Легенда об одном замке

      За сосновыми ветками показалась старинная готическая постройка. Строгий силуэт поместья навевал мотивы давно ушедшей эпохи. Карл Безумный еще не родился, а поместье уже опустело и стало пристанищем для беглых преступников и лиц, вставших на скользкий путь. Дурная слава пришла к нему с того самого дня, когда раздался оглушительный и полный ужаса крик дворецкого. Тела хозяев стали такие же, как и их души: холодные и твердые. Каменные, если выражаться точнее. О чертовщине, творившейся в стенах поместья местные поговаривали еще когда близнецы были живы. «Видишь, поблескивает таинственный голубоватый силуэт в окне? Это демон поместья Глифул!» «Видишь, химера на крыше? Никакая это не химера! Это — демон поместья Глифул сидит, свесив ногу над витражом. Подобные разговоры были излюбленной темой для отчаянных мальчишек, трепещущих от страха на ветках дерева. Есть ли внутри две красивые, чересчур реалистичные статуи, или нет — Эбигейл было все равно. Пусть хоть все поместье кишит статуями, демонами, духами и еще Бог знает кем, мраморная чародейка не отказалась бы от своей мести. В городке, что встретился им на пути было правило: не останавливать никого, кто направляется в поместье Глифул. Не расспрашивать, не отговаривать, не отвечать на вопросы. Особенно если они не из местных. Тот, кто направляется в заброшенное поместье либо уже совершил злодеяние, либо только собирается. — Я думал оно в разы меньше… — сказал Эрик. В руках у него был платок, в который он то и дело сплевывал кровь. Белая ткань уже давно приобрела пугающий вид. Очередной плевок нарушил все правила этикета, потому что отправился не в платок, а на землю, под копыта виновнице его неудобства — лошади. Эбигейл спешилась и скинула с шеи лошади повод. Вместо длинной юбки на ней были кожаные штаны, что позволяло ей чувствовать себя намного комфортнее при длительной езде. Тотчас к ней подошел солдат, Эбигейл небрежно протянула ему повод, и он увел лошадь. Животное устало фыркнуло и махнуло хвостом. — Идеальное место, — протянула мраморная чародейка, осматриваясь вокруг и щуря кровавые глаза. От сада перед особняком не осталось ровным счетом ничего, лишь каменная беседка, обвитая прошлогодним плющом, служила напоминанием былого величия. — Мэм! — раздался голос Рональда, — где прикажете разместить оружие? — Заносите в особняк! Начальник стражи повернулся к солдатам и как громогласное эхо повторил: «оружие в особняк!». Темная шерсть мулов лоснилась от пота, животные с особым интересом косились на клочки молодой травы и нетерпеливо дергали головами. Несколько солдат спустили с повозки предмет, все еще накрытый плотной тканью. Рональд отдал приказ проверить есть ли кто-нибудь в особняке, чтобы не было никаких сюрпризов. Вооруженные солдаты с грозным видом направились к зданию. Один резкий точный удар ногой в дверь и дуло, направленное в темноту, могли бы напугать потенциального преступника, но внутри никого не оказалось. Испугались громкого звука лишь лошади, которых оставшиеся солдаты привязывали за недоуздки к деревьям. — Держу пари, Джон сейчас начнет искать статуи! — выкрикнул чей-то голос. Ему ответил второй, видимо принадлежащий Джону: — Иди ты… Вслед за солдатами на крыльцо стала подниматься Эбигейл. Эрик схватил ее за руку: — Куда это ты собралась? Мраморная чародейка вырвала руку из хватки Эрика и, не сказав ни слова, продолжила подниматься по ступенькам. Эрик пожал плечами. Особняк встретил ее тишиной и запахом старины. Огромный зал с нервюрным сводом, поддерживаемый колоннами производил впечатление даже несмотря на явные следы разграбления. Химеры на капителях колонн лишились от времени носов и ушей, со стен исчезло оружие, украшавшее ранее великолепную гостиную. Свет едва проникал сквозь пыльные, потускневшие витражи. Эбигейл с неподдельным интересом обвела взглядом зал и привычным жестом скинула с головы капюшон. Один из солдат, заметив ее, робко произнес: — Мэм, может вам не стоит следовать за нами?.. Хлопок крыльев по ту сторону окна заставил солдат напрячься. Но прежде, чем они успели наставить ружья на источник звука, бесшумная молниеносная сфера пробила окно изнутри, оставив на нем круглое отверстие не толще пальца и ни одной трещинки. В воздухе на секунду зависло несколько серых перьев. Эбигейл подула на выставленный указательный палец, как на дуло пистолета. Солдаты опустили ружья, но все еще неотрывно смотрели на то место, где секунду назад была птица. Это была не сипуха, Эбигейл узнала бы желтый глаз своего врага, просто невинная пташка решила отдохнуть на одном из карнизов злосчастного особняка. — Еще вопросы? — обратилась Эбигейл к солдатам, горделиво приподнимая подбородок. «Сдается мне, у нас теперь два начальника» — подумал каждый из них. — Нет, мэм! — отчеканил один. — Нет, мэм! — подхватил второй. — Вопросов нет, мэм! Помимо Эрика, Рональда и солдат Эбигейл сопровождали несколько представителей Общества Слепого Глаза. Среди сектантов были Фред — их лидер, имя которого звучало вовсе не так мрачно и загадочно, как все ожидали, остролицая красавица Дженна с черными как смоль волосами и подстриженной челкой, и долговязый парень лет двадцати с небольшими овальными очками. Когда Эбигейл увидела последнего, она долго и оценивающе смотрела на него, и чем ближе ее брови сходились к переносице, тем больше парень напоминал напуганного кролика. На вопрос «почему именно он?» Фред ответил, что это лучший механик их общества. — Как твое имя? — обратилась к нему Эбигейл. Парень ответил высоким дрогнувшим голосом: — Р-рой Аттерсон… — Уверяю вас, почти все приборы, которые мы используем, собраны Роем, у него мозги что надо, — продолжал нахваливать его Фред, — не сомневайтесь, Эбигейл. Главарь сектантов хотел сказать «сестра Эбигейл», но у него не повернулся язык. Эбигейл махнула рукой: — Пусть идет. Причина, по которой на задание отправились только трое сектантов была проста: Эбигейл боялась, что потеряет над ними контроль. Все они были не так просты как казалось.

***

      Звуки вечернего леса могли бы создавать уют, но сейчас, когда нервы напряжены до предела, они вселяли еще больший страх. Скрип старого дерева казался странным своеобразным голосом, который то и дело твердил: «уходите… уходите… Диппер, Мэйбл». Близнецы часто бывали в лесу и никогда еще не испытывали такого дискомфорта. Наверное, это чувство знакомо невинно осужденным, пустившимся в бега. Сколько еще проспит Билл? Несколько часов? Или весь день? Диппер не знал, на что способен дар ковша Большой Медведицы. Быть может их уже ищут.

Близнецы успешно миновали чащу леса, где иногда приходилось ломать ветви, чтобы пробраться сквозь кусты. Здесь лес был редким, и они без труда нашли место, достаточно удаленное от свисающих сосновых лапок и молодого папоротника. Сквозь чащу близнецы бежали так быстро, как только позволяли заросли. Ноги ныли после пробежки, перед глазами все еще мелькали кусты и стволы деревьев. — Ну вот и все! — Мэйбл вывалила сухой хворост на небольшое сухое бревно, которое выбрал брат для костра. Когда оно прогорит, угли будут согревать их всю оставшуюся ночь. Диппер полез в сумку, которую он успел прихватить, когда они сбегали от Билла. — Да где же они… — бормотал он, копошась в ней почти на ощупь. Темнота опустилась быстро, близнецы и глазом моргнуть не успели. Мэйбл села на поваленное дерево и подняла голову наверх. Лапки сосен потихоньку чернели на фоне темно-синего неба, на нем уже затеплились первые звездочки. Взгляд непроизвольно стал искать ковш Большой Медведицы. — Нашел! — победно крикнул Диппер и вытащил из сумки небольшой прямоугольный предмет. Серная головка спички вспыхнула, встретившись с ребром коробка. Диппер сел на корточки перед охапкой хвороста и поднес к ней оранжевый огонек. Сухие ветки начали тлеть, затем появились первые неуверенные язычки пламени. Воздух наполнился запахом костра, вверх потянулась струйка дыма. Вскоре загорелось и бревно. Для верности Диппер зажег еще одну спичку и положил ее под ветки. Легкий ветерок поспособствовал тому, что костер разгорелся быстро. — Дым может привлечь Билла, но иначе мы замерзнем, — сказал Диппер усаживаясь рядом с Мэйбл, — или есть риск стать ужином для рыси. Близнецы одновременно вздохнули, и их взгляды остановились на костре. Недаром говорят, что на огонь можно смотреть бесконечно. Языки пламени плясали на тонких веточках, переплетались между собой, играли. Мох на бревне быстро почернел и прогорел до основания. Тихое потрескивание горящего бревна внушало немного спокойствия. Сколько еще осталось до городка близнецы не знали, только Диппер, который лучше ориентировался в лесу и во времени, предполагал, что идти им осталось еще около часа. Сил больше не было, и близнецы вынуждены сделать привал на ночь. Мэйбл поежилась от холода. Над костром, шурша крыльями носились две летучие мыши. — Был бы у меня арбалет, я бы подстрелила их, зажарила и съела, — мрачно заметила девушка, наблюдая за этими воздушными догонялками. Есть действительно хотелось. Близнецы были измученными, голодными и дрожали даже под теплой одеждой, которую Мэйбл положила в сумку еще в замке. Диппер достал из сумки две банки с тушенкой. — Ненавижу эту гадость… — буркнула Мэйбл, которая терпеть не могла тушенку. Диппер сделал лицо терпеливого родителя и открыл обе банки. — Думаешь, летучая мышь была бы лучше? — спросил он, протягивая банку сестре. Мэйбл с угрюмым видом уставилась на содержимое и ничего не ответила. Ели близнецы молча. Мэйбл долго ковырялась вилкой в банке, но все же съела всю свою порцию. После еды стало ощутимо теплее. Бревно в костре прогорело и Диппер палкой разделил его на две части. В воздух, как потревоженные насекомые, с треском полетели искры. Мэйбл почувствовала, как ее стало клонить в сон. Слишком много она испытала за прошедший день, пора бы и отдохнуть. Ее брат напротив, сидел как на иголках и оборачивался на каждый шорох. Летучие мыши гонялись друг за другом, где-то ухала сова. Мэйбл сломала несколько веток у поваленной сосны и расположилась на них около костра. Диппер последовал ее примеру. Сосновые иголки были мягкими, в отличии от еловых, но ветки все равно неприятно давили под ребра. Диппер сжался клубком и уткнулся носом в колени. Рой беспорядочных мыслей и тревог носился в его голове как эти ночные летуны над костром. — А знаешь, Диппер, — внезапно заговорила Мэйбл, — ты ведь был прав. Диппер выглянул из своего «укрытия». — Насчет? — Насчет Билла. Мэйбл сделала паузу, задумчиво глядя на почерневшие бревна в костре. — Похоже я действительно его ну… полюбила, наверное… Диппер видел, что сестра застеснялась, и даже ужаснулся. Обычно, когда она находила очередного «понравившегося» парня, она заявляла о своих чувствах громко, как будто пыталась убедить себя, а не окружающих. Искать свою вторую половинку Мэйбл начала еще с двенадцати лет, но никакие отношения у нее не клеились. — Глупо, правда? — натянуто и грустно улыбнулась Мэйбл, — еще глупее, что я сказала ему об этом. Диппер приподнялся на локте, чтобы видеть лицо сестры. Девушка лежала на боку, ее волосы растрепались, а в глазах отражались пылающие угли. — И как он отреагировал? — обычно Диппера не волновали подобные разговоры, и он не задавал лишних вопросов. Нужды в этом не было, поскольку Мэйбл сама вываливала на него все подробности, как будто Диппер был ее подружкой. Вопрос вырвался сам собой и вовсе не из вежливости. Мэйбл махнула рукой, будто речь шла о каком-то пустяке, но Диппер видел, что для сестры это был вовсе не пустяк. — Билл как будто заранее знал, что нужно отвечать. Он просто вежливо отверг меня. Мэйбл вспомнила его спокойный и немного сочувствующий взгляд. Лучезарная улыбка девушки в миг потухла. Она была почти уверена, что Билл ответит взаимностью, но этого не произошло. Диппер не знал, что сказать. Времени подумать у него, как оказалось не было, потому что из глубины леса послышались шаги и треск веток. Мэйбл вскочила так резко и проворно, как это способна сделать разве что только кошка. Поза, в которую она встала, Диппер мог бы назвать «бей или беги». — Кто это? — шепотом спросила она и тут же добавила, — это не Билл… Диппер, у которого зрение было испорчено чтением в плохо освещенных помещениях, не стал сомневаться в словах сестры. Он даже подумал, что у них, возможно, появился шанс на спасение. Что это — просто заплутавшие путники или охотники. Наивная мысль. — Стойте на месте! — такой тон может принадлежать только одному типу людей. Тем, кто носит красно-зеленую форму с позолоченными пуговицами в два ряда и белые перчатки. Близнецы, разумеется, стоять не стали. Изменилось ли что-нибудь, заметь они ружья, которые солдаты держали наготове? Да. Близнецы бежали бы еще быстрее. Только Эбигейл способна отдать приказ разыскивать молодых людей с оружием. Мэйбл и Диппер бежали, не слушая окрики за спиной. Мэйбл внутренне похвалила себя за то, что одела утром широкие штаны, а не юбку, которая бы замедлила ее бег. Диппер отставал от своей резвой сестры, усталость сделала свое дело, вторая пробежка за день, это уже слишком. Спина сестры, мелькающая среди стволов, пошла рябью, в глазах замелькали хвостатые точки. Кровь мучительно стучала в висках, а легкие горели огнем. Толчок прикладом в спину выбил почву из-под ног. Диппер упал в сорняки, из его рта вырвалось имя сестры. Он хотел крикнуть, но крик был похож на хрип. Солдат заломил ему руку и прижал сверху к земле. Он видел, как Мэйбл обернулась на бегу, заметила обездвиженного брата и тоже остановилась. Двое солдат подбежали к ней. — Что ты делаешь?! — закричал Диппер, срывая голос, — беги! Спасайся! Мэйбл попыталась отбиться, но двое солдат, разумеется, были сильнее. Девушка догадывалась, что они с братом нужны Эбигейл живыми, поэтому дуло ружья, наставленное на нее в упор, пугало не так сильно, как могло бы. — Уберите руки! — кричала Мэйбл, тщетно пытаясь вырваться. «Способность!» — мелькнула мысль в голове у Диппера. «Я же могу усыпить его!». Юноша сжал зубы, пот крупными каплями стекал по вискам. Ковш Большой Медведицы сверкнул из-под челки лишь на секунду, но хватка солдата не ослабла. Чувство собственного бессилия, как же Диппер его ненавидел. Сестра дрыгала ногами, пытаясь задеть солдата, крепко сжимавшего ее руки сзади. Что-то холодное коснулось запястья Мэйбл, сначала одного, потом второго. Клацнул замок, и она понял, что оказалась в наручниках. — Нет… Нет, нет, нет! Мэйбл предприняла еще одну попытку лягнуть солдата по ноге. — Угомонись! Тебя не на убой ведут, — пробасил голос у нее над ухом. Их повели через лес. Диппер хотел задать вполне логичный вопрос: как их нашли? Но передумал. Потому что понял сам. Оказалось, место их ночлега находилось совсем недалеко от поместья Глифул. Дым от костра вывел солдат к ним. Если бы Билл держал близнецов в курсе местоположения Эбигейл, то они бы не решились на побег именно в мае. Недосказанность порождает неприятности. * * * Посередине двора в старой трухлявой бочке горел большой костер. Пламя по высоте достигало темных провалов окон второго этажа. Огненные языки извивались, словно живые. В ярко-оранжевом свете поместье Глифул выглядело еще более зловеще. Рядом с костром на посту стояли несколько солдат, их суровые лица повернулись в сторону Диппера и Мэйбл. Близнецов подвели к горящей бочке. — Я сообщу мисс Фриман, — сказал самый молодой из солдат на посту. Но этого не потребовалось. Эбигейл поспешила выйти на крыльцо, сразу же, как только увидела солдат, вернувшихся с «добычей». Мраморная чародейка неспешно спустилась по ступенькам. Фиолетовый плащ, служащий теперь только для тепла, делал ее похожей на огромную летучую мышь. Красные глаза сияли в свете костра. Капюшон был откинут, и близнецы могли видеть опрокинутую черную луну на лбу. По плечам струились ее длинные прямые серебристые волосы. «Она — альбинос!» — догадался Диппер рассматривая Мраморную чародейку. Когда Эбигейл подошла ближе, близнецы взглянули ей в лицо. За спиной Мраморной чародейки полыхал костер, жгучее, но холодное пламя находилось и в душе. Ее тонкие губы искривились в спокойной величественной усмешке. Не произнося ни слова, Эбигейл бесцеремонно запустила пальцы Дипперу в волосы и откинула со лба челку. — Так ты и есть Эбигейл, — осмелилась подать голос Мэйбл. На что Эбигейл крепко схватила ее за предплечье и повернула боком. — Для тебя мисс Фриман, — отчеканила она и резко задрала рукав блузки Мэйбл до локтя. — Что произошло между тобой и Биллом? Почему ты за ним охотишься? — не унималась Мэйбл. Диппер легонько пнул сестру по ноге. Эбигейл не подала виду, что удивилась: девушка явно не читала газет. Однако о личном мотиве Мраморной чародейки она откуда-то знала. «Наверняка эта заноза Пироника растерпала» — решила Эбигейл и обратилась к Мэйбл с каплей наигранного снисхождения: — Девочка, у меня приказ с самого верха. Вам ничего не грозит, если будете слушаться. К ним приблизился Рональд. Увидев его, Эбигейл повернулась к близнецам спиной и отдала приказ вести их в особняк и привязать к стульям. — Но они же еще почти дети… — растерянно пробормотал Рональд. Возможно, в свете костра близнецы выглядели младше своих лет, поэтому вызвали у него немного сочувствия. — У них есть способности, — отрезала Эбигейл, — мы не знаем на что способны эти дети. Это прозвучало как веский аргумент, и Рональд не стал спорить. Солдаты повели близнецов в особняк. «Здесь как в ночном кошмаре» — подумал Диппер, когда они оказались внутри. Их провели в небольшую комнатку на первом этаже и усадили на старые, но еще крепкие стулья. — Что случилось там, в горах? — внезапно вырвалось у Мэйбл. Она не знала, кто тянул ее за язык и откуда она знает, что события произошли именно в горах. Должно быть она вспомнила тот огромный валун, сбивший ее во сне с тропинки в ущелье и дерево. Дерево, живущее на свете ни одно тысячелетие. Никто из присутствующих не заметил замешательство Эбигейл, никто, кроме Диппера. И ему стало страшно. Потому что вслед за замешательством последовала сдерживаемая ярость. Юноша всегда был внимателен к людям, и хоть бесстрастное лицо Эбигейл оставалось спокойным он буквально кожей чувствовал разряженный воздух. — Оставьте нас, — ледяным тоном приказала Эбигейл солдатам. Солдаты посмотрели на веревки, лежащие на полу, затем на близнецов. Эбигейл подождала, пока они выйдут, так и оставив близнецов непривязанными. Мэйбл, как и Диппер почувствовала ледяной укол страха, но виду не подала. Она помнила главное правило охотника — если зверь больше и сильнее, не показывай, что боишься его. Эбигейл налетела на нее и ухватилась за спинку стула. Гневные красные глаза альбиноса оказались прямо перед ее лицом. Мэйбл смотрела прямо в них, чувствуя, как по лбу стекает ледяная змейка пота. — Думаешь, бессмертие это дар?! — прошипела Эбигейл, наклоняя стул вместе с Мэйбл назад. Девушка ощутила, как ноги отрываются от пола, еще чуть-чуть и она рухнет назад. Эбигейл продолжила: — Представь, какого это, видеть, как все твои друзья, родные, близкие и любимые стареют, а затем умирают у тебя на глазах! Просто представь! Нет, бессмертие — это проклятье. — Что-то я ничего не понимаю… — вмешался Диппер. — О, сестра не посвятила брата в подробности! — издевательски воскликнула Эбигейл, — Билл заплатил моей кровью, обманул меня, чтобы жить вечно! Мэйбл непроизвольно повернула голову вправо, и посмотрела на руку Эбигейл. Бледный шрам пересекал предплечье. — Память о том дне, — усмехнулась Эбигейл. Она отпустила стул, на котором сидела Мэйбл, и его ножки гулко стукнулись об пол. — Но Билл не учел одну маленькую деталь. Я тоже стала сильнее, и ему придется дорого заплатить. — Око за око, и мир ослепнет, — тихо сказала Мэйбл. Эбигейл хмыкнула. — И что же? Ты теперь убьешь его? — спросил Диппер. — Он нужен королеве живым, — протянула Эбигейл, — но жизнь такая штука, что все может случиться… Кулак Эбигейл резко превратился в ладонь. Фиолетовое пламя вспыхнуло внезапно, с шипением. Диппер дернулся от такой концентрации злобы в сгустке магии. Глаза Мэйбл и Диппера широко распахнулись. Эбигейл зловеще улыбнулась, и сжав в кулаке огонек, направилась к двери. — Постой! — воскликнула Мэйбл встав со стула. Диппер тоже приподнялся, но Эбигейл щелкнула пальцами и крепкие веревки как живые опутали близнецам ноги и тело, заставив сесть на место. — П-полегче! — вырвалось у Диппера, когда веревка словно змея, сдавила грудь, привязывая его к спинке стула. Дверь за Эбигейл захлопнулась. Двое солдат выпрямились по струнке, когда мимо них прошла Мраморная чародейка. Это были те солдаты, которые привели к особняку близнецов. До этого они о чем-то шептались. Эбигейл прошла по коридору и остановившись у одной из комнат, толкнула старую скрипучую дверь. За ней была комната с оружием. На столе стояли зажженные свечи, на стенах висели канделябры, Мраморная чародейка резким движением сдернула плотную ткань с прибора. Оружие предстало перед ней во всей красе. Параболический экран блестел в свете свечей, сфера в своем бездействии, казалось, копила силу перед смертоносным ударом. Эбигейл почти трепетно провела пальцем по панели с кнопками и рычажками. Красная кнопка всегда вызывает желание нажать на нее, особенно, если твоя месть зависит от нажатия этой кнопки. Эбигейл вовремя опомнилась от своих мрачных мечтаний и отошла к столу, на котором стоял маленький переносной террариум. Паук безучастно наблюдал своими немигающими глазами как хозяйка принялась писать на листе бумаги. Он попятился от бледной руки, вторгшейся в террариум, но у этой руки был многолетний опыт взаимодействия с пауками. Эбигейл ловко прижала насекомое ко дну террариума, обхватив его таким образом, чтобы челюсти не смогли впиться в ее кожу. Эбигейл достала паука и, привязав к его лапке записку, вышла во двор. Ее лицо в этот момент могло бы напугать кого угодно, даже каменную статую. Такая смесь затаенной злобы и мрачного веселья граничила с безумием. Танец огня отражался в ее пылающих глазах. Улыбку она больше не прятала за маской спокойствия. — Пора бы отправить Биллу весточку. Эбигейл опустила паука на землю, и он пополз, шурша мохнатыми лапками, на одной из которых была записка: «Детишки у нас. Поместье Глифул.». Эбигейл выпрямилась и хищно втянула носом воздух, пропитавшийся запахом костра.