Гирлянда из мертвых мух

Оставалось ещё два урока. Вера пошла на следующий. На удивление там её ожидала Юля. С ней было что то не так. — Красотка моя, как твои дела, не скучала? — прислонилась к Вере Юля, будто очень давняя и хорошая подружка. — А где ты была? — Я была с ребятами. Мы были в подсобке и пили пиво, — увлечённо сказала Юля, прижимаясь щекой к ней. Похоже она была довольно пьяна. — Отметить то начало года надо как то. А ты не хочешь? — Я? Да нет… Я не пью, — дискомфорт подступал от щеки до всех частей тела, к которым прижималась Стрелкина. — Ох. Ну и глупости же ты говоришь, милая. Побудешь здесь, мы тебя научим. — Не думаю, что это хорошая идея, — сжалась Вера и увидела Рому, которых будто хотел к ней подойти, но резко свернул с пути. С чего это так? — Ты такая миленькая и наивная. Ничего, скоро всё будет. Я не принуждаю. Все мы любим свободу, сладкая моя, — Юля встала и потрепала её по макушке. Какое облегчение. — Тебе не нужна помощь? — Вера заметила, как шатает Юлю. — Может не стоит в таком виде идти на урок? — Расслабься, я сто раз так делала, — раскраснелась Юля, взяла под ручку Веру и повела в класс. Войдя в класс, Вера старалась вести новоиспечённую «подругу» максимально аккуратно, чтобы та не споткнулась. В классе послышались неприятные перешёптывания. В душе Веры был жуткий стыд, позор, но одновременно не хотелось бросать Юлю. Она выглядела жалко. Сели вместе на то же место. Вера старалась ни на кого не обращать внимание. Ощущение было, что это она выпила и устроила что-то непозволительное. Порой посматривала на красное лицо Юли с надеждой, что она вот вот протрезвеет и всё будет нормально. Но на такое надеяться в ближайшее время не стоит, и Вера это прекрасно понимала. Была химия. Это несказанно помогло отвлечься от паршивых мыслей. Учителем была довольно милая старушка — Людмила Фёдоровна Кукушкина. Она была слишком поэтичной для химика, а то и могла очень красиво напевать разные романсы, когда записывала уравнение реакций на доске. Тем не менее была весьма придирчива и как любой уважающий себя учитель химии имела любимчиков и тех, кого она презирала. Это было очень ярко выражено, учитывая, что середняка не было практически. Всякий раз когда Юля хотела что то сказать, Вера с молчаливой настойчивостью заставляла её передумывать. Кукушкина относила Юлю к чему то ниже всех. Как поняла Вера, такое отношение у Юли было со всеми учителями школы. Потом была литература. Литератором была пухленькая толстая дама с круглыми блестящими, как у ребёнка щёчками. Звали её Маргарита Владимировна Веслова. Она была одной из первых учителей, что заметила Веру и добродушно даже пообщалась с ней. Она говорила красноречиво. Отдельный интерес вызвал у Веры клуб, который вела Веслова. Назывался клуб «Бродячей кошки». В нём состояли несколько одноклассников, среди которых был Рома, на удивление ещё и Юля и ещё один странный паренёк — Антон Харитонов, который практически не разговаривал на уроках. Интересное умозаключение постигло Веру только сейчас, ведь ходил этот мальчик тоже один, как и Вера. И имя его она узнала только в конце урока, когда сама Маргарита Владимировна озвучивала имена, прося задержаться. Суть клуба включала в себя литературное, музыкальное и даже театральное мастерство, что было не совсем уместно для такого типа школы. Чтение стихов, исполнение песен, постановки сцен из русской литературы и советских фильмов — весьма заинтересовала Веру, к тому же туда мог вступить любой ученик школы, любого возраста. Большинство с тоской прикрывали рот от скуки, пока Веслова объявляла даты литературных вечеров в этом году. Достаточно интересно для такой отсталой школы, учитывая, сколько здесь учеников, которые и сроду то книгу в руку не брали. Вера призадумалась и даже захотела подойти к Маргарите Владимировне с вопросом, но потом помедлила. Это же будет отвлекать от учёбы… И отец не одобрит… Да и таланта ни в чём у той не было, кроме хорошей памяти. Поэтому Вера, решив не ждать Юлю, спешно последовала на выход из школы. Хотя стоило бы и подождать… Вера шла и все мысли были перемешаны. Не было никакого малейшего желания задерживаться. Неведомая сила гнала её прочь. Побыстрее спрятаться и сидеть дома. Выйдя со школьного участка, она старалась не думать о сегодняшнем дне. В голове было разочарование, стыд и паника. Она не знала как реагировать на всё происходящее в этой школе… Но стоило только Вере начать думать об этом, как на пути оказалась какая то компания старшеклассников. На вид нелицеприятная и смотрящая хищными глазами прямо на неё. Насторожило, надо уходить скорее. — Эй, веснушка! — крикнул один из них. Среди толпы были и одноклассники тоже, а кто то и вовсе незнакомый. Вера раскраснелась от ужаса. Хотелось провалиться под землю, ведь она точно знала, что больше никого у ворот не было, тем более девочек с веснушками. В кармане вдруг образовался телефон. Толпа подошла к ней, затормозила и окружила ту. Вера сжалась. Справиться даже с одним отморозком она очень сомневалась, что могла. А их тут было пятеро. — Ты тут одна ходишь? — сказал самый высокий с сигаретой в зубах. Видимо главный. Остальные преданной поступью шли за ним. — Нет, не одна, — отчётливо ответила Вера, но почувствовала в своём голосе дрожь. Как же неправдоподобно это ей показалось. — А с кем? — колени Веры задрожали. — Сейчас хотела подождать друга, — единственное, что придумала она в ответ. — Правда? А давай вместе подождём, посмотрим на твоего друга? Как раз стрясём денег с обоих, — оскалился тот самый главный и все хором засмеялись, не давая сопротивляющейся Вере выйти, удерживая ту за плечи и, словно острые колючки, впиваясь острым длинными пальцами. Толпа подростков была словно толпой лесных животных в ветровках и с рюкзаками. Жутко пахло табаком и потом. Они гоготали, осматривали Веру дикими и остервенелыми взглядами. Акимова даже понять не могла, что же ей теперь делать. Никогда в жизни ей не приходилось оказывать в подобной ситуации. Она окружена, а предупреждения одноклассников возможно и вправду имели вес. В дрожащих руках был телефон. Набрать полиции? А поможет ли? Рома сказал, что в этом месте её не бывает. Набрать отцу? Он был очень далеко от неё и сейчас работает… Набрать Роме? Тоже провальная идея, он сейчас в клубе и вероятно ему чисто физически сложно добраться так быстро. Как бы не хотелось в это сейчас верить, но похоже, позвонить Савицкому была единственная надежда. Не важно, поможет ли. Все эти воспоминания из столовой не имеют ни малейшего аргумента на отступление. Во что она влипла? Она ведь только первый день в этой несчастной школе… — Вы позволите позвонить? Другу? — постаралась сказать смело Вера, но голос дрожал. — Смотри, без шуток, красавица, — сказал тот, который держал. — А если она ментов вызовет? — сказал другой подросток, он был мелкий, по виду самый юный и трусливый член компашки. — Не ссы, Тимка! Ты что, забыл, что тут со времён открытия пристройки никого не бывает? Хе-хе… — хмыкнул главарь и достал нож из рукава. — Будет дурить, я вытащу из неё это безобразие вместе с кишками. Звони своему дружку! Вера набрала Савицкому. Сердце стучало как у зайца, а дыхание при виде ножа сбилось и стало невероятно учащённым. С каждым гудком становилось всё страшнее. Телефон готов был уже выпасть из рук от трясучки и страха. Вера уже про себя вспомнила всевозможные молитвы, но на девятый гудок телефон завибрировал и пошёл долгожданный ответ. — Алло, — с того конца трубки донесся недовольный голос Саши. — Саша, это Вера, я жду тебя за воротами школы. Нужна твоя помощь, прошу… — Какому ты это Саше звонишь, мелкая? — вдруг вырвал телефон главный и отключил звонок. — Ах ты подружка Савицкого! — коварно улыбнулся главарь, разглядывая вызов. — А мы точим зуб на этого ублюдка, как раз не знали как с ним управиться. Он приставил нож к горлу. — Прошу вас, отпустите, я отдам вам все деньги, — на глазах навернулись слезы, осознав, насколько звонок Савицкому был роковой для неё. — Естественно, после того как прирежем тебя и его, — прошипел хулиган. Краем взгляда Вера разглядела всю остальную толпу. Все будто бы воодушевились от этой новости. Один Савицкий был угрозой для такого количества ребят? — Что такое сделал вам Савицкий? — решив потянув время, сказала Вера. — Что он сделал? Что он сделал?! Ты спрашиваешь ЧТО ОН СДЕЛАЛ? — затрясся в истерике хулиган. — Все это знают. Ты что, с луны упала, веснушка?! — он слегка отпустил Веру, но ножа не убрал. — Этот чмошник самый отпетый хулиган во всей округе. Его боятся все, ведь то, что он сделал и откуда он вышел — чудовищно. Мы все здесь не ангелы, мы все здесь что то совершали, но он… Он хуже. Он… — Эй, Барышев! — крикнул знакомый и такой нужный голос в этой безвыходной ситуации. — Бабла не с кого срубить уже? Барышев снова схватился за Веру и коснулся лезвия шеи. Вера будто потеряла дар речи. Савицкий был один. Что же он предпримет против такой толпы? — Одно неверное движение, и она будет мертва. — Ты верно меня разыграть хочешь? Я впервые вижу эту девушку, — пожал плечами Саша. Вера за секунды потеряла все шансы на существование. — Не строй из себя долбоёба, она звонила на твой номер! Значит вы знакомы! — казалось, что в голосе Барышева появилась паника. — Блефуешь! — Я свой номер никому не даю, — упёрся Саша и спрятал руки в карманы. — Убей, прикончи её, мне то какое дело? — он достал сигареты. — Потом я вас просто по старой схеме раскидаю по углам. Только это… Дайте-ка огоньку сначала. Вдруг в этот раз вам все-таки удастся, — он подошёл к толпе. — Ты что то задумал? — недоверчиво оскалился Барышев. — Я ведь убью её. — Да, убивай, — буднично произнёс Саша. — Братцы, дайте жигу. Не жадничайте. Толпа замерла в непонимании, что же делать дальше. Всё внимание было на Барышеве. — Да ладно, вы что жмоты? — печально вздохнул он. — Бить не буду. Зажигалку протянул самый мелкий. Все остальные замерли, будто ни разу вблизи не видели Савицкого. — Твой братец, Андрейка, не такой жид, как вся твоя низкосортная тусовка, — нагло и вальяжно сказал Савицкий и закурил. Андрей будто бы потерялся в своих действиях. — Что не убиваешь? Я ведь уже сигарету закурил. За это время вы могли бы уже убежать. — Тебе всё равно? Вот прям настолько? — терялся в словах Андрей, сжимая зубы. Вера уже не знала, что произойдёт, поэтому смиренно ждала. — Окей, раз ты тупишь, — зевнул Саша и быстро достал пистолет из заднего кармана. — Я немедленно начну жертвовать самым ценным из твоей банды, — он нацелился на брата Барышева и сделал затяжку. — Он не заряжен, опять блефуешь, сука, — засмеялся Андрей. — Откуда тебе иметь настоящий? Ребята схватите его уже, он заебал. Толпа трусливо зашагала к нему. — Папенька с небес завещал, — он выстрелил в мусорный бак, крышка отлетела на несколько метров. Все в миг остановились. — Следующим будет твой брат, — он снова нацелил пушку на мелкого. — Если не отпустишь невиновную. Вера ощутила как руки Андрея затряслись в судороге, а дыхание сбилось. И вдруг он внезапно отпускает её, отталкивая от себя. Вера упала на землю. — За огонёк — спасибо, а теперь я советую бежать. По истечению сигареты, я начну огонь, парни. — Я найду твоё слабое место, ублюдок! Однажды ты сдашься и сгниёшь в канаве. И все буду рады твоей смерти! — он дрожащим пальцем ткнул в сторону Саши. Вера поднялась, отряхивая платье, с испугом коснулась шеи и ощутила небольшую царапину от ножа. Банду как ветром сдуло. Саша убрал пистолет в сумку. Его лицо было поразительно холодно и спокойно. Он сделал очередную затяжку. — Спасибо, что пришёл на помощь, — робко произнесла Вера, осознавая всё произошедшее. — Я даже и не думала, что… — С тебя проездной на электричке, — Саша посмотрел на ту. — Идём отсюда. Они шли до станции молча. Вера не могла прийти в себя. Руки трясло, а ноги еле несли Веру к месту назначения. Её жизнь никогда не подвергалась опасности. После такого случая хотелось молчать вечность. Смерть была сегодня настолько близка к ней… И настолько далека от него. — А тебе до какой? — Вера встала возле аппарата, где обычно покупают билеты. — До Лучино, — ответил тот. — Я тоже там живу. Тогда беру два до Лучино. — Тогда, бери один. По одному пройдём, как утром, — и вдруг Вера вспомнила, что именно сегодня она видела Сашу на станции. Того бродягу, который нагло пробежал с ней через турникеты. Не укладывалось в голове… Спустя время они оказались на поезде. За окном электрички садилось солнце. Саша сел и положил ноги на соседнее место и закрыл глаза. В вагоне на удивление не было почти никого. Только одна старушка и несколько рослых мужичков с огромными походными рюкзаками. Вера посмотрела в окно. Она даже не знала, что сказать. Слов вовсе не осталось. Она нащупала шрам на шее. Кровь уже засохла. Стоит ли говорить отцу правду? Он же увидит… — Что здесь происходит? — спросила Вера, собравшись с духом. Саша открыл глаза. — Ничего такого, — пожал плечами он. — Эти ребята обычные ворюги. Среди них главный Андрей Барышев. Он никого за всю свою жизнь никогда не убивал и убить не может. Да что говорить, он даже ударить не может нормально. Неудачник одним словом. А ещё таскает везде младшего брата — Тимофея. Пытается казаться сильнее. Но сам не видит, что таскает с собой слабую мишень. В сравнении с остальным криминалом, что здесь творится — они кучка отбросов. Перцовым баллоном в глаза, и ты на свободе, запомни. Хотя я сомневаюсь, что к тебе в ближайшее время кто то из них подойдёт, ха-ха… — Каким криминалом? — напугано спросила Вера. Это что, не всё? Неужели не хватит на школу раздолбаев одной шайки хулиганов? — Ну похищения… — начал загибать пальцы Саша. — наркоторговля… педофилия… настоящие убийства… — Ты должно быть врёшь… — с испугом сказала Вера. — Такого просто не может быть… — Как бы ты не отрицала, это всё есть в нашем мире. В Мухово эпицентр этой гнили, — усмехнулся Саша. — Так что советую боятся всех самых добрых к тебе людей в этом месте. Здесь все не те, за кого себя выдают. — А ты можешь как то помочь? — дрожащим голосом спросила Вера. — Что? Конечно нет. Я в няньки не нанимался, — сурово заявил Савицкий и сел, приблизив своё лицо к ней. Его голос был стеклянным и жестоким. — Выживай сама. Я не добродетель. Не надейся, что в следующий раз я отвечу на звонок. — Конечно, — тихо ответила Вера и посмотрела в пол. Всю оставшуюся дорогу они молчали, Саша снова расположился и прикрыл глаза. Но вот и настало время остановки Лучино. Вера встала, и Саша открыл глаза. Она пошла, а он последовал за ней. Не знала бы, что это Саша, так вообще подумала, что за ней никто не идёт. Они вышли вместе из автомата. — Ну всё, мне направо, — окликнул Саша. — До новых встреч! — Пока. Савицкий в момент исчез в толпе. Вера же направилась налево, прямиком домой. Она натянула ворот куртки повыше, на случай, если придётся встретиться с отцом на улице. Но к счастью, повезло. Машины отца не было на парковке. Это означало или то, что он на дежурстве, или серьёзно задерживается. В каком то случае облегчение. Можно как то спрятать шрам. Но… Какое к чёрту облегчение!.. Раньше для Веры отец был самым чужим человеком в мире, а сейчас… Хотелось спрятаться за его широкие плечи и не отходить ни на шаг. Вера вошла в дом, судорожно побросав все вещи по углам гостиной. Неведомая паника охватила её. Как тогда… Руки начали раскрывать все ящики подряд. Она даже забыла про шрам. Наспех она накидала в кучу различные баллончики, баночки, коробочки и шприцы. Полезла в холодильник и вытащила аптечку, вытащив оттуда ещё чего то похожего. Прошёл час или два, Вера выставила перед собой всё необходимое. Перцовый баллон не нашёлся, но был едкий просроченный спрей от насекомых, имевший при себе ещё солидное количество газа, три шприца со слабительным, таблетки с тем же действием и старый кухонный нож. Последнее Вера опасалась больше всего, ведь от него было вреда больше всего. Она не умела обращаться с ним. Да и отец может заметить пропажу. После этого она порылась у себя в шкафу и нашла старую и длинную кофту матери. Вера с дрожью в пальцах рассмотрела её. Должно быть как раз. После достала иглу и нитку из гостиной и подшила небольшой карман внутри, заранее рассчитав место для одного шприца. Эта кофта была единственной подходящей вещью для задумки Веры. Баллончик и второй шприц был спрятан во внешний карман куртки, нож в левый. Остальное она сложила в сумку. Затем налила стакан воды и выпила сильного успокоительного. Ведь сегодня нужно заснуть. После она повесила кофту и куртку в шкаф прихожей и убрала по местам все остальные предметы. Отец видимо остался на дежурстве. Вера устало и неспокойно вздохнула. И тут она вспомнила. Рома. Они хотели поговорить. Если честно, то она уже и забыла о чем они хотели поговорить. Стоит ли говорить ему о том инциденте и о Саше? Вера открыла телефон и увидела пропущенный звонок от отца. За ней же была смска от него. «На дежурстве. Как?» Под словом «как» подразумевалось «как дела». Вера даже не знала, что ему ответить. «В порядке» — вышло написать у Веры. На мгновение закралась мысль позвонить и рассказать всё, что произошло. Но Вера боялась. Боялась сказать правду. Вдруг это повлечёт какие то последствия. Ведь отец может влезть, обычно он это делает внезапно и его невозможно остановить. Эта школа точка невозврата. Как паразит на репутации, которого невозможно вывести. Отец всеми силами её оттуда уберёт, если узнает. И тогда она никогда в жизни не сможет пойти вперёд. Не получит возможность окончить школу и пойти учиться дальше никогда. А в своё оправдание, отец открестится тем, что просто найдёт Вере мужа. Игорь Акимов уже давно смирился с тем, что из её дочери ничего путного уже не выйдет. Но он, тем не менее, не захочет таких рисков, какие предлагаются в этой школе. Последней. Вера вдруг вспомнила снова про Рому. Надо позвонить. Телефон в руках до сих пор дрожал от тяготы жизни и осмысления того, что за сегодня с ней произошло. Пошли гудки… Ответили почти сразу. — Алло, привет, Рома. Прости, что так поздно. Это Вера, — вежливо сказала она. — Я перепугался, думала не позвонишь уже! А я, дурак, не попросил твоего номера! — добрый голос отозвался на том конце. — Только сейчас со всем управилась. Ты ведь не занят сейчас? — Я полностью свободен. Прости, я просто подумал, ты ввязалась в неприятности. Вера замолчала. — Эй, Вера, всё в порядке? — обеспокоенно спросил Рома. — Всё нормально, просто… — Обижаешься за случай в столовой, за Сашку? Брось, он просто дурак! Забудь! Я уверен, ты не заслужила таких слов, — ободрил Рома. — Это уже не так важно. Он мне сегодня жизнь спас. — Неужто на тебя накинулась эта пятёрка болванов Барышева? И ты позвонила? Ну вот видишь, как я угадал, дав тебе его номер. — Да… — Ты там это, только не бойся. Просто прислушайся моему совету и ходи с кем-нибудь. — А ты можешь ходить со мной? Извини, что навязываюсь, — виновато произнесла Вера. — Можешь конечно, я не против, но… Я не хожу дальше стен школы. Я тут живу в пристройке. Может Сашка? — Он отказался. Я не хочу докучать ему. — Ты только не переживай, завтра что-нибудь придумаем, хорошо? — Хорошо… А эм постой… А что ты можешь сказать про Юлю Стрелкину? Она хорошая? Рома замолчал. Вере даже показалось, что связь прервалась. Но потом она услышала какой то непонятный шорох в телефоне. Похожий на то, как будто что то упало. — Рома, алло, ты тут? — Прости, какая то неполадка, думаю нам стоит обсудить всё завтра, — тон Ромы будто сменился. — Давай, до завтра. — До завтра! Спасибо за разговор! — Да не за что пока. К тому же забыли экзамены забыли обсудить. Найдём время ещё. — Конечно…