Божественные сестры

      Кроу становилось все хуже и это приводило Руби в отчаяние. У них не было необходимых лекарств, чтобы вылечить мужчину, ибо никто не предполагал отравление ядом от маниакального фавна-скорпиона даже в самом безумном сценарии, составленном Норой, а ведь там были и кибер-тиранозавры, стреляющие лазерами из глаз и путешествия во времени, не говоря уже о предложении, что все они на самом деле находятся в фанфике по паршивому 3D-шоу, что сейчас как раз кто-то читает в этот момент. И конечно же они все ещё были слишком далеко от Мистраля, чтобы получить медицинскую помощь для Кроу, что заставляло Руби чуть ли не выть от безысходности.       Ситуации так же отнюдь не помогало и то, что они были вынуждены плестись со скоростью улитки из-за лежавшего на импровизированных носилках с сильным отравлением Кроу и все ещё страдающей от рассечённого живота Эмбер. Девушка хоть и могла идти самостоятельно, но для этого ей нужна была помощь Пирры, подставившей Эмбер свое плечо, чтобы та могла опереться об неё и продолжить путь, что, впрочем, не особо помогало им двигаться быстрее. Просто освобождало хотя бы одного человека, который должен был прикрывать всю группу от возможного нападения гримм. И этим человеком, как раз была Руби.       Девушка изнывала от неопределённости и беспокойства за дядю, терзая и виня себя попутно за ранение Кроу. Если бы она не действовала так импульсивно, если бы не бросилась бездумно на противника, что был ей не по зубам возможно дядя Кроу не получил бы рану и не лежал сейчас при смерти. Терзания Руби не остались не замеченными остальными и Кроу в том числе.       Носимый Норой и Реном на носилках смертельно бледный мужчина схватился рукой за рукав идущей рядом девушки, тем самым привлекая внимание Руби к себе. — Руби… ты не должна… — попытался что-то сказать девушке в полубреде Кроу, с выступившим на лбу холодным потом. — Дядя Кроу! Не тратьте силы! — тут же спохватилась Руби, обхватив руку мужчины ладошками и склонившись над ним. — Нет… я должен сказать тебе… — продолжал настаивать Кроу, говоря через силу. — Вы настоящий отец Руби?! — предложила несущая мужчину сзади Нора от чего Кроу поперхнулся и вышел из полубессознательного состояния. Впрочем, остальные также встали, как вкопанные, чтобы развернуться и посмотреть на Нору, а после и на ошарашенного таким предложением Кроу. — Дядя Кроу, это правда?! — спросила Руби с глазами-блюдцами пожилого мужчину. — Вы мой отец?! — Что?! Нет! Тай твой отец! Я просто хотел, сказать, чтобы ты не винила себя за случившееся! — сразу же ответил Кроу, приходя в себя и продолжая свою становящуюся все более бессвязной речь. — Нет, я конечно тайно любил твою мать, но она выбрала Тайянга, так, что я был вынужден смириться с её выбором. Как и с тем, что Тайянг переспал со всей своей командой, включая…       Речь Кроу стала окончательно бессвязной, и мужчина провалился лихорадочный бред, несмотря на отчаянные попытки Норы узнать, что же там было дальше. Не обращая внимания на теребящую Кроу Нору и пытавшегося оттянуть девушку от него Рена Руби начала потихоньку осознавать, что, если они ничего не сделают в ближайшее время, состоянии Кроу будет только ещё больше ухудшаться, вплоть до отнюдь не иллюзорной смерти её дяди и наставника. И это порядком подкосило девушку, вгоняя её в пучины отчаяния. — Ему становится только хуже! — на грани истерики сказала в голос Руби, делая судорожные вздохи с начинающим слезится глазами. — О Оум! Что же нам делать?! — Руби, успокойся! — твёрдо проговорила девушке Пирра, ложа ей руку на плечо и крепко его сжимая. — Мы что-нибудь придумаем! — Да, не время для паники! — постаралась также подбодрить Руби Эмбер, шипя от боли и держась одной рукой за живот. — Черт как больно! Вокруг нас, что на многие мили нет ни одной, даже разрушенной деревеньки, где могли бы заваляться лекарства?! — Есть одна… — подал голос, резко помрачневший Рен. Нора с опаской посмотрела на него, но парень уверенно кивнул ей, успокаивая немного тем самым свою подругу. — Через пару километров на восток должен быть давно разрушенный одним гримм городок под названием Куроюри. Возможно там ещё остались какие-то лекарства.       Слова Рена вселили надежду в сердца остальных, давая им цель, к которой можно было бы стремится. — Погоди, откуда ты знаешь об этом поселении, если оно давно пало? — внезапно поинтересовалась Эмбер, привлекая к Рену и Норе внимание остальных. — Потому, что оно было моим домом, — мрачно ответил Рен, закрывая глаза от нахлынувших на него воспоминаний, ставшими кошмарами на всю его оставшуюся жизнь.

***

      До Мистраля оставалось всего ничего и с каждым пройдённым километром Жона все больше гложило чувство того, что что-то определённо не так. Было ли дело в прекрасной погоде вокруг них или в не испоганивших ему с утра настроение богинях, парень точно не мог сказать. Они просто спокойно направлялись в Мистраль без всяких неожиданных проблем: гримм не трогали их из-за Умбры, а бандиты очевидно избегали их как огня, после того, как они по сути вырезали всех «Огненных драконов». По крайней мере только так он мог объяснить, что тройка оборванцев, что решила ограбить их, убежала от них с дикими криками и мокрыми штанами. Ну или дело было в сестрах.       Пожалуй все всегда было из-за сестёр. Жону нужно было давно к этому привыкнуть, но каждый раз, когда он уже начинал смирятся с самим фактом существования его персональных головных болей эти двое, умудрялись что-то учудить и Жон к удивлению для себя обнаруживал новое дно его разочарования богинями. Чтоб их, он должен был быть доволен, а не разочарован тем, что все спокойно! — Что с тобой? — поинтересовалась оставшаяся от богинь Эмеральд, пока эти двое вовсю расспрашивали Моро о всех интересных яствах Мистраля, желая их всех попробовать. Ненасытные обжоры, вот кто они, а не боги. — Ты выглядишь одновременно довольно счастливым и в то же время полностью недовольным. — Это трудно объяснить, — расплывчато ответил парень, перепрыгивая небольшой ручеек на их пути. В основном он просто не хотел жаловаться на богинь девушке, что считает долгом всей своей жизни с максимальной отдачей, как раз служить богам. — Ну, а на что это примерно похоже? — равнодушно спросила Эмеральд, очевидно пребывая в приподнятом духе, после того, как выполнила все утренние хотелки Глэм и Умбры. — Просто наведи пример.       Жон вздохнул на слова Эм, но все же решил прислушаться к её совету. Не каждый день у них выходило нормально поговорить без злобных издевок девушки в попытках выслужится перед сестрами. Наверное, из-за этого общение с Моро было прямо бальзамом на душу для парня. Очень израненную и обиженную на богов нежную душу между прочим. — На что похоже? Хммм… Пожалуй, это было бы что-то вроде ситуации «Черныш внезапно стал слишком дружелюбным ко мне», — дал свой ответ блондин, вспоминая об мелком гримм-засранце, что попортил ему множество нервных клеток. Но не больше, чем его создательница или её сестра.       Хотя погодите… — А где собственно сам Черныш? — остановившись спросил Жон, чем вызвал заинтересованный и немного нервный взгляд зеленоволосой девушки. — Я не видел его с момента, как нас взяли в плен наркоторговцы. Умбра, что отозвала его обратно туда от куда он пришёл? — Не совсем, — замявшись ответила Эмеральд, отводя взгляд в сторону и посматривая не слышит ли их Моро. — Госпожа доверила мне своего фамильяра сразу же после нашего освобождения решив, что со мной он будет в безопасности, пока мы будем путешествовать с Моро.       На удивление это был довольно разумный поступок со стороны Умбры, ведь в отличии от богов Эм отлично умела прятать вещи. В основном конечно же краденые самой девушкой вещи, но они сейчас не об этом. Хотя, если посмотреть с другой стороны… скорее всего богиня тьмы скинула одного своего питомца на их с сестрой общего питомца в лице Эмеральд, просто на просто решив не утруждать себя заботой о них. Это было вполне в духе сестёр кстати.       Осмотрев девушку с ног до головы Жон отметил, что не имеет понятия, где Эм могла бы положить на первых взгляд маленького гримм. Конечно самым разумным было бы оставаться Черныша в рюкзаке, что как раз сейчас был на спине Эмеральд, но была довольно велика вероятность того, что гримм тайком вылезет, чтобы наблюдать за всеми с рюкзака, как он делал в случае с Умброй. — Так… и где он? — поинтересовался Жон, не находя видимых мест, куда можно было спрятать гримм. — Куда ты его спрятала?       Девушка отчего-то ещё больше покраснела и Жон почувствовал что-то определённо неладное. — Эм… — протянул блондин, впившись взглядом в девушку перед ним. — Куда. Ты. Дела. Черныша? — Помнишь Умбра, как-то рассказывала нам об его свойствах? — издалека начала Эмеральд, отводя взгляд в сторону. — Ну, когда ты ляпнул о том, что же такого особого в гримм.       Ту трехчасовую лекцию о строении и анатомии гримм? Конечно Жон запомнил её, ибо Умбра выела этой лекцией ему мозги! Особенно её финалом.       …       Погодите-ка…       Пара недель назад. -… И таким образом гримм являются венцом моих творений сочетая в себе мультизадачность, лёгкое и интуитивное конструирование с превосходной автономностью! — закончила свою многочасовую лекцию богиня тьмы, держа на вытянутой ладони довольного Черныша, под энергичные хлопки впечатлённой Эмеральд и редкие стоны пускающего слюну Жона, у которого от неостановимого трёпа Умбры уже начинали вытекать мозги. — Пожалуй ты забыла также упомянуть, что тебе не удалось придумать оригинальный дизайн для гримм и ты скопировала его с уже моих творений, сестра, — вставила с бесстрастным лицом комментарий Глэм, заставляя Умбру вскрикнуть от смущения и начать яростно все отрицать в споре с богиней света.       Пока эти двое препирались друг с другом Чёрныш спрыгнул из ладони своей создательницы и поскакал к Жону, желая утереть парню нос своей уникальностью. Пришедший в себя Жон лишь скептично поднял бровь на эти попытки его задеть и пожав плечами взяв маленький комок тьмы на руки, раз гримм так хотел, чтобы ним восхищались.       На ощупь черныш был холодным и упругим, как резина. Вспомнив слова Умбры об эластичности малыша Жон пару раз сжал Черныша наблюдая, как на маленьком шарике эссенции тьмы остаются отпечатки его пальцем. С возросшим любопытством парень всунул в гримм большие пальцы рук делая углубление в Черныше и начал растягивать образовавшуюся полость в стороны, только для того, чтобы резко остановится, осознавая, что у него в итоге получилось. — Умбра… — тихо позвал девушку красный от смущения Жон, привлекая тем самым внимание Глэм и Эмеральд. — Что такое? Ты наконец-то признал мою гениальность и величие? — надменно осведомилась богиня тьмы задирая вверх свой носик. — Да, может не скупится на похвалу. Я приму её всю и сразу. — Вообще-то я хотел спросить почему первый созданный тобой гримм является по сути игрушкой для ёбли? — несколько растерянно спросил Жон, держа в руках всё сохранившего заданную им форму Черныша, который явно не понимал к чему клонит парень.       Умбра, как и, впрочем, все услышавшие слова Жона резко поперхнулись, явно не ожидав подобного от парня. Что же до самой богини тьмы и создательницы грим по совместительству, то сама девушка быстро подбежала к блондину, чтобы воочию увидеть сделанное ним безобразие с её «первенцем». — Ты… да как ты… — не находила нужных слов дико красная Умбра, в действительности замечая похожесть Черныша в приданной ему Жоном форме с определённой игрушкой для взрослых. — Да, как вы люди до такого могли додуматься?!       На глазах девушки выступила влага, а губы предательски задрожали и резко развернувшись, попутно шлепая Жона по лицу своими длинными волосами, красная, как рак от смущения Умбра убежала куда глаза, глядят. Её сестра тут же последовала за ней, чтобы успокоить девушку, не забывая перед этим бросить на парня недовольный взгляд, прекрасно передававший степень разочарования Жоном Глэм, даже, если ни один мускул не дрогнул на лице последней. Оставшись наедине с шокированной Эмеральд, Жон перевёл свой взгляд на пребывающего в недоумении Черныша, а после в сторону, куда убежали богини. — Черт, наверное, мне нужно извинится перед Умброй, — проговорил про себя Жон, отпуская Черныша на землю и убегая следом за сестрами.       Эмеральд проводила парня растерянным взглядом, прежде чем покоситься с любопытством на вернувшегося в изначальную форму Черныша. Так значит он может принять любую форму? Интересно…        Наше время.       О, ему пришлось извиняться перед Умброй в течение часа, а после полдня слушать её возмущения о пошлости человечества, додумавшегося использовать данные богинями возможности к размножению отнюдь не по назначению и первоначальной задумке богов. Впрочем, если вообще послушать сестер, то всё человечество изначально действовало не так, как они того хотели. Но вряд ли Эмеральд напомнила ему о том моменте двухнедельной давности для этого. Если только…       Глаза Жона широко раскрылись, и он вновь посмотрел на девушку, вспоминая все те факты, что он узнал об Эмеральд за время их совместного проживания друг с другом и богами, в частности. И один факт, касался их первого знакомства с Эмбер и последующей ночёвки на том злополучном постоялом дворе. — Эм, я очень надеюсь, что ты не запихнула Черныша туда, — с максимально разочарованным выражением лица проговорил Жон, смиряя девушку взглядом полным отвращения.       Как будто подтверждая его догадку и окончательно разбивая последние крупицы надежды из штанов Эмеральд пошла вибрация, заставляя девушку смущенно прикрыть руками пах. — Эм, гримм тебя побери! Что я говорил тебе об том, чтобы не впихать в себя явно проклятые магические вещи! — не веря в происходящее крикнул Жон, всплёскивая руками. — Мы же вроде прошли это с тем адским вибратором! — Прости! Я не смогла с собой ничего поделать! — пискнула красная от смущения девушка, готовая провалится под землю от стыда. — Я не знала куда его деть и решила совместить приятное с полезным…       Лицо Жона перекосило от одной только мысли, но отчитать Эмеральд за глупости по полной программе ему не дала появившаяся и очень недовольная Умбра. — Эй! Что вы тут встали, как истуканы?! — запричитала богиня тьмы, уперев руки в бока. — Кто вам разрешал останавливаться то? А ну живо бегом марш! Я хочу принять тёплую ванную в Мистрале к вечеру!       Эмеральд тут же подчинилась приказу Умбры, рысцой последовав за Моро с Глэм и тем самым избегая дальнейшей взбучки от Жона. Проследовав за ней взглядом, парень твёрдо решил, что по прибытию в Мистраль у них будет очень-очень-очень важный разговор на тему сверхъестественных инородных предметов, что так любила пихать в себя Эмеральд. — Тебе, что отдельное приглашение нужно? — риторически спросила Умбра, приподымая бровь, на что Жон мог только со вздохом подчинится.       Вскоре они с Умброй нагнали остальную группу и продолжили путь в Мистраль вместе.

***

      Когда его сестра попросила Уитли навестить её, передав свою просьбу через Кляйна молодой наследник компании Шни уже думал отказать ей, сославшись на занятость в изучении дел ПКШ, но малая толика любопытства заставила Уитли принять предложение Вайсс. И теперь мерно идя по пути в её комнату через многочисленные коридоры поместья, попутно обминая комнаты-ловушки, Уитли лениво раздумывал, что же от него хотела сестра?       Ни для кого не было особым секретом, что семья Шни была… в лучшем случае деструктивной, если выражаться максимально заумно, чтобы не скатится до простого говора жителей Мантла. Это знали все, включая самих Шни. Поэтому направляясь к комнате Вайсс Уитли пытался понять для чего он ей нужен. Они никогда особо не ладили, ровно, как и его отношения с Винтер также были довольно натянутыми. Об их матери он даже и не хотел вспоминать, хоть и ему нравилось тешить себя мыслями, что он хоть как-то о ней заботиться, прося Кляйна убирать от Уиллоу бутылки с алкоголем время от времени. Что же до их отца, то Уитли не видел смысла в противостоянии Жаку, как делали его сестры. Бизнес есть бизнес, и как вообще Вайсс хочет вести переговоры с советом директоров компании? Будет угрожать им своей рапирой, приставив её к горлу одного из них?       Погрузившись в свои мысли Уитли не сразу понял, что его ноги на автомате привели его к комнате Вайсс и теперь он стоял перед дверью своей сестры. Он мог бы зайти по старой мантловской традиции — без стука, но так, как Вайсс действительно выразила желание его увидеть Уитли решил проявить простую вежливость и сдержанно постучал по лакированной двери, занеся левую руку за спину. — Войдите! — раздался звонкий голос Вайсс и следую разрешению от сестры Уитли вошёл в её комнату, рассматривая недавний ремонт в комнате после погрома, что учинила в ней его сестра.       На самом деле комната не особо и изменилась, ограничившись чисто косметическим ремонтом. Сломанная мебель была заменена, как и разбитые окна, и в целом больше ничего не изменилось в комнате Вайсс. Разве что у стены появился большой плакат некой бенд-бойз группы, удивляя Уитли ужасным вкусом его сестры в музыке. Что до самой Вайсс, то девушка находилась возле своей кровати зачем-то потирая и отряхивая руки, как будто она уже успела вымазать их. — Ах, Уитли! Ты наконец-то пришёл! — с улыбкой повернувшись к нему проговорила Вайсс, попутно расстёгивая лежавшую на кровати небольшую черную сумку, которую только теперь заметил Уитли. Ему показалось или там был парик? — Конечно же я пришёл, — сообщил как само собой разумеется Уитли, с изрядной долей скепсиса наблюдая за улыбающейся ему сестрой. Вайсс и улыбается ему? Что-то было здесь определённо нечисто. — Разве не ты пригласила меня к себе? — Да-да, все совершенно правильно! — тут же заверила Вайсс, оглядывая его с ног до головы, чем только вызвала смущение от парня. Вайсс же ничего случайно не пила сегодня? Например, того странного кофе из Вакуо, от которого их отец выпал в астрал на пару часов, после того, как случайно выпил чашечку этого варева. — Так-к-к, зачем ты меня позвала? — протянул Уитли, решая перейти к сути дела и отчего-то убраться поскорее из комнаты Вайсс. Нет, серьёзно сегодня Вайсс реально его пугала своим поведением. — Я не думаю, что ты пригласила меня для того, чтобы просто поговорить, не так ли? — Да, все верно, Уитли, — призналась Вайсс, скрестив руки на груди и продолжая с огоньком в глазах. — Я позвала тебя сюда, чтобы сообщить, что я сбегаю из этой клетки, в которую меня заточил отец!       Уитли тупо уставился на Вайсс и прочистил мизинцем правой руки ухо, очевидно считая, что ему послышалось. О чем он тут же прямо и заявил Вайсс. — Прости, мне внезапно послышалось, что ты решила сбежать из дома, — извинился Уитли, выпрямившись и вновь посмотрев на сестру. — Я действительно сбегу из этого места, — абсолютно серьёзно объявила Вайсс, на что Уитли ответил лёгким смехом. — Ха, хорошая шутка, сестра, — вытирая выступившую от смеха слезинку сказал Уитли, ожидая, что Вайсс сейчас сообщит, что это розыгрыш.       Вайсс не сделала это. Уитли резко напрягся, осознавая, что сестра отнюдь не шутит. Капля холодного пота прокатилась по его виску, пока Вайсс продолжала гордо стоять на месте, как будто сказанное ею было самой логичной вещью на свете. — Вайсс, ты ведь не серьёзно? — севшим голосом спросил Уитли, оттягивая воротник рубашки, на, что беловолосая экс-наследница покачала головой, окончательно разбивая надежды парня. — Я как бы искренне польщён, что ты решила сообщить мне настолько шикарную мысль, но Вайсс это безумие! Тебе ни за что не выбраться из этого особняка! Служба охраны контролирует весь периметр особняка, докладывая отцу о каждом, даже незначительном, происшествии. Не стоит забывать и о расставленных на каждом углу камерах и датчиках движения, спрятанных в самых неожиданных местах авто-турелях с минами-ловушками, не говоря уже об заборе под напряжением. Да, о чем я вообще распинаюсь, если отец сменил все окна в особняке на бронестекло?!       В качестве доказательства своих слов Уитли подошёл к закрытому окну и постучал костяшками пальцев по стеклу, получая в ответ глухой звук. Повернувшись к все так же спокойной Вайсс он указал на окно, спрашивая в немом вопросе, как же она собирается бежать с этого места, превращённого их отцом в чуть ли неприступную крепость-каземат. — Довольно мило, что ты волнуешься обо мне Уитли, но тебе не стоит об этом переживать, — с уверенной улыбкой заверила его Вайсс, заставляя парня ещё больше нервничать. Обычно это он раздражает сестру своей ехидно-самодовольной улыбкой. — Мой план идеален и уже практически готов. — Ха, твой план? — передразнил Вайсс Уитли, всплескивая руками и проходя мимо сестры, чтобы остановится возле её кровати, указывая на маленькую черную сумку на ней. — Эта сумка тоже часть твоего плана? Если да, то я очень сомневаюсь, что он вообще выстрелит, если только ты не совершила невозможное!       Нога Уитли внезапно зацепилась за что-то под кроватью Вайсс и немного приподняв покрывало Уитли обнаружил горку строительного мусора. Но откуда он под кроватью Вайсс? Его не могла оставить бригада строителей, что проводила ремонт в комнате Вайсс, иначе после первой же жалобы сестры отец оторвал бы им всем головы за столь огромное неуважение к семье Шни. Что могло значить только то, что сама Вайсс сложила весь этот мусор, чтобы скрыть его от глаз остальных.       Глаза Уитли широко раскрылись, когда в его голове внезапно сложился пазл и он быстро глянул на отвратный плакат, что висел на стене. — Погоди, ты же не… — начал уже было парень, когда Вайсс ударила его мешочком с щебнем по затылку, вырубая Уитли, что тут же шлепнулся на кровать без сознания.       Посмотрев на вырубленного брата Вайсс почувствовала слабый укол вины, что был сразу же жестоко подавлен девушкой. Она зашла слишком далеко, чтобы останавливаться в полушаге. Бросившись к сумке девушка начала вынимать из неё верёвку, водопроницаемые пакеты и все, что было нужно ей для окончательного побега. Если все пройдёт успешно она будет свободна в течение пары часов!

***

      Был отличный денёк и Тайянг решил позаниматься садоводством копаясь на клумбе сзади дома. Янг уже пошла на поправку и больше не нуждалась в его советах, а Сан мог получить заслуженный отдых, после всего того, через что ему пришлось пройти на их тренировках. У этого парня определённо был крепкий стержень.       Поэтому копаясь в небольшом цветнике, каждый цветок в котором Тай лично высадил и взрастил мужчина, насвистывая незатейливую мелодию вовсю ушёл с головой в хобби. Это была его маленькая отдушина, что помогала ему не заскучать с тех пор, как его дочери покинули родительский дом. А также таким образом он хранил память о самых близких и дорогих для него людях. Подсолнух напоминал ему о Янг, красная роза о Руби, белой розой он чтил память Саммер и так далее. Конечно он так и не смог определиться каким сорняком является Кроу, но Таю не очень и хотелось садить хмель в качестве символа их дружбы. Лучше он просто угостит Кроу бутылочкой холодного пива.       Проводя время в цветнике мужчина так увлёкся работой, что и не заметил, как кто-то подошёл, пока не услышал сдавленный кашель. Обернувшись он увидел перед собой Янг, что, судя по её выражению лица о чем-то хотела поговорить с ним. — Да, мой маленький солнечный дракончик? Ты что-то хотела? — спросил Тайянг обращаясь к Янг по детскому прозвищу, чем несколько смутил девушку перед ним. — Пааап! Я же просила не называть меня так! — с пылающими от смущения щеками попросила девушка, сердито топнув ножкой в знак протеста, что только ещё больше заставило Тайянга улыбнуться. — Вы с Руби всегда будете для меня маленькими, чтобы вы не говорили об этом, — с улыбкой ответил мужчина, заставляя Янг надуться от обиды. — Фу! Ну и ладно! — обиженно пробормотала девушка, прежде чем собраться и вернуть разговор в нужное для неё русло. — Но я пришла сюда не за тем, чтобы ты меня смущал! Я пришла за ответами! — Какими именно ответами? — нахмурившись спросил Тай, прекращая заниматься цветником. Обычно, когда Янг начинала искать ответы ничем хорошим это её заканчивалось. Дюжина информационных брокеров, отправленных его дочерью на больничную койку, полностью подтвердят эти слова. — Я хожу знать о своей матери! — упрямо заявила златокудрая блондинка, скрестив руки на груди и тут же добавляя, когда Тай уже открыл рот. — О своей настоящей матери, Рейвен, а не о Саммер. — Ты… точно хочешь о ней знать? — переспросил на всякий случай Тайянг, морщась, как будто ему довелось съесть целый лимон. Вместе с кожурой. Посыпанный солью. — Да! Я хочу знать о ней все! — твёрдо ответила девушка, впившись в отца взглядом. — Какой она была. Чего она желала. Как она сражались. И самое главное — как и где мне её найти.       Тайянг пронзительно зашипел, жалея, что он сообщил перед этим Янг о том, что он взял отпуск в Сигнале. Теперь у него не было никакой отмазки, чтобы не продолжать этот разговор. Хотя погодите… — Я бы мог рассказать тебе все о Рейвен, — издалека протянул Тайянг расправив плечи и мельком посмотрев на заинтересованную его словами Янг. — Но достаточно ли ты вернулась в норму? Добраться до Рейвен чертовски сложно. И я не могу отправить тебя к ней, с твоей поврежденной рукой, когда ты не сможешь себя полностью защитить, Янг.       Янг приподняла бровь на требование отца и тихо фыркнув, развернулась и пошла прочь. Тай уже хотел блаженно выдохнуть, когда девушка остановилась возле росшего возле дома дерева и встала в боевую стойку. Прежде чем Тайянг успел, что-нибудь сказать, Янг с диким криком ударила объятой пламенем правой рукой пробивая дерево насквозь, тем самым демонстрируя свои восстановившиеся силы и руку. — Ну вот! Я уже достаточно поправилась! — уверено заявила девушка, упирая руки в бока. — Теперь ты мне расскажешь, где мне искать бросившую меня мать, чтобы я могла поговорить с ней по душам?       Тайянг перевёл свой унылый взгляд с пробитого насквозь дерева на девушку и тяжко вздохнул, признавая свое поражение. — Хорошо, Янг. Твоя взяла, — смиренно согласился мужчина, прежде чем добавить. — И что б ты знала, это дерево я посадил перед постройкой дома в качестве выполнения одной из трех обязанностей каждого мужчины.       Янг быстро глянула на поврежденное ею дерево и скрививший произнесла протяжное «Упс».

***

      Быстро шагая по особняку, заложенному ещё его тестем, Жак Шни уверено направлялся к комнате своей мятежной дочери. Вайсс пропустила обед, да и Уитли куда-то подевался, так, что Жаку не очень того и желавшему пришлось лично проверять, чем занята его дочь. Что-то определённо было не так.       Открыв двери без стука мужчина остановился у двери, окидывая комнату взглядом и обнаруживая его дочь сидящей к нему спиной на кровати. Это уменьшило его чувство тревоги и Жак уже хотел закрыть двери, но остановился на пол пути вспоминая о паре жалоб прислуги. — Вайсс, мне поступили жалобы, что ты не позволяешь прислуге проводить уборку в твоей комнате, — сообщил мужчина, ожидая ответа от своей дочери, впившись взглядом в её спину. — И ты случайно не знаешь, где твой брат?       Вайсс ответила ему молчанием, лишь немного пошевелившись, чем заставила Жака нахмурить брови. Его дочь решила устроить ему бойкот? Что за вздор?! — Вайсс, когда я спрашиваю тебя о чем-то я желаю получить ответ, — проговорил Жак, чеканя шаг к девушке и ложа руку ей на плечо, чтобы развернуть к себе. — И что это ещё за игра в молчанку, юная леди?       Какого же было его удивление, когда, развернув к себе девушку Жак увидел вместо своей дочери переодетого в её одежду Уитли с напяленным на голову белым париком, что был связан по рукам и ногам туго веревкой, что не давала ему нормально двигаться. Уитли тут же истошно замычал с кляпом во рту, уставившись на отца, явно пытаясь ему что-то сказать. — Уитли?! — шокировано вскрикнул Жак, отступая от сына на пару шагов. — Но, где Вайсс?       Переодетый в женскую одежду мальчик яростно замычал, указывая своим взглядом на отвратительный плакат, что Вайсс зачем-то повесила на стену. Пытаясь понять зачем Уитли показывает на него, Жака внезапно озарило и быстро подойдя к стене мужчина рывком содрал с неё плакат открывая себе вид на довольно крупную дыру в стене. И судя по её направлению и воспоминаниях Жака о чертеже дома она вела прямиком в канализацию. — Вайсс, что вырыла этот тоннель, чтобы сбежать по канализации из особняка? — спросил в голос ошарашенный Жак, замечая в дыре погнутую серебряную вилку, прежде чем обернуться к Уитли. — Но зачем, если она могла воспользоваться одним из пяти секретных выходов из поместья?       Все ещё связанный Уитли мог лишь кое-как пожать плечами, тут же вновь требуя настойчивым мычанием, чтобы его наконец-то развязали.       Между тем Вайсс наконец-то вылезла из канализации, проползя по ней около пяти километров, на поверхность, хватая ртом свежий воздух. Пошедший дождь начал омывать её кожу, смывая с одежды грязь, пока сидящая на земле девушка вовсю засмеялась, прежде чем закричать во всю мощь лёгких в небо от переполнявших её чувств.       Наконец-то! Она была свободна! Никто больше не будет её контролировать и указывать, что ей делать.       Отсмеявшись и поднявшись на ноги Вайсс, подтянула к себе водонепроницаемые пакеты, что она привязала к себе веревкой и протащила через весь свой путь по канализации. Переведя дух и отдышавшись, девушка побрела вперёд, твёрдо намереваясь покинуть как можно скорее Атлас.

***

      Куроюри давил на них ещё больше, чем покинутый ими Ониюри. Этот городок был ещё больше разрушен, пострадав намного сильнее от нападения гримм. И по словам Рена это сделал все тот же один гримм, но как всего один гримм смог превратить в мёртвые земли центральный район Анимы?       Впрочем даже не смотря на столь давящую на них мрачную атмосферу и осознание того факта, что они идут по родине Рене и Норы, где первый потерял своих родителей большую часть внимания Руби занимал дядя Кроу. Мужчина окончательно потерял сознание и больше не просыпался несмотря на их попытки его разбудить. Единственное, что давало девушку надежду окончательно не сломаться было слабое прерывистое дыхание смертельного бледного Кроу, доказывающее, что было ещё не поздно и мужчину можно было спасти. Им только нужны были лекарства или противоядие, чтобы стабилизировать состоянии Кроу. — Ну, что там?! — нервно спросила Руби, пока Пирра с Норой копались в лавке лекаря в поисках лекарств для Кроу и Эмбер. К сожалению девушке также стало хуже, хотя и она осталась в сознании в отличии от Кроу. Но как боевая единица она полностью выбила из строя. — Черт возьми, здесь практически все или сгнило, или вышел срок годности, — выматерилась Пирра, откидывая в сторону упаковку с просроченными лекарствами, прежде, чем обернуться к Норе. — А что у тебя? — А? — растерянно переспросила девушка, отрывая свой обеспокоенный взгляд с Рена, что остался вместе с Руби на страже и до белых костяшек на пальцах сжимал в руках свои клинки-пистолеты. Немного придя в себя и поняв, о чем её спрашивали Нора таки ответила Пирре, покачав головой. — Нет, у меня тоже ничего. — Гримм побери, неужели мы вообще бессильны?! — в панике вскрикнула Руби, бросая полный боли и поражения взгляд на своего дядю. — Дядя Кроу умирает, а мы ничего не можем сделать!       От бессилия девушка вовсю заплакала, коря себя за все произошедшее с ними. Пирра тут же бросилась её утешать, пока вышедшая следом Нора положила руку на плечо натянутому, как пружина Рену, выражая одним лишь свое молчаливое беспокойство о парне. — Может быть… не все так потеряно, — сквозь кашель предложила лежащая возле Кроу Эмбер, держа рука на животе и привлекая всеобщее внимание к себе своими словами. — Мы могли бы… дать сигнал… Мистраль относительно недалеко… и может быть… они бы прислали сюда транспорт… чтобы забрать нас отсюда…       Все переглянулись друг с другом, принимая идею Эмбер за их единственный шанс исправить сложившуюся ситуацию и уже приступая к её реализации, как по всей местности раздался душераздирающий крик. Крик был настолько пронзительный, что всем пришлось заткнуть уши, чтобы не оглохнуть от него. — Что?! Что это было?! — растерянно спросила Руби, замечая так же растерянную Пирру и трясущуюся от страха Нору. Что же до Рена то парень, как будто окаменел стоя с широко раскрытыми глазами и смотря в сторону откуда раздался вой. — Нет. Нет-нет-нет! — в ужасе пролепетал Рен, отказываясь верить в происходящее.       Послышался отчётливый стук копыт и на пригорке под лучами заходящего солнца появилась искажённая фигура всадника на коне. Но стоило только присмотреться получше, чтобы понять, что перед ними была самая мерзкая и ужасная аберрация, что только ходила по Ремнанту. Сплавленные вместе гримм-всадник и его демонический конь повернули к ним головы и с диким воем Нукелави, разрушитель его дома, убийца его родителей и самый худший кошмар Рена бросился галопом в бой, стремясь убить чужаков, что имели глупость ступить на его охотничьи угодья.