7
6 июля 2022 г., 15:00
Эрика стоит в коридоре больницы, и всё никак не решается войти в палату. Во-первых, она чувствует себя немножко виноватой, а во-вторых Бакуго-сан там занят. Он разговаривает с кем-то по видеосвязи — через полуоткрытую дверь отлично всё слышно.
— Нет, ну как ты-то умудрился? — недовольно спрашивает женский голос.
— Ну вот так, — Бакуго-сан трагически немногословен.
— Чтоб ты понимал масштаб трагедии — на подобный исход ставил один Минета. И все мы теперь ему должны, понимаешь, все! — возмущается женщина. Эрика не уверена, но ей кажется, что это героиня Уравити.
— Я та-ак вам сочувствую, — тянет Бакуго-сан ехидно. — Это, наверн, почти так же грустно, как если бы кто-то в больницу загремел.
Уравити закашливается.
— Н-ну… Ты же там нормально?
— Всё отлично, они даже пообещали, что через пару дней из соседнего города приедет кое-кто с целительной причудой помощнее. А пока загипсовали.
— О-о-о, — сочувственно тянет Уравити. — Ну удачи. А вот ребята ещё спрашивали, что это ты там писал про отбитую фанатку?
Бакуго-сан как раз отводит взгляд от экрана, и замечает, что Эрика стоит за дверью. Но всё равно произносит, хоть и немного неловко:
— Да фигня. Не такая уж и отбитая.
И пока Эрика пытается отойти от этого мощного заявления, он уже завершает разговор, и окликает её из палаты:
— Эй, ста… Эрика. Заходи.
«Что, теперь я не такая уж и отбитая?» — не спрашивает Эрика торжествующе.
«А ты меня так ненавидишь, что аж пришла навестить?» — не отвечает Бакуго ехидно. Поэтому они просто молчат.
— А… А Мидория-сан… — начинает Эрика, и Бакуго-сан тут же подхватывает с видимым облегчением:
— Этот-то? Ну кароч, если мне не дадут Героя №1, я не знаю, чё сделаю, потому что я его всё-таки выпинал поспать в соседнюю палату!
Эрика смеётся над этой идиотской шуткой, и неожиданно для себя произносит:
— Всё-таки он вас и правда любит, Бакуго-сан.
— А то, — довольно лыбится Бакуго. — Больше всех.
«Но вы же понимаете, что я-то вас всё равно ненавижу и вообще еле терплю?» — спрашивает Эрика одними глазами.
«Канеш», — ухмыляется Бакуго, — «А уж я-то тебя как терплю, сталкерша — как меня только не разорвало ещё!»
В палату, сонно потирая глаза, вваливается Мидория-сан.
— О, Эрика-чан, здравствуй!
— Здравствуйте, — коротко кланяется она. — Ми… Мидория-сан, а я всё-таки Токе-сан написала. Она мне ответила уже даже.
Эрика гордо предъявляет экран телефона. Мидория-сан щурится на два сообщения — одно очень серьёзное и формальное, и другое — всё в восторгах и эмодзи.
— Ну и умница, — рассеянно отвечает он, и треплет Эрике волосы. Правда, быстро отдёргивает руку, но Эрика и так уже чувствует себя благословлённой на всю жизнь.
— Шёл бы ты спать дальше, — советует Бакуго-сан. Мидория-сан зевает.
— Коне-ечно, тебя оставь одного… Ничего себе, и правда загипсовали!
— Спрашивается, нафига, — ворчит Бакуго сквозь зубы.
— Каччан, если уж врач сказал, что надо… — начинает Мидория-сан. А Эрика просто достаёт из сумочки маркер.
Их совместными с Мидорией-саном художествами Бакуго-сан остаётся более-менее доволен.
— Вы, блин, оба — невозможные отбитые фанючки, — комментирует он.
Потому что теперь у него на ноге красуются огромные и довольно неровные буквы.
Всего два слова.
PLUS ULTRA
