Опал и Рубин

Тэхён очень любил профессора Талли Цину, которая помогла ему выплыть на поверхность, оставив на дне губящий ворох переживаний, тоски и обиды. В то время было невыносимо оставаться в академии. Чонгук тогда продолжал жить в их комнате. День за днём всё повторялось. День за днём видеть и не иметь ни малейшего шанса на нормальный разговор. День за днём надеяться, что Чонгук вернётся с тренировок в хорошем настроении и не будет душить его своей агрессивной аурой. День за днём жить с ним в одной комнате и ощущать запахи других омег. Тэхён боялся сойти с ума. Хотелось накричать на альфу. Хотелось, чтобы Чонгук не спал с другими омегами, не приносил их запахи к ним в комнату, растаптывая его сердце и самооценку. Чувство обиды в те два года постоянно преследовало его. Слёзы не могли высохнуть. Каждую ночь, прячась под одеялом от хвойного аромата, смешанного со сладкими запахами других омег, Тэхён бесшумно чах. Каждую ночь он ложился в кровать до прихода альфы, прятался под одеялом и ждал, ощущая не отпускающее тело напряжение. Почему Чонгук отказался с ним спать? Альфа ведь спал с другими. Неужели его тело настолько некрасивое и отталкивающее? Может, дело в запахе? Может, альфе было противно прикасаться к его невзрачному лицу? И когда мысли завели в точку, когда оставалось либо исчезнуть, либо сбежать прочь из академии, их группу взяла профессор Цина. Тэхён чётко запомнил самый первый урок, взбудораживший внутренности и подаривший надежду. Профессор тогда оглядела класс и, записав что-то в своём блокноте, с тяжёлым вздохом начала: — Итак, дорогие мои, мне нужно понять, действительно ли вы хотите быть здесь. Действительно ли вы хотите обучаться боевой магии? Ведьмы сидели в небольшом тёмном кабинете. Никто из них не знал, как вести себя с малознакомым профессором. Тэхёну Цина не преподавала, он знал её лишь как добрую помощницу медсестры. — Хорошо, тогда давайте по очереди. Ким Сокджин, почему ты хочешь овладеть боевой магией? — ласковым голосом, которому действительно хотелось открыться. — Я хочу вступить в отряд «Дракон», а после в «Феникс», — Джин знал, чего хочет. Желаемая цель манила, шепча тайны о будущих перспективах. — Отлично, теперь Бён Бэкхён, — улыбнулась Цина, переведя взгляд на хмурого омегу. — Почему ты хочешь овладеть боевой магией? — Я хочу переехать в Арту после окончания академии. Я планирую стать следователем, — прозвучало спокойным голосом. Глаза Бэка были флегматично направлены в стену. — Здорово, хороший план, Бэкхён. Теперь Ким Тэхён, — в голосе слышалась поддержка. Тэхёну стало трудно дышать. Будущее? Туманное. Больше ни мыслей, ни целей у него не было. В отряды вступать он не планировал, ловить преступников — тоже. — Я не... не знаю... — вымолвил едва слышно дрогнувшим голосом. — Вот и вали отсюда, плакса, — в словах Джина слышалось презрение. — Ким Сокджин, — цокнула Цина, впервые ужесточив тон. — В этом классе не будет никаких ссор, драк и неприятной атмосферы. Я буду работать с вами, только если меня устроят ваши ответы и ваше поведение. Фыркнув, Джин недовольно уставился в стену, но язык таки прикусил. Придётся терпеть эту плаксу ради желанной цели. Его всё ещё поражала тупость ведьмы Ким. Альф нужно мариновать медленно и ненавязчиво, дурманя при этом красотой и ароматом. Альфа сам должен захотеть прийти. А этот недоумок едва не изнасиловал Чонгука. Чего, спрашивается, он ожидал? Ким Тэхён — полный дурак. Джин помнил предпочтения Чона в сексе. Этот альфа всегда вёл и терпеть не мог, когда инициативу проявлял омега. Чону нравилось брать со спины, нравилось с силой вбивать в любую поверхность. Ласковым альфа никогда не был и целоваться тоже не любил. Они ни разу не целовались. А ещё Чон сам решал: когда, где и с кем. Джин уверен, в произошедшем виноват был лишь Тэхён, но всё же пройти мимо не смог. У него младший брат растёт, вдруг аукнется бумерангом, поэтому, скрипя зубами, омеге пришлось притащить этого голого дурака к себе в комнату, благодушно выделив футболку со штанами. — Тэхён, прошу, продолжай, — попросила Цина, прикоснувшись ладонью к плечу омеги, которого вдруг захотелось обнять. — Профессор, я не знаю... правда... — опустив голову вниз вместе с плечами. Стыд охватил всё тело. Он такой никчёмный, бесцельный, уродливый, слабый... Хотелось выть. — Ничего страшного, Тэхён. Ты ещё найдёшь свою цель, моё сердце уверено в этом, — ладонь профессора от плеча перешла к светлым мягким волосам. — Хорошо, ведьмы, я услышала то, что хотела услышать. У меня к вам лишь одна просьба: то, что будет происходить на наших занятиях, должно оставаться только между нами, — дождавшись утвердительных кивков, Цина продолжила: — Для начала мы дадим нашей небольшой группе название. Что вы думаете по поводу «Казуаров»? — Почему такое странное название? — Хороший вопрос, Джин. Казуары считаются самыми опасными птицами в мире. На мой взгляд, они очень милые внешне, но не стоит их недооценивать. Я буду обучать вас боевой магии, и я хочу, чтобы вы были такими же бесстрашными, как эти птицы. Так что насчёт этого названия? Нравится? — Мне нравится, — подал голос Тэхён, сумев немного расслабиться. — Мне тоже, — согласно кивнул Бэк. Джин лишь хмыкнул, закатив глаза. — Хорошо, название у нас есть. Теперь вернёмся к основам: магия ведьм. Сильнее ли она силы магов? — Конечно, нет, — пренебрежительно заметил Джин. Сделав несколько шагов в сторону доски, Цина снова повернулась к омегам и, внимательно пройдясь взглядом по каждому из них, позволила предвкушению проникнуть в кровь. С радостным выдохом профессор спросила: — А если я скажу, что ведьма может быть сильнее мага? Я знаю, нас всех учили по-другому, но ещё я знаю ведьм... знала, к сожалению, которые были намного сильнее магов. Ведьм не без причин не учат боевой магии. Ведьма, освоившая боевую стихию — угроза. А если таких станет много? Представьте, что будет... — То есть, вы хотите сказать, что если ведьма освоит боевую магию, она может стать сильнее мага? — уточнил Джин, нахмурившись. — Ведьма с сильным внутренним потенциалом, освоившая боевую магию, может быть сильнее мага. Я чувствую этот потенциал в каждом из вас, — закончила профессор, вернувшись к учительскому столу. Слова профессора Цины вызвали интерес, а Тэхёна в тот год мало что интересовало. Он решил остаться, решил довериться доброй ведьме, чьим словам хотелось верить, чей голос хотелось слушать. Ни разу он об этом не пожалел. Выйдя на улицу, Тэхён посильнее укутался в кардиган. Величественные деревья безмолвно поприветствовали ведьму, окутав дурманящим ароматом. Под ногами хрустели сухие осенние листья разных цветов. Аромат хвойного леса вскоре смешался с запахом любимого озера. Ровная гладь воды сверкала в лучах солнца, создавая иллюзию тепла и уюта. Сделав глубокий вдох, омега мужественно начал стаскивать с себя кардиган. Мурашки моментально охватили всё тело, стоило избавиться от первой вещи. Решив не останавливаться, Тэхён стянул с себя и джинсы с ботинками. Помимо водолазки и трусов был ещё опал, греющий сердце ведьмы. Камень придавал храбрости, напоминая о предках, безмолвно следящих за каждым представителем рода Ким откуда-то сверху. Лишь считанные единицы могли видеть сокрытую в камне историю и тайны предков. Тэхёну бы очень хотелось узнать таинства опала. Быть может, однажды кто-нибудь и его историю увидит. Опал не позволит памяти о своих стихийниках исчезнуть бесследно. Приблизившись к озеру, Тэхён с выдохом начал заходить в ледяную воду. Хотелось одеться и убежать греться в академию, но, впившись ногтями в бёдра, омега обернулся на чащу леса, окружающую озеро, и, сделав глубокий вдох, вновь вернул взгляд водной глади. Нужно перетерпеть. — Ты ведь меня не заморозишь? — губы растянулись в нервной улыбке. Окутанный водой, Тэхён наконец ощутил ласковые слова поддержки, отогнавшие холод на второй план. В этот раз он ни на что не надеялся и ничего не ждал, плывя ко дну лишь с мыслями о тёплых стенах академии, в которые уже не так яростно хотелось вернуться. Вода вновь успокоила ведьму. Секунды спустя ступни коснулись холодного илистого дна.

Only The Beginning — UNSECRET, MNWATER

Ведьмам и магам с восьми лет твердили о важности правильного дыхания, что было основой всему. Без правильного дыхания ни одно заклинание не сработает, ни один стихийник не сможет подчинить свою стихию. Вся магия крутилась вокруг дыхания. Зависнув с закрытыми глазами в воде, Тэхён делал глубокие вдохи. Строчки заклинания мелькали перед глазами, готовясь сорваться с губ. Сделав седьмой медленный вдох, омега зашептал заклинание, разнёсшееся вибрациями по всему озеру:

Ma palun teil aukartusega avada mulle läbipääs Las ma näen teiste maailmade saladusi Las ma lähen läbi vahekäigu Ma hoian kõik teie saladused Usalda mind Ja mina usaldan sind

Секунды шли. Вода молчала. Минуту спустя тоже ничего не произошло. Не вышло. Озеро оставалось прежним — слегка мутным, холодным, но родным. Разочарование не нахлынуло, ведь и надежд-то особых не было. К тому же ноги уже начали подрагивать от холода, поэтому Тэхён решил больше зря не ждать и, оттолкнувшись от дна, поплыл на поверхность. Лучи солнца пробивались сквозь воду, маня к себе. Поскорее бы вернуться в академию, где можно будет, закутавшись в плед, насладиться горячим чаем. Подплывая к поверхности, Тэхён в сотый раз за последний час убедился в необходимости горячего чая с малиной. Стоило вынырнуть, его мгновенно ударила гигантская волна, толкнувшая назад, на глубину. Что за чёрт? С путающимися мыслями омега вновь поплыл на поверхность. Во второй раз он вынырнул уже с осторожностью, и не зря — на него вновь неслась огромная волна, вызвавшая море негодования. Дурацкие стихийники Воды совсем невовремя пришли на его озеро. Озеро, конечно, не принадлежало ему, но он чувствовал с ним особую связь. — Стойте! Я в воде! — в третий раз омега вынырнул с криком. Непрекращающиеся волны не позволяли полноценно глотнуть воздух. Стихийники не отзывались, продолжая сводить озеро с ума. С неба вдруг послышался раскат грома, заставивший ведьму вздрогнуть и вновь уйти под воду. Что за безобразие? Неужели они его не услышали? Негодование превратилось в злость. Вынырнув вновь на поверхность, Тэхён обернулся в противоположную от волн сторону, планируя наорать на стихийников, глядя им в глаза. Сердце, казалось, рухнуло прямо в пятки. Берега не было, леса — тоже. Было лишь море, распростёртое на многие километры. С новой, обрушившейся на голову волной Тэхёна вновь потянуло на глубину. В ушах стоял стук собственного сердца, живот скрутило от нахлынувшего страха. Показалось, наверное. Может, у него начались глюки из-за обморожения? Такое вообще возможно? Ни о чём не хотелось думать. Хотелось, вынырнув, увидеть берег озера и родную лесную чащу, которая окружала озеро, словно защищая. Выждав под водой секунд тридцать, омега вновь вынырнул на поверхность. Ни леса, ни берега не было. Непонимание затопило разум. Где он? Куда делась суша? Разум охватила паника, а живот скрутила тревога. В непонимании Тэхён продолжал оглядываться по сторонам, тяжело глотая воздух. К нему приближалась ещё одна волна. В этот раз он добровольно ушёл под воду, где вместо дна была лишь сплошная тьма, ведущая на глубину. Заклинание. Проход. Получилось... Где он оказался? Дна нет. Берега нет. Леса нет. Ничего нет. Лишь вода. Вода, вода, вода... Тэхён был глупой ведьмой. Думалось, если заклинание сработает, то он увидит проход, в который сможет либо пройти, либо нет. Думалось, у него будет выбор. Необходимо выбираться отсюда. Уже было не так важно узнать, где именно он оказался. Хотелось лишь вернуться домой. Зависнув в пяти метрах от поверхности, омега утопал в своих мыслях. Страх неизвестности сводил с ума. Он ведь может быть сейчас где угодно. А вдруг он и во времени переместился? Такое вообще возможно? Следующая мысль заставила всё тело оцепенеть: никто не знает, где он. Никто не придёт на помощь. Зажмурившись, Тэхён закричал, со всей силы впившись ногтями в кожу рук. Вытекающая из ладоней кровь разнеслась по всему морю. Опал горел, чувствуя заполняющий тело своего стихийника ужас. Что делать? Как вернуться домой? Интенсивные вдохи вдруг начали причинять боль. Нужно успокоиться. Вытащив кулон из-под водолазки, Тэхён стиснул его в руке. Могут ли здесь водиться хищники?.. Нужно взять себя в руки. Раз он смог оказаться здесь, значит, сможет и вернуться назад. — Пожалуйста... верни меня домой... — тихий шёпот, который грозное море не посчитало нужным услышать. Не выпуская из руки опал, Тэхён двигал в воде ногами, в страхе оказаться на глубине. Секунду спустя губы вновь принялись шептать заклинание. Шёпот разносился по воде, волны уносили его в далёкие, запретные для стихийников места. Омега открывал сердце морю, умоляя вернуть его домой. Выплыв на поверхность, он увидел лишь сплошную бескрайнюю воду. Заклинание не сработало. Синее-синее море, скрывающее множество тайн и существ, не отпустило его домой. Быть может, ничего не вышло из-за того, что два пункта были не выполнены?.. Он ведь не коснулся дна и от спокойного состояния тоже был далёк. Сработает ли заклинание, если прочитать его на дне? Вцепившись зубами в эту мысль, омега решил попробовать. Чем глубже он оказывался, тем темнее и холоднее становилось. Тревога лишь сильнее сжала сердце в безжалостных тисках. Со всех сторон окружала тьма, давя на и так до ужаса перепуганную ведьму. В один момент Тэхён ощутил рядом чьё-то присутствие. Хотелось заорать во всю глотку от страха, но зубы лишь сильнее разодрали нижнюю губу. Чужая вода была везде: сверху и снизу, слева и справа, спереди и сзади. Опасность могла прийти с любой стороны. Внезапно ноги мимолётно коснулось нечто скользкое. Омега заорал, казалось, на весь океан. Глазам предстала отдаляющаяся от него акула. Она была огромной. Настолько огромной, что он, казалось, умрёт прямо в эту самую секунду. Хотелось стать невидимкой. Хотелось задохнуться. Ни разу в жизни ему не было так страшно. Тэхён замер, не отрывая взгляд от хищника. В следующий миг он едва не потерял сознание, почувствовав кого-то за своей спиной. Разум покинули все мысли, все защитные заклинания. Даже цель, из-за которой он здесь оказался, тоже была забыта. В ушах лишь набатом звучал бешеный стук собственного сердца. Оборачиваться было страшно. Так сильно хотелось плакать и кричать, сжаться в комок и оказаться дома в безопасности. Прокусив внутреннюю часть щеки, омега всё же обернулся. Весь мир исчез. Мозг отключился. Мысли испарились. Ярко-зелёные человеческие глаза впились в голубые. Грудь сдавило от боли, всё тело охватили мурашки. Тэхён едва не перестал существовать. Он спит? Может, это всё сон? Тэхён не мог пошевелиться, не мог сделать вдох, не мог закричать или прочитать заклинание — он мог лишь смотреть в светящиеся изумрудные человеческие глаза. Существо замерло напротив на расстоянии вытянутой руки. Оно было похоже на мужчину. Волосы отдавали красным. Голубые глаза медленно спустились с лица существа к его обнажённому крепкому мужскому торсу, а после и к огромному золотистому хвосту, который заменял существу ноги. Тэхён видел перед собой тритона. Существо будто хотело проверить психику омеги на прочность, двинув хвостом в его сторону. Инстинкт самосохранения словно ударом тока разнёсся по всему телу. Тэхён завопил, со всей силы подавшись назад, и секунду спустя вновь начал плыть на глубину. Не оборачиваясь, он плыл, приказывая рукам и ногам двигаться с такой скоростью, которую они никогда ранее не знали. Почувствовав сбоку странное тепло, омега начал выкрикивать строчки защитного заклинания, посылая вибрации по морю:

Kaitse mind, ümbritse mind Ära lase vaenlastel minu juurde jõuda Ma usun teie jõusse, ma usaldan teid

Вода защитным куполом окружила тело отчаявшейся ведьмы. Хотелось завыть от благодарности, но он мог лишь в ужасе осознавать, что смысла плыть глубже просто нет — дно слишком далеко. Запретив себе паниковать, Тэхён, остановившись, завис в воде, зажмурил глаза и принялся делать глубокие вдохи. Главное не смотреть. Если вновь увидит существо перед собой, точно сойдёт с ума. Через купол никто не должен пробиться. Сжимая и разжимая подрагивающие от боли ладони, он вновь начал шептать заклинание, что разлеталось на километры в разные стороны. Стоило последней строчке сорваться с губ, омега принялся считать до ста. Звон в ушах не проходил, сердце продолжало яростно биться в груди. Досчитав до ста, Тэхён открыл глаза. Впереди никого не было, сверху же виднелось слабое свечение. Откинув все страхи и мысли в сторону, омега со всех сил поплыл к поверхности, к свету, в надежде, что заклинание сработало, запретив себе смотреть по сторонам. Когда до поверхности оставалось два метра, с губ вдруг сорвались слова мольбы. Первым, что он увидел, выплыв на поверхность, был возвышающийся стеной лес, в сторону которого он и поплыл, не чувствуя ни рук, ни ног. Путь ему освещала луна. Грудь тяжело вздымалась. Стоило почувствовать босыми ступнями дно, облегчение затопило разум, и Тэхён запретил себе останавливаться. На берегу он упал на колени, но сразу же поднявшись на ноги, побежал прочь от озера. Тэхён бежал, царапая ступни о ветки. Бежал на последнем дыхании, не обращая внимания на горящие лёгкие. Бежал без оглядки.