Восхождение магического архитектора

      Ялви – отпрыск ныне покойного Татмы — в который раз ознакомился с текстом свитка, на котором был подробно изложен план. Пока Фейд размещал «жука» в имении Тальи, а Мартин стремился добиться аудиенции во дворце лорда Хамфри, у мелкого божества было свое задание. На нем было размещение третьего артефакта – в лесу Заговоренных трав, а точнее – в самом его центре – Зеленом сердце.       Ялви доверяли достаточно, чтобы поручить столь ответственную миссию, от исхода которой зависело очень и очень многое. Сын бога войны не сильно скорбел по отцу – ничего хорошего он от него не видел. Юноше было стыдно признаться, но теперь он, наконец, вздохнул с облегчением, не ощущая более гнета сурового родителя. Дядя Савари относился к нему куда лучше.       И теперь Ялви предстояло отплатить добром за доброе отношение – помочь общему делу. Водные духи, с которыми паренек сдружился за последнее время, проводили Ялви до Щели между мирами.       — Удачи! Будь осторожен. – напутствовали они.       Сын бога войны шагнул в другой мир. Бывать за пределами Яшмы ему ранее не доводилось и потому юноша был взволнован. Вокруг возвышался лес. Поваленные старые деревья, покрытые мхом, высокие гладкие стволы, устремленные к высокому небу, шелест узорной листвы, густой кустарник подлеска. Это место сразу понравилось потомку богини трав Судзу. Здешняя флора отличалось разнообразием и бурным ростом. Что-то было смутно не так, но пока гость не разобрал, что именно…       — Кто ты такой и что тебе здесь надо? – мигом окликнули пришлого местные духи леса, материализовываясь из воздуха. Вернее – шагнув из подпространства.       Ялви тотчас оценил — их много, и они контролируют это место. Мелкому божеству с такими не справиться. Не стоит нарываться на конфликт. Да юноша и не планировал.       — Я — Ялви. Пришёл с миром и мне необходимо пройти в Зелёное сердце. — честно отозвался гость.       — Туда нельзя посторонним! — дружно заголосили зеленоволосые и тонкие, словно тростинки, духи. Их густые локоны украшали листья, а белая одежда напоминала плотный туман.       — Мне очень нужно! От этого зависит множество жизней. Я должен поместить один артефакт — совершенно безопасный для леса — в Зелёное сердце. — с горячностью произнёс пришлый.       — Чужакам нельзя! — вновь запротестовали местные.       — Вы можете отнести артефакт сами... — с сомнением попросил юноша. Но снова получил отказ.       — Мы не знаем, что это и как повлияет! — галдела наперебой стайка зеленоволосых.       Ялви тяжело вздохнул. Всё очень осложнилось. Он не мог подвести всех и вернуться в Яшму ни с чем. Дядя не станет его ругать и, возможно, даже пожалеет, сказав — "Всякое бывает", потом справиться попробует кто-то ещё – без природной магии, как у самого Ялви... Скорее всего потерпит неудачу. А ведь «жуков» надо установить по местам максимально синхронно!       Более того – сын Татмы до конца дней своих будет помнить, что ему дали один шанс проявить себя, обелить в глазах народа и он не смог. И как жить с таким позором? Как смотреть в глаза друзьям?! За спиной станут шептаться – «Не справился! А может не очень и старался? Специально подвел бога небес, волчий выродок!»       — А что, если я стану СВОИМ? — поинтересовался юноша крайне уверенным тоном.       — Это невозможно. Для этого нужно пройти лесной лабиринт. И чтобы Зелёное сердце тебя приняло. Такое под силу только духу природы! — отозвались местные с недоумением.       — Моя мать была богиней трав. Я близок к вам по магии. — сообщил Ялви.       — Нам нужен новенький. Когда кто-то в первый раз проходит лабиринт — лес исцеляется, а сейчас он болен. Но справишься ли ты? — ответ звучал с сомнением и надеждой.       — Справлюсь! — решительно заявил Ялви. И добавил про себя — "Выбора всё равно нет."       Его отвели глубже в лес. Здесь кустарники образовывали что-то вроде зелёных тоннелей. Юноша ощущал — лабиринт живой и разумный. Сейчас он присматривается к чужаку, решая, что с ним делать — заставить плутать, пока не выбьется из сил, затащить корнями под землю на корм зверью, оплести ветками, уколоть ядовитыми шипами. Или – пропустить и принять, как родного.       Ялви настроился на место, как учила матушка – постепенно пропитался здешней энергией, вдохнул местный воздух, ощутил землю, на которой стоял.       — Травы стелются под стопы мне, горький сок трав бежит по венам моим, руки мои словно лозы, ноги мои — как стволы древесные, голова моя кроной густой шелестит на ветру, сердце моё бьётся в такт с сердцем этого места. Я — природы часть, а природа — часть меня. Узнай и прими дитя своё! — прошептал Ялви, вспомнив слова из детства.       Лабиринт удивлённо и приветливо зашуршал. Юноша шагнул в зелёный тоннель из гибких ветвей и трепещущих на ветру листьев. Дорога его была прямой и ровной. Главное — сохранять настрой и единство.       Место испытывало его, то выпуская из-под земли корень, то норовя ухватить за волосы. Но Ялви не сбивался с ритма. Глаза его горели зелёным светом магии природы, лёгкие наполнились лесным воздухом, уши различали малейший звук. Он кожей чувствовал всё вокруг, словно часть себя. Да — лес болел. И боль его недуга передалась сыну богини трав. Ялви хотел помочь и вылечить это место. Лес это чувствовал и был благодарен.       Вскоре впереди забрезжило сияние. Зелёное сердце подпустило к себе юношу. Он стал своим. Шаг, ещё шаг, аккуратно спустить на траву "жука" – теперь уже можно. Он тут родной, а значит – не навредит. Ему полностью доверяют. Сын богини сел помедитировать. Ялви старался превозмочь болезнь леса. Вскоре рядом с ним появились духи. После прохождения юношей лабиринта, они последовали за ним. И теперь, усевшись в круг на поляне, помогали латать раны обители Заговоренных трав, нанесённые тёмной магией.       Когда через час исцеление удалось, Ялви совсем обессилел. Новые собратья напоили его соком из чаши и проводили до щели между мирами. Несмотря на все уговоры остаться на ночь, юноша спешил — надо было доложить об успехе. — Я скоро вернусь и тогда останусь подольше. — пообещал сын богини трав.       Он чувствовал, что хоть и не обязан жить здесь, но навсегда связан с этим лесом и должен навещать его.       — Будем ждать, новый брат. Тёмная магия, ранившая это место, пока отступила. Но угроза не миновала. Ты силён и нам понадобится твоя помощь. — произнёс один из духов напоследок.       Ялви кивнул. Он и правда стал значительно сильнее. Домой он вернулся гордый — с большой победой. Приятно было рассказывать о своих приключениях и получать заслуженные похвалы.              Четвертым «жуком» поручено было заниматься Элшу Вимиццу. Дело выдалось не из легких. Если остальные взаимодействовали с людьми, хитрили, договаривались, пели, торговали, обманывали, то вампиру предстояло героически превозмогать непогоду и биться с опасными тварями.       В мире Ханасим было чудовищно жарко. И при этом постоянно сумеречно. Высокая температура воздуха достигалась не за счет солнечных лучей, а из-за бьющего из-под земли горячего пара. Тысячи разломов в раскаленной земле, из которых в хаотичном беспорядке вырывались горячие белесые клубы из частиц испарившейся воды. А еще здесь во множестве обитали саламандры – опасные теплолюбивые бестии, притаившиеся в тех же разломах и жаждущие полакомиться приготовленном на пару мяском – хоть человека, хоть орка, хоть эльфа или вампира.       Справиться с первой из напастей Элшу должны были помочь амулет феникса – защита от высоких температур, но увы – постепенно разряжающаяся в процессе использования. Чем больше и чаще воздействие, тем быстрее амулет выйдет из строя. Кроме того, у юноши случилось усиление способностей – теперь он ограниченно предвидел будущее. Весьма конкретно и функционально – что произойдет вокруг в ближайшую минуту. Это помогало и в бою, и в ситуациях вроде нынешней. Именно поэтому Элшу отправили одного – второго провидца и второго амулета феникса у повстанцев просто не было.       Вимиццу мчался через Долину смертельного пара – он предвидел, где появится очередной поток и обходил опасные места. Саламандры норовили высунуть пасти из разломов и впиться острыми зубами ему в ноги, но прочные сапоги и умение хорошо пинаться спасали от нападений.       Никакого отдыха, не сбиться с ритма, только вперед! Одежда намокла и липла к телу – высокая температура и огромная влажность сказывались. Усталость постепенно брала свое. Даже у вампиров есть предел выносливости. Элшу напоролся на два потока пара подряд – предвидел, но не успел среагировать – в итоге амулет разрядился на две трети. Да и маны на провиденье оставалось все меньше.       «Уже скоро. Я должен справиться! Нельзя, чтобы «жук» сгинул вместе со мной в одном из разломов. Этим я подведу ВСЕХ!» — думал Вимиццу.       Прыжок через трещину, еще один. Элшу оступился на мокром камне и полетел вниз, лишь в последний момент ухватившись за край. Как раз под ним начал формироваться очередной столб пара, норовя превратить вампира в вареную колбасу. В ногу, прокусив сапог, впилась очередная саламандра.       «Ну, вот и всё…» — в ужасе решил юноша, почти теряя сознание от боли. Перед глазами мерцали цветные пятна. Пальцы скользили…       Неожиданно кто-то схватил Элшу за шкирку и рывком втащил через край обрыва на площадку. Звук удара – впившуюся в вампира саламандру оглушили и отправили в полет точно в только что вырвавшуюся струю пара.       Сумев сфокусировать зрение, Вимиццу увидел перед собой странное создание в лохмотьях. Оно напоминало серокожего низкорослого человека с короткими белыми растрепанными волосами. При себе у незнакомца была длинная прочная палка.       «Хунма – народ долины. Обычно они не показываются.» — припомнил Элшу.       — Спасибо… — прошептал он.       Абориген ответил ему на незнакомом наречии с кучей шипящих звуков и поманил за собой. Вимиццу с трудом поднялся. Он ощутил где-то рядом, за паром, еще хунма, но они не приближались, предпочитая наблюдать со стороны. А проводник уверенно вел юношу к цели.       «Откуда он знает, куда мне надо?» — недоумевал вампир. – «Скорее всего тут не так много мест, куда стремятся чужаки. А точнее – только одно. Там, где выходит на поверхность линия силы – наиболее активная магически локация.»       Перемещаться с местным стало намного проще. Ни прыжков, ни предвиденья. Хунма вел окольными тропами, в стороне от опасных зон. Постоянно скакать над пропастями, норовя свариться, явно не входило в привычное времяпровождение здешнего народа. Стук особого посоха по камням отпугивал саламандр – те предпочитали ретироваться. Скорость продвижения снизилась, но удобство значительно возросло.       Вампир даже немного отдохнул, перемещаясь в столь прогулочном темпе. Через час, прихрамывающий повстанец и его спаситель были на месте. Элшу выпустил «жука» и тот внедрился в скальную породу.       — Благодарю. – еще раз произнес Вимиццу, надеясь, что хунма поймет интонацию.       После небольшой передышки чужака проводили до выхода из долины. Элшу с огромным облегчением шагнул в щель меж мирами. Ему не терпелось доложить об успехе миссии и увидеть Фандри.              Пятого из «жуков» транспортировал Руби Вимиццу. Миссия выдалась короткой, но напряженной. Предстояло иметь дело с истинными вампирами. А именно – с нежитью. Если клан «черного ворона» и ему подобные были отдельным видом – вполне живым и способным воссоздавать себе подобных рождением детей, то вампиры мира Льёрд некогда были людьми, погибшими от укуса других вампиров, и ныне ведущими бессмертное существование, скрываясь от света солнца и мучаясь жаждой крови.       Оба вида с опаской относились друг к другу. Истинным немертвым казалось, что вампиры, гуляющие под солнцем, не могут быть настоящими. Да и мирно сосуществовать с людьми – унижает достоинство детей ночи.       Живые клыкастые считали ограничения, которые вынуждены соблюдать собратья, совершенно ужасными. Да и влачить бесконечные века, будучи ходячим трупом – очень так себе перспектива. Тем не менее, истинные были сильнее – и магически, и физически. Их скорость и ловкость значительно превышали ловкость и скорость собратьев. Но и крови для поддержания подобной мощи требовалось намного больше, чем тем же Вимиццу.       Руби должен был отнести "жука" в Купель крови клана истинных вампиров Эвеску. Нечего было и думать о том, чтобы пробиться силой. В замке находилось больше десяти дюжин клыкастых. И это не говоря о барьере вокруг. Штурм обойдётся крайне дорого... Истинные сильны. И ещё сильнее на своей территории.       Чёрные вороны не хотели вновь рисковать членом совета, но пришлось. Только Руби оказался способен принять одну каплю крови Верховного Бога — подарок Савари. Теперь он, живой вампир, примерно на сутки силён как несколько среднестатистических истинных. На это и была главная ставка мятежников в данной миссии.       Руби Вимиццу миновал сумеречный лес, полный теней и шорохов, и приблизился к воротам крепости.       — Что тебе нужно, вампир, ходящий при свете дня?! — прохрипело, оживая, каменное изваяние у входа. У горгульи были перепончатые крылья, извитые рога, крупные клыки и гротескные черты лица. Руби подумал о том, что, помимо самих истинных, в здании полно верных им монстров.       — Я пришёл переговорить с господином Антуаном Эвеску — главой клана. — вежливо сообщил пришлый.       — А зачем господину беседовать с тобой? — горгулья насмешливо прищурила алые глаза.       Вимиццу знал, что в замке прекрасно слышат каждое слово и видят его глазами каменной твари. Территория перед воротами просматривается.       — Я принёс дар! — Руби извлёк из сумки алый рубин и, повертев его перед мордой горгульи, спрятал обратно.       Кровавые рубины были редкими и ценными магическими камнями. Они усиливали все небоевые способности вампиров. Дар был весьма щедрым.       — Тебя готовы принять. — сообщила волю хозяев каменная привратница после небольшой паузы.       Руби с волнением вошёл внутрь.       "Я ведь так и не помирился с Фейдом до ухода. Он даже не знает, на какую опасную миссию я отправился. Сгину тут, не поговорив с любимым. Как глупо и нелепо. Нет, точно — выберусь живым и тотчас отправлюсь к Фейду — попрошу прощения!" — думал Вимиццу, миновав оплетенный паутиной сад с черными деревьями без листьев.       Высокое крыльцо. Массивные двери открылись сами по себе, приглашая войти. Дверной молоток в виде морды демона ехидно рассмеялся, состроив гостю гримасу.       "Вечный Хэллоуин." — прокомментировал про себя повстанец. Его такими фокусами было не пронять.       Длинный коридор с тусклыми зеленоватыми светильниками. Зал в самом конце. Тут собралось около дюжины истинных. Мертвенные ауры, одежда старинного кроя, бледные тонкие, но по-своему красивые, лица. Мужчин и женщин примерно поровну. Сила и ловкость вампиров от пола не зависят. Руби не сомневался — все они отличные бойцы и маги. Сейчас местные подчёркнуто расслаблено пили вино из дорогих кубков, тихо беседовали, читали, играли в странную карточную игру. На гостя не обращали внимания, удостоив лишь беглыми взглядами. Но по эманациям Вимиццу уловил — им любопытно...       — Приветствую. — произнёс высокий мрачный брюнет, вальяжно устроившийся в кресле у окна. По ту сторону стекла царила темнота, так что опасаться ему было нечего.       — Приветствую. — отозвался гость, — Я — Руби Вимиццу. А вы — Антуан Эвеску.       Последняя фраза утвердительная, а не вопросительная. Руби видел изображения и у брюнета наблюдалась самая сильная аура в замке.       — Зачем пожаловал? — поинтересовался собеседник насмешливо.       — Мне нужно пройти в Купель крови. — признался юноша.       — И не мечтай. Чужакам там не место. — отрезал глава клана.       — Я принёс рубин. — напомнил мятежник.       — Это плата за беседу и то, что тебя не убили за наглость — прийти сюда непрошенным и о чем-то просить. — клыкасто улыбнулся хозяин замка.       Драгоценный камень перекочевал из сумки Вимиццу к нему до того, как Руби успел воспротивиться.       — Мне очень нужно пройти в Купель. Я и мои собратья противостоим корпорации Малгрейн. Для победы важно разместить в Купели один артефакт. — продолжал настаивать "ворон".       — Мне нет дела до ваших игр с людьми. Держались бы подальше от них, жили бы спокойнее. — пренебрежительно бросил Антуан, — Таким слабакам лучше сидеть тихо и не высовываться, чтобы уцелеть.       — А если я одолею одного из вас в честном бою — меня пропустят? — уточнил Руби.       Присутствующие рассмеялись. Их смех походил на шорох опавших листьев. И сочли слова гостя крайне забавной шуткой.       — Да. Пропустим. Но такого не может быть. Вампиру дня не победить истинного. Проиграешь — останешься здесь. — предупредил глава клана. Предложение было рискованным. Остаться игрушкой нежити на долгие столетия очень не хотелось. Но и иного варианта выполнить задание не было... — Кто будет моим противником? — тихо спросил Руби.       — Густав. — глава кивнул на высокого длинноволосого мужчину у камина. "Силён!" — оценил Вимиццу про себя. — "Очень силён. Пожалуй, второй по мощи после Антуана."       Да, сейчас Руби был сильнее нескольких истинных. Но сильнее средних... Справится ли с тем, кто значительно превосходит своих собратьев? Окружающие внешне впервые проявили интерес к происходящему. Перешептывания и комментарии среди местных не смолкали. Все прошли в просторный зал. Зрители заняли места на балкончиках, намереваясь насладиться зрелищем — собрат изобьет дневного вампира, а потом новенький останется здесь навсегда в качестве экзотического развлечения.