцу… И думал, что это всё взаправду…              И Саске снова сглотнул ком в горле. Незнакомые Саске люди стояли и молча смотрели на него.              «Ну, не разбегаются прочь с криками «Псих!», и то хорошо, — подумал Саске.       

***Приблизительно это же время***

      

***Наруто Узумаки***

             — Что ЭТО [Цензура!] такое? — от нахлынувшего шока впервые за долгое время выразилась без грязных ругательств Таюя.              Ну, почти. Одно единственное непечатное слово — это было для Таюи чем-то из ряда вон выходящим… Признаком того, что у юной девушке просто нет слов. Даже нецензурных… А ведь пять лет назад она была юной и застенчивой девочкой. Из которой и одного слова не вытянешь. Даже клещами. Образно говоря. А потом у её наставника родилась гениальная педагогическая идея о том, как раскрепостить девочку и придать ей уверенности в собственных силах. И он вручил ей словарь нецензурной лексики. И провёл пару вводных уроков. А дальше… Впрочем, это уже неважно. Главное, что это сработало и уверенности в своих силах у Таюи было на двоих. А окружающие… Что окружающие? Привыкли. Впрочем, другого выбора, кроме как привыкнуть, у них не было…              — Не «это», — поправил аловолосую девушку Наруто, — а запасные игроки. Потому как в одной из ваших команд трое участников, а в другой аж восьмеро. И они… — взмах рукой в сторону новоприбывших, — вам с радостью помогут.              Вышедшие несколько секунд назад из ростового зеркала, невесть откуда извлечённого Наруто, страшные и ужасные существа синхронно поморщились. Тьма, клубящаяся вокруг Сюпацу, изобразила несколько искажённых отвращением чудовищных оскалов. Одноглазая обезьянка фыркнула, отвернула в сторону свою физиономию и сложила лапки на груди, демонстрируя всем своим видом картину «Нет, не дождётесь!». Страшненькая девочка превратила ком странных нитей, с которыми она игралась до этого, в рвотный пакет и со всем старанием изобразила рвоту от слов Наруто. Рогатая девушка-демон презрительно фыркнула. Рослый призрак поднёс к губам дудочку и изобразил несколько настолько немелодичных звуков, что это скорее походило на скрип несмазанных дверных петель пополам со звуком скрежета вилки по тарелке. Громадный, размером с коня, паук с бычьей головой презрительно сплюнул наземь. Да так, что в месте попадания плевка на землю та начала дымиться, как будто это была не слюна, а кислота. В глазах трёхголового дракона ничего нельзя было прочесть. Вроде бы… Потому как они светились красным светом. Но… Все почему-то поняли, что увеличение яркости свечения оных глаз означает, что этот фиолетовый дракон начал испытывать злость пополам с отвращением. Лицо страшной ведьмы перекосило в гримасе. И стало заметно, что рот… или может даже пасть?.. у неё полна острейших клыков. Но оная ведьма быстро взяла себя в руки. И уже через секунду вернула на лицо отстранённо-равнодушное выражение. И во рту у неё виднелись лишь два жёлтых и кривых, но всё же вполне человеческих зуба. Более-менее спокойными остались только двое. Страшненькая девочка с призраком брата, колыхающимся за её правым плечом, тоже сперва вспыхнула гневом и яростью, как и все. Но потом кое-что пришло ей в голову. Может, вспомнила, что подобным образом её и «других товарищей по несчастью» подкалывали уже не в первый раз? Может быть… И таки сумела удержаться в рамках приличия и не высказать вслух все гадости, что уже вертелись у неё буквально на кончике языка. Её же призрачный брат в это время спал. Хотя лёгкая гримаса неудовольствия промелькнула на его лице даже во сне.              — Под «радостью» я имею в виду, что… — уточнил Наруто, — …у них есть шанс, как минимум, переломать мне руки-ноги, а как максимум — свернуть мне шею. Ведь я буду третьей стороной в этом турнире.              Гримасы отвращения на физиономиях странных созданий мгновенно сменились искренней радостью. И чудовища начали предвкушающе потирать руки и лапы. Ну, у кого что имелось в качестве рабочих конечностей… На лице же Наруто не было ни капли огорчения от того, что его сейчас со всем старанием будут калечить, а то и убивать. Напротив. Так было огромными иероглифами написано, что своей жизнью он доволен. Целиком и полностью…              «Псих!», — подумали шиноби деревни Песка.              «Псих!», — подумали шиноби деревни Звука.              И футбольный матч в формате «Песок-Звук-Наруто, все против всех» начался.       

***Приблизительно это же время***

      

***Учиха Саске***

             — Умом тот парень понимал, что то, что он видит, это гендзюцу, созданное агентом Корня, но… Ему так не хотелось уходить оттуда… Там был его родной дом… Но… Остаться означало цепляться за лживые иллюзии… И тот парень выбрал реальность… Реальность, в которой его мать и отец — заговорщики… Предатели, планировавшие убить кучу людей…              Сам Саске уже не стоял, держа кунай у горла бедного хорька. Как-то незаметно он расположился на стуле. А вышеупомянутый хорёк устроился у него на коленях. И рука Саске сама собой гладила животинку. И кунай он уже спрятал куда подальше. Но никто не разбегался прочь. Невольные слушатели расположились полукругом вокруг Саске. Многие уже давно устроились на стульях или постеленных на землю циновках. А кое-кто из слушателей рассказа Саске уже успел прослезиться. А затем успокоиться. И готовился пройти на второй круг. Это была та мелкая девчонка, которую выбрал Саске для поручения.       

***Приблизительно это же время***

             Футбольный матч в формате «три команды друг против друга» был в целом понятной идеей для всех участников. Поправка, для людей — понятной. Потусторонним тварям идея пинать мячик ногами показалась идиотизмом. Ведь почему бы не взять его в руки? Многорукий великан Доки и паукообразный Умибодзу были главными сторонниками этой идеи. Но не прокатило… Наруто как бы невзначай отпустил замечание, что некоторое разумные существа смотрят на других разумных существ свысока потому, что у них чего-там больше. Например, рук. И этого хватило. Остальные потусторонние личности не допустили своей дискриминации. И «задробили идею» Доки и Умибодзу.              Перед матчем были проведены кое-какие назначения. Был нужен судья, чтобы считать голы. На эту роль вызвалась Нурэ-онна. Нужен был комментатор. Тут инициативу проявила Хино-Энма. И сказала, что комментировать умеет. Ещё нужна была медсестра. А ну как кто ногу подвернёт?              — Можем добить беднягу, — предложили потусторонние участники матча.              Но Наруто не согласился. И роль медсестры взяла на себя Ямауба.              Перед самым началом матча слово взял Наруто.              — Я ожидаю от вас самой грязной игры, — довольно странно начал он.              Потусторонние сущности просто кивнули, как будто услышали нечто само собой разумеющееся. Нормальные люди же посмотрели на него как на психа. А Гаара посмотрел на Наруто, как псих смотрит на психа.              — Не отказывайте себе ни в чём! — добавил Наруто. — Ведь на карту поставлено очень многое!              И матч начался. На ворота команды Наруто встал Сюпацу. Это был неожиданный момент для самого Наруто. Но он не стал этого комментировать. Духовные сущности умеют замыкаться в себе не хуже людей. А то и лучше. И веками никому не говорить о том, что у них творится на душе.              И не менее сильно удивила Мара. Та сама, и безо всяких напоминаний и понуканий, встала «под знамёна» Наруто. Хотя, с другой стороны, она сама же и вручила ему свою контрактный Ключ. Но с другой стороны, никто не провёл столько нападений на Наруто, как Мара. Короче, всё сложно…              И матч начался. Судья в лице Нурэ-Онны ударом своего хвоста послала мяч на середину поля, но… Всем было не до того.              — Вы только полюбуйтесь как старается Умибодзу! — раздался звонкий и какой-то невероятно раздражающий голос Аманоджаку.              Сейчас это существо было в своей мужской ипостаси. И незаметно «позаимствовав» комментаторский микрофон у Хино-Энмы, он приступил к обязанностям комментатора. Хино-Энма была против. И попыталась оторвать голову раздражающему шкету. А тому всё это было только в радость. И припустив со всех ног вокруг футбольного поля, он начал ловко уклонятся на ходу от швыряемых ему в спину злой женщиной… выпустившей уже и когти и клыки… всяких подвернувшихся ей под руку тяжёлых предметов.              — Смотрите, как он тужится! Готовьтесь зажимать носы, — не унимался Аманоджаку.              И собиравшийся сделать громадную паутинную ловушку для Наруто Умибодзу не выдержал и плюнул огромным комом липкой слюны в досадную помеху.              — Ну, вот! Как я и предсказывал, Умибодзу обосрался. Со своим планом создания паутинной ловушки. А вы что подумали? — риторически спросил Аманоджаку, продолжая убегать от злой и клыкастой Хино-Энмы.              Одновременно с этим свою атаки попытались провести Морьё и Доки. Первый создал из земли несколько терракотовых воинов. Второй — несколько голодных призраков. Неразумных, но опасных. Хаотично бегущий в этой время по полю Наруто сделал вид, что он в упор не видит эти манёвры. И устремился в узкую щель между двумя группами врагов. Морьё и Доки уже в азарте потирали лапы-руки, предвкушая победу, но, увы… Их безмозглые марионетки столкнулись друг с другом. Часть терракотовых воинов развеяла голодных призраков, а часть призраков успешно высосала волшебную энергию из терракотовых воинов. А Наруто ловко прокатились под ногами у первых и вторых и был таков. А Доки с Морьё остались у него за спиной выяснять, кто же из них тут лажает.              А затем на пути Наруто объявился какой-то парень. Он нёс на руках какую-то девушку. Девушка была без сознания. И из её широко открытого ротика доносился сдавленный сип.              — Скорее, она задыхается! Ей нужно искусственное дыхание!              «Ну же, давай!», — думала в это время Шутен-Доджи, — «Вдохни моё Опьяняющее Дыхание!»              Глаза её в это время были закрыты. А то было у неё такое подозрение, уже давно перешедшее в твёрдую уверенность, что этого гадкий Наруто понимает все их планы, едва взглянув им в глаза.              — Ага! — донесся до неё голос её пленителя.              А затем ей в рот залили какую-то гадость. И захлопнули его. И зажали нос. Так что Шутен-Доджи невольно проглотила всё, что ей досталась. И от шока она забыла о своей маскировке. Так что фальшивой образ стёк с неё, как вода. А неразумная марионетка, на скорую руку созданная ею, развеялась клубом дыма.              — Ты! — зло выдохнула она, видя пред собой физиономию Ямаубы. — Что ты мне дала?!              — Средство для похмелья, — противным голосом проскрипела старуха Ямауба.              — Средство от похмелья? — поправила её Шутен-Доджи.              И тут её неё заболела голова. А во рту образовался гадкий вкус, как это бывает наутро после обильных алкогольных возлияний. И до Шутен дошло, что это было именно что «средство для похмелья».              — Фиг тебе! — простонала Шутен, имея в виду, что лучшее средство против всех бед — это выпивка.              И использовала Опьяняющее Касание на себя. И мгновенно опьянела. Сразу стало полегче.              — Я тебе это ещё припомню! Ик! — пообещала Шутен-Доджи Ямаубе.              И зигзагом направилась в сторону футбольного поля. Забегая вперёд скажем, что ни одного гола Шутен-Доджи не забила. Но по мячу она била изо всех сил. Правда, не всегда попадала, но это уже мелочи.              Наматывающий круги над футбольным полем Сатори сохранял спокойствие. Он искал шанс для удачной атаки на своего пленителя. Но пока что не видел ни намёка на оный. А то, что Наруто вроде бы поворачивается спиной ко своим врагам… Ну, так Сатори не идиот. И способен запомнить, в отличие от своих вспыльчивых «товарищей по несчастью», что простые удары в спину не сработают. Нужно что-то более продуманное. И коварное.              Между тем к сцепившимся в клинче Умибодзу и Мороё подошла Ямауба. И как бы невзначай сообщила, что у неё есть средства как для разжижения слюны, так и для отверждения оной. А между прочим, навыки как Умибодзу, так и Морьё, строились на основе их слюны. Да-да, именно слюны. И радостно выхватив у Ямаубы склянки с подозрительным варевом, они залили их содержимое в себя.              И были этим увлечены, что не разглядели сардоническую ухмылку, появившуюся в этот момент лице Ямаубы. А о том, что дело неладно, они догадались, когда у Умибодзу его же слюна закупорила ему пасть. Закаменела. А у Морьё, изрыгаемые изо рта, терракотовые воины расплывались лужами грязи. Последовал возмущённый вопль из двух глоток. На что Ямауба даже не соизволила обернуться. Лишь проскрипела старческим голосом:              — Ну, перепутала я. Перепутала. Отстаньте от старой женщины.              Это был одна из тех шуточек, что понятны лишь автору оной шутки. И зачастую так бывало, что пара отравленных людей, выполнивших поручение Ямаубы, получали противоядия. Но по ошибке данные не в те руки, противоядия работали как яды. И люди шли на следующую миссию, чтобы заработать на очередное противоядие. А после их ждали очередные фирменные шуточки от Ямаубы…              В это же время на двух разных концах футбольного поля проходили совещания. На одной стороне светловолосая девушка по имени Темари взяла на себя обязанности голоса разума. И пыталась выстроить хоть какую-то стратегию и тактику. Два парня из её команды ей при этом не помогали. Один из них молчал всё время совещания и лишь переводил взгляд с одной цели на другую, прикидывая, с кем он хочет сразиться в первую очередь. Второй же оставил вместо себя куклу-марионетку. А сам где-то спрятался. И Темари даже не была уверена, что он их слышит.              Некоторое время «ворон» по имени Сатори вился над их головами. Но увидев, что ни хитрости, ни коварства тут не наблюдается, махнул на них крылом. И разочарованно полетел прочь.              Подобное же совещание, но на другом конце поля проходило у другой группы людей. И семеро тинейджеров возрастом от тринадцати до восемнадцати сгрудилсь вокруг девочки по имени Тайюя. Был ещё один восьмой член — десятилетний паренёк по имени Юкимару. Но его в силу малолетства на состязание не взяли.              Слово первой взяла аловолосая Тайюя. Она, хоть и не была назначенным лидером… и вслух с этим всегда соглашалась… между тем, всегда говорила уверенно. Как командир. И зачастую предлагала толковые идеи.              — [Цензура!] [цензура!] [цензура!] [цензура!] [цензура!] [цензура!] [цензура!] [цензура!], — это Тайюя обратила всеобщее внимание, что призывные звери, вышедшие на поле, сильны, но вспыльчивы. И если если так и дальше пойдёт, то всё просто сведётся к нелепой драке в формате «все против всех». И может это повеселит каких-то городских толстосумов, купивших билет на шоу, но не их команду.              Тут Тайюя ненароком угадала, зачем Наруто устроил такое вот «шоу». Всё ради почтенной публики. Каковая радостным гоготом встретит каждое его нелепое падение.              Лидер их команды, семнадцатилетний парень по имени Кимимаро, кивнул, соглашаясь с Тайюей. И дальше слово взял он. И озвучил напрашивающийся после слов Тайюи план — временно скооперироваться с тем, с кем получиться. Пообещать им смерть того биджевого Узумаки. На деле же ничего такого не делать. И обеспечить забивание голов в ворота противников. И заработать тем самым право на допрос этого порождения бездны, названного людьми Наруто.              Парящий в это время над ними в небе, Сатори одобрительно кивнул. Именно такие хитрые и коварные временные союзники и были ему нужны. А то, что люди обманут его «товарищей по несчастью», ему было по барабану. Да и к тому же он планировал в финале перехватить инициативу. И обмануть обманщиков. И не только их, а вообще всех…              И в рамках этого плана Сатори сперва слетал к Морьё, потом к Умибодзу, потом к Доки, потом к Шутен-Доджи. И даже к Хидеригами. И почти везде он достиг успеха. Ну, не прям-таки сокрушительного успеха. А обычного успеха. И план обмануть «этих жалких людишек, чтобы в финале их съесть» был всеми четырьмя… Морьё, Умибодзу, Доки и Шутен-Доджи… единогласно принят. И ни один из них не понял, что «есть людишек» будут не они, а Сатори. А вот с Хидеригами не выгорело… Шустрая одноглазая обезьянка сказала, что наконец-то разобралась как играть в футбол. И пойдёт и забьёт пару… сотен… голов этому заносчивому Сюпацу.              Сатори её поведения не одобрил, но в целом понял. После того, как Ушедший Бог «откололся от коллектива», он даже словечком ни с кем не перемолвился. А заговорить первыми остальной компании не позволяла их гордость. Вот и злились они на «отщепенца».              Остальные же духовные сущности были заняты своими делами. Ямауба прикидывала кого бы ей накормить своими «лекарствами». Аманоджаку стебался над всеми, кто попадал в его поле зрения. Хино-Энма с завидным упорством… впрочем, обычным для духовной сущности… пыталась его догнать и отобрать микрофон. Нурэ-Онна судействовала. Мары… не было видно. И Сатори выкинул мелкую девчонку из головы.              После чего события стали, скажем так, более упорядоченными. Сатори приземлился возле компании из деревни Звука. Пятеро парней и двое девушек смерили его подозрительными взглядами. Впрочем, Сатори было не привыкать. И он вежливым и спокойным голосом, для начала, представился.              — Приветствую. Я Сатори, читающий в душах…              Кланяться он не стал. И упоминать, что его ещё зовут Демоном Страха, тоже не стал. Это была бы слишком жирная подсказка его жертвам. Потому как способности Сатори строились на том, насколько сильно жертва испытывает страх. И чем больше страха, тем большую власть над жертвой обретал Сатори. Вплоть до превращения человека в безмозглую марионетку. Чудовищно искажённую влиянием потустороннего, но сильную и покорную воле Сатори.              На этом правда закончилась. И начался «художественный свист». И насвистел им Сатори, что, дескать, на поясе у во-о-он тех чудищ висит некий ключик. По одному у каждого. И что если этот ключик забрать… слямзить… утянуть… стащить… чудище будет покорно выполнять волю обладателя ключа. За кадром остался тот момент, что Сатори попросил «чудищ» повесить свои ключи себе на пояс. И не делать ничего противоестественного, когда наглые человечки протянут свои слабые ручонки к волшебным ключам. Ведь на деле заключения Контракта не произойдёт. Для этого нужно добровольное согласие обеих сторон. А произойдёт то, что происходит всегда. Жалким человечкам что-то нужно от опасной духовной сущности… например, помощь в футбольном матче… окей, чудище поможет. Но заплатить придётся. Не деньгами. А своей душой. Той частью, что станет осквернённой. А там, глядишь, осквернение распространится достаточно далеко, чтобы духовная сущность могла слопать надоедливого человечишку, вообразившего себя хозяином положения…              После чего приободрившая компания из деревни Звука незаметно… ну, это они так думали… подкралась к чудищам, и свистнула у тех их ключи. Толстяк Джиробо ухватил ключ пьяненькой Шутен-Доджи, Кидомару выхватил ключ у Умибодзу, красавица Гурен броском лассо завладела ключом Морьё, а Тайюя свистнула ключ великана Доки.              Без ключей пока что оставались Кимимаро да близнецы Сакон и Укон. Кимимаро незаметно подкрался к стоящему на воротах Сюпацу. Само собой, незамеченным это для Сюпацу не прошло. И тот отреагировал. Не поворачивая головы к парню, он погрозил тому пальцем. Скелет в пафосной чёрной мантии, развевающейся за его спиной, грозит пальцем… Выглядело впечатляюще. И Кимимаро сосредоточился как перед боем ни на жизнь, а насмерть. Ключа он не видел. Но рассчитывал, что тот будет на поясе. И рассчитывал, что сможет, проведя ложную атаку, завладеть оным ключом. В ответ Сюпацу, для которого и это решение человека тоже не было секретом, выстрелил Костяной Пулей в землю перед Кимимаро. Во все стороны разлетелись комья земли.              Конечно же, Кимимаро Кагуя узнал фирменные техники клана Кагуя. И оценив, что после попадания такой вот Костяной Пулей в нём образуется сквозная дыра, молча отступил. И уважительно склонил голову на прощанье.              А вот у парочки Сакон-Укон дела обстояли получше. И ключ они стащили у Аманоджаку. Но это был не их успех, а чувство юмора Аманоджаку. Тот в силу своего почти что человеческого облика с людьми общался много. И порой даже кооперировался. И был в его жизни эпизод, когда он/она около века «жили» среди людей. Это была маленькая деревня шиноби. И те, в обмен на человеческие жертвы, получали силу Аманоджаку/Аманоджако. И платили за это осквернением души. Но, будучи людьми, были об этом не в курсе. Ну, повысилась у них злобность и жестокость. И что? В эпоху Воюющих Кланов никого этим не удивишь. Зато в ходе миссии можно проникать в логово врага, не беспокоясь о разоблачении. Силы, которыми Аманоджаку/Аманоджако делился/делилась с последователями, позволяли не просто сорвать кожу с жертвы и напялить её на себя. При этом давался ещё и доступ к памяти покойного. А пара-тройка необязательных для миссии, сопутствующих жертв шла как плата Аманоджаку/Аманоджако для утоления их голода. И все были счастливы. И сыты. И люди в той деревне проживали так долго, что успевали завести семью и родить детей. А у их потомства были способности Аманоджаку/Аманоджако. Нет, не злить людей парой-тройкой слов, а маскироваться, содрав чужую кожу. И, глядишь бы, тот клан основал свою деревню. Но век тому назад Аманоджаку/Аманоджако вдруг страшно потянуло в сон. И они заснули. Точнее впали в спячку. И спали более ста лет. И спали бы и дольше. Но некие сверхмасштабные возмущения потустороннего мира вырвали их из спячки. Как и всех остальных…              Короче, Аманоджаку/Аманоджако были не против, если их силу хотят. И внутренне хохоча Аманоджаку позволил двум глупым человечкам утащить их ключ.              К этому моменту Хидеригами достаточно побегала с мячом по полю. И научилась пасовать. Правда, самой себе. И отправив пас в пустую часть поля, она ускорялась, обходила как стоячих всех, кто вставал на её пути, и принимала пас. И вот таким образом она вышла к воротам Сюпацу. Последовал мощный удар по мячу.              Сюпацу всё с таким же невозмутимым выражением… может, потому что у него было не лицо, а голый череп?.. поднял правую руку, дотянулся ей до своего позвоночника и… рывком выдрал его из своего тела. А затем одним движением отбил мяч. И вырванная часть тела смотрелась в его руке как нечто само собой разумеющееся. И отсутствие позвоночника его никак не напрягало. Ах, да. У него уже образовался новый позвоночный столб.              А у видевшего всё это Кимимаро глаза широко распахнулись от изумления. Ведь это была ещё одна техника Кагуя.              А затем всё пошло по плану Сатори. Ну, более-менее. Сперва люди в лице Сакона-Укона, Джиробо, Кидомару, Тайюи и Гурен, мягко говоря, не обрадовались голосам в голове. Тем более голоса были жуткие, потусторонние и не затыкались. Но голоса настаивали, что без их сил в этом соревновании им, слабым людям, делать нечего. И предлагали очень… эм, вкусные варианты… Притом даром. Это обычная практика при работе духовных сущностей с людьми. Когда вход бесплатен, а выход только через желудок опасной духовной сущности.              Но люди-то этого не знали. Да и не было у тинейджеров нужного опыта. А цель, что они поставили перед собой, требовала… Короче, цугцванг. Это значит, что все твои ходы вынужденные. И ты делаешь ровно то, что от тебя хочет противник.              И люди выбрали «да». И началось. Сакон и Укон слились вместе. И у них получилось одно тело с двумя головами. У Кидомару отросли две лишние пары рук. У Джиробо образовались два маленьких, незаметных на фоне его рослый фигуры, рога на голове. Со внешностью Тайюи и Гурен не произошло ничего. Но в их головах возникло нечто… У Тайюи это было знание о том, как управлять голодными призраками. А у Гурен возникло понимание как командовать терракотовыми воинами. И как создавать собственных воинов…              После чего к середине первого тайма футбольный матч принял более-менее упорядоченную форму. И мячом завладела команда Звука. А Хидеригами куда-то пропала. А отвернувшаяся на миг от неё Нурэ-Онна не заметила, как это случилось. Лишь какой-то толстяк, имени которого Нурэ-Онна не знала и не стремилась узнавать, стоял и насвистывал, глядя в небо. А запечатанная на глубине в три метра под уровнем земли Хидеригами яростно ругалась на Шутен-Доджи. Ибо не узнать «методы работы» рогатой девицы, обжоры и выпивохи, она просто не могла. И Хидеригами знала, что когда Шутен-Доджи бывала в сыто-созерцательном расположении духа, она не отказывала себе в таких вот… удовольствиях. В смысле, вытянуть из какого-нибудь человечишки силу, как будто ты потягиваешь коктейль через соломинку. И Хидеригами была против оказаться на месте жалких человечишек…              А потом…              — Я понял! — с маниакальной улыбкой на лице сказал Гаара из деревни Песка. — Надо просто убить их всех. И когда их кровь напитает мой песок, мама будет довольна!              Это к нему вернулась его кровожадность. Увы, но Наруто уже довольно давно бегал по другой части поля. И не оказывал успокаивающего влияния своей аурой.              Темари не сказала ни слова против. Жизнь ей была ещё дорога. И жестом показала третьему члену их команды по имени Канкуро, что они отходят. Пусть Гаара делает что хочет. Земли тут безлюдные. И бесплодные. Так что переживать не о чём…       

***Несколько секунд спустя***

             — Эй, Ямауба! — слегка покачиваясь, но не от усталости, а от опьянения, заплетающимся языком сказала Шутен-Доджи. — У нас там бешеный енот.              — Есть у меня лекарство для бешенства, — покладисто отозвалась Ямауба.              И вручила рогатой девушке склянку с какой-то жидкостью.              Та, не проявив ни намёка на желание сказать: «Спасибо!», молча выхватила склянку их старческих рук.              После чего Шутен-Доджи наполнила содержимым свой рот. Глотать странную гадость она не стала. Она-то ведь лишь немного пьяна, а не в дрова…              После чего Шутен-Доджи пьяным зигзагом вернулась на поле. И очень удачно вышла в тыл Гааре. Тот уже полностью облёк песком половину своего тела. И в данный момент гнался за парой Сакон-Укон. Те, слившись в одно тело и получая помощь от Аманоджаку, стали быстрее и выносливее. И могли держать дистанцию. А подсказываемые Аманоджаку по мысленной связи реплики помогали держать на себе фокус внимания как бешеного енота, так и его не менее бешеного носителя.              А затем Шутен-доджи выдохнула. Это был её особый навык. Обычно она использовала Опьяняющее Дыхание на основе алкоголя. Но при наличии других, неалкогольных препаратов, она могла взять их за основу. И у неё всё получилось. Облако пара вырвалось из её рта. Пролетело десяток шагов и всё до капли впиталось в Гаару и его биджу Шукаку. После чего остатки здравого смысла покинули их обоих. Ведь это было именно лекарство для бешенства, а не от бешенства, как на пьяную голову подумала Шутен-Доджи…              Именно поэтому дуэт Гаара-Шукаку тут же забыл о цели. И налитыми кровью глазами обвёл поле. Ближайшая к нему цель звалась Шутен-Доджи. И та была не настолько пьяна, чтобы это не понять. И рефлекторно стала действовать как всегда. Призвала к себе своего последователя.              И между ней и угрозой, как по волшебству, оказался Джиробо.              — Ты голоден? — задала она странный вопрос.              На самом деле ничуть не странный. Потому как Голод был её аспектом работы. И чем более голодными были её последователи, тем более фантастические вещи они могли сделать с помощью Шутен-Доджи. А так, в прямом бою, рогатая девушка была, откровенно говоря, не сильна.              — Ужасно! — искренне ответил Джиробо.              И в его голове тут же возникло понимание что и как нужно делать. Это понимание ему организовала Шутен-Доджи. И, положив руки на землю Джиробо, призвал силу.              [Хлоп!]              Это слева и справа от Гаары возникли две огромные ладони из камня. И сделали этот хлопок. Песок из огромного кувшина за спиной Гаары мгновенно сформировал сферу из песка для защиты Гаары. В ответ каменные ладони сжались крепче, лишив Гаару манёвра. А ещё Гаара ощутил, что он... слабеет? Это Шутен-Доджи через своего последователя начала тянуть из них обоих не только чакру, но и чистую духовную энергию.              Пробегавший неподалёку Наруто крикнул странное:              — Хидеригами, там Сюпацу интересуется: «Как давно ты признала поражение в нашем состязании?».              И запечатанной в подземной темнице одноглазой обезьянке стало так обидно. Так обидно, что эта обида превратилась сперва в злость. А потом в гнев. И огромный огненный столб пробил ей путь на поверхность. И да, Сюпацу именно так и сказал. Он уже начал получать уроки от Наруто. И кое-какие вещи… азы, по словам Наруто… у него уже получались.              Шутен-Доджи досадливо скривилась. Выпить энергию из Хидеригами она не надеялась. А вот подержать ту в заточении… чисто для повышения своей самооценки было её планом.              — Ого! Шутен-доджи устраивает вечеринку, — шёпотом произнёс Наруто.              У рогатой девушки начали от злости биться какая-то жилка на виске. Она буквально ощущала, как шёпотом сказанное слово «вечеринка» привлекло внимание всех духовных сущностей. И сейчас они все подвалят сюда. И начнут требовать делиться. А ей и одной тут неплохо!              Между тем, где-то на другом конце поля, Хидеригами послала в ворота Сюпацу особо закрученный мяч. Тот, видя такое, превратил свою правую руку в зубастую пасть на длинной шее. И поймал её мяч. И не прогадал. Потому что лихо закрученная подача едва не сломала ему руку. Потому как его рука попыталась изогнуться аки штопор. А пытайся он просто отбивать этот мяч, рукой или ногой, он, этот кручёный мяч, наверняка бы влетел в ворота.              Сюпацу всё это понял. И просто промолчал. Как будто не заметил усилий Хидеригами. И как и раньше швырнул мяч на середину поля и замер, сложив руки на груди. И его плащ из тьмы всё так же пафосно развевался за его спиной. На него с ещё большим удивлением-восхищением смотрел Кимимаро. Но Ушедший Бог не бросил в его сторону даже взгляда. Хотя, конечно, чужой людской взгляд ощутил. Но это тоже было уроком, который он осваивал.              В такой вот суете прошло ещё некоторое время…              — Гаара, ты как? — осторожно спросила Темари у младшего брата.              Тот выглядел помятым. И сонным. Просто опасные духовные сущности не поделили основное блюдо вечеринки. И в ходе драки в формате «все против всех» Гаара получил свободу. А потом пробегающий мимо Наруто ткнул Гаару пальцем в лоб. И тому сразу стало легче. Эффект лекарства для бешенства от Ямаубы прошёл. Злость, навеянная Шукаку, тоже прошла. Да и сам бешеный енот как-то затих. И Гаара решил…              — Я пока отдохну… — задумчиво произнёс он.              И ушёл на скамейку запасных игроков. Темари оглянулась. На воротах стояла кукла, управляемая другим её братом. Самого же Канкуро по-прежнему не было нигде видно. А тут как раз мяч, отправленный рукой Сюпацу, подкатился к её ногам. И Темари зло пнула его.              — Ах ты ж [цензура]! — зло выдохнула Тайюя.              — Гол команде Звука! — объявила огромная белая змея.              — [Цензура] [цензура] [цензура] [цензура] [цензура]? — высказалась Тайюя, имея в виду, как так-то?              — Гурен? — с вопросом в глазах повернулся к упомянутой девушке Кимимаро.              Имел он ввиду: «Я же назначил тебя вратарём!».              — Ты что-то хотел сказать, прости-не-помню-как-там-тебя? — холодно ответила Гурен.              Так-то она помнила. Кимимаро представлялся ей неделю назад. Но связь с Морьё уже оказывала своё влияние. А быть вратарём Гурен не хотелось. Но она стиснула зубы и промолчала. А затем к её душе подсоединился Морьё. И некая надменность характера, изначально присущая Гурен, разбухла как тесто на дрожжах под влиянием Морьё. А уж надменности Морьё, который умудрялся свысока смотреть даже на опасных духовных сущностей, можно было только поаплодировать. Ведь это была истинно драконья надменность…              И тут Нурэ-Онна объявила окончание первого тайма. Доволен этим был только Наруто. По его мнению кадры для божественного шоу вышли хорошие. С многочисленными забавными падениями, нелепыми ссорами и глупыми криками. Но без крови.              Ну, и ещё немного довольной была Ямауба. Она напоила своими «лекарствами» несколько жертв. И ощутила себя как в былые времена. Но ей хотелось большего… Увы, желающих принять подозрительное пойло из рук страшной старухи с двумя жёлтыми зубами во рту было немного. Да вообще не было. Ни одного желающего. Разве что некий десятилетний малец по имени Юкимару расспрашивал Ямаубу что она делает? И как она готовит эти снадобья? На удивление, даже для самой себя, Ямауба отвечала. Скупо, но всё же. Было в том мальце нечто странное. Не потустороннее. И не опасное. А умиротворяющее и располагающее к себе.              Пять минут перерыва между первым и вторым таймом пролетели незаметно. Команды совещались… как, например, команда Песка. Команды осторожно пробовали новые сверхспособности, возникшие после кражи ключей потусторонних сущностей… например, команда Звука. А кто-то просто отдыхал, ведя неспешный разговор о том и о сём, как это делали Наруто и Сюпацу. В основном, правда, говорил Наруто. Сюпацу был тот ещё молчун. А Мара… её всё ещё не было. И куда она запропастилась было неизвестно. Впрочем, Наруто не переживал. Мара сама и добровольно вручила ему Ключ. И это означало, что просто так сбежать и вернуться к старой жизни она не могла. И чтобы снять с себя добровольно взятые обязательства, ей нужно вернуться к Наруто, воспользоваться Замком-для-всех-Ключей и провести процедуру отказа. Но тогда бы Наруто не выпустил её из Внутреннего Мира. Ведь она стала бы опасной для окружающих… Короче, Наруто беспокоился, но это было беспокойство вида: «Она что… где-то заблудилась?».              А затем начался второй тайм. Команда Песка за это время пополнилась одним членом. Сперва почти выбывший из-за впадения в бешенство, слегка побитый, потом одурманенный, а затем протрезвлённый Гаара нашёл в себе второе дыхание. И вызвался выйти на поле. И был готов пойти в атаку на вражеские ворота. Но тут на его пути нарисовалась Нурэ-Онна. И сообщила, что песок, которым Гаара размахивает как руками — это красная карточка и удаление с поля. В ответ Гаара было попытался убить её взглядом. Но уже через секунду от ответного взгляда огромной Белой Змеи у него отнялись руки и ноги.              Помог ему, как ни странно, Шукаку. Песок окружил его плотной сферой. Контакт глаз разорвался. А для надёжности Шукаку ещё и впрыснул мощную порцию своей чакры в своего джинчурики. И тот вышел из паралича. И был готов к бою. Но Нурэ-Онна восприняла стойкость парня одобрительно. И сказала, что такому сильному духом человеку она может пойти навстречу. И засчитать его песок как продолжение его ног. И оставить за ним должность вратаря. Но не более!              Неясно, о чём думал Гаара. Но через несколько томительных секунд он развернулся и пошёл к воротам. А Темари облегчённо выдохнула. И крикнула:              — Канкуро, а ну, марш на поле! Или, я клянусь, сидеть тебе на диете из солдатских пилюль всю неделю!              И откуда из-за её спины вышел Канкуро. Вид он имел кислый. Лезть в гущу событий ему совершенно не хотелось. Ведь он же кто? Правильно, кукольник! Это такой шиноби, что управляет куклой. А сам в это время прячется в сторонке…              Между тем Тайюя, Гурен, Джиробо, Кидомаро и Сакон с Уконом, как говорится, «распробовали» вкусную приманку. В роли «вкусняшки» выступали на халяву доставшиеся сверхнавыки. И они молодым людям понравились. Тайюя приказала выписывать забавные пируэты взятыми ею под контроль трём призрачным великанам. Гурен аналогично развлекалась, гоняя терракотовых воинов. Джиробо с приятным чувством на душе вспоминал, как он откушал сперва чуточку сил Хидеригами, а затем ещё чуточку от Гаары с Шукаку. И ему понравилось приятное чувство сытости в его животе, возникшее в ходе поглощения чужих сил. Кидомару с живым интересом вертел шестью руками. И пускал изо рта обильную слюну. Слюна послушно принимала облик то куная, то сюрикена, а то и гибкой верёвки. Каковую обычный кунай разрезать не мог. Короче, Кидомару был доволен. Сакон с Уконом тоже радовались, как дети, полученным сверхспособностям. И то сливались в одно тело, то разделялись обратно. И не забывали поиграться со свойствами своей кожи. Они сходу научились придавать ей любой цвет, что им приходил в голову. А затем их осенило и они сделали вместо тонкой и непрочной человеческой кожи толстенную шкуру с мелкими и прочными чешуйками. И даже сами не смогли пробить кунаем получившуюся импровизированную броню.              Всё это Сатори как видел… а зрение у птиц отличное… так и читал в их сердцах. Ему строго обязательно было нужно, чтобы жалкие людишки, мнящие себя коварными интриганами, не хотели расставаться с полученными дарами от Доки, Морьё, Шутен-Доджи, Умибодзу и Аманоджаку. Чтобы даже если они швырнут в чудищ украденными ключами, в глубине души они, эти людишки, хотели бы этой силы. И тогда нить Кармы не порвётся. А украденный Ключ не даёт защиты от чудища. Только добровольно отданный Ключ гарантирует, что тебя не будут обманывать, запугивать, запутывать, обольщать, искушать, давить на психику, дарить «троянских коней», осквернять душу или вообще, просто и без затей, съедят…               И вот когда Сатори был уверен, что «рыбки» уже не сорвутся с крючка, он начал действовать. Для начала он подозвал шестерых людей из команды Звука к себе. Дескать, мне есть что сказать. И это жизненно важно. В смысле, это определит, жить вам или нет. Вид при этом он постарался принять не страшный, а благородный. И притворился вороном. Только двухметрового роста.              — Люди, — нейтрально обратился он к ним, чтобы ненароком не выдать свою неприязнь к людскому роду-племени, — у меня плохие новости. Чудовища обманули вас.              — А? Чо? Шо? Эм? — дружно высказались все, кроме Тайюи.              Та не высказалась, а выругалась.              — Они притворились, что не замечают вас. И позволили «украсть» их ключи. Это дало доступ к их силе, но ещё больше это дало им. У них теперь, без преувеличения, полная власть над вами… И они могут и обмануть… И ничего не объяснить… И даже… убить вас…              Тут Сатори изобразил драматическую паузу. И это сработало. В сердцах всех людей промелькнул страх. Это был не страх вида: «А!!! Всё пропало! Спасайся кто может!». Это был вполне разумный страх сильного и неизвестного противника. Но Сатори надавил своими сверхъественными способностями. И страх стал настолько силён, что люди замерли. Ведь настоящее имя Сатори было — Демон Страха.              — Но! Есть выход! Я защищу вас! — изобразил воодушевление Сатори.              И по взмаху крыла Сатори перед шестерыми юными шиноби возникли… гробы.              — Это же [цензура] гробы! — высказала общее мнение Тайюя.              И да, это походило на шесть вертикально стоящих гробов.              — Это Ящики Желаний! — поправил её Сатори. — Надо всего лишь зайти в них. И внутри исполнится желание вашего сердца…              Это было то, за что Сатори прозвали Исполняющим Желания.              — От вас всего лишь требуется желать получить от меня помощь, — дал последнюю инструкцию Сатори и махнул крылом, мол, добро пожаловать.              И одурманенные аурой Сатори люди сделали вперёд.              «Входите-входите!», — ехидно думал в это время Сатори. — «Шестеро мясных марионеток уж всяко лучше стада тупоголовых чудищ, только и способных, что атаковать в лоб…»              Это была, в целом, заслуженная критика остальных духовных сущностей. Ну, не хватало им выдержки, чтобы не броситься в лоб там, где нужно было проявить хитрость и коварство. Про Ямаубу Сатори принципиально не вспоминал. Потому как сам часто грешил тем, что бросался в лоб там, где нужен был хитрый план. Ямауба же в этом смысле была сильнее. И Сатори старательно не думал об этом…              И тут внезапно случилось много всякого разного…              Пробегавший мимо Наруто весело подмигнул шестерым молодым ниндзя. И у тех как будто пелена спала с глаз. И до них вдруг дошло, что они едва не зашли в какие-то подозрительно выглядящие ящики. А почему? А потому что боялись! И страх затуманил им разум. И они даже не подумали, что могут быть и другие пути решения этой проблемы с опасными духовными сущностями.              — Не указывай что мне делать, и не буду говорить куда тебе пойти! — от пережитого стресса Тайюя даже на миг заговорила литературным языком.              И первой подала идею, как им шестерым быть.              — За то время, пока я пользовалась силой Доки, я поняла, как он устроен. Это несколько [цензура] музыкальных инструментов. И они только выглядят одним существом. Потому что наигрывают при этом общую [цензура] мелодию. Как [цензура] оркестр. А если я вольюсь в их [цензура] ритм, то смогу повести мелодию. А потом я сделаю их [цензура] мелодию своей! И этот Доки будет плясать под мою дудку!              И Тайюя с видом решительным и целеустремлённым достала свирель. И при этом она смело смотрела в страшные глаза трёх чудищ, на которые временно распался Доки.              Остальные вежливо покивали. Мол, ничего не понятно, но очень интересно. Всё-таки, несмотря на то, что они все из деревни Звука, в музыке разбиралась только Тайюя. Но в целом идея им была понятна. Найти уязвимую точку противника и победить. Что сложного? Да и вообще… Ни один шиноби, захотевший Контракт с призывным зверем, без спарринга не обходился. Дело, как говорится, житейское…              И остальные пятеро молодых людей повернулись лицом к «своим» чудищам и бросили им вызов. Оставшийся в одиночестве лидер команды Звука этому не обрадовался. А ведь ему даже некого было послать в атаку на чужие ворота. И теперь он сам был вынужден был стоять на воротах. А на чудовищ надежды не было. Они были скорее суматошными, чем нацеленными на победу. Да и не осталось их на поле. Разве что Хидеригами в очередной раз шла в атаку на ворота, обороняемые Сюпацу.              А где-то в стороне от поля, чтобы не мешать друг другу, дюжина разумных существ… шестеро людей и шестеро духовных сущностей выясняли, кто из них тут главный.              А затем случилось ещё одно событие, которое никто не мог не заметить. На берег высадились тысяча… и то и больше… каких-то подозрительных типов. Типы были рослые, мускулистые. И в доспехах. И при оружии.              Футбольный матч затих сам собой. Все замерли и настороженно смотрели на толпу опасно выглядящих пришельцев. И тут внезапно…              — Гляди, какую я толпу безвольных людишек нашла! — радостно крикнула издалека Мара.              В этом момент она не выглядела чудовищем. И скорее напоминала милую девочку, нашедшую бесхозный ящик с эскимо.              — Да, воли в них нет… Ни намёка… — согласился Наруто.              Сейчас он духовным зрением всматривался в новоприбывших людей. И не понимал. Точнее понимал, что перед ним скорее все и есть те самые «заражённые». Но выглядели они сильными. И никак не умирающими от загадочной хвори. Хотя отсутствие воли… Вот это уже точно очень плохой симптом. Мара не настолько сильна в порабощении человеческих душ, чтобы за полчаса отсутствия захватить такую толпу. Нет. Она обрушивала вал неприятностей на людей в той местности, где появлялась. Но только те, кто сдался, впал в уныние и отчаяние, становился её марионеткой. А те, кто находил в себе силы бороться… хотя бы просто чиня поломанное Марой… оставался цел и невредим.              — Сейчас мы заставим этих болванов сражаться вместо нас на этом поле! А потом захватим какую-нибудь деревню! Правда, я здорово придумала? — с апломбом заявила Мара.              И было видно, что она напрашивается на похвалу.              — Молодец! — искренне похвалил её Наруто. — Очень толковый план!              Но будет ли он заниматься всем этим, Наруто не стал уточнять. Но мысленно сказал, что когда хаос хоть иногда на твоей стороне, это… приятно. Неожиданно, но приятно.              А затем он со словами: «Перед выходом на поле новым футболистам нужно пройти медкомиссию!» — занялся вновь прибывшими. При чем здесь медицинская комиссия никто не понял. А Наруто уже вовсю возился со всяким разным медицинским оборудованием. «Пациенты» не сопротивлялись. Кажется, им было всё равно, что с ними делают…              И тут Нурэ-Онна сказала, что время второго тайма закончилось. А все и не заметили, как пролетело время. Но не потому, что Наруто или кто-то ещё проделывал всякие фокусы с течением времени. Уж очень насыщенным на события выдался этот час…              А между тем счёт в этом матче был так себе… Один гол в ворота команды Звука. И на этом всё. Несерьёзно. И Наруто предложил провести серию пенальти. Сам же он, однако, на поле не вышел. И сказал, что сдержанности Сюпацу сегодня не занимать. Так что он на поле сейчас будет лишним. Сюпацу не повёл и бровью. Может, потому что на голом черепе нет никаких бровей. Ну, во всяком случае, он продолжил сохранять величественный вид, стоя на воротах команды Наруто.              Перед серией пенальти команды посовещались. Ну, как посовещались.              — Пенальти буду бить Я! — со скандальными нотками в голосе заявила Мара.              Смотрела она при этом в глазницы черепа Сюпацу. И то, что ей приходится задирать голову… почти двухметровый Сюпацу казался выше Мары в два раза… не доставляло удовольствия богине досадных неприятностей.              Но Сюпацу уже взял несколько уроков у Наруто. И среди них были уроки по нанесению морального урона.              — Я разрешаю, — величественно изрёк Сюпацу.              И его поза стала ещё чуточку величественнее. Мара обиженно засопела. Нацелила палец на Сюпацу и уже было открыла ротик для потока оскорблений, но… сдержалась.              — Нет, это я разрешаю тебе ударить по мячу! — выкрутилась она. — И не смей облажаться! — с начальственным видом приказала она.              Это было не слишком ловкое и не слишком удачное парирование словесного выпада. И у Сюпацу было масса вариантов как развить словесную атаку. Но он… не стал этого делать.              А по итогам этого короткого разговора Мара сделала зарубку в памяти — научиться отбривать этого наглого Сюпацу! И вообще, кем он себя вообразил! И она, Мара, ещё покажет ему, кто тут бог… точнее богиня, а кто погулять вышел…              А затем начались пенальти. От команды песка выступила Темари. Мяч по воротам команд Наруто и Звука она била хорошо. Технично и сильно. Но не помогло. Сюпацу и Кимимару не подвели. И с лёгкостью отбили мячи.              Следующим бил пенальти Кимимаро. Он старался, но… Песок Гаары с лёгкостью отбил его удар. Сюпацу тоже не выглядел встревоженным, отбивая его удар. И Кимимаро постарался не показать, как его огорчила собственная слабость.              А затем на поле вышел Сюпацу. Не говоря ни слова, он шёл с мячом в руках к воротам команды Звука. Вот он выпустил мяч из рук…              Все ожидали, что Сюпацу дождётся, когда мяч прекратит прыгать, но… Сюпацу показал, что на глазомер не жалуется. И ударил ногой мяч, прежде чем тот достиг земли. Песок Гаары ринулся на перехват, но… Мяч, посланный Сюпацу, пробил толстый слой песка, как клочок утреннего тумана. И улетел куда-то далеко-далеко. А песок Гаары вдруг осыпался наземь. Это произошло потому, что футбольный мяч был наполнен силой потустороннего. И контакт песка Гаары с силой Сюпацу «выпил» из того всю чакру. И сейчас этот песок ничем не отличался от обычного песка, коего в стране Песка было хоть завались. Ну, разве что он, этот бывший песок Гаары, сейчас слабо дымился. Вилась над ним лёгкая чёрная дымка. Это его покидала сила Сюпацу, коей он начинил свой мяч. Нурэ-Онна не возражала. В конце концов, Гаара тоже наполнял энергией свой песок…              Сразу же после забитого гола, Сюпацу направился к воротам команды Звука. А стоящий на воротах Кимимаро понял, что надо выкладываться по полной программе. Не только для того, чтобы ему не забили гол. Был у Кимимаро некий план, но об этом пока рано…              Для начала Кимимаро активировал Проклятую Печать, установленную на него. Потом он перешёл на первый уровень этой печати. Его сила и ловкость заметно выросли. Но Кимимаро на этом не остановился. И активировал второй уровень Проклятой Печати. И по силам сравнялся с элитным джоунином Великой Деревни. Но и этого ему показалось мало.              — Врата Рашомон! — крикнул он, активируя защитную технику.              Несколько ручных печатей, удар рукой по земле, и между ним и Сюпацу возникли три огромных статуи, изображающих какие-то демонические физиономии. Все три статуи стояли на траектории удара Сюпацу. Судья в лице Нурэ-Онны не возражала. Выстраивать «стенку» перед воротами не запрещалось правилами.              Сюпацу же нанёс такой же незамысловатый удар, как и в прошлый раз. И три взрыва слились в один…              [БА-БАХ!]              Разлетелись на мелкие осколки первые Врата Рашомон.              [БА-БАХ!]              Разлетелись, но уже на крупные осколки вторые Врата Рашомон.              [БА-БАХ!]              Просто раскололись пополам третьи Врата Рашомон.              [ШЛЁП!]              Телом поймал в него летящий мяч Кимимаро.              Ему не хватило буквально чуть-чуть. Кимимаро был опытным шиноби. И мог и по стенам ходить, и по воде. И сейчас он чисто машинально «приклеил себя чакрой» к земле. Но, увы. Импульс мяча был слишком силён. И оставляя за собой две борозды на земле, Кимимаро «отъехал» метров на пять. И пересёк линию ворот с мячом в руках. Это был гол…              На этом Нурэ-Онна остановила матч. Команда Звука имела на своём счету два пропущенных гола, команда Песка — один, а команда Наруто — ноль. И таким образом победа в матче досталась Наруто, Сюпацу и Маре.              Радовались этому одна Мара. Сюпацу молча и невозмутимо принял новость о победе. И весь его вид выражал: «А как же иначе?». Наруто же переплавлял в алхимической печи какую-то лекарственную пилюлю. И вид у него был такой сосредоточенный-сосредоточенный…              Конечно же, он потом подошёл как к команде Песка, так и к команде Звука, чтобы узнать… в конце-то концов… чем же он их так обидел? И когда происходило всё это… выяснение обстоятельств после драки… между двумя разумными существами состоялся один важный разговор.              К Сюпацу подошёл Кимимаро. Поклонился как младший старшему. И завёл деликатный разговор. Что, дескать, он Кимимаро из клана Кагуя. И что в детстве он был так силён, что соклановцы посадили его в клетку. Потому как боялись. И закинули оную клетку с маленьким Кимимаро на край селения. И поэтому обучения секретам наследия крови Кагуя он не прошёл. А там клан Кагуя и вовсе погиб. Бросился оный клан в лобовую атаку. А там оказалась засада. И Кагуя не стало.              И ведёт он, Кимимаро, свою речь к тому, что уважаемый господин…              — Сюпацу, Ушедший бог, — представился Сюпацу.              И добавил:              — Дух-покровитель клана Кагуя.              К чему ведёт молодой человек, Сюпацу понял. Но не имел ничего против.              Дальнейший разговор прошёл легко и просто. Сюпацу признал, что сразу опознал в молодом человеке носителя крови Кагуя. Не останавливаясь на этом подробно, он сообщил, что благословлённые им люди не просто умеют выдернуть свой позвоночник и остаться при этом в живых, а ещё и дают потомство, умеющее такое с рождения. Правда, есть тонкости. Не всё… далеко не всё… удаётся освоить самостоятельно. Но обучение клановым техникам под присмотром духа-покровителя снижает срок их освоения со многих лет до считанных месяцев.               — Прошу принять меня в ученики, Сюпацу-доно! — склонил голову в почтительном поклоне Кимимаро.              Сюпацу не сказал «нет» сразу. Вместо этого он объяснил, почему и зачем ему были нужны Кагуя.              — Жалким людишкам постоянно нужна моя сила… — проронил он. — Я единственный пророк на этой земле. Мои предсказания сбывались всегда. Я могу дать предсказание в любой момент. Безо всяких отговорок на плохую погоду и неудачное расположение звёзд. Ты представить не можешь, какая огромная толпа ничтожеств считала, что Сюпацу обязан… — тут выдержка изменила Сюпацу, и в его голосе проскользнуло ничем неприкрытое отвращение, — дать им прорицание…              Мотивы Сюпацу были Кимимаро понятны. И он всем сердцем был на стороне Сюпацу. О чём и заявил.              — Клянусь, я буду пинками отгонять таковых от вас. А самых непонятливых… — и с этими словами Кимимаро чирканул себе пальцем по горлу, показывая, что он сделает с самыми непонятливым.              Сюпацу был доволен. Но уточнил:              — Один ты не справишься. Ты человек. И тебе нужно есть и спать. Поэтому ты должен организовать клан.              Кимимаро никогда ни о чём подобном не думал. Но повертев в голове мысль так и этак, Кимимаро понял, что идея стать основателем клана ему нравится. И он высказался в том плане, что не подведёт.              — Я мгновенно создам клан, Сюпацу-доно!              — Меня устроит, если ты сделаешь это к своему тридцатилетию, — проявил реалистичный взгляд на вещи Сюпацу.              И Кимимаро ещё больше приободрился.              — Более того, я хочу, чтобы ты на этом не остановился… — продолжил Сюпацу.              — Да, Сюпацу-доно? — не понял его Кимимаро.              — К пятидесяти годам ты должен основать Малую Деревню… — озвучил свой амбициозный план Сюпацу.              А что? Он-то помнил, что даже сильный клан может закончиться буквально за один день. А малая деревня — это больше, чем один клан.              От открывающихся перспектив у Кимимаро началось головокружение. Но это было приятное головокружение…              — А к семидесяти ты будешь каге основанной тобой Великой Деревни! — провозгласил Сюпацу.              И Кимимаро ощутил, как его тело вот-вот взлетит. Но потом вспомнил кое о чём…              — Простите, Сюпацу-доно, но боюсь, я не смогу оправдать возложенные на меня высокие ожидания. Телесная хворь…              — Я знаю, — не стал дослушивать Сюпацу. — Не одно и не два поколения Кагуя выросли у меня на глазах… И одарённые вроде тебе мне встречались. Их сила — это моя сила. А сила Чистого Мира убивает людские тела. Но если у клана есть дух-покровитель — это не проблема. Я благословлял таких детей, и все их проблемы со здоровьем тут же заканчивались…              — Сюпацу-доно! — выдохнул Кимимаро.              Его маска невозмутимости слетела с него, как будто её и не было. И сейчас он ощущал… надежду.              — … — ничего не сказал Сюпацу, протягивая Кимимаро ключ.              В ответ Кимимаро преклонил колено, как самурай перед дайме. И по пунктам произнёс всё, что он клянётся выполнить. В смысле, служить верой и правдой, основать боевой клан, развить его до уровня малой деревни, а затем и до уровня Великой деревни.              — И убивать врагов во имя моё! — добавил ещё одно, последнее пожелание Сюпацу.              Это было важно. Достаточно было благословлённым им Кагуя сказать, что они посвящают эту резню своему Ушедшему Богу, как халявный поток сил устремлялся Сюпацу. Правда, незадолго перед впадением в спячку это перестало приносить хоть какие-то бонусы. Лишь одно чувство сытости. Впрочем, подобная картина была и у всех остальных духовных сущностей. Но от привычек, выработанных веками, так просто не откажешься. Вот и вставил Сюпацу это правило в их с Кимимаро контракт.              Кимимаро ничего такого противоестественного в этом правиле не увидел. В эпоху воюющих кланов такое случалось постоянно и регулярно. В смысле, нападавшие объявляли, во имя кого они убивают, а затем шли убивать…              Сюпацу же со своей стороны объявил, что берёт Кимимаро в ученики, будет заботиться о его здоровье и боевых навыках. А также, буде Кимимаро влипнет в смертельные неприятности, он придёт на помощь. Достаточно положить руку на ключ и позвать.              После этих слов золотой ключ перекочевал в руки Кимимаро. Тот бережно держал его в руках, как бесценную реликвию. И его можно понять. Не каждый день заключаешь волшебный контракт с патриархом-основателем собственного клана.              — Руку! — приказал Сюпацу своему ученику.              Кимимаро мгновенно пришёл в себя и вытянул вперёд руку. А дальше началось нечто… потустороннее. Сюпацу взял и… оторвал свой мизинец. Впрочем, ему это, похоже, не причинило боли. И этот мизинец он приложил к мизинцу руки Кимимаро. Что Сюпацу делал дальше, Кимимаро не разглядел.              [БОЛЬ!]              Внезапно ему, казалось, врезали молотом по пальцу. По тому самому мизинцу. И у бедного молодого человека перед глазами плавали одни лишь красные круги.              А затем всё кое-как прошло. Рука всё ещё адски болела. Но зрение уже прояснилось.              — Твоё наследие крови больше не будет убивать тебя, — сообщил Сюпацу. — Это было моё благословение.              — Я смогу делать всё, что могли лучшие из Кагуя? И мои кости не будут ломаться? — с трепетом в голосе спросил Кимимаро.              — Только этот мизинец. Теперь его никаким оружием не сломать, — порадовал его Сюпацу.              Кимимаро мгновенно сделал логичный вывод              — Сюпацу-доно, прошу, обработайте так и остальные мои кости!              Такие ученики Сюпацу нравились.              — Это можно… Но… Я на днях… уезжаю…              Заминка в речи Сюпацу была вызвана тем, что он затруднялся сказать, что он пленник. И не он уезжает, а его уезжают.              — Я последую за вами куда угодно, Сюпацу-доно! — не сдался Кимимаро.              А вот с этим были сложности. И даже объяснить это было сложно.              — Видишь вон то существо, ученик? — Сюпацу показал на чем-то занимающего в сотне метров от них Наруто.              –? — с вопросом в глазах взглянул на учителя Кимимаро.              — Я следую за ним… — кратко, чтобы не уронить свой имидж, объяснил Сюпацу.              – ??? — удивление в глазах Кимимаро переросло в… скажем так… очень сильное удивление.               — Есть в нём некая… мудрость, — обронил Сюпацу.              И закончил на этом. Мол, я сказал всё. А дальше поступай как знаешь. Подсказок по этому квесту не будет. И Кимимаро это уловил. Но не удивился. С его точки зрения, это было вполне нормальное, и даже доброжелательное, отношение. И проблем в этом Кимимаро не увидел. Но ждать неизвестно сколько, пока его учитель вернётся из дальнего странствия, Кимимаро был не намерен.              Тут к нему начали по одному подходить его боевые товарищи. Помятые, но живые. И даже чем-то довольные…       

***Приблизительно в это же время,

за тысячу километров от побережья***

             — Темуджин, — холодно сказал Саске, преграждая путь светловолосому пареньку его возраста, — Ты знаешь, что членов клана Учиха невозможно обмануть? Их глаза во много раз зорче людских глаз. И они могут по движению чакры в теле определить врут им или же говорят правду…              Это был наглейший блеф. Даже обладание Высшим Шаринганом не давало возможности делать такое. Лишь давало некое представление — напряжён ли собеседник или же нет. Но это знали только члены клана Учиха. А других Учиха, кроме Саске, тут поблизости не было. Так что парень сделал каменное лицо и начал блефовать, имея на руках лишь смутные догадки.              — Да? — с сомнением сказал Темуджин.              Парень был явно хорошо образован. И не торопился заглатывать обманку.              — Твои взгляды на хорька… Особенно на этот камень в его лбу… Конечно же, я расшифровал их… — всё с тем же каменным лицом продолжил блефовать Саске.              — Ты не понимаешь! Это другое! — не очень понятно высказался Темуджин.              — Ну, так расскажи мне. Ведь я не враг тебе… — сделал вид, что всё понял, Саске.              — Я прибыл на этот материк, чтобы построить Утопию! И камень Гелел поможет мне в этом!              Саске позволил себе лёгкий кивок. Мол, я так и думал…              И Темуджин объяснил. А так как он думал, что Саске уже почти всё понял, то и объяснил соответствующе. И Саске только и оставалось, что кивать с умным видом.              И спустя пять минут рассказа, Темуджин сказал:              — Это всё! Теперь ответь мне — ты со мной?              Конечно же, Саске согласился. Хоть и ничего не понял…              А потом он заметил, как какой-то енот лезет в его рюкзак. Рюкзак лежал в десятке метров от него. И был Темуджину не виден. И будь это обычный воришка-енот, Саске кинул бы в него веткой. Так, чисто отогнать от съестных припасов. Но это был особенный енот. Он своими смешными лапками запихивал в рюкзак Саске какой-то свёрток. И это у него получилось. И Саске взял ещё один уровень мастерства в искусстве покер-фейса. И никак не выдал своего удивления.              А через десяток минут смог под благовидным предлогом уединиться. Там он и ознакомился с содержимым пакета. В пакете было послание и ещё кое-что. Это кое-что Саске отложил на потом. А сперва прочёл письмо.              Письмо было адресовано ему. В нём говорилось, что инфекция была идентифицирована. Это оказался микроорганизм. Оный микроорганизм умел использовать чакру и вступать в симбиоз с теплокровными млекопитающими. И даже приносил определённую пользу. Поскольку в критической ситуации переводил организм носителя в боевой режим. И это реально помогало. Обычный человек становился силён, как чунин. А шиноби, умеющий работать с чакрой, становился на порядок опаснее. Но! Куда же без ложки говна в этой бочке мёда. И эта ложка была на редкость неприятной. Паразит очень даже сильно угнетал высшую нервную деятельность. Мол, умные всего боятся. Надо быть сильным, агрессивным и тупым. И будет тебе в жизни счастье…              И когда паразит возник несколько веков тому назад в одной отдалённой области, никто об этом не переживал. И так длилось несколько десятилетий. Инфицированные заражали людей. Впрочем, многие и сами просили об этом. Сила и все дела… Со временем инфицированных стало довольно много. И были они наглы и агрессивны. А потом соседи устали от агрессивных идиотов. И прикончили их всех. А трупы сбросили в шахту. И завалили шахту для большей надёжности. И много-много лет ничего не происходило. И все думали, что с заразой Гелел покончено. Но паразиты не умерли. Они перешли в кристаллическую форму. Впали в спячку, так сказать.              А несколько лет назад какие-то мошенники раскопали шахту. И решили пристроить к делу несколько тысяч камней Гелел. Для небольшого военного похода. Для этого ими было куплено/украдено несколько тысяч детей. Мошенники хорошо подготовились к своему «великому завоевательному походу». Но не учли, что против камня Гелел поможет медицина. И теперь многотысячного войска у них уже нет. И если кто и остался, то это скорее всего, мелкая группа людей.              И поэтому Саске предписывается с помощью выданных ему препаратов уничтожить остатки паразита Гелел. Для этого ему в помощь выдаются набор спреев, пилюль и порошков, который можно либо распылить возле заражённых, либо скормить им, либо добавить им в еду и питьё.              И Саске облегчённо выдохнул. Его импульсивное решение не обернулось катастрофой. Напротив, принесло немалую выгоду. И сейчас Темуджин сам отведёт его к лидеру группы мошенников, похитителей детей и распространителей инфекции. И полностью успокоившийся Саске принялся изучать инструкции к препаратам. Инструкции были простые и понятные. А ещё они были подписаны Чумной Доктор. Такому странному имени Саске не удивился. У всех работников Корня были свои позывные.              И да, эту несложную миссию Саске выполнил. И когда Темуджин довёл его до Тайной Базы злодеев, там Саске подмешал препараты в систему водоснабжения. И в еду, предназначенную злодеям. А хорьку достался один пшик из спрея. На этом существование паразита Гелел было окончено. А у Саске появилась отметка о выполнении миссии А-ранга. Само собой, тайной. И без срока давности на разглашение её подробностей.       

***Это же время***

      

***Наруто***

             Неожиданно рядом со мной появляется мой учитель и наставник в медицинской науке. Сир Мишель задумчив. И спокоен…              — Пришла пора прощаться, ученик, — говорит он.              — Э? — только и могу что сказать я.              В смысле, прощаться?              — А ты что думал, я буду тебе до седых волос сопельки утирать? — хмурится мой наставник.              Но я-то чувствую, что он не всерьёз.              — Ты узнал от меня всё, что можно. И даже больше… — говорит он.              Ну, да. Месир человек серьёзный. И неразговорчивый. Но зато я весёлый. И болтливый. Так что мне удалось разговорить старика. И мы говорили не только о медицине. Даже о поэзии порой спорили…              — Так что подготовь достойных учеников себе на смену! — отдаёт последний приказ сир Мишель. — А то будешь как я… Вместо Чистого Мира — возиться с дубоголовыми отроками, которые не могут просто сесть, прочесть и запомнить материал! И которым обязательно нужна смертельная опасность! — возмущённо добавил он.              Слов у меня нет. И я просто обнимаю своего учителя.              Чувствую, как он обнимает меня в ответ. А ещё через секунду он куда-то пропадает из моих объятий. Хотя почему «куда-то»? В Чистый Мир, куда же ещё… А я остаюсь тут. И я не плачу… Это капли прибоя попали в глаза… До него, правда, пара сотен метров, но они как-то смогли это сделать… Буквально пара солёных капель… Так что я это переживу… Я же ведь выгравировал Семь Мудрых Вещей буквально на своей душе… Так что я справлюсь… Уже, считай, справился… Обязан справиться. Ведь от меня слишком многое зависит. Я никогда об этом не просил, но оно как-то само собой вышло.