Камень памяти

      Практически весь вечер я провела в компании с Кайлой. Она расхаживала из стороны в сторону, то и дело рассказывая, как нам побороть Грин-Де-Вальда и его приспешников. Все её монологи я слушала молча, пожевывая имбирное печенье и шоколадных жаб. Снег за окнами так и валил. — Почему бы нам просто не разбить этот камень? Проблем меньше! — спросила я, откусывая лапку жабы. — Ты что, сумасшедшая? — Кайла подбежала ко мне с широко открытыми глазами, — Никогда этого не делай, ты не знаешь про заклятие? Тот, кто разобьет камень Памяти, навсегда потеряет все воспоминания! Как гласит легенда, всего было пять камней, их создал некий Дарвин Гельд. Все камни он отдал своим пятерым детям. Говорят, за ними все время кто-то охотился и стирал память, отчего они не помнили друг друга и пытались убить. Двое из них разбили их, и вскоре погибли, убив друг друга. Третий, спрятал его в горах. Остальные двое связали камни заклинанием, чтобы никогда не терять их и проносили до самой смерти. В общем, тот камень, что был спрятан в горах, нашла Элиас, не знаю, для чего, но после всех её злодеяний, мракоборцы наложили на неё заклятие, чтобы она разбила камень. После этого она все забыла и так очутилась в мире маглов. Наверное, до сих пор там, сидит и смотрит в окно, и даже на секунду в её голове не пробежит мысль о том, что когда то в её руках была палочка, которой она убивала людей… Мурашки побежали по коже? Да и к тому же, Грин-Де-Вальд после такого точно убьет тебя. — Ну и ладно. Зато он не вернет память своей этой… Элиас или как там её зовут, Дамблдор не пострадает и многие останутся живы. — Ты серьезно готова пожертвовать собой, чтобы спасти весь мир? — Может… — помедлила я. — Ха-ха, не зря эта старая шляпа отправила тебя в Гриффиндор. Грин-де-Вальд все равно не остановился бы после такого, тупица. — Кайла злобно хихикнула и отошла в другой конец. — Ты говоришь, два камня были связаны, неразлучны? — Да. — Как этот камень оказался у вас? Если передается по наследству… — Я не знаю. Я даже не подозревала, что эти камни могут оказаться какими-то волшебными. Хорошо, что я отказалась его носить, а то моя бабушка Джо все время твердила о том, что со мной случится что-то страшное, если я надену его. — Твоя бабушка? Слушай, может быть она знает что-то об этих камнях? — подпрыгнув с места, спросила я. — Возможно, но она скрытная. — Кайла задумалась. — Много чего знает, но постоянно все скрывает. Да и добираться до неё долго. Тем более в такую пургу, — она выглянула из окна и поморщилась. — У нас сейчас каникулы, может и успеем. — Да что тебе не сидится то! — вскрикнула Нотт. — Подумаешь, может это вообще и не камень Памяти, обычная безделушка, а мы тут устроили. — Ты сама мне пару минут назад говорила, как мы разгромим Грин-Де-Вальда, а сейчас даешь заднюю. Он закатила глаза и ничего не ответила. — А Тео что-нибудь знает? — спросила я через несколько минут молчания. — Не думаю, что ему это интересно, вечно запрется в своей комнате, не открывает, никого не пускает. Даже собственную сестру! — Будешь говорить ему? — О камне? — переспросила Нотт. — Да… — Не стоит, он будет в ярости, если узнает, что фамильный камень оказался у тебя…тем более Гриффиндорки…мне то все равно, не люблю такие побрякушки, а вот мама сразу нацепила такую Тео. Сколько раз я спрашивала его зачем носит, а он, мол, от мамы же — она немного приуныла, — Да…он так любил её…все время таскался с ней, говорил про неё, рассказывал как они ездили в разные места, но…после того как она умерла, он стал таким злым и скрытным. Это совершенно не похоже на него, возможно, для тебя это привычный его вид, но на самом деле он очень добрый. А как он любит животных — это же вообще! — глаза Кайлы засверкали, — На втором курсе он притащил в комнату умирающего зуву. Тварь, конечно, огромная, но этот был ещё маленьким. А заболел то, заразой страшной, не зря в Китае выведен, привозили на изучение, один сбежал. Тео такой заботливый к ним, даже не знаю, как его Филч не поймал с ним. Так вот, Хагрид, сказал, отпустить, не выживет. Но Нотт упрямый, взял и вылечил, а ему было то двенадцать всего. Хагрид так обрадовался. После этого он часто стал приносить полудохлых зверей. Я его ругала за это, а он послушался…ну я так думала, пока однажды не поймала его, как он тащил сову на заваленный чердак. Фред и Джордж ему сказали, что этот чердак давно никто не использует, так он устроил там больничку для зверят. — Да он настоящий Айболит, — засмеялась я. — Это кто такой? — удивилась Нотт. — Неважно, продолжай. — я прочистила горло и продолжила слушать. — Ну в общем, я зашла туда тайком, а там зоопарк какой-то. От мелких лукотрусов, чуть ли не до нунду! — я вспомнила, как Тео помог одному из детенышей нунду, — Чердак не большой, но он уместил туда всех. Когда он узнал, что я ходила на чердак, он так разозлился…мы месяц не разговаривали. Потом он смирился с моей любопытностью и даже сам учил меня некоторым заклинаниям, которые помогут при первой необходимости помочь зверьку. Это его так воодушевляло, он сиял, когда отпускал выздоровевшую тварь. Потом его спалила МакГонагалл, она была в ярости, что в стенах Хогвартса находятся запретные животные. Слизерину тогда влетело знатно…минус триста пятьдесят очков, ты представляешь? — Кайла схватилась за голову и покачала ей, — После этого Тео совсем мрачным стал. Снейп следил, чтобы Тео не принес ещё кого-нибудь в нашу гостиную. Но когда его сделали старостой и выделили отдельную комнату, он был так счастлив. Наверное, снова стал приносить туда каких-нибудь тварей, раз никого не пускает. Давно я не видела его таким жизнерадостным… — Кайла глубоко вздохнула и подняла голову, продолжая что-то вспоминать.       Возвращаясь в свою гостиную, я благодарила небеса, что не встретила Седрика, но зато мне пришлось столкнуться с ним в воскресенье утром, на генеральной репетиции вальса, которую перенесли. Нас было всего три пары, Крам с Грейнджер, Делакур с Дэвисом и мы. Первыми выступали чемпионы, так что нам было важнее всего не опозорится.       Встав в пары, мы стояли несколько секунд. МакГонагалл ходила вокруг и ставила нас в более красивые позы. Профессор Флитвик пытался починить большой граммофон, стоящий между двумя большими елками, красиво украшенными. Где-то вдалеке я слышала плач Хагрида. Он стоял у дверей и махал мне рукой, второй вытирая глаза. «Я же не замуж выхожу, ты чего!» — шепнула я ему. Он улыбнулся и продолжал махать. — Я обидел тебя, да? — сказал наконец Седрик. — Что? Нет! Конечно нет! — резко обернувшись, засмеялась я. — Тогда почему ты вчера как-то нехотя помахала мне и вообще мы не разговаривали… — Просто мне надо было закончить кое какие дела по учебе, вот и не пришла. Нам правда много задали… — пыталась я как-то сгладить вину. — Так! — звонкий голос профессора прорезал уши, — Хватит болтать! Сегодня вы выступаете первыми, поэтому я хочу, чтобы все было очень красиво. — Она переставляла наши ноги и руки, в итоге мы оказались так близко прижаты друг к другу, что, если бы я подняла голову, мы столкнулись бы носами. — Хорошо, я понимаю, пятый курс действительно сложный. — Седрик немного отошел назад и улыбнулся мне. — Надеюсь, сегодня мы будем самой красивой парой. — я засмущалась и опустила глаза. После репетиции меня встретила Кайла. Она повела меня в свою комнату и стала показывать разные платья. — Это мрачное, а это слишком яркое. Розовый не к лицу! Чёрное? Зелёное? Буду как обычно. Что на счет жёлтого? — она повернулась в руках с ядовито желтым платьем в руках. Я поморщилась. — Поняла, — выкинув платье на кровать, она продолжала перебирать свой шкаф. Эта картина напоминала мне Хэллоуин.       Моё платье было в пол, изумрудного цвета, на свету немного переливая голубизной. Оно подходило к моим зелёным глазам. Возможно, я выглядела как слизеринец, но картину разбавлял мой кулон с совой, с красным камнем. Тем самым. Мне хотелось его снять и поменять на другой, но я за переживала, вспомнив слова Сириуса. Волосы были собраны в «неряшливый» пучок, у лица торчали несколько прядок. Кайла зацепила сзади красивой заколкой, с темно-зелёными камушками. Она всё-таки выбрала чёрное платье, но с золотыми вставками и такого же цвета фатиновой юбкой.       Бал через час. Все ученики, что уезжали вчера вернулись. Гостей было много. Мы с Кайлой решили уже пойти к Большому Залу, чтобы найти пока наших друзей. Еле пробравшись сквозь толпу, мы все же оказались на первом этаже. — Кажется, там мои друзья — сказала Кайла указывая на слизеринцев. — А где Диггори? — Не знаю, что-то не видно его, — я выглядывала из толпы, немного подпрыгивая, но не нашла его. — Тебе лучше найти его, а то скоро первый танец, все будут на вас смотреть. — её последние слова о том, что на нас будут смотреть, поставили меня в неловкое положение.       Я все-таки ушла от Кайлы в поисках Седрика. Но даже спустя полчаса я не нашла его. Из коридоров все исчезли, толпа собралась в Большом Зале. Я успела подняться на Астрономическую башню, но его нигде не было. Спускаясь вниз, я почувствовала сильную дрожь в коленях, отчего чуть не упала со ступенек. «Неужели он не придет?» — от этих мыслей ком подступил к горлу. Подходя к Большому Залу, двери в который были уже закрыты и из него доносились возгласы учеников, я заметила всего две пары. Гермиона, с трясущимися руками подбежала ко мне с вопросами о Седрике. — Я переживаю, ведь все должно было быть идеально! — вскрикнула она. — Знаю, — опустив голову сказала я. Нервно перебирая пальцы и постоянно оглядываясь, я ждала, когда же он подойдет. Но никто так и не пришёл. Звон. Часы пробили девять вечера, сейчас должны выступать мы. Ребята встали в пары и ждали, пока откроются двери. Оглянувшись, я заметила МакГонагалл, в своей зеленой мантии, быстро бегущей в нашу сторону. — Ужас, какой ужас! — тараторила она, — Просто кошмар! — Что случилось, профессор? — спросила Гермиона. — Вы не будете танцевать вступительный танец, будем танцевать группами, как было на репетициях, только теперь смешаемся факультетами. — строго проговорила она, немного с отдышкой. — Профессор, Седрик Диггори…он не пришёл. — тихо произнесла я. — Я знаю, Николь. Это ужас, я бы отменила праздник, но Дамблдор настоял…не портить праздничное настроение…все новости после Рождества. Пожалуйста, осторожно входите и найди себе другую пару, — голос её начал дрожать, она открыла двери, и чемпионы незаметно пробежали в середину зала. Я медленно зашла внутрь и подошла к ним.       Вокруг середины стало около четырнадцати пар. В середине должна была быть пятнадцатая. Седрик и я. Флитвик, стоящий у граммофона выглядывал сквозь толпу и выжидал, когда включать музыку. Остальные ученики стояли кругом и смотрели, другие перешептывались, кто-то хихикал. Я оглядывалась на них, но все были с парами, и все заметили, что танец так и не начинается. Гермиона стояла с Крамом, в паре метров от меня и шептала: «Быстрее возьми кого-нибудь!». Ком снова подступил к горлу, а глаза наполнились слезами. Профессора, стоящие позади сцены, тоже стали переговариваться. Флитвик взмахом палочки выключил свет ламп и люстр, оставив только свечи и гирлянды.       Я была готова провалиться сквозь землю. Профессор смотрел на меня, почесывая свою маленькую голову, и ждал, когда я выйду. Я уже было показала ему руками знак, чтобы начинали без меня, но кто-то подошёл ко мне сзади, и взяв крепко за кисть руки потянул в середину зала. Встав на свое положенное место, я подняла мокрые от слез глаза, и увидела высокого, в черном костюме, все такими же растрепанными, но как-то немного по-другому лежащими и чуть кудрявыми волосами, блестящими карими глазами, но в расплывчатом изображении Тео. — Тео? Что ты делаешь? — дрожащим голосом еле выговорила я. — Спасаю тебя от позора. — усмехнулся он и положил одну мою руку себе на плечо, другую крепко сжал в своей и вытянул в сторону, левой же прижал к себе. Широко улыбающийся Флитвик на радостях включил огромный граммофон, тут же заиграла музыка. Покосившись в сторону, я заметила кучу слизеринцев, смотрящей на нас и перешептываясь. — Все так смотрят…тебя, наверное, потом засмеют, что ты танцуешь со мной…гриффиндорской неудачницей… — к горлу ещё раз подступил ком и глаза стало щипать. — Успокойся, что в этом такого? Никакая ты не неудачница. — такую любезность от него я услышала в первый раз. — От меня даже парень сбежал, а ты…в который раз ты спасаешь меня? — снова подняв на него глаза, я так и не смогла увидеть его четко из-за слез. — Так все-таки спасаю, да? — улыбнулся он. — Недавно ты говорила совершенно обратное.       Под громкий аккорд, послышался не чуть не тише стук каблуков. Медленное раскрытие рук, такое же кружение, и небольшое расстояние, появившееся в его время, быстро сократилось. Резкий контакт рук и мы снова кружимся в танце. Уже практически собравшись с мыслями, успокоившись от недавнего казуса, так сказать, я даже позабыла о Седрике. Я наблюдала за Ноттом, за его умелыми навыками танца. Не думала, что он вообще придет, ведь сам сказал, что не желает. И как его только Паркинсон отпустила танцевать со мной.       Больше всего я боялась поддержки. Если он уронит меня, то, во-первых, будет больно, а во-вторых, надо мной ещё месяц будут смеяться. Особенно близнецы Уизли. Но все оказалось совершенно не так, как представлялось. Он поднял меня также, как и остальные. Кажется, я для него просто пушинка. После поддержки все остальные присоединились к танцу. Стало как-то спокойнее, и я выдохнула, теперь никто так не пялится. — Читал, недавно в местном зоопарке Манчестера, в клетке у львов появилось странное существо, с пятью малышами, видом смахивают на леопардов. Правда ростом двадцать метров, но не страшно. — заявил Тео. — О, Мерлинова борода, — испугалась я, — Я не хотела, ты сам сказал мне представить Африку ли что там. Ну я вспомнила львов этих. Ужас…надеюсь, никто не пострадал? — я сжала его ладонь. — Нет. Из Министерства магии быстро прибыло подкрепление. Хорошо, что нунду разговаривать не умеют, думаю, тогда бы мне пришлось снова тебя спасать, — подмигнул Нотт. — Просто кошмар, я могла навредить так кому-нибудь… — музыка стихла. Все сделали красивый поклон, и наши места сменили другие пары.       Последний раз взглянув на него, я поняла, что только сейчас могу вновь видеть четко. Затерявшись в толпе, я отлучилась в туалет. Зайдя в него, я увидела большую очередь и толпу девочек у раковин. «Ох уж эти девчачьи туалеты!».       Я решила пойти в нерабочий туалет Плаксы Миртл, на втором этаже. Никого не было, как хорошо. Я посмотрела на свое отражение в зеркале, красные глаза после слез, немного опухшие, но в целом макияж остался невредимым. Поправив платье, намочила немного руки и приложила к щекам. Они просто горели. Если бы не Тео, это, был бы позор года. Как он только подоспел… Отключив кран, я продолжила стоять так ещё несколько секунд, вспоминая наш танец. Тео всегда был холоден ко мне, да и в принципе мне казалось, что он типичный слизеринец и не способен как-то проявлять свои чувства. Но за эти полгода, хоть и немного, мы стали с ним ближе. Не знаю, чувствует ли он тоже самое, но мне очень хотелось в это верить. Вернуться в реальность меня заставил странный шум, доносящийся из коридора. — Миртл, опять ты плачешь? — я подумала, что это плакса в кабинке, но она выглянула сверху неё и показала мне язык. — Ещё чего! У меня есть дела поважнее! — Миртл спряталась обратно в кабинку. Тогда, что это могло быть? Я приоткрыла дверь туалета и выглянула. Никого не было. Но снова странный звук. Как-будто что-то упало. Неподалеку было больничное крыло, может, мадам Помфри лечит кого-нибудь? Хотя все сейчас должны быть внизу. А что, если там Седрик? Я вспомнила МакГонагалл, её ужасающее лицо, будто кто-то умер.       Медленно выйдя из туалета и подхватив платье, я пошла в сторону звуков. Они и вправду доносились из палаты Помфри. Комната была полностью темной, только свет луны освещал несколько метров. В окне я увидела сову, которая стучалась в окно. «Вот что за звуки!». Я подошла к нему и открыла, взяв письмо. Сова быстро же отлетела от меня. Вскрыв письмо, я ничего не поняла, на нем были нарисованы иероглифы. — Что за ерунда! Шутки от Уизли что-ли? — перепугалась я и заметила две кушетки, отгороженные ширмой. Отодвинув одну, я просунулась между и чуть не упала в обморок от ужаса. На одной из них лежала Аббот, староста Пуффендуя, а на другой… Седрик. Они лежали без движения, с белыми каменными лицами. Как-будто они встретили Василиска. На секунду я подумала, что они мертвы, но не стали бы же хранить в школе мертвецов. Закрыв руками рот от ужаса, я снова услышала странные звуки из коридора. Кто-то приближался ко мне. Выглянув из-за ширмы, одним глазом заметила странного человека, во всем черном. Его лица не было видно. «Седрик говорил мне, как видел подобного в лавочке мистера Эванса!». Палочки под рукой не было, так что я спряталась за ширму и затаила дыхание. Этот тип стал подходить ко мне ближе. Через щелочку я увидела, что он направляет на меня палочку и вот-вот убьет меня, но секунду спустя послышался женский голос и он тут же испарился. — Николь! — Кайла подбежала ко мне и вытащила через ширму, — Ужас…они мертвы? — спросила она. — Не думаю…наверное, без сознания просто. Как ты меня нашла? — я обняла её, — Спасибо, если бы не ты…я, наверное, лежала бы тут третья. — Тео сказал ты куда-то ушла. — она вырвалась из объятий и задвинула ширмы. — Послушай, это уже серьезный знак. Грин-Де-Вальд отправил сюда своих приспешников. — Вот этих безлицых? — спросила Кайла. — Да…они, видимо, искали камень…черт! А если бы я оказалась на их месте! — мне в серьез стало страшно. — Блэк, все в порядке, ты жива и все хорошо! — Нотт взяла меня за плечи и пыталась успокоить. — Я так была зла на Седрика, а он просто…наверное, хотел защитить меня. — глаза стали на мокром месте и Кайла обняла меня. — Возможно… — фыркнула Нотт, — Не доверяю я твоему этому…ну да ладно. Кайла взяла меня за руку, и мы вышли из палаты. Спускаясь вниз, мимо портретов, которые, похоже, тоже начали праздновать, мы столкнулись с Тео. — Вы как? Что нашли? — спросил он. — Быстрее в нашу гостиную! — второй рукой Кайла взяла Тео, и мы спустились в гостиную Слизерина. — Кровавый капкейк! — громко произнесла Нотт и портрет отодвинулся. Мы вошли в просторную комнату. В углу горел камин, и мы уселись около него на мягкие кожаные диваны. — Тео, это конец. Похоже, наш отец сказал ему, что камень у Николь. Он теперь будет охотиться за ней. — судорожно произнесла Кайла, — Что нам делать? — Главное — не паниковать. Вы его видели? — спросил Тео, расхаживая из стороны в сторону. Кажется, это у них семейное. — Нет, там был странный тип. Он был во всем черном и…он хотел убить меня, либо просто вырубить. — в голове мелькали картинки Ханны и Седрика. — Безлицые…мы видели их в магазине Эванса. — Тео взглянул на меня. — Тогда один из них тоже ударил Седрика… — Не понимаю, зачем ему сейчас его трогать? — спросила Кайла. — Он просто хотел защитить меня, — повернувшись к ней, сказала я. — Диггори? — засмеялся Нотт, — не смеши меня. Если он тогда не справился с этими простецами, что ему сейчас делать? — Перестань…он сам сказал мне, что если будет угрожать опасность, то спасет меня, ни смотря ни на что, — строго произнесла я, напоминая себе МакГонагалл. — Хорошая шутка, продолжим, — не переставал дразнить Нотт. — Да не шутка это! — я встала с дивана. — Ты рассказала все Диггори? — спросила Кайла, дернув меня за платье. — Нет…просто мы говорили о Те… — я вспомнила, что мы говорили о Нотте и сразу опомнилась, — О теме этой, про смерть… — Про смерть? — удивилась Кайла, — Зачем? — Диггори то в обморок не упал, пока вы разговаривали? — усмехнулся Нотт, сложив руки в карманы. В гостиную зашли несколько слизеринцев. — Что, праздник закончился? — спросила Кайла. — Нет, мы решили передохнуть немного, — крикнул один из них. — Класс, — фыркнула Кайла, — Блэк, кажется, ты была права, нам стоит поехать к нашей бабушке. — К Джо? — выкрикнул Тео. — Да, а что такого? — повернулась в его сторону Кайла. — Она же свихнутая, а ехать до неё часов пять, не меньше! — Тео, это правда очень важно, — подпрыгнула я с места, держась за кулон, — Возможно она поможет нам и расскажет все про этот дурацкий камень, ведь если так и дальше будут продолжаться нападения…то беды не миновать.       Тео ничего не ответил, лишь мрачно отвернулся от нас и посмотрел в окно. В комнате начал набираться народ, видимо, МакГонагалл всех распустила. Мы попрощались с Кайлой до завтрашнего дня. Должен был состояться реванш нашей игры.