Дилан, правда или действие?

Дилан расхаживал по комнате с тремя бумагами в руках, тягостно вздыхая и почесывая высокий лоб. Да, неожиданно, но реальная жизнь тоже существовала, и когда после многочасовых допросов всех наконец-то отпустили по домам, запретив разве что выезд из страны до окончания следствия, юноша был к этой самой жизни не очень-то и готов. Они обнялись на прощание всей компанией, пообещали писать друг другу, а потом каждый уехал в свой штат, и вот «Хэккетс Куорри» постепенно уплывал в прошлое, оставив за собой горькое послевкусие и необходимость регулярных визитов к психотерапевту. И колледж. Дилан сел на кровать, перебирая заявления и стараясь собрать рассеянные мысли вместе. Что ж, это три принятых заявления из пяти, что внушало определенную гордость. Первый — Университет Мэна, располагающийся в небольшом городке по соседству с Бэнгором, его родным городом. Учиться в своем же штате? Дилан задумчиво усмехнулся, откладывая принятое заявление в сторону. — Все наоборот пытаются свалить подальше, а ты решил застрять в штате из рассказов Стивена Кинга? — хмыкнул он себе под нос. — Слабоумие и отвага. Кто знает, вдруг мужик вдохновлялся вполне реальными…кхм…событиями. Следующее принятое заявление пришло из Университета Джорджа Мейсона, Дилана хвалили за хорошее эссе и потенциально полезные для университета навыки. Что ж, неплохой вариант, Вирджиния славилась своей природой и богатой историей. Наконец, пришло время последнего письма, на котором ярким штампом стояла надпись «принят», и Дилан горделиво ухмыльнулся, увидев, что оно из Университета Пейс, современного и передового учебного заведения, расположившегося прямо в центре Манхэттена. Закусив губу, юноша осторожно разложил перед собой три листочка, вздыхая и критически разглядывая каждое. — Как было бы замечательно, — пробормотал он себе под нос, — если бы мне было не насрать. Отодвинув листочки в сторону, юноша откинулся на одеяло, доставая телефон уже третий раз за десять минут. На экране высветилось оповещение от Кейтлин. «Наберу тебя?». «Без проблем», — ответил Дилан в сообщении, открывая мессенджер, и на экране высветилась иконка видеозвонка. Приняв вызов, юноша тут же растянул губы в улыбке, увидев девушку, которая, судя по всему, шагала по оживленной улице со стаканчиком кофе из «Старбакса». Короткие волосы были уложены на одну сторону, и выглядела она очень даже счастливой. — Привет! — Кейт ответила улыбкой, на что Дилан поздоровался в ответ. — Как там твои дела? Ходишь к психотерапевту, к которому тебя направили? — Ммм… Нет, — он хмыкнул, тут же задумчиво отводя взгляд. — Я сходил один раз, но чел явно не особо разбирается в работе, которую должен делать. — Чего так? — Спустя полчаса душных разговоров на тему подростковой безответственности ты понимаешь, что просто проебываешь свое свободное время, — Дилан хмыкнул. — Да и как тут ответить на вопрос «что тебя беспокоит»? Хм, давайте-ка посмотрим, — юноша выставил вперед свободную ладонь, словно пытался задумчиво что-то прочесть с нее. — С чего нам начать, мистер Психотерапевт? Может быть поговорим об оборотнях? Как я могу спать по ночам, зная, что в каком-нибудь случайном уголке страны могу наткнуться на тварь, которая вообще не должна существовать? — он тут же шутливо нахмурился, покачивая головой и облизнув указательный палец, чтобы перелистнуть невидимую страницу. — О, а вот еще хорошее. Как вы можете объяснить, доктор, что я меньше беспокоюсь о колледже, чем о парне, который предпочитает подкасты вместо сексуальных парней? Многозначительно поведя бровями, Дилан опустил руку и посмотрел на Кейтлин. — Как там Иллинойс? — добавил он. — Уже видела кампус универа? — Да, потрясный, — Кейтлин мечтательно улыбнулась, внимательно разглядывая его. — Ты же поступил куда-то? У тебя осталось совсем мало времени на решение. — Ну, я поступил в Мэн, Вирджинию и Нью-Йорк, — он безынициативно пожал плечами. — Последний вариант звучит круто, наверное, выберу его. Не похрен ли, физика же везде одна… Они на мгновение замолчали. — Ты ему написал хотя бы? — Кейтлин с укором глянула на друга, проницательно рассматривая через экран. — Да, я ему… — Дилан чуть замялся, пытаясь подобрать слова. — Музыку кидаю. — Музыку? — Кейтлин вскинула брови. — Чувак, ты серьезно? — Я же должен был с чего-то начать! — парень выставил ладонь вперед, словно защищаясь. — Да и он, похоже, не особо в духе. Ты же знаешь, Крис был для него как отец, а тут такое… — Дилан пожал плечами, задумчиво поджав губы и рассеянно махнув рукой. — А у меня в башке вообще пусто, я не знаю, что мне сделать и стоит ли вообще…мм…предпринимать что-то. — Ну смотри, — Кейт задумчиво отвела взгляд, темные глаза сверкнули хитрой искоркой. — Если ты поступил в Нью-Йорк, просто позвони и предложи ему встретиться. Ты уж точно поближе будешь, чем я сейчас, хотя бы есть возможность не разделить судьбу Джейкоба. — О чем ты? — Дилан непонимающе нахмурился, пытаясь выстроить в голове какие-то причинно-следственные связи. — Да ты прикалываешься, — Кейтлин покачала головой. — То есть ты не в курсе, что Райан живет в Йонкерсе? — Конечно в курсе, — отмахнулся Дилан с неловкой улыбкой, а затем вкрадчиво спросил. — Ведь Йонкерс у нас это.? — он замолчал на этом слове, надеясь, что девушка закончит за него, но та показательно закатила глаза. — Ты идиот. Я тебе о том говорю, что он живет в пригороде Нью-Йорка. И если он вдруг не решит поступать и уезжать из города, то вы, — она пожала плечами, стараясь скрыть, что отчасти ей не особо приятно это говорить, — сможете, типа, видеться. Будете жить рядом. Паззл, словно в тех сериалах про Шерлока Холмса, сложился по кусочкам, и Дилан распахнул глаза. — А-а-а-а-а… — протянул он с таким видом, словно постиг всю суть мироздания. — Ты чего, ждешь, что он внезапно осознает, что был безгранично влюблен в тебя все это время и решит приехать? — иронично хмыкнула девушка. — Ну, вообще да, было бы круто, — саркастично протянул Дилан, хитро щуря глаза. — Звони, — отрезала Кейт, — или забудь. *** Райан в последние несколько дней мучался от бессонницы, а если и засыпал, то по ночам во снах его преследовали огромные стремительные фигуры, передвигающиеся на четвереньках, с горящими глазами и длинным языком, свисающим из усеянной клыками пасти. Мысли о поступлении он отбросил сразу же, как только вернулся домой и встретился с семьей: бабушка, дедушка и младшая сестренка, которых совсем не хотелось оставлять. Что ж, чтобы рисовать, не нужно какое-то специальное образование, так что вполне подойдут какие-нибудь курсы. И можно найти работу. Он думал обо всем этом, изводя себя размышлениями каждый день, и потому именно в этот вечер уходящего лета совсем не ожидал номера, который так требовательно заставил смартфон исходить пронзительной трелью. Отложив в сторону замороженный ужин, который он уже собирался поставить в микроволновку, Райан ответил на вызов, прижимая к уху телефон. — Да? — Мм… Райан? — на том конце провода послышался неловкий смешок, а затем хрипловатый голос продолжил. — Это Дилан. Ну, ты помнишь же, да? — Помню, — юноша был несколько удивлен, но вопрос был странным, разумеется он помнил. — Знаешь, я тут… Короче, я буду учиться в Нью-Йорке теперь, вот буквально через пару дней поеду, — Дилан на том конце провода замялся, словно не решаясь сказать. — И хотел спросить, как там насчет тебя? Уже выбрал, ну, поступаешь ты куда-то или нет? Не особо хотелось вдаваться в детали, но искренний взволнованный голос все же подкупил его. — Нет, решил не поступать, — выдохнул Райан. — Сам понимаешь, все так навалилось. Решил остаться с семьей. Тут недалеко есть колледж, буду ходить на курсы рисования и устроюсь на работу куда-нибудь. Если бы он знал, что Дилан по ту сторону победно сжал руку в кулак, то наверняка почувствовал бы себя немного неловко, но он не знал, а потому задал еще вопрос. — Так ты поступаешь сюда? — Да, да, — произнес Дилан дрожащим от легкого волнения голосом. — Ну, что скажешь? Может увидимся? Мне как раз нужен какой-нибудь страшно сексуальный человек в качестве гида, а сам я не особо шарю. Легкая улыбка тронула пухлые губы, и Райан покачал головой, сдерживая усмешку. — Когда-нибудь можно, — он задумчиво обвел взглядом кухню. — Когда-нибудь? — Дилан на том конце провода печально хмыкнул. — Слушай, а скажешь свой адрес? Ну так, на случай, если решу отправить подарочек на Рождество? — Записывай, — Райан усмехнулся в ответ. *** Октябрь ознаменовал себя ранними заморозками и неприятными, вперемешку с влажными снежными хлопьями, дождями. Прошло уже чуть больше месяца учебы, и пока что Дилану все вполне нравилось. Жить в мегаполисе, учиться в самом его центре для многих было мечтой, и сам юноша с удовольствием гулял по улицам среди подпирающих облака небоскребов, заседал в общежитии за домашним заданием и даже нашел себе несколько новых друзей в группе, чему был несказанно рад, и они вместе ходили по барам на выходных. Вот только… Райан страшно морозился. Они общались практически каждый день, и пусть общение это эволюционировало от отправления музыкальных треков до повседневных переписок, этого все равно было мало. Каждый раз поднимая телефон, Дилан надеялся, что вот оно, приглашение встретиться, но на деле не было даже намека, и тревожные мысли заполняли голову. И тогда появилась идея. Йонкерс располагался прямо рядом с Нью-Йорком, под боком, и чтобы добраться до него нужно было потратить чуть больше часа на дорогу. То ли терзающие сердце мысли внутри сыграли свою роль, то ли скопившееся отчаяние, но одним холодным октябрьским вечером Дилан внезапно обнаружил себя на автобусной станции у кассы, покупающим билет в одну сторону. — Вам точно обратный не нужен? — осведомилась деловитая женщина в очках, выглядывающая из-за стекла. — Последний автобус уходит оттуда через два часа, и вы можете не успеть. — Да все нормально, — отмахнулся Дилан, улыбаясь. — Я точно успею. Поскрипывающий междугородний автобус довез его до Йонкерса пока небо постепенно погружалось в темноту, а облака заслонили вспыхивающие звезды. Выйдя из автобуса на немноголюдном вокзале, Дилан отправился бродить по городку, захватив в каком-то ларьке хот-дог с кетчупом и хрустящим луком и газировку, пальцы вскоре начали замерзать, и он посильнее закутался в куртку, жалея, что не оделся потеплее. Он переживал. И не только потому, что собирался заявиться без предупреждения, но и потому, что не знал, как отреагирует друг. Дилан печально взглянул в сторону вокзала, к которому снова приближался, совершив по округе приличный такой марш-бросок. Может ли быть такое, что эта искра между ними уже погасла и ничего больше не значила? Вздохнув, юноша вздрогнул, когда по территории вокзала раздалось оповещение о том, что автобус отправляется через две минуты, и все желающие еще могут успеть купить билеты прямо у водителя. Замерев на тротуаре с полупустым стаканчиком содовой, Дилан глянул на мигающие огни автобуса, кутая нос в огромный теплый шарф. Вот заходят последние пассажиры, и он все еще может успеть заскочить последним. Однако Линайви не двинулся с места. Автобус натужно скрипнул и, мигнув фарами, двинулся вперед. — О нет, как же так, — протянул тоненьким голоском Дилан, — вот он уже уезжает, и я совсем не успеваю вернуться домой… — юноша вытянул руку, словно в слабой попытке дотянуться, и только когда автобус фыркнул за поворотом, выезжая с территории вокзала, тихо хмыкнул, опуская руку. — Ну вот, уехал, какое горе. Как хорошо, что у меня есть знакомый, который живет неподалеку. И Дилан, приподняв уголки губ в тревожной улыбке, развернулся и поплелся в другую сторону, отправляя пустой стаканчик в мусорную корзину. *** Этим хмурым вечером Райан остался дома один. Бабушка и дедушка, захватив с собой сестренку, решили поехать в гости в соседний городок, пообещав вернуться на следующий день ближе к вечеру. На столе уже стоял готовый попкорн, рассыпанные в прозрачную глубокую тарелку чипсы и несколько бутылок пива, припасенные как раз для такого особого случая. Было непривычно оставаться дома одному, даже несколько тревожно, но видеть кошмар за кошмаром по ночам откровенно надоело, и юноша решил выбивать клин клином, а потому уже нашел подборку неплохих, судя по отзывам, новых ужастиков, и решил посмотреть сегодня один из них. Направляясь на второй этаж, чтобы захватить из комнаты мягкое одеяло, Райан достал из кармана телефон, проверяя новые сообщения. Обычно Дилан писал ему по вечерам, отправляя какую-нибудь новую песню, которая ему сильно понравилась, а еще спрашивал, как дела, и после работы это был как глоток свежего воздуха. Не увидев привычных сообщений, Райан должен был признать, что к этой своеобразной новой традиции он привык. И что она ему нравилась. И что сейчас их отсутствие вызвало какой-то неясный укол в области сердца. Что ж, наверное, он просто занят сегодня? Почти засунув телефон обратно в карман, Райан остановился и достал его снова, открывая их переписку. Подумав пару секунд, он сделал то, чего прежде не делал — написал первым. Его «эй, как дела?» смотрелось странно, но оставило какое-то приятное чувство. Улыбнувшись самому себе, парень снова зашагал по ступенькам, как вдруг вздрогнул и замер, стоило протяжной трели дверного звонка нарушить тишину. Застыв на месте, Райан нахмурился и повернулся в сторону двери. Он никого не ждал. Телефон в кармане тоже коротко завибрировал, и Райан, на цыпочках двинувшись по ступеням вниз, параллельно достал его, открывая сообщения. «Не очень», — значилось в коротком сообщении. Звонок снова коротко разнесся по гостиной. «Почему?», — быстро напечатал парень, подходя к входной двери и замирая перед ней. Сердцебиение участилось, и Райан практически задержал дыхание в попытке прислушаться. «Руки мерзнут», — моментально пришел ответ. Непонимающе хмурясь, Райан вернул телефон в карман. Это уже, конечно, смахивало на паранойю, и он, насторожившись, осторожно щелкнул замком, приоткрывая дверь самую малость. — Привет, — раздался неловкий смешок, и Райан с удивлением обнаружил на своем крыльце человека, которому две секунды назад отправил сообщение. На щеках появились едва заметные ямочки, а губы украшала немного смущенная улыбка. Дилан кутался в черную куртку и клетчатый шерстяной шарф, а уложенные еще днем волосы растрепал пронизывающий холодный ветер. — Дилан, — выдохнул Эрзалер, распахивая глаза и невольно делая шаг назад. — Что ты здесь делаешь? — О, я… — юноша запнулся, нервно взъерошивая волосы. — Похоже, я опоздал на последний автобус. Он выдавил из себя улыбку в стиле «ну, вот так уж вышло», разводя руками. Взгляд темных глаз с плохо скрываемым интересом скользил по лицу Райана, и последний, неожиданно для себя, ощутил какое-то приятно тягучее чувство в груди. — Для начала, что ты вообще здесь делал? — Райан вопросительно поднял брови. — Ну, я это, типа, гулял. Заметив, что тонкие пальцы уже побелели от холода, а сам Дилан чуть ли не зубами стучит, Эрзалер отступил в гостиную приоткрывая дверь и кивнув головой в сторону комнаты. — О, да, спасибо, — коротко ответил Дилан, заходя в дом и впуская с собой потоки ледяного воздуха, с интересом рассматривая гостиную, а в особенности задерживая взгляд на уставленном снеками столе. — Ждешь кого-то? — Нет, это я для себя. — Так что, ты не против, если я… — Дилан неловко пожал плечами, ощущая, как трепетно колотится сердце в груди, — …останусь? — Выгонять не буду, — Райан приподнял уголки губ в теплой улыбке. — Только предупредил бы хоть. Повезло, что дома никого не будет сегодня. Последняя фраза вызвала на губах плохо скрываемую ухмылку, и Дилан стащил с себя куртку и шарф, оставляя их на стоящей прямо у двери потертой напольной вешалке. Гостиная, как и примыкающая к ней кухня, не блистали роскошью: старенький диван, обложенный многочисленными подушками, свет от экрана телевизора, старенькая кухня в деревенском стиле, но все это создавало домашний, своего рода, уют. Стянув промокшие от слякотного снега кеды, Дилан ступил на ковер, неторопливо прохаживаясь. В доме тоже было довольно прохладно. — Как ты умудрился опоздать? — Автобус уехал прямо на моих глазах, так что… — стоило ли упоминать, что ни в тоне его голоса, ни во взгляде вовсе не сквозила печаль. Райан понимающе кивнул, криво усмехнувшись. Что ж, значит, Дилан остается, и было легко признать, что пусть он и был удивлен таким внезапным визитом, но вовсе не был разочарован. — Поднимешься наверх? — спросил Райан, бросив короткий взгляд в сторону лестницы. — О, прямо так сразу? — с кривой ухмылкой усмехнулся Дилан, на что друг только показательно закатил глаза. — В доме холодно, нужно взять одеяло. Оно в моей комнате. Можешь принести, пока я поставлю фильм? — А почему холодно? — Линайви послушно зашагал по деревянным ступеням наверх. На втором этаже было несколько комнат, но нужную он нашел быстро. Простенькая спальня с двуспальной кроватью, компьютером и приставкой у окна. Пушистое светлое одеяло лежало прямо на ней, краем свисая на деревянный пол, и Дилан уже сгреб его пальцами, как вдруг увидел, что на полу лежит несколько карандашей, а еще альбом и хаотично разбросанные листы. На каких-то были только карандашные зарисовки, где-то рисунки были закрашены, очень много самых разных, но бросился в глаза особенно один, который Дилан тут же взял в руки, с интересом разглядывая. Семь фигур, сидящих на длинных бревнах вокруг горящего костра. Золотистые и оранжевые искорки отлетают в разные стороны, рассыпаясь в воздухе, столько деталей, что кажется, будто стоит сделать усилие — и ты окажешься там. Он с легкостью нашел себя, удовлетворенно рассматривая. — Господи, какой же горячий парень у нас тут, — усмехнулся он, наблюдая, что Райан изобразил его с широкой улыбкой на губах и даже про ямочки не забыл. На картине они смотрели друг на друга. — Ладно, все, — вздохнул он, мягко опустив лист с рисунком на пол, ощущая, как все в груди трепетно спирает только лишь от воспоминаний об этом моменте. — Хватит, держи себя в руках. Подхватив одеяло под рукой, он вышел из комнаты, прикрывая дверь и ступая по лестнице. Райан сидел на диване с пультом, на экране телевизора уже стоял на паузе какой-то фильм, и они встретились взглядами, изучая друг друга. — Дополнительный генератор сломался, — ответил Райан на заданный ранее вопрос. — Его только на следующей неделе починят, так что придется спасаться тем, что есть, без отопления. — Понятненько, — протянул Дилан, словно в замедленной съемке усаживаясь на диван рядом с другом. — Так понимаю, у нас вечер кино. Что смотрим? — Новую часть «Пятница 13-е», — ответил Райан, подняв на него глаза. — Что думаешь? — Да, хорошо, — тот согласно пожал плечами, понимая где-то в глубине души, что в принципе согласился бы на данном этапе на что угодно. — Острых ощущений не хватило? — Хватило, — засмеялся Райан в ответ. — Просто не знаю, как ты, но у меня не получается забыть, точно так же, как и смириться с этим. — Зачем забывать? — нахмурился Дилан, непонимающе глядя на друга. — Мне казалось, что было много всего, что стоило бы запомнить. Разве нет? Взгляд карих глаз погрустнел, и Дилан натянул одеяло на колени, подбирая под себя ноги и принимаясь задумчиво рассматривать свои пальцы. Очень интересные и красивые пальцы, а еще интересно, действительно ли правильным решением было приезжать сюда? Если все, о чем Райан мечтает, это забыть, тогда возможно он приехал в неподходящее место и к неподходящему человеку. — Например тот рисунок нашей вечеринки у костра, — добавил он с печальной улыбкой, не поднимая глаз. — Я бы не хотел забывать этот вечер. Да, знаю, все в скором времени пошло по пизде, но… Не беря в расчет пытающихся выпотрошить нас тварей, все было не так плохо, разве нет? — Да, — ответил Райан, и тихо выдохнул, замечая, как друг рассеянно перебирает ворсинки одеяла. Он осторожно взял другой конец одеяла, накрывая колени. — И не только у костра. Например, в радиорубке. Я не знал до того момента, что ты так хорошо ладишь с техникой. Вообще я бы предпочел в более спокойной обстановке увидеть, как ты работаешь с радио. Но тогда ты нас спас, такое нельзя забывать. — Знаешь, это не единственное приятное занятие, которое можно организовать в радиорубке, — печально хмыкнул Дилан, и они оба тихо посмеялись. — Давай включим фильм, окей? — Да, конечно. Райан потянулся к пульту, нажимая на «плей» и на экране появились вступительные титры, сразу же погружая в мрачную и зловещую атмосферу. Подхватив с пола пару бутылок пива, он взял одно себе, а второе протянул Дилану. Они оба не говорили ни слова, но Дилан все никак не переставал размышлять о том, единственный ли он в этой комнате, кто чувствует сладостно-тяжелое напряжение в воздухе. В комнате было прохладно, но его самого то и дело бросало в жар, и не было ясно, то ли это проявляются признаки переохлаждения, то ли… — А может у тебя какой-нибудь синдром? — произнес Дилан, отвлекаясь от фильма, и Райан вопросительно глянул на него. — О чем ты? — Ну, знаешь, как в Шерлоке. Доктор Ватсон вернулся с войны, но не может перестать страдать от ее последствий, и теперь ему невольно хочется попадать в какие-то рискованные ситуации, пусть он и не признается себе. Знаешь, снова ощутить этот страх, снова рисковать жизнью, снова оказаться рядом с человеком, который тебе нравится… — он неловко пожал плечами. — Но ты боишься это признать. — Теперь ты мой психотерапевт? — хмыкнул Райан, поглядывая на него с какой-то очень приятной теплотой во взгляде. — Можешь называть меня Доктор Секси. Райан усмехнулся, покачав головой. Спустя несколько секунд молчания он вдруг добавил. — Просто не каждый день узнаешь о том, что человек, которого ты больше всего уважаешь, у которого просишь совета, оказывается убийцей и блядским оборотнем. Не так просто это переварить. — Ты не представляешь, как я охуел, когда увидел своего друга с разодранным плечом и залитым кровью, — парировал Дилан, затем смягчившись. — Но это случилось. И если я не планирую упасть прямо здесь замертво, то должен что-то сделать с этим. Принять. Он пожал плечами, мягко улыбаясь, и Райан позволил себе долгий, задумчивый взгляд, рассматривая бледное красивое лицо в полумраке, озаряемом только светом от экрана телевизора. — Я чувствовал себя странно, когда приехал, — произнес Дилан, бог знает какими силами выдержав этот взгляд. — Потому что на одну ночь я превратился в самого настоящего героя. И чувствовал гордость, когда смотрел на вас с Кейтлин, как вы с этими ружьями наперевес бросаетесь в лес или еще что… — он задумчиво почесал нос с легкой улыбкой на губах, уплывая в воспоминания. — Не думал, что ты такой храбрый. — Могу то же сказать и про тебя, — Райан тоже улыбнулся. — Окей, не считая того крика… — Да я просто прикалывался, — отмахнулся Дилан, неловко смеясь. И посерьезнел. — Ты бы видел свое лицо, когда я сказал тебе руку мне отрезать… — Что ж, видимо, хорошо, что я этого не сделал, — Райан с мягкой улыбкой кивнул на лежащую на одеяле руку с длинными изящными пальцами. [маст хэв включаем Marc Robillard — Contagious] — А что, если она не настоящая? — Не настоящая? — Ну да, вдруг нам просто кажется, — Дилан загадочно глянул на него из-под опущенных ресниц. — Мне кажется, тебе нужно проверить наверняка. Он ожидал, если честно, что Эрзалер откажется, но тот медленно, словно все происходило в замедленной съемке, опустил темную ладонь на его холодную руку, вызывая бесконечные мурашки по коже. С губ сорвался слабый вздох, и Дилан сжал губы, стараясь держать себя в руках настолько, насколько это было возможно. А фильм все шел на экране. Здоровый мужик в маске выпускал кишки из людей направо и налево, окропляя кровью траву и любые прочие поверхности, незадачливо оказавшиеся на пути. Дилан едва следил за сюжетом, стараясь дышать, хотя воздух по консистенции напоминал густое желе, с неохотой затекающее в легкие. Казалось, что его буквально физически можно ощутить, если вытянуть руку, точно так же как отчетливо ощущались теплые пальцы, мягко касающиеся его ладони. — Ты не опоздал на автобус, правда ведь? — вдруг спросил Райан, с едва заметной улыбкой на губах продолжая всматриваться в экран. — Ну, он правда уехал на моих глазах, — напоказ равнодушно пожал плечами Дилан, великолепно делая вид, что он тоже сосредоточен на фильме. — С той только разницей, что я в него не сел. Эрзалер понимающе кивнул, чуть усмехаясь. — Я все это время пытался отстраниться от всего произошедшего, но… — он задумчиво качнул головой, — …не похоже, чтобы это помогало. Ты прав, после того, как пробежишься по ночному лесу с дробовиком наперевес, восприятие немного меняется. — И даже не можешь никому рассказать об этом, правда? — Да. — Но вот я здесь, и ты можешь рассказать мне, — Дилан повернул голову, посмотрев на него. — Я ведь так и не слышал подробный рассказ о том, что произошло в доме Хэккетов. Как раз можно обсудить это…где-нибудь в баре на Манхэттене…пару раз в неделю. Он чуть закусил губу, уже ожидая категоричного отказа. — Не думай, что я ничего не понимаю, — хмыкнул Райан, и они снова встретились взглядами. — Я прекрасно понял твой намек еще в прошлый раз. — Какой из? — саркастично усмехнулся Дилан, но какое-то тревожное чувство так и норовило пробраться в легкие, оплести ребра и поглотить заживо, словно щупальца чудовища из темноты. — Я просто не уверен, что прямо сейчас смогу тебе дать то, что…тебе нужно, — взгляд его темных глаз, мягкий, обволакивающий и немного печальный, скользил сейчас по его лицу. — Столько проблем вокруг, и я не знаю, смогу ли справиться с ними. И как скоро. — Так…ты пытался избавиться от воспоминаний о Куорри, но, — Дилан загадочно прищурился, — зачем? Давай попробуем принять все, что произошло. Я знаю, ты любишь быть один, — юноша мягко поджал губы, — только ты не обязан справляться с этим один. Сердце трепетало от каждого неловкого движения, но Дилан позволил ему трепетать, позволил себе ощутить, как искорки тепла распространяются под кожей, пока он плавно переворачивает ладонь так, что теперь их ладони касаются друг друга, бережно, словно боясь спугнуть, переплетает пальцы, и сердце пропускает удар, когда Райан едва ощутимо сжимает его руку. «Дай мне спасти тебя» — самая бессмысленная на свете вещь и неблагодарная работа, но только в том случае, если человеку не нужно, чтобы его спасали. — Только если ты этого захочешь, — поспешно добавил он, чувствуя, как сбивается проклятое дыхание. — Я не хочу стучаться в закрытую дверь. — Думаю, дверь все же немного приоткрыта, — ответил Эрзалер. Дилан как-то упустил тот момент, когда Райан отпустил его руку, потому что внезапно она легла ему на шею, и в опаляюще горячей атмосфере, наполненной наэлектризованными искорками, вдруг стало слишком тесно. «Я просто не уверен, что могу дать тебе то, что тебе нужно» каким-то образом превратилось в прикосновение пухлых губ к его собственным, неторопливое и мягкое, а чуть дрожащие ладони Дилана легли на худые плечи, и он невольно сжал их, рвано отвечая на поцелуй. Что именно сносило крышу к чертям собачьим: то, что Райан поцеловал его первым или то, что наконец-то не отшил? Вопрос, на который ответить было невозможно, потому что теплые руки на его шее, горячее дыхание вперемешку с его собственным, соприкосновение языков и целующие его с такой трепетной осторожностью губы отключали сознание, и оставалось просто прикрыть глаза, сжимать пальцами ткань свободной футболки и отвечать на поцелуй, мечтая, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Когда Райан отстранился, часто дыша и изучая глазами его лицо, Дилану хотелось потерять сознание, судя по всему именно это в скором времени ему и грозило, и юноша опустил рассеянный взгляд, осознавая, что еще немного, и он навряд ли сможет остановиться. — Я, кстати, могу починить генератор, — рвано выдохнул он, стараясь нацепить на лицо свою фирменную хитрую улыбку, но Райан с доброй ухмылкой не переставал рассматривать его, ни на секунду не поверив этим жалким попыткам. — Только дай мне инструменты. — Ну, у меня есть один, — хмыкнул Райан, заставив покрасневшего до ушей Дилана криво улыбнуться. — Я не против воспользоваться любым, — парировал Линайви, многозначительно вскинув брови, но с губ его сорвался неловкий смех, и он прикрыл глаза рукой. — О боже, это такая дерьмовая шутка. — Окей, ладно, генератор, — Райан улыбнулся, чуть отстранившись и потянувшись за пивом. — Но я поймал тебя на слове. — Что ж, как сказал однажды один великий человек, я не против, чтобы ты меня поймал, — многозначительно хмыкнул Дилан в ответ. Райан ненадолго замолчал, задумчиво улыбаясь. — Можно мне побольше просто Дилана, пожалуйста? — он взглянул на Дилана, и тот по-очаровательному стеснительно заулыбался. — Можно. В «Баре 54» на следующих выходных.