Я дам тебе всё, что хочешь

Спиной Джон ощущает, насколько шершавая кора у сердце-дерева, как злобно она кусает его между лопаток. Он не может вдохнуть, когда кроваво-красные листья касаются шеи, а рука Робба гладит его по подбородку непослушными от холода и потрескавшимися от ледяного ветра пальцами. - Сноу, - говорит Робб. Голос у него низкий, горловой, почти похожий на рычание. Вторая рука нащупывает бедро Джона, крутит край его жилета. – Стена… Ты точно хочешь туда? - Я… да, - отвечает Джон, очень стараясь не столкнуться взглядом с глазами Робба. Для него попросту нет места на юге, а без лорда Старка Винтерфелл уже не будет его домом, тем местом, которое он считал своим. – Да. Робб слегка наклоняет на бок голову и мягко нажимает большим пальцем на изгиб нижней губы Джона. Джон закрывает глаза и раздвигает губы ровно настолько, чтобы кожа пальца стала влажной. И слышит тихий звук возбуждения. Он ждал этого, он чувствовал, что всё к тому идёт, когда видел, какими глазами смотрит на него Робб на тренировочном дворе, когда чувствовал, как он вешается ему на плечо, если выпивает слишком много вина за ужином, когда замечал, как сужаются и мрачнеют глаза Робба каждый раз, как Теон называет его бастардом. Но Робб никогда не допускал, чтобы его истинное отношение стало столь очевидным, так что Джон почти удивлён, когда Робб, наконец, наклоняется и прижимается носом к его подбородку. - Сноу, - опять говорит Робб, теперь тише. Ладонь пробирается под жилет Джона, скользит по груди. В волосах Робба запутался лист чардрева. – Джон. Джон целует его, потому что ему надоело ждать, потому что через три дня он отправляется на Стену, и если не сейчас, то уже никогда. Сначала у них всё медленно и неуверенно, лишь мягкие губы и пар от двойного дыхания смешивается между их лицами. Но затем Робб внезапно вдыхает этот пар, наклоняется ближе, раздвигает губы, его язык влажный и скользкий. А Джон одной рукой обхватывает его за талию, а пальцы второй погружает в волосы. - Робб… - выдыхает Джон дрожащим хриплым голосом. Внизу живота медленно нарастает жар. Робб впивается губами в кожу на шее Джона, проводит языком за ухом. – Робб, мы не можем… - Ты слишком много болтаешь, - отвечает на это Робб. Его глаза сузились, губы красные и влажные. – Ещё три дня ты принадлежишь мне, и я не собираюсь терять ни секунды. Джон улыбается и опять целует его.