Монистовый звон

***

Мэн Яо оглядел стоящего перед ним наследника Империи Сун. Тот неизменно являл собой бесподобное великолепие, не содержащее ни капли напыщенной горделивости, присущей молодым людям из знатных семей. На лице светилась слегка неловкая улыбка, а взгляд казался добрым, выражающим участие. Несмотря на раннее утро, одет Лань Сичэнь так, словно вот-вот готов был взойти на престол, как истинный Сын Неба в лучах славы, но в то же время, светлое ханьфу не являлось роскошным, напротив, чем-то походило на одеяние монахов, разве что голубой пояс, расшитый золотом и нефритовая подвеска выдавали в мужчине его особое происхождение. После долгого пути по степи сквозь ветер и песок внешний вид наследника едва можно было назвать подобающим, но сейчас перед Яо стоял тот сын Императора, которого он встретил в просторном зале дворца в Баньляне. - Если вам что-то потребуется, то можете обратиться ко мне за помощью,- Мэн Яо посмотрел на свой измятый подол дэгэла, что вызвало желание поскорее укрыться от этого пугающе идеального человека. - Премного благодарен,- Лань Сичэнь шагнул навстречу, - Вот только не до конца уверен сможете ли вы помочь мне в этом деле,- он бросил взгляд в сторону, оглядывая чужие владения. Служащий Великого хана насторожился. Не предлагает ли ему тайцзы пойти на предательство? - Что вы? - будто прочитав его мысли удивился плененный наследник, - Я бы не посмел предложить вам нечто предосудительное. Моя просьба лишь может показаться глупой, я пойму, если господин Мэн откажет. Яо недоуменно, но с интересом кивнул, желая узнать то, что могло понадобиться не иначе как спустившемуся в мир Небожителю. - Вы могли бы стать моим другом? - взволнованно проговорил Лань Сичэнь. Мэн Яо поразился. Поразился наивной просьбе, прозвучавшей из уст тайцзы. Он не представлял, что на это ответить, ведь такое предложение поступало впервые, да еще и в подобной форме. И от кого? От императорского сына. - Не поймите меня превратно. Я вижу, что вы хороший человек, а также один из немногих, кто говорит со мной на одном языке и родился в том же государстве, что и я. Мне не знаком Каракорум, как и вся Империя Великого хана, я не знаю местного языка и культуры. Неизвестно сколько лет мне придется провести вдали от Родины, поэтому мне просто необходимо приспособиться к новой жизни в новом месте. Думаю, только вы можете помочь мне в этом,- Сичэнь смотрел сверху вниз на молодого служащего, выполняющего одновременно роли советника, главного помощника и посла монгольского хана. Мэн Яо задумался. На самом деле, следуя приказу, он должен был следить за тайцзы, стараясь уберечь, но и не дать сбежать. Став его другом, выполнить поручение Не Минцзюэ проще, поэтому мужчина уже хотел ответить согласием, как двери, ведущие в покои Хуайсана, раскрылись. - Яо-Яо, почему так рано ушел? С кем это ты тут? - мальчишка зевнул и протер глаза, уставившись на Лань Сичэня. - Второй молодой господин Не,- молодой человек в белом одеянии поприветствовал только что поднявшегося с постели брата хана, - Прошу прощения, что своими разговорами нарушил ваш сон. - Эм… Ничего страшного, не за что извиняться, ведь скорее всего вам еще неизвестно расположение комнат в нашей… то есть резиденции Великого хана,- Хуайсан примирительно помахал перед собой ладонями, еще не до конца проснувшись. - Вы действительно правы, но надеюсь, в ближайшее время я исправлю свое невежество. От природы светлая кожа Мэн Яо стала еще белее. Фривольное обращение Не Хуайсана к нему, а также сами слова, указывающие на его ночное пребывание в покоях монгольского наследника, не мог не услышать Лань Сичэнь. До этого времени их особые отношения удавалось скрывать от посторонних, ни в коим случае эта информация не должна была просочиться сквозь запертые двери. И если «демоненок» мог не беспокоиться о последствиях, то служащий хана пугался каждого косого взгляда, вслушивался в тихое перешептывание, всегда готовый услышать раскрывшуюся тайну. И если избавиться от парочки солдат или слуг не составляло труда, то вот от большего количества свидетелей или же важного гостя, даже если и пленника, избавиться не представлялось возможным. Рано или поздно слухи дойдут до Не Минцзюэ и смерть ему, Яо, покажется спасением. Но вот тайцзы никак не изменился в лице. Может не понял смысл из-за нечеткого произношения Хуайсана? Но ведь после преспокойно заговорил с ним. Возможно воспитание и манеры не позволяют наследнику предположить худшее? Из нервных размышлений Мэн Яо вырвал голос главного виновника беспокойства: - Господин Мэн, надеюсь, поможет мне в этом. - Простите, в чем? - мятых складок на золотом дэгэле прибавилось. - Яо-Яо, как так? Ты такой невнимательный,- Хуайсан ехидно заулыбался и покачал головой, за что его любовнику захотелось свернуть ему шею, заодно и себя умертвить, чтоб больше не наблюдать этот позор, - Тайцзы ведь говорил о желании получше узнать резиденцию, да и весь Каракорум, ведь так? - он обратился к Сичэню. - Если вас не затруднит,- отозвался тот, сохраняя на лице милейшую полуулыбку. - Конечно… То есть да, я сопровожу вас, - Мэн Яо постарался сохранить самообладание, - Господин, еще слишком рано, отдохните, так как если вы не выспитесь, то на сегодняшней тренировке упадете без сил, что не понравится Великому хану, и вам придется заниматься дольше и усерднее,- притворно-заботливым тоном проговорил Яо, возвращая себе преимущество в видимой лишь для них двоих игре. Не Хуайсан тихо фыркнул себе под нос и удалился в комнату.

***

- Вы не ответили на мое предложение. Лань Сичэнь впервые нарушил напряженное молчание во время их прогулки вдоль дворцовых построек, прерываемое только для указания места и его предназначения. - Я не против помочь вам освоиться,- коротко ответил Мэн Яо. - Хорошо. Что-то странное было в этом «хорошо». Служащий хана вопросительно посмотрел на тайцзы. - Вы ничего не сказали по поводу первой части моей просьбы. Будете ли вы мне другом? - Сичэнь не смотрел на собеседника, направив взгляд на строящийся новый корпус для солдат. - Я не… Могу я обдумать это? - Конечно. Они прошли чуть дальше, выходя на открытое пространство, выделенное для тренировок с оружием. Поле занимало немалую территорию, поэтому Яо не сразу заметил вышедшего на него человека. И не просто человека, а Великого хана, оголившегося по пояс с саблей в руке. В такое ранее утро солдаты обычно спят и тренировочная площадка пустует. Не Минцзюэ часто выходит в это время попрактиковаться с оружием, в особенности, когда долго не предвидится военных походов, а «руки размять» надо. Но сегодняшний день начался для Яо с потрясений, от чего он забыл об этой привычке своего господина. - Ваше Высочество, пройдемте дальше,- он попытался отвлечь Лань Сичэня от созерцания будто сошедшего со страниц древних легенд Хоу И - Да, ведите,- неохотно отозвался тайцзы, продолжая наблюдать за ханом, скользящими ударами разрезающим воздух. Не успели они выйти за пределы поля, как их позвал громкий грубоватый голос.