Восхождение магического архитектора

      Густав не стал церемониться и атаковал сразу — напористо и жёстко. Вимиццу отразил его удары и даже прописал ответный — в челюсть. Чары врага также не нанесли вреда мятежнику. Кровь Бога защищала лучше любых артефактов. Густав с удивлением осознал, что биться придется, полагаясь только на ловкость и физическую силу. А вот сам Руби применял усиленную клановую иллюзию. Это помогало сбивать противника с толку — не все его удары достигали цели, приходясь на размытые силуэты Руби вокруг.       Истинный собрался, осознав, что легкой победы не будет. Он сумел несколько раз атаковать врага в корпус. От боли, причиняемой кулаками Густава, у дневного вампира перед глазами пошли темные круги. Враги сцепились вплотную, покатившись по полу, словно дерущиеся коты.       Эвеску был крупнее и тяжелее. Вимиццу непросто пришлось. Он вырвался и отпрыгнул к колонне. Густав ударил по ней, обратив в обломки. Один из балкончиков зашатался, заставив нескольких зрителей срочно сменить дислокацию и продолжить наблюдение с более безопасного места.       Бойцы принялись соревноваться в скорости – Руби уходил от врага, лишь изредка замедляясь и нанося удары, когда точно знал, что ответного не последует. В спину, потом в шею, затем в живот. Наконец, истинный рухнул, потеряв сознание.       Руби едва дышал. У него болело все тело, а одежда превратилась в ободранные лохмотья. Удивленные Эвеску замерли, не веря в произошедшее. Пришлый хилый дневной не только выдержал бой со вторым по силе в клане, но и одолел его.       — Мне надо пройти в Купель… — упрямо повторил Вимиццу, пошатываясь. Он встретился взглядом с Антуаном.       — Хорошо. – мрачно кивнул хозяин замка, — Я обещал и сдержу слово.       Руби проводили до цели. Это была пещера под подвалом замка, подсвеченная светящимся мхом. В самом центре располагалось прозрачное озерцо в каменной оправе. «Жук» мигом нашел подходящее место, скрывшись в глубине горной породы. Мятежник не сомневался – вытащить его оттуда не смогут – как бы ни старались.       Попрощались с Руби вполне уважительно. Он привлек внимание своей силой.       — Не хочешь остаться… уже как равный? – предложил Антуан на прощание. – Вампирам стоит держаться вместе.       «Ворон» отрицательно мотнул головой: — У меня дела, но спасибо!       О том, что завтра он снова будет простым дневным он говорить не стал. Кровь бога можно принимать не чаще раза в год.              — Ты так рисковал! О чем ты думал? Даже мне не сказал! А если бы ты погиб?! – Фейд кричал, плакал и бился в истерике.       Певец не стал дожидаться пока с ним придут мириться, а, узнав про то, что Руби оказался в лазарете, примчался навестить больного сам. И теперь очень логично бил его по груди кулачками, выражая негодование. К счастью, вампир не ощущал эти слабые толчки – словно котеночек топчется, да и только.       — Ну, прости любимый. Главное мы оба живы и вместе! — Вимиццу гладил Дарси по волосам, успокаивая. А потом сгреб в охапку. Фейд затих, разве что тихо всхлипывал.       — Не оставляй меня больше — даже если буду ругаться! – попросил менестрель.       — Обещаю. – Руби поцеловал его в макушку.       Он был счастлив, что они, наконец, помирились.              План вступал в финальную фазу. Дальше за дело предстояло взяться Лейле и Габриелю. Закрывающая больше недели сдерживала Малгрейн от проникновения в мир Яшма. Теперь нужно было контратаковать.       Артефакты-жуки, стараниями бойцов сопротивления, оказались там, где надо. Когда последний пятый «жук» занял свое место, открылись Червоточины, незаметно связав Яшму с Альзой. Соединение было безопасным – червоточины не ощущались с той стороны, были небольшими и работали только в одну сторону – из этого мира в мир корпорации.       Архитектор реальности принялся партиями отправлять «глушилки» — артефакты с зачарованной кровью Лейлы — в родное измерение. «Глушилки» напоминали металлические сферы меньше ладони размером – над ними трудились лучшие артефайзеры «Черного ворона». А потом усиливала Закрывающая. Каплю крови внутри сфер из металла активировали магией вампиры Вимиццу. Эффекта этих предметов должно хватить на столетия. Найти и обезвредить все просто нереально, учитывая в какую глушь Альзы их направлял Вуд своими чарами.       — Готово! – отчитался Габи. Он переправил несколько тысяч «глушилок». Это заняло несколько часов.       — Отлично! Ты молодец! – похвалил архитектора Руби, напряженно наблюдавший за работой.       — Аккуратно включаю. – сообщила Лейла. Управлять артефактами через червоточины было крайне удобно. Артефакты послушно отзывались – и не мудрено – они были пропитаны магией Лейлы и содержали её кровь.       В мире Альза начали один за другим – быстро и неотвратимо — закрываться стационарные порталы, отрезая корпорацию от колоний – источника рабочей силы и ресурсов. Им на смену пришли куда менее стабильные Щели между мирами. Большая часть – вне городов.       Закрывающая «откалибровала» Щели – убрала те, которые вели в неконтролируемые «Черным вороном» зоны, стабилизировала и сделала заметнее остальные, настроила пропускать всех, кроме аристократов. Ввести данный «фильтр» было просто – ауры аристократов корпорации сильно отличались от аур простолюдинов.       Мятежники на выходах из Щелей установили приёмные шлюзы – встречать беглецов и отсеивать опасные элементы – отмороженных бандитов из Пустошей или вооружённых до зубов оперативников корпорации, желающих улизнуть. И к тем, и к тем особого сочувствия не было – взять под стражу, а там разберемся после победы.       Верные люди (и не только люди) в колониях получили сигнал браться за оружие – ставленников корпорации пора свергать. Помощь из основного мира к ним не подоспеет.              Габриель так переутомился, что уснул прямо в штабе. Отправка артефактов через Червоточины далась ему непросто – их приходилось хорошо прятать – в самые глубокие глубины и самые дикие чащи. Применять магию сквозь миры юноше ранее не доводилось. Как оказалось – это сильно изматывает.       Савари заботливо укутал любимого одеялом и поспешил на помощь тем, кто сражался с Малгрейн в колониях. Вне своего мира божество мог намного меньше, но все равно больше, чем сильный колдун.              В Альзе почти сразу началась паника. «Жуки» в Алмазном дворце сделали свое дело, вырубив системы связи, наведения, транспорт, агрегаты, сложную технику. В такой ситуации растерявшимся аристократам было сложно организовать полноценное противодействие тем, кто желал сбежать через Щели. А желающих оказалось подавляющее большинство. Простой народ паниковал, справедливо решив, что настали последние дни и пора покидать Альзу подобру-поздорову.       Военные маги, которых выставляли сторожить Щели в городах предпочитали не отпугивать людей, а ретироваться сквозь Щель первыми. Военные не маги – тем более. Самыми полезными в этой ситуации оказались Оллден с их убеждением. Именно они сумели, обратившись к народу, относительно взять ситуацию под контроль. Не отставали и Роуз с их магией созидания – архитекторы смогли физически замуровать подступы к некоторым Щелям. Увы – люди все равно отыскивали другие пути и сбегали толпами. Обнаружить и перекрыть все не получалось. Если у одной Щели стояла охрана, то беглецы искали другую. Если простого народа было много – шли на штурм, сминая преграждающих путь массой.       Самыми бесполезными в данной ситуации оказались Малгрейн. Они утратили возможность открывать порталы. Прочая знать пока не трогала бывших правителей, надеясь, что они сумеют вновь «распечатать» Альзу и вернуть доступ к иным мирам. Но с каждым днем надежда на это таяла. Верхушка корпорации не могла сейчас даже открывать мелкие порталы внутри мира. Малгрейн замуровались во дворцах и ждали конца, осознавая, что он близок. Судорожные попытки снова колдовать проваливались одна за другой.              Дэйн осторожно крался по улице, прижимая к себе сумку с самыми ценными вещами. Говорят, банды уже покинули город. А значит у Щели безопасно. Но так ли это?       Юноша осторожно заглянул в пустующий ангар, где ощущался выход с Альзы – Дэйн плохо сканировал, но на этот раз не сомневался. Так и есть – круглая светящаяся «рама» в человеческий рост призывно искрила магией, обещая путь к спасению. Внутри ангара никого. Только в конце улицы группа из пяти человек – один мужчина, две женщины и два ребенка. Тоже идут сюда. Почти все покинули поселение в первые дни. Тут было столпотворение. Дэйн со своим слабым здоровьем не рискнул сунуться в давку. Он притаился и ждал, опасаясь, что Щель закроется и он останется тут – почти один посреди Пустошей в заброшенном городке. Но Щель еще работала!       «Пусть мне повезет, и я окажусь в хорошем месте!» — успел подумать парнишка, шагая в иной мир, навстречу неизвестному.       Юноша оказался в белом светящемся кубе. Его тщательно просканировали, а затем в дальней стенке открылась дверь и Дэйна почти за шкирку вытащил наружу черноволосый вампир.       — Добро пожаловать! Проходим – не задерживаемся. Вас проводят в лагерь и выдадут самое необходимое. – сообщил клыкастый доброжелательно, хоть и немного казённо. Ему явно наскучило встречать приходящих. Рядом толпилось еще несколько вампиров при оружии. Агрессии они не проявляли.       Вскоре Дэйн оказался в пестром палаточном лагере. Здесь было многолюдно, шумно, пахло травами, дымом и едой. Окружающие мирно переговаривались и не выглядели измученными или напуганными. Все занимались повседневными делами – стирка, готовка, починка вещей.       «Кажется, я попал в хорошее место!» — решил парнишка, когда ему, тронув за плечо, указали, в каком шатре размещаться и где регистрироваться.              Евангелина плакала.       «За что мне это? Чем я заслужила все эти ужасы?» — с горечью думала девушка, всхлипывая. Девица Роуз заперлась в подсобке и утирала слезы…       Мать наверняка осудила бы ее раньше за то, как выглядела сейчас аристократка – растрепанная, не накрашенная, одежда в беспорядке. Но ныне всем было всё равно. Привычный мир рушился на глазах, осыпаясь больно ранящими хрустальными осколками.       Слуги – эти мерзкие неблагодарные предатели – сбежали с Альзы еще в первый день. За ними последовала большая часть оперативников без магии. Сейчас отец, кузены и колдуны-аристократы вассальных кланов организовали оборону семейного имения. С учетом творящихся вокруг беспорядков – насилия, поджогов, мародерства – это было жизненно необходимо.       Оставшимся без обслуживающего персонала аристократкам пришлось взять в свои руки домашнее хозяйство. Мать Евангелины в самом начале пыталась приказывать – как раньше – и делегировать всю работу женщинам вассальных кланов. Но те быстро дали понять, что времена сейчас не те. Имение быстро превратилось в автономную систему, а в такой прежняя иерархия не действует. Все в одинаково бедственном положении и господ тут больше нет.       Так что все две дюжины аристократок дружно учились стирать, гладить, готовить, убираться.       Евангелина с ужасом смотрела на свои огрубевшие пальцы с обломанными неухоженными ногтями. Еще никогда в жизни она не выглядела, как замарашка. Еще никогда ей не приходилось тяжело работать и обслуживать себя самой. Более того – вести хозяйство для кучи обитающих в доме мужчин. Но выбора не было. Если она не хочет сама отбиваться от регулярно ломящейся в здание агрессивной толпы – надо делать, что велено и благодарить предков за родичей-архитекторов. Эти сумеют отстоять территорию.       — Ева, на кухне опять скопилась грязная посуда! – окликнула девушку Амалия Вилоу – девица из некогда вассального клана.       — Иду… — мрачно отозвалась Роуз.       Работу нужно выполнять вовремя, чтобы не было неприятностей. И радоваться, что раз посуда грязная – им еще есть, что есть.                     Зари осторожно выглянула из-за угла и вздохнула с облегчением. Наконец-то после долгих поисков нашлась неохраняемая Щель – явно новая и еще не обнаруженная военными.       Девушка кивнула Заку – своему другу и коллеге по работе в супермаркете: — Все чисто! Можем идти.       — Слава предкам! – улыбнулся парень. Он сканировал хуже напарницы и доверял ее мнению. В эти дни Зак не уцелел бы без Зари.       Когда начался кошмар – принялись закрываться порталы, выключились камеры и охранные системы – они оба трудились на смене в торговом зале. Это было пугающе и жутко… Все – и покупатели, и продавцы — ломанулись к выходу перепуганной толпой, началась страшная давка. Озверевшие люди старались ухватить как можно больше оставшихся без защиты товаров. Охрана не справлялась, а потом и вовсе ретировалась.       Юноша и девушка еле выбрались из торгового зала, а потом смогли покинуть здание через черный ход. Первые три дня у щелей было не протолкнуться – где-то просто столпотворение, а где-то всех разворачивали военные. Еще часть народа попала под гипноз Оллденов и развернулась по домам. Еще одну Щель почти перед носом беглецов запечатали Роузы.       А в городе становилось все небезопаснее из-за мародеров и прочих преступников. Ночевка в квартире Зари, утром – снова поиски пути. И так раз за разом – все три дня… Девушке уже начало казаться, что им не выбраться, но сейчас наконец повезло.       Зак и Зари припустили бегом. Они облегченно выдохнули, лишь сделав шаг в Щель между мирами.       «Надеюсь моя семья тоже спаслась, и мы встретимся!» — успела подумать бывшая менеджерка по продажам.       Коммуникаторы все это время не работали. Когда она пришла в квартиру родителей, то обнаружила следы спешных сборов. В этом квартале, по слухам, портал долго не охраняли и многие спаслись. Зари была старшей из четырех детей. Ее сестры и братик еще учились в школе и жили с мамой и папой, так что родители действовали логично, спасая младших. Они справедливо рассудили, что Зари взрослая и самостоятельная, а значит выберется без помощи – тут никаких обид.       После перехода был яркий свет. Беглецы оказались в странном светящемся белом кубе. В его дальней стене открылась дверь и какие-то вооруженные типы в форме вытащили растерянных юношу и девушку наружу.       — Добро пожаловать. Молодцы, что спаслись! – приветствовали Зака и Зари повстанцы, — Сейчас вас проводят в лагерь для беженцев.       Оказавшись в пестром городке из шатров, девушка и юноша в первую очередь зарегистрировались – как им и велели.       — Где я могу узнать, не здесь ли семья Гарватти? – робко спросила Зари.       Местный старший сверился со списками.       — Здесь. Гарватти из столицы Альзы? Пять человек? – уточнил он.       — Да! Они. – сердце Зари забилось чаще.       — Они в лагере Сенфир на Ламарене. Думаю, что скоро вы сможете встретиться. – сообщил старший.       Девушка от избытка чувств обняла Зака. Тот тепло улыбнулся в ответ. Сам он был сиротой и спрашивать ему было особо не про кого. Есть несколько знакомых, но это подождет.