Консилиум

      — Чего это тут за балаган?       С этой фразы началось утро Хаджимэ, который сильно задержался дома по одной очень и очень веской причине.       — Да они придурки, — проворчал Фуюхико, что облокотился на стену и с явным интересом следил за жаркими дебатами.       — А я говорю, — задыхаясь, кричала Хиëко, — что это был парень!       — Да не может такого быть, — отрицал Казуичи.       Они сидели на стульях вокруг одной пустующей парты и громко ругались: кто-то стучал по поверхности стола, пытаясь призвать к молчанию, а кто-то готовился вскочить и затеять драку.       — И всё же… — растерянно продолжил Хаджимэ, так и застрявший в дверях от удивления.       — Да пытаются угадать, кто оставил на шее Нагито громадный засос, — флегматично откликнулся Фуюхико из своего пункта наблюдения.       Хаджимэ приподнял брови, но ничего не ответил и занял своё место, внимательно слушая спор. Нагито сегодня не было, что довольно-таки странно для тех, кто сейчас орал и готовился выскочить на улицу с ножами. Ну… Для Хаджимэ — ладно — всё было очевиднее некуда.       — Да не мог это парень сделать! — к позиции Казуичи подключилась Ибуки.       — Да почему нет? — возмутилась Сония и шумно топнула ногой. — К девушкам он вообще не подходит, я вам говорю, что это сделал какой-то парень.       — Так себе аргументы, — фыркнул Фуюхико, обращая на себя нежелательные взгляды. — Ну и чë вы уставились?       — А может, это был ты? — задумчиво прошептал Гандам, что до этого изображал из себя хорошую такую массивную глыбу льда.       Лицо Хаджимэ омрачилось. А Фуюхико, наоборот, завёлся.       — Сдурел? — он вскинулся и подлетел к их консилиуму. — Схуяли я?!       — Ну ты так отреагировал… — Хиëко замолкла и неловко улыбнулась, чувствуя угрозу в чужих глазах.       — Как? — Фуюхико осклабился, осмотрел испуганных одноклассников и резко сел на свободный стул.       — Ярко, — в неприятной тишине хриплый уставший голос Хаджимэ прозвучал достаточно звонко — возникло ощущение навязчивой трели в подкорке мозга.       — О, — Казуичи с облегчением вздохнул и потëр вспотевшие ладони. — Привет, Хаджимэ! — дождавшись короткого приветственного кивка, он продолжил уже веселее: — А ты как думаешь, кто это сделал?       — Вы ведёте себя очень глупо, — перебил Фуюхико и взмахнул руками, отряхиваясь от невидимой пыли. Потом он поднялся, сощурился, взглянув на невозмутимое лицо, и спросил: — А где, собственно, сам Нагито?       Хаджимэ пожал плечами. Откуда ему знать, в самом деле…       — Ну так что? — нетерпеливо подтолкнула Сония, желая услышать мнение одного из самых умных учеников Академии.       Хаджимэ улыбнулся как-то снисходительно, золотистые глаза блеснули тёмными оттенками.       — Не знаю, — просто ответил он и вернулся к своим делам.       Сония недовольно запыхтела и скривила губы.       — А может, это был ты?       Хаджимэ тяжело вздохнул, обернулся к ним и дёрнул щекой.       — Почему я?       — Ты больше всех подходишь на эту роль, — в дверях выросла Махиру с фотоаппаратом и пухлой записной книжкой, из которой едва ли не вываливались закладки и стикеры. — Вы с Нагито контактируете гораздо больше, нежели другие. Ты даёшь ему списывать.       «А он просто даёт мне».       — Вы вдвоём часто зависаете в столовой.       — Мы никогда вместе не ели, — спокойно поправил Хаджимэ, игнорируя пронзительные взгляды, что назойливо впивались в тело.       — Ну и что, — не сдавалась Махиру. — Ещё я видела, что он носил твою толстовку!       — Он купил такую же, как у меня. — Вновь меланхолично отбил Хаджимэ.       Остальные вяло переглядывались, теряя интерес к его персоне. То ли дело экспрессивно реагирующий Фуюхико.       — Зная его удачу, Нагито мог бы и трусы такие же купить, — нехотя согласилась Махиру.       «Тут ты, к сожалению, не права», — весело подумалось ему.       — Всё? — уточнил Хаджимэ. — Аргументы кончились? Если да, то…       — Не кончились, — тихо, спокойно и несколько хрипло прозвучало со стороны дверей.       Нагито с завязанными волосами, смотрящий прямо на Хаджимэ своими невероятными серыми глазами, мягко улыбался. Хаджимэ напрягся и поëжился. Все взгляды, очевидно, были прикованы к тëмному пятну на шее. То лишь немного выцвело — его явно поставили недавно.       — Нагито, — потерянно позвал Хаджимэ, пытаясь одними жестами закрыть ему рот.       Однако Нагито Комаэда никогда не любил слушать других. Поэтому с максимально похуистическим видом выдал:       — Что вы хотите услышать? Что меня кто-то трахает? У вас своей личной жизни нет? — и пока одноклассники потупили взор, осознав неловкость момента, он всё же их добил: — Ладно, Хаджимэ, вскрываемся.       — Чем?       Нагито цокнул, сел рядом с ним и красноречиво облокотился на грудь Хаджимэ.       Где-то скрипнул и развалился стул с Фуюхико на нём.