Звёзды загорятся так ярко лишь на одну ночь

Серёжа сидел на больничной койке рядом с Игорем и прижимался к боку любимого альфы, приластившись, до смешного сейчас напоминая Грому того самого пса дворнягу возле ларька с шавермой, который постоянно выпрашивал свою долю, горя голодными глазами. Пожалуй, Разумовский, пусть он и невероятно богат, сейчас выглядел не менее голодным. Такой худой, с виду хрупкий, что сломать не составит труда - нужно быть осторожнее. Только вот у Серёжи, в отличие от бродячего пса, была целая отдельная шаверма, но тот, по неясным причинам, есть её не спешил, хотя и аккуратно развернул фольгу минут пять назад. – Серёж, стынет же. – мягко пожурил омегу майор, не сильно пихнув в плечо, тем самым вырывая из транса. – Да, я это... Рассказать хотел... Слов никак не подберу.– бормочет рыжик, пятернёй зарываясь в собственные волосы и стараясь поправить образовавшееся гнездо для кукухи, немного удивляясь, нащупав на затылке бинты. Точно. Восьмиобразная повязка. Благо хоть не чепец и не шапочка Гиппократа - было бы совсем неловко предстать в таком виде перед Игорем. – Как говорила мне когда-то тёть Лена - если не знаешь что сказать, значит сначала жуй, а потом говори. – хмыкнул альфа. Сам же Гром говорить не торопился, откусил большой кусок шавы, набивая рот и щёки, словно хомячок, а Серёжа в ответ последовал его примеру, заставляя мужчину усмехнуться и начать корчить рожицы, наблюдая за тем, решится ли Серёжка за ним снова повторить и немножко подурачиться. На удивление, Разумовский не только повторил, но и скорчил свою собственную смешную гримасу. Игорь прыснул со смеху, едва не подавившись импровизированным завтраком и так продолжалось бы, наверное, долго если бы в палату не вошёл врач. – Молодые люди, это что за безобразие? – возмутился фельдшер лет сорока, не то глупому занятию двоих взрослых мужчин, не то тому факту, что Гром протащил запрещёнку, ибо в больнице были свои ограничения на питание пациентов. Игоря данная претензия в свой адрес отнюдь не смутила, он лишь сделал серьёзное лицо и спокойно продолжил завтракать, а вот Серёжу явно удалось пристыдить и он, краснея до самых ушей, аккуратно завернул еду обратно в фольгу. – Извините пожалуйста... А как скоро нас домой отпустят? – поинтересовался омега, глядя то на Игоря, то на врача, с такой по-детски умилительной надеждой. Доктор недоумённо выгнул бровь, его явно смутило слово "нас", ибо он считал, что майор наведался к господину Разумовскому только с целью допросить о нападавшем, но никак не в качестве бойфренда - слишком натурально выглядел Гром. "О времена, о нравы и загнивающий запад..." – пронеслось у фельдшера в голове. – Сергей, как вы себя чувствуете? – в ответ поинтересовался фельдшер, стараясь всецело сконцентрироваться на своей работе. – Я... Всё хорошо. Затылок только немного чувствуется, но в целом всё в порядке. – Ну, раз чувствуется, значит не отвалился. – отшутился врач. – Голова, в целом, не болит, не кружится? Серёжа отрицательно мотнул головой, никаких симптомов сотрясения он не испытывал, да и рентген показал, что никаких трещин нет, следовательно, повреждение чисто наружнее, не глубокое. – В таком случае, если вы подпишете документы, можете быть свободны под личную ответственность, но, если появятся симптомы недомогания - головокружение, головные боли, потемнение в глазах, обмороки, тошнота или иные... То непременно обращайтесь в больницу и не затягивайте. Запасного здоровья и дополнительной жизни, как в играх, вы нигде и ни за какие деньги не найдёте, уверяю вас. Разумовский закатил глаза. Вот вечно так, раз он программист, то старшее поколение будет до конца жизни считать его недалёким геймером, напрочь отрезанным от реальности, и что своё великое детище он создавал через сервер в майнкрафте и на основе примитивнейших мейл ру. Однако, Сергей кивнул, соглашаясь, мол понял, а затем поспешил подписывать соответствующие бумаги. Он больше не желал оставаться здесь ни секунды. – Игорь, пойдём скорее, я дома тебе всё расскажу...

***

Конечно же говоря о "всё расскажу" Серёжа явно маханул, ибо большую часть он банально не знал как можно облачить в слова, а многое, не смотря на доверие к Игорю, было слишком уж личным, не говоря уж о том, сколько часов может уйти на подробный пересказ с пояснением кто такой Птица и с чем его едят... Конечно, альфе с грибами, с лучком, да с мазиком всё пойдёт, но Птицу лучше всё-таки никак в еду не употреблять, слишком уж он токсичный во всех смыслах. Не говоря уже о том, что он и вовсе не материален, не то бы Олег... В смысле, настоящий Волков, а не то, с чем Разумовский жил всё это время... Олег бы непременно ещё очень давно бы Птицу зажарил в каком-нибудь сливочном соусе и профессионально подал бы к столу, чтоб больше не каркал... Да, отношения у Волкова и Разумовского №2 были те ещё... И не ясно кто кого бы ещё запёк и был бы "шашлык из Волчатины", разве что, угле-подобный и совершенно не съедобный. Так, погодите-ка... А если Олега нет, а Птиц жив, значит Чумной доктор это... – Мы. – подтвердил ехидный голос альтер-эго из-за плеча. – И мы должны во что бы то ни стало избавиться от этого мента, пока не поздно. – Нет, ты не посмеешь...– прошептал Серёжа едва слышно, чтобы не будить Игоря, задремавшего у него на плече в метро по дороге до башни. – Уже посмел, Птенчик, уже... Резкая темнота, потеря координации в пространстве, звуки и запахи исчезают, лишь два жёлтых глаза смотрят насмешливо, наблюдают, что и врезается в память прежде чем сознание Разумовского №1 окончательно отключается...

***

– Проснулся, сладкий? Идём, наша станция.– первое, что слышит Гром по пробуждении - слащавый голосок, даже приторный, непривычный и словно бы говорящий... С сарказмом? Игорь встряхнул головой, окончательно стряхивая пелену полудрёмы, а после кивнул. Наверное, показалось...? Вот только странности от Разумовского он замечал практически всю дорогу, будучи наблюдательным, как хороший оперуполномоченный. Серёжа держался не так, жесты не те, мимика, да даже походка... Это... Что вообще такое? Его милого хрупкого омежку словно бы подменили, стоило только прикорнуть на пять минуточек... Он в той ли вселенной вообще проснулся, может, перепутал чего? Вот только внешне Сергей был всё такой же - короткие и лохматые рыжие волосы, чуть выше плеч, острые черты лица, бинты вот на затылке, запах сладкий... И его, Грома, куртка на плечах. Умилительно. Вот только глаза, не то от солнца, не то ещё от чего... Золотистые. – Серёнь, ты это... Нормально всё? – неловко интересуется Игорь, боясь ненароком обидеть парня своими странными расспросами. – Лучше всех. – хмыкнул рыжеволосый, как бы невзначай переплетая собственные тонкие пальцы с пальцами Грома, берясь с ним за руки. – Чудесная сегодня погода, неправда ли? – Да, ты тоже сегодня такой... Чудной... Ой, в смысле чу... Чудесный. Да, именно так я хотел сказать.– немного нервно произнёс альфа, сжимая крепче холодную руку в своей. – Слушай, так... Кто тебя приложил-то? Разумовский поглядывал на Грома кокетливо, но явно не спешил отвечать на тревожащие его вопросы, а после, заходя в лифт, прижал майора к стеклянной стенке, нависая над ним, не глядя нажимая кнопку нужного этажа. – Такой красивый, сильный майор... Люблю мальчиков в форме, ррр~ –мурлыкнул омега, порываясь целовать альфу в шею. – М, может ещё и умный? Угадай, кто это сделал. С трёх раз. И получишь конфетку. – Олег? – Нет. За каждый неправильный ответ я буду снимать с тебя одну вещь.– хмыкнул "Сергей", стягивая с майора ремень и, смеясь, убегая на диван, когда дверцы лифта распахнулись на нужном этаже. Птица, в теле Сергея, гордо разлёгся на мягкой софе, принимая позу тех самых французских натурщиц, позирующих голышом, а ремень змеёй повесил на шею, словно горжетку. Игорь пристроился рядышком, чуть подтягивая сползающие джинсы. – Я его знаю? – поинтересовался мужчина, хмурясь. – А я подсказки не разрешал, ай-яй-яй. – рассмеялся рыжик, прикрыв глаза, отсмеиваясь. А после лукаво всё же приоткрыл один жёлтый глаз, поглядывая на Игоря так хитро и ехидно, словно подмигивая. – Но я подскажу, если снимешь штаны. Гром напрягся. Это что за игры такие? Вполне в интересах Разумовского доложить всё под чистую, что знает, что помнит об обидчике... Тем более, ну если не как бывшему представителю закона, так как своему альфе. А он в угадайку решил сыграть... Ну что за ребячество? Но альфа покорно спустил джинсы, оставаясь в футболке и трусах. – Молодец. Да, ты его знаешь. Изрядно о нём наслышан. Даже виделся с ним пару-тройку раз. – Чумной доктор? – В яблочко! Птица радостно захлопал в ладоши, как бы поздравляя своего мужчину с маленькой победой, но хотел бы довести дело до конца и раздеть Игоря совсем догола, остались всего две вещи - футболка и боксеры. – Значит, на тебя напал Чумной доктор? Почему ты не позвал меня? Как ты смог спастись и обойтись лишь небольшой шишкой? Разумовский недовольно скорчил скучающую рожицу, демонстративно зевая и, кажется, был совершенно не намерен отвечать, отвлекаясь на попытку снять раздражающие бинты. Это всё равно лишнее, он всё расчитал и травмы или чего-то серьёзного быть просто не может, просто царапина. Большая царапина. Из-за волос её даже не будет видно, а там... До свадьбы заживёт. Ну, до какой-нибудь и чьей-нибудь наверняка. Например, до кровавой свадьбы. – Вопросы здесь задаю я. Так что, продолжим... Ты знаешь кто такой Чумной доктор? – Маньяк и психопат, грохнувший кучу народа, но самое главное - навредивший моему омеге... – Нет, Игорёк, я не о том... Я о его личности. – Да хрен его знает, ну ты чё, Серёж? Хлопнем мы твоего маньяка, не переживай... Я правда думал, что это Олег Волков... Птица довольно ухмыльнулся, доставая из щели в диване сложенную напополам и спрятанную там похоронку, держа в двух пальцах,между средним и указательным, словно сигаретку, и гордо протянул её Игорю. – Ответ неверный. Думай, Игорь, думай. И футболочку снимай. Мужчина заглянул в лист бумаги и... Был шокирован. Нет, быть не может... Но факт остаётся фактом... Грому пришлось оголить накачанный пресс, скидывая предпоследний предмет одежды на пол, а после майор глубоко задумался. Терять ему почти уже нечего, нужно понять кто мог быть Чумным доктором, если Волков мёртв, а этот... Явно знаком с Серёжей... И программист его зачем-то прикрывал... Видимо, до сих пор не может сказать, потому и устроил эту глупую игру, чтобы косвенно договор не нарушать, но всё-таки признаться. – А ты знаешь? – на всякий случай уточнил Гром, чтоб подтвердить свои догадки. – Знаю. – коротко отозвался Разумовский, кивнув в такт своим словам. Думай, Игорь, думай... Кто мог угрожать Разумовскому? Кто всегда был рядом? Кто умудрялся быть на шаг впереди? Мужчина, альфа, миссионер... В голове проскальзывают далёкие воспоминания пар по Психологии в Академии МВД... – Запомните, ребята, существует несколько типологий преступников. Основная типология, признанная Криминологией в России делит преступников на три типа: корыстные, корыстно-насильственные, насильственные, а из них, в свою очередь, вытекают подтипы... Но также существует, так называемая, типология Холмса, делящая преступников на другие три типа: визионеры, миссионеры и гедонисты... В обоих случаях тип преступника опирается на мотивы... Игорь огляделся по сторонам. Ну надо же, он словно снова оказался в ненавистной курсантской форме, ещё без всяких званий, в большой, но ужасно холодной аудитории на четвёртом этаже. Интересно, здесь вообще когда-нибудь было отопление? – Курсант Гром, встать! С места отвечаешь, к какому типу преступников относится Чумной доктор согласно типологии по Криминологии! Опа... А этого не было. Не воспоминание. Чертоги разума. – Насильственный...– бормочет Игорь, поднявшись с места. Нет, нет... Насильственный - это скорее визионеры , а этот... – Корыстно-насильственный! Он преследует цели в интересах собственной наживы, всё тщательно продумывает, совершает насилие, ему свойственна агрессия. – Возраст Чумного доктора? – требовательно уточняет преподаватель, строгая женщина лет 35. Игорь крутит пальцами виски, стимулируя мозговую деятельность. Думай, Игорь, думай.. – Руки по швам! – командует старшина. Гром выполняет. Вспомнил! Он вспомнил! В Криминологии преступников также делят и на возрастные категории! – Категория от 18 до 24, молод, амбициозен...– а после осёкся. Нет, Чумной доктор - это не какой-то там студент, это человек, у которого есть деньги... Он не беден, такой костюмчик-то вручную так просто не закрафтишь, нужен минимум 3D-принтер... Или он должен был быть пионером в советское время, посещать кружок самоделкинов "умелые ручки" каких-нибудь юных изобретателей, робото-техников, в своё время конструировавших модели самолётов из, что называется по-русски, говна и палок. – Нет-нет... 25-29, более зрел, но амбициозен, финансово-устоявшийся... Альфа. – А ты в этом уверен? – со скептичной усмешкой уточнила Евгения Александровна. – Неужели омега? – изумлённо уточнил Гром. Аудитория мгновенно посыпалась, будто бы карточный домик, а перед мужчиной вновь предстал расслабленно лежавший на диванчике Птица. – Ну, Игорь? Кто Чумной доктор? – наконец вновь спросил Разумовский, ибо Гром уже минут 10 как стоит в размышлениях в одних трусах. – Ты...– пробормотал мужчина, с ужасом взглянув на, как он думал прежде, свою любовь всей жизни.