По дороге к одичеству

Первым для меня потрясением стала новость, что Ксюша выходила замуж. Я была по-настоящему рада за неё, но почему-то не верила в единственную любовь на всю жизнь. Им ведь двадцать, всё может измениться. У меня как раз все с ног на голову и начало переворачиваться. Для меня свадьба подруги стала не менее значимым событием, ведь там я впервые обрела чувства. Её уже теперь муж (да, к этой формулировке я привыкала долго) обещал познакомить со своим хорошим другом. И этот друг оказался действительно хорошим во всех отношениях. Красивый, сильный, с богатыми родителями и на жигулях. Ко всему прочему он был спокойным, не курил и не так много пил. Мне захотелось ему понравиться, хотела стать его девушкой, но конечно же все мои планы, мечты и надежды снес Артём. Мы и до этого вместе пили, подруга даже нас пыталась безуспешно свести. Я была не против, но вот он никаких действий не предпринимал. Однако сейчас что-то поменялось. Сама не знаю, как так получилось, но вот мы вместе с бутылкой крепкого алкоголя, чуть пошатываясь, идём в заброшенный лагерь. Вообще мы хотели сходить туда все вместе, но ребята перебрали и уже были не в силах. Правда и нам не особо удалось насладиться всей этой таинственной и отчасти пугающей атмосферой - нас застал дождь и опьянение. Мы зашли в первую попавшуюся дверь. Помещение, по-видимому, служило кладовкой или складом, по бокам стояли стеллажи с одеялами, подушками и белыми простынями, некоторые вещи валялись на полу. Я вся дрожала от холода. Артем тут же накрыл меня одеялом, после такого душа, меня это практически не согревало. - Садись, здесь переждём. Я залезла на нижний ярус одного из стеллажей, он сел на другой положил телефон с фонариком на какую-то белую штуковину, вроде как стиральную машину, а поверх бутылку с желтоватой крепкой жидкостью. Из этого вышел неплохой светильник придавший уют этому заброшенному помещению. За стенами во всю разошёлся дождь. - Похоже мы здесь надолго, - подметил Артём. – Хочешь расскажу историю несчастной любви? - Давай, - безразлично ответила я, хоть внутри кружилась мысль: «Я наконец-то о нем хоть что-то узнаю». У него, как и у меня, за двадцать лет не сложились отношения. И меня распирал интерес почему, ведь он то парень неплохой. Голос от количества выпитого стал размедленным и убаюкивающим, а говорил он красиво во всех подробностях, не забывая вставлять маты для более красочной окраски своего трагичного рассказа. Я никогда не чувствовала боль от неразделенной любви, но после он будто зажег во мне эмоции, я будто пережила все это за него. А может дело в алкоголе, бутылку которого мы допили. Если кому-то интересно, то в крации ему очень сильно понравилась одна девушка, или как он сказал «зацепила», а по итогу их совместного отдыха, она оказалась лесбиянкой. Не помню, что ему ответила, да и он вряд ли. - Дождь закончился. Пойдем домой? – я не хотела нарушать эту хрупкую атмосферу пьяной душевности, но ещё минут пятнадцать, и я не смогу контролировать свои стучащие зубы. Он встал и тут же ухватился за стеллаж, пытаясь удержать равновесие, но по итоге сел на прежнее место. – Бля, не думал, что так в голову даст. Слушай, может здесь переночуем? А утром домой вернемся. Вон подушки, одеяла, даже простыни белые – всё есть. Ты только Ксюше напиши. - Может лучше домой? Мне здесь страшно. - Чего бояться то? - Ну не знаю, это ведь заброшенный лагерь, мало ли кто здесь по ночам ошивается? - А мы дверь закроем. Да и вообще кому мы сдались? - Ну пожалуйста пойдем домой. Артём тяжело вздохнул. - Хуй с тобой, пошли, – он встал, держась за стеллаж, а потом взял меня под руку. Так мы и вышли, каким-то чудом, не упав с крутой лестницы. - А какое у тебя было первое впечатление обо мне? – мой язык тоже развязался. Вы скажите, что я и алкоголя могу задать любые вопросы и попросить выполнить самые откровенные желания. Но нет, с ним всё было по-другому. Я стеснялась, я боялась его отпугнуть. - Красивая девчонка, которую ждёт большое будущее, где меня там быть не может. - Почему? Изо рта вылетел смешок. – Ты красива, правильная девочка у которой мечта поступить в мед, и я к семнадцати годам спившийся щенок из шараги, который с нетерпением ждет стипендии, чтобы побольше влить спиртного. Да я видел, как тебе всё это было дико и противно. Или я не прав? - Лишь от части. Да, мне нравилось, что ты так много пил. Но всему есть объяснения, так что я думаю, у тебя была или осталась эта причина. Да мне было порой некомфортно среди вас находится. Но я выпила и превратилась в типичного подростка. - Вот именно, в типичного. А меня привлекает, что ты не скатилась до этого дна. Так что поменьше общайся, ты не из нашего круга. Его слова осколками правды врезались в мозг, но об этом позже. Хотя тут и пояснять не надо. Меня больше зацепили другие слова. – Привлекает до сих пор? - Вот кстати и тот самый пляж, а рядом яхт-клуб Я посмотрела на зеленый берег, резко сменяющийся песком, на речку, на волнах которой покачивались судна и на полную луну, на её дорожку на поверхности воды. Не знаю чья была идея, но вот мы уже балансируем на траве и стаскиваем с себя ненужные вещи. Я первая забежала в воду и тут же поплыла, все мысли смылись, почувствовав свободу и словив еще больший кайф. - Эй, ты далеко не заплывай. Я плаваю как топор, мне не вытащить тебя будет. - Ты не бойся, я плаваю хорошо. - Все же давай ты будешь плавать ближе к берегу. Я недовольно подплыла ближе. - Волнуешься? - Ага, мне Ксюха голову открутит случись что с тобой. Ну и волнуюсь тоже. - Так что же я тебе все ещё небезразлична? - Ну нравишься ты мне, что такого. Не обращай внимание, я как-нибудь переживу. Я была готова закричать. Почему? Почему ты не сказал, что я нравлюсь тебе? Почему не предложил встречаться? Ты знаешь, через что я прошла? Меня лапал какой-то парень, а лишил девственности уже дрогой, потому что мне не хватало внимания, ласки, тепла. – Ну и дурак, - я легла на спину и что есть мочи заколотила ногами по воде, вызывая фонтан брызг. - Эй! – он поплыл следом. – Я же сказал, что и не надеялся. - Поэтому и дурак. Ты же мне тогда нравился, я даже тебя своим парнем представляла. - мой внутренний крик радости и боли сменился на ласковый, заманчивый голос. Повисла тишина. - Жалеешь, что не сказал тогда? - Не знаю, возможно. Я так никого и не нашёл на этих пьянках, гулянках, видимо, ты единичный экземпляр, который там появляется. Но зато я усвоил урок, а ты воплотила мечту. Может это и к лучшему. Для тебя дак точно. - Знаешь, я тогда себе завела себе правило, что сначала учёба с друзьями, а потом парни. Так что, не в обиду, но я бы в любом случае поступила бы. Так что в следующий раз просто действуй. Артём усмехнулся, - Да я в тебе и не сомневался. - Так может, надо перестать сомневаться и в себе? - Надо бы, но я не могу совладать рядом с тобой. - Так может и не надо. - Может и не надо. Ладно, я хотя бы попытался. И тут он резко обхватил меня за талию, притянул к себе и поцеловал. Так напористо и жадно, крепко прижимая к теплой влажной коже, боясь, что я оттолкну, отвесив смачную пощёчину. Нет. Никогда. Ни за что я не толкну того, кто меня привлекает, кто мне не противен, о ком я мечтаю. Вот оно как все должно было быть. Неожиданно радостно, так нежно и желанно. Приятнее и опьяняюще больше, чем алкоголь. В голове и без этого не обрабатывались мысли, а сейчас они и вовсе исчезли. Я превратилась в марионетку в его теплых, крепких объятиях. Нежные губы спустились к шее, скользнули по ключицам, а пальцы так сильно впивались в онемевшую от холода кожу. Все механизмы управления телом отключились. Да и зачем? Пока есть момент, надо просто закрыть глаза и из последних сил запомнить каждое его прикосновение, наслаждаться его близостью, губами, оставляющие засосы, рукам, что сжимают до синяков. Хочется плакать от радости, вот только все это только по пьяне, а утром, скорее всего, мы обменяемся стыдливыми взглядами и все вернется на круги своя. Я проснулась от холода, хоть и была укутана в одеяло, все моё тело дрожало. Что ж неудивительно после вчерашнего купания в прохладной воде, да ещё и лечь спать в мокрой одежде. Неожиданно, я вздрогнула, но не от холода и не от того, что Артём лежал за моей спиной, а от раската грома. В детве, когда начинать гроза, в деревне я забиралась на печку, закрывала шторку, чтобы не сверкала молния, брала кошку и плотно куталась в одеяло, гладя пушистый комочек и приговаривая ей: «Не бойся, Муся, мы в доме, здесь безопасно, а гром нам ничего не сделает». Кошка хоть и не боялась погодных явления, но я считала своим долгом быть с ней рядом. Я никогда не боялась грозы, я скорее пугалась звуков - неожиданно громких пронзающих раскатов грома. Окна зашторены, я дрожала под одеялом. Мне очень хотелось, чтобы, меня обняли. Я закрыла глаза и повернулась на спину, диван заскрипел. Артём вобрал в себя, что есть воздуха и тоже перевернулся. Я побоялась открыть глаза и притворилась спящей. Вновь раздался гром, да с такой силой, что домик задрожал. Артём что-то проворчал и, забрав моё одеяло, укрылся с головой. Холодный воздух заставил меня сжаться в клубочек и прижаться ближе к одеялу. Сейчас меня конкретно начало трясти от холода. На улице залаяли собаки, которые Артёма окончательно разбудили. Он отбросил одеяло и замер, скорее всего увидел меня. Чуть помедлив, он сообразил, что я замёрзла, и аккуратно укрыл меня одеялом, чуть задержав свою руку. Дыхание замерло, как же я хотела, чтобы он обнял и прижал меня к себе. Ну чего ты боишься? Ну вот она я, мирно сплю под одеялом, вот твоя рука на одеяле. Всего одно движение, о котором я буду помнить всегда, а ты об этом не узнаешь никогда. Ну почему ты убрал свою руку? Что черт возьми не так? А я Вам скажу – вся романтика, разговоры, объятия, поцелуи – всё это лишь мои фантазии. Вы тогда обрадовались? А сейчас Вам больно? И мне. Сказать, что было правдой? Да, мы выпили. Да, мы пошли в лагерь, где он излил свою душу. Мы пошли купаться, он около берега, а я чуть дальше лежала в воде и смотрела на полную луну и звёздное небо. Одна, без него. В холодной воде. А потом мы уснули на одном диване под разными одеялами. Ничего не было. Ничего. Ни единого намёка на дальнейшие отношения. Но не расстраиваетесь, у меня появился второй шанс. Осталось лишь вновь вместе напиться и мне всё рассказать или его расспросить. Ну что готовы к новой порции горячей романтики? Тогда погружаю Вас в свои воспоминания. Мы лежим на матрасе, смотря на звездное небо. Так стоп, еще не время надевать очки романтики. Во-первых, нас пять, во-вторых, я прижимаюсь не к Артёму, а к другому парню в надежде согреться. Потом мы всей толпой идем в лагерь и по-настоящему по нему бродим, осматривая каждое здание, заходя в каждую комнату. А потом вновь лежим друг на дружке, смотря на звёздное небо. Уберите пожалуйста всех, оставьте нас двоих. Ну или хотя бы троих. Мои пожелания сбылись. Пока наши голубки трахаются, мы втроём идем купаться. Наученная прошлым опытом, я решила снять лифчик и пойти купаться в футболке. Ну что я молодец стою с оголённой спиной где-то в поле с двумя пацанами. Как и планировала я отошла в кусты переодеться, сняла мокрую белую футболку и забыла взять со скамейки толстовку с бюстгальтером. - Мальчики, дайте кто-нибудь толстовку, она на скамейке лежит. - Сейчас. Синяя ведь? – спросил Артём. - Ага, - откликнулась я невозмутимым голосом, а сама молила, чтобы из неё не вывалился лифак. Да в прошлый раз я появлялась перед ним в нижнем белье, но тогда мы были пьяные и я практически сразу же очутилась в воде. Послышался шелест травы. – Ты только не поворачивайся. И не пугайся. И тут на мои плечи ложится полотенце, которое я тут же обмотала вокруг себя. - Держи, - а сбоку появилась рука с синим свертком. И вот я уже возвращаюсь домой в сухой, тёплой одежде. И тут вижу тюки сена. - Может полежим ещё на звёзды полюбуемся? - Ну давай, - без лишних вопросов согласился Артём. Я всё готова отдать, чтобы вернуться в ту ночь. В ту звёздную холодную ночь с такими незнакомыми, но тёплыми людьми, с которыми так комфортно просто молчать. Не знаю сколько прошло времени, но Кирилл замерз и пошел домой, оставив нас вдвоем. - Ты тоже наверно замерзла. - Да не особо. Здесь так хорошо, спокойно и красиво. Не хочу уходить. - Ну тогда посидим ещё. Я не шелохнулась, не хотелось нарушать этот момент своими тупыми вопросами, которые бы всё испортили. Я просто хочу, что бы ты был рядом. И не важно, что между нами. Просто дай насладиться моментом. И тут мой взгляд привлек вдруг зажёгшийся экран телефона и дрожащую фигуру. Какая же я эгоистка. - Пойдём, а то нас потеряют. Не то ещё подумают. - Я сомневаюсь, что их удивит что-то больше, чем прошлый раз, когда мы вдвоём проснулись на одном диване. - Это точно, - на лице скользнула улыбка грусти. Мы шли, беззаботно болтая, и не как не хотели впускать кого-то другого, поэтому греться мы пошли в баню. - Не хочешь коктейль? - неожиданно врезался вопрос от него. Вот он мой шанс. – Хочу. - Согрелась? - Угу - Тогда пошли. - О вернулась. Ну что накупалась? – двусмысленно подколола Ксюша. - Нет. Сейчас выпьем коктейль и пойдём. Вы будите кстати? - Не, спасибо не хочу. - Ну как хотите, - я открыла холодильник и, взяв молоко, пошла на кухню к Артёму. Мне совершенно плевать, что обо мне все тогда думали, даже больше я хотела этого сама. И дело не в том, что я пьяная, ведь я думала, мечтала об этой встрече всю неделю. И вот мечты сбываются. Вот мы выпили ещё один высокоградусный коктейль под разговоры. - Я хочу ещё посмотреть на звезды и покупаться. Он посмотрел на меня косыми глазами, криво улыбнулся, - Ну пошли, - и ответил пьяным голосом. – Только плед возьмём и допьём уже эту бутылку. Второй коктейль с ромом безжалостно обжёг губы своей крепостью и вот я ныряю с пирса в нижнем белье, проплываю пару метров в прохладной воде, освещенная голубым светом луны, любуюсь звездным небом. Меня вновь гонят к берегу и накидывают тёплый плед. Мы вновь, шатаясь идем на тот склад со стеллажами. Только на этот раз мы садимся вдвоём, укутанные в один плед и продолжаем свои пьяные разговоры. Мне слишком хорошо, слишком тепло, слишком высокие градусы в крови, слишком хочется расслабиться. - Прости пожалуйста, а можно прилечь на тебя, я уже не могу сидеть. - Да пожалуйста, - он схватил рукой еще одну подушку. Я плавно спустилась к нему на грудь, проклиная, что на мне сейчас толстовка. Хотя я сомневаюсь, что он бы обрадовался если бы на мне был только сырой лифчик. Меня ещё больше окутало тепло, которое так манило в сон. И голоса стали тише и более растянуты от алкоголя, тепла наших тел и желанием слиться со звуками заброшенного лагеря. Его рука коснулась бедра. – Ты совсем холодная. - Тебе кажется. На самом деле мне очень хорошо. - Да, котельчики хорошо так по голове ударили. - Угу. И не только они постарались. - И что же ещё? - Ну плавание. Я после бассейна, когда садилась в теплый автобус, чувствовала себя практически так же: расслабленно и хотелось спать. А вообще это ты. - Что я? Действую на тебя как автобус? Я глупо рассмеялась. – Наверно можно и так сказать. Ведь я ждала этой встречи как автобуса в минус тридцать, - тогда мой мозг забыл о существовании всего вокруг и просто выдавал слова, ничем и никак не обработанные. – Ты не поверишь, - я рассмеялась над собственными мыслями, словами и реальностью происходящего. – Когда мы плавали… Я мечтала, представляла как мы с тобой целуемся. Если бы ты знал какое разочарование меня ждало, когда, проснувшись вместе, я поняла, что всё это фантазии. - Ты серьёзно хотела, чтобы тебя поцеловал какой-то пьяный парень. - Ну во-первых, не какой-то, а конкретно ты. А во-вторых, что в этом такого? Ты ведь тоже хотел поцеловать ту девушку. - Прости, не надо мне было тебе рассказывать о ней. Неприятно слушать о человеке, который на тебя не похож. Но что бы я тогда не сказал, ты мне нравишься такой. - Какой такой? - Жизнерадостной, умной такой доброй и чистой. - Чистой? – это слово вызвало у меня смешок. - Ну недоступной. Смотришь на тебя – так и хочется обнять, но что-то будто отталкивает, запрещает. - Я бы так не сказала, сейчас я чуть ли не лежу на тебе, - если Ксюша рассказывала обо мне всё известные ей факты, что она наверняка и сделала, то с его стороны как раз таки тот нетронутый небесный ангел. Или как вы там девственниц называете? А вот моё дьявольское обличье, которому и в трезвом состоянии ничего не страшно, а в пьяном и подавно, осталось незаметным. – И тебя ничто не мешает меня обнимать. - Алкоголь творит чудеса и стирает все границы дозволенного, - одним легким движением руки он и вправду стер границу между нашими губами. Его язык осторожно осваивал новую территорию, а горячие руки обвили талию под толстовкой. Я лишь хотела одного – прижаться и не отпускать. Он легонько прикусил мою нижнюю губу, отстранился и сел, опустив голову. – Извини, но ты, вроде, в прошлый раз сама хотела. Я, ничего не ответив, обняла, вдыхая его запах и дым от костра. Из глаз чуть не полились слёзы. – Если я тебе нравлюсь и нужна, не останавливайся и тем более не извиняйся. - Ты же понимаешь, что мы пьяные? - Да, иначе, я бы не осмелилась это сказать. Артём провел носом по шее, щеке и вновь наши языки встретились. Только в этот раз более напористее и дольше, а руки еще ближе прижимали к себе. - Давай не будем останавливаться. Пусть это неправильно, может, из этого ничего не выйдет. Мне плевать. Пока есть шанс, не хочу его отпускать. То чего ты с трепетанием в сердце ждёшь совершилось, когда мысли не заняты тем, как и что делать, когда закончится этот ад. А ты наслаждаешься его объятиями, поцелуями, близостью, его запахом, кожей. Я полностью доверилась и утонула в море этого малого счастья под названием сон. И вот мы вновь просыпаемся вместе никем друг для друга. Казалось, что происходящее в моих мыслях должно было перевернуть всё с ног на голову, но сладкие мечты разбились о скалы происходящей действительности и моих внутренних всадниках страха. Вы ведь думаете, что мне бы хватило смелости признаться в своих чувствах. Вы ведь поверили мне дважды. А я дважды обманула себя, радуясь тому, чему никогда не быть. Это в сказках самое сильное чувство – любовь, а добро побеждает. Страх – вот главный властелин и двигатель наших поступков. Если кто-то забыл, то напомню, что вы бессильны в моих мыслях. Пусть они неправильные и противоречивые, не соглашайтесь, мне плевать, потому что всем заправляет страх. Я сама это не сразу поняла. Казалось, такая атмосфера и алкоголь в крови, но даже тогда мой мозг не смог озвучить свои желания, ни тогда, ни после. Артём не был временным влечением, он был моим шансом на счастливую нормальную жизнь или хотя бы отношения, которые я упустила. Нет, не так. Которым помешал мой страх, мои ужасы прошлого и реалии настоящего.