Одна большая семья

      — Принимать буду я, — проинформировала Морри маму незадолго до родов. — А папа будет стоять рядом и не падать в обморок, да?       — Да, доченька, — улыбнулся Гарри. За прошедшее время Морриган изменилась — став строгой, жесткой в отношении режима и всего того, что нужно «молодой мамочке». Дочка также сдувала пылинки с любимой мамочки, как и все остальные, но уже в своей манере. А последние пару месяцев она еще строже стала, опасаясь за малышей. Магия, конечно, помогала, но…       — Дочка, а ты сможешь? — поинтересовалась уставшая беспокоиться готовившаяся стать еще трижды мамой женщина.       — Я все смогу, мамочка, — уверенно ответила Морри, погладив самого близкого человека на свете. — Потому что это ты.       Кое-что Морриган маме не рассказала, чтобы не волновать ее раньше времени. Игры с Маховиком Времени, странные зелья, которые подливали родителям и в этом времени с первого курса, оказали свое воздействие на женский организм ее любимой мамочки. Лактация у Гермионы могла быть резко снижена или вовсе отсутствовать, поэтому Морри рассказала это папочке и Аркадию, конечно дав им возможность подготовиться заранее. Гарри, уже знавший, что отсутствие лактации — не настолько большая проблема, в тайне закупал специальные магические смеси. Появление малышей обещало дать потанцевать всему семейству, так что Поттеры готовились.       Настал день родов, то есть отошли воды, начались потуги… Гермиона внезапно для себя оказалась в родзале. Помнившая о том, что мамочки кричат во время родов, женщина ни за что не хотела бы обидеть мужа, поэтому вцепилась ему в руку, глядя с такой любовью, что, казалось, в родильном отделении магической больницы более не было никого. Роды были довольно тяжелыми… И молодая мама, и Морри, и вся бригада совершенно измучились. Только Гарри, подобно стойкому оловянному солдатику, без роздыха находился рядом с «рахманиновкой», все также с любовью улыбаясь и подбадривая свою самую любимую на свете женщину. А что она там кричала — это было совсем неважно, хотя богатый словарный запас, конечно, поражал.       Тройня в семье… Ожидаемо для Морри и мужчин лактации практически не было, что позволило Гермионе хоть иногда спать. Почти всю заботу о детях попытался взять на себя счастливый папа, но Морри, Луна, Тори и Джинни вместе с Аркадием и Гарриет ему просто не дали этого сделать. Каждую секунду своей жизни самые юные Поттеры купались в тепле своей семьи. Наиболее сложные первые полгода да и потом дети знали, что их любят, что они — самые важные на свете, поэтому росли добрыми и чистыми. Хотя и баловать всех троих не разрешалось. Лили, Морри-младшая и Аркадий, тоже младший…       Когда Морриган услышала, что одна из малышек получила ее имя, она просто расплакалась, а реакция старшего Аркадия так и осталась тайной этой большой дружной семьи. Потому что так было правильно.

***

      Проходили годы, подрастали малыши, повыскакивали замуж девочки семьи Поттер, но… Традиционно уже выбирая медицину, они оставались с родителями, работая рядом. Главный целитель шутил, что скоро все доктора в больнице будут носить фамилию Поттер, но это было, конечно, не так. Джинни стала Лонгботтом, Луна — Винсенс, малышка Тори долго не могла решиться на романтические отношения, но потом все-таки сдалась под напором швейцарского аврора, любившего ее также, как папа любил маму. Гермиона и Гарри стали образцом — их любовь, их самопожертвование, их готовность спешить на помощь в любое время дня и ночи…       Морри-старшая держалась дольше всех, не желая покидать мамочку и папочку, но все-таки ответила согласием коллеге, с которым познакомилась на международном конгрессе. Несмотря ни на что, она часто приезжала к родителям, а потом назвала родившихся у нее разнополых близнецов в честь тех, что были для девушки всей жизнью.       — Познакомьтесь, ее зовут Герания, — с такими словами Дадли, переехавший в Швейцарию с женой, протянул Аркадию и Гарриет свою первую доченьку, в которой совершенно изменившийся юноша души не чаял.       — Привет, Гера, — улыбнулся своей племяннице Гарри. — Будь счастлива, малышка.       Выяснив все вопросы между собой, Дадли и Гарри подружились, а Розу Поттер приняли в свой круг женщины семьи. Гарри до сих пор хихикал, когда вспоминал выражение лица Дадли, узнавшего, что он Поттер.       Гарриет, отогретая семьей, подарила Аркадию сына и дочку, которых немедленно окружили заботой все, потому что иначе просто не умели. Дети росли правильными, по мнению Аркадия, добрыми, по мнению Гермионы, и самыми-самыми, по мнению всех остальных. Счастье пришло в семью и осталось в ней навсегда.       — Как время летит, — вздохнула Гермиона, проводив тройняшек в начальную школу. Сверкая отражателями на ранцах, первоклашки шагнули в свой самый первый класс. — Кажется, только вчера сказали свое первое слово, и вот…       — Они вырастут и будут счастливы, — Гарри обнимал свою супругу, и ей было очень комфортно в объятиях мужа. — Мы все для этого сделаем.       — Потому что мы семья… — тихо произнесла женщина. — А помнишь, как ты меня воровал?       — Помню, родная, — нежно поцеловал ее Гарри. — А драконий навоз у тебя со вкусом шоколадных лягушек получился.       — То есть я сделала шоколад в виде навоза? — удивилась Гермиона, которой было так комфортно, что хотелось, чтобы это продолжалось вечно. — И ты молчал?       — Конечно, — улыбнулся главный целитель швейцарской волшебной клиники. — Я же тебя люблю.       — Я тебя люблю, — прошептала женщина, извернувшись в руках мужа, чтобы встретить его губы своими.       Пусть их жизнь начиналась непросто, но они были счастливы. Одна большая семья Поттер — уверенные в будущем, любимые и бесконечно счастливые. Ведь семья — это очень важно. Также важно, как и быть счастливыми.       Сказка закончилась, кому-то она пришлась по душе, кому-то нет… Рассказана она была для того, чтобы кто-то улыбнулся, а кто-то и задумался. Ведь на то и сказки…