Опал и Рубин

Чонгук всё ещё ясно помнил, как внедорожники отряда подъехали к неприметному зданию в чаще леса. Стихийники должны были, забрав оттуда двух магов, направиться к третьей точке полным составом. Все члены отряда зашли в старое двухэтажное полузаброшенное здание, окружённое лесом, и разбрелись небольшими группами. Чонгук держался рядом с Намджуном — новичкам было проще адаптироваться вместе. Тренер, приказав им и ещё четверым магам постарше охранять задний вход, сам ушёл за профессором и его ассистентом на второй этаж. Всё было спокойно, стихийники даже успевали тихонько переговариваться, а затем внезапно стихли все звуки: птицы перестали чирикать, деревья вдруг застыли, позабыв о ветре. За тишиной последовал холод. Альфы замерли, насторожившись. За холодом последовали оглушающие крики с противоположной стороны здания, и из ниоткуда появились они, нахлынув со всех сторон. Их было слишком много для такого отряда. У них не было шансов. Чонгук помнил своё ошалевшее состояние. Первые секунды он совершенно ничего не понимал, точно так же, как и Намджун. Никто не потрудился просветить альф. Старшие в отряде кричали им приготовиться к обороне здания. У него всё ещё звучало набатом в ушах: «Защищайте профессора!» За считанные секунды пришлось пройти все стадии принятия. Сначала мозг отказывался верить, ведь люди Льда — давно вымерший народ. Сковывающий холод и несущиеся из леса люди с белыми как снег волосами, облачённые в чёрное, опровергли это убеждение. И всё же сомнения продолжали заполнять разум в те секунды, но и они развеялись прахом, стоило ледяным копьям полететь в их сторону. — Не дайте им прорваться в здание! — рядом послышался отчаянный вопль мага Воздуха. Чонгук тогда взглянул на Намджуна в надежде убедиться, что не он один нихуя не понимает. Ким ответил ему таким же потерянным взглядом. Стихийники слышали отдалённые звуки борьбы в другой стороне здания, где находилась большая часть отряда. Секунду спустя начался хаос. Намджун поднял из земли гигантскую стену, которая была бы способна задержать стихийников Льда, если бы Лёд был более слабой стихией. Не прошло минуты, как земля вокруг здания начала метр за метром покрываться льдом, а после мороз охватил и саму стену. Маги стояли, наблюдая за творившимся. Стена, медленно покрывшись трещинами, рухнула на землю, открыв проход сотне магам Льда. Дикий страх был тем, что Чонгук тогда почувствовал. — Их слишком много! — крик Намджуна разнёсся по зданию. — Держать оборону! Пол под ногами был покрыт льдом, равно как и стены. Чонгука словно оглушили. Он видел несущихся на них магов, но не слышал их — в ушах звучал лишь стук собственного сердца. Удар, ещё удар. Ладони покрылись пламенем. С третьим ударом сердца членов отряда отбросил в стену невиданный ранее вихрь льда. В следующую секунду он ощутил резкую боль, охватившую всю правую сторону лица, и почувствовал, как кровь начала заливать глаза, мешая зрению. Выставив огненный щит, альфа с трудом вновь встал на ноги. Лишь на секунду тогда удалось оторвать взгляд от огненного щита, устремив его на пол рядом, где лежал кровавый осколок льда размером с ладонь. — Нужно отступать! — Держать оборону! Если они прорвутся в здание, нам всем конец! — дикий рёв мага Воздуха удержал стихийников на месте. Трёх ледяных магов, практически полностью забравшихся в здание, откинуло порывом ветра, их грудные клетки были насквозь проткнуты корнями деревьев, которыми повелевали стихийники Содружества. Следом за ними в здание попытались прорваться ещё пять ледяных стихийников. Намджун тяжело дышал, но у него хватало сил удерживать одной рукой десяток магов, контролируя корни, впившиеся в их тела. В следующий миг в бедро вонзилось ледяное копье, оглушившее тело болью. Альфа упал с диким воплем, разорвав связь с корнями. Маги Воздуха из последних сил удерживали вихрями противников от проникновения. Пламя Чонгука вырвалось вперёд, желая усилить вихрь. Их это всё равно не спасло. Один маг Воздуха с криком прижал ладонь, проткнутую насквозь ледяным клинком, к груди. Второй маг был не в силах удерживать настолько мощный вихрь. Чонгук помнил дикое биение своего сердца, помнил, как десяток ледяных тварей один за другим врывались в здание, и помнил собственный крик, оглушивший всех на несколько секунд. Жар окутал всё пространство, отовсюду раздавались пронзительные крики. Вскоре начал чувствоваться отвратительный запах горевших магов. Чонгук не мог видеть, как его пламя с отчаянным криком вырвалось наружу, поглотив своей силой всех вокруг, превратив сотню магов Льда в горящие умирающие тела, превратив членов отряда, бившихся с ним плечом к плечу, в обугленные трупы. У него не было сил даже на то, чтобы открыть глаза. В какой-то момент руки, удерживавшие от падения, подогнулись, и альфа упал на землю, потеряв сознание. — Чонгук, ты что, уснул? Мы почти на месте, — проинформировал сидящий за рулём внедорожника Сехун. Группам было выделено две машины, одну из которых вёл Сехун. Чонгук устроился на переднем сидении, а сзади сидели два мага из первой группы: Ким Чонин и Ву Ифань. Альфа нахмурился, сжав челюсти, стоило мыслям вновь вернуться к предстоящей схватке. Ненависть к ледяным тварям в его сердце была слишком сильной. Настолько сильной, что он был готов расправиться с предателями прямо здесь и сейчас. Стиснув кулаки, Чон закрыл глаза. Нужно дождаться нападения. Вдруг тренер что-то напутал. Вдруг они не работают на людей Льда. Злость в теле с каждым годом становилась лишь крепче. Открыв глаза, Чонгук перевёл взгляд на свой перстень. Нужно сконцентрироваться. Ярость не должна преобладать над благоразумием. Он был сильным магом, умеющим себя контролировать. Глубокие вдохи и непрерывный фокус, направленный на рубин, помогли успокоиться. Проведя большим пальцем по рубину в кольце, альфа с глубоким выдохом вновь вернул взгляд дороге. Рубин помогал концентрироваться в моментах злости и гнева. Тепло от камня придавало ощущение безопасности, в которое Чонгук окунался, усмиряя вспышки. Тренер учил его концентрации долгие месяцы. У него не выходило, и тогда Чанг предложил найти идеальную опору, которая всегда была бы рядом. Единственным подходящим предметом был фамильный перстень с рубином. Следующие тренировки после сделанного выбора имели больший успех. Малонаселённая кносская область являлась идеальным местом для секретных баз людей Льда. Стихийников направили на заброшенный военный склад, находившийся в поле. Быть может, этот склад люди Льда никогда и не посещали. Место пустынное, тихое, идеальное для зачистки двух магов из пятой группы. Машины затормозили в двух километрах от самой базы. Дальше было решено идти пешком. — Когда они на нас нападут? — послышался взволнованный шёпот Сехуна. — Будь наготове. Скорее всего, они попытаются разделить нас в самом здании, — выдохнул Чонгук, следя взглядом за первой группой, шедшей чуть впереди. — Мы правда их убьём? — Се, они враги Содружества. Они предатели, — стальным, не терпящим возражений тоном. — Понял. Надеюсь, мы справимся, иначе мой отец нас убьёт. — Главное, не смей их жалеть. Засомневаешься — сдохнешь. Гигантские бетонные стены в четыре этажа собирались стать их будущей могилой. — Давайте постараемся быстро со всем справиться? Не хочется долго здесь ходить, опасно это всё... — спокойный тон Чонина не выдавал намерений первой группы. Ифань был лидером их группы, но оратором и инициатором всегда выступал именно Чонин. Стоило войти в здание, Чонгук сжал кулаки, приготовившись. Здание оказалось полностью пустым — сплошные голые бетонные стены. Альфы одной большой группой обошли весь первый этаж, тогда Чонин предложил разделиться, отправив часть группы на следующие этажи. Чонгук молча пошёл за остальными, сдерживая внутренний порыв, жаждущий покончить со всем здесь и сейчас. Сехун продолжал держаться рядом. — Здесь тоже ничего и никого, — хриплым тоном начал Ифань. — Нужно осмотреть третий и четвёртый этажи. Давайте разделимся? Чонгук, идёшь? — альфа начал подниматься наверх, не дожидаясь остальных. Хмыкнув, Чонгук слегка повернул голову к Сехуну и прошептал: — Если нападут, уничтожай их, не думая. Тяни время, не поворачивайся к ним спиной. Я закончу и помогу. Увидев решимость во взгляде друга, Чонгук направился на верхние этажи вслед за первой группой. На четвёртом этаже стихийники разошлись в разные стороны. Альфа зашёл в небольшую пустую комнату и, осмотревшись, замер у окна. Он терпеть не мог долгие прелюдии, да и в кошки-мышки с этими крысами тоже не хотел играть. — Чисто? — Ифань встал в проходе, закрыв выход своим массивным телом. — Чисто, — ответил, не оборачиваясь, прислушиваясь. Ифань не двигался с места. В других комнатах тоже стояла тишина, словно они все замерли за стеной в ожидании приказа. — Чонгук, мне жаль, — шёпот, за которым последовал мощный удар молнией, предназначенный стихийнику, но ударивший в оконную раму. Чонгук именно этого и ждал. Уклонившись, альфа пустил по полу огонь, охвативший ноги замешкавшегося лишь на одну секунду Ифаня, и с рыком пустил в него поток пламени, захвативший мага с головы до ног. Одна секунда может стоить целой жизни. Крик Ифаня разнёсся по всему зданию. Маг Воздуха попытался было потушить себя ветром, но не успел — горло проткнула сталь. Выждав две секунды, Чон выдернул нож из глотки Ифаня, замертво упавшего на пол. В следующую секунду ворвавшиеся через окно ветви проткнули Чонгуку руку и потащили его к пустой оконной раме. В комнату влетел Исин с вытянутыми вверх руками, контролирующими ветви. По земле поползло пламя. Одной рукой Чон управлял огнём, а другую направил на ветви, которые, вспыхнув пламенем, начали сгорать. Взглянув на свою насквозь проткнутую руку, альфа с рыком выпустил поток пламени в Исина и стоящего за ним Кенсу. Оглушающие крики сотрясли стены склада. Исин упал на землю, сгорая заживо. Кенсу был магом Воды, ему удалось потушить пламя. Смысла в этом никакого не было — он не мог дальше сражаться из-за обгоревшей до мышц кожи лица, рук и торса. — Не нужно было нас предавать, — прошептал Чонгук, опустившись на одно колено. Жалости не было. Врагов и предателей щадить нельзя. Без колебаний введя нож в чужое горло, альфа ощутил отдающие вибрацией хрипы умирающего стихийника. — Пожалуйста, не надо... — послышался дрожащий голос жавшегося в стену Чжунмёна. Оскалившись, Чонгук вытащил нож из мёртвого тела и, глянув исподлобья на мага Огня, медленно направился в его сторону. Стоило ему наброситься на противника, тот сразу упал на пол, взвыв от боли. Перевернув Чжунмёна на живот, Чонгук начал сдавливать его горло локтевым сгибом правой руки, помогая себе левой. Минуту спустя попытки вырваться стали слабее. Вскоре раздался хруст. — Чонгук? — взволнованным голосом позвал вбежавший на последний этаж Сехун. — Порядок. Ты со своими справился? — поднявшись на ноги, альфа прижёг кровоточащую рану. — Чонин сбежал в поле, а остальных я убил. Нужно его догнать. Оба тут же ринулись вниз. На втором этаже лежали два разорванных корнями тела и одно зарезанное. Оказавшись на улице, маги решили не разделяться. За зданием виднелось поле, куда, вероятней всего, и направился Чонин. Практически добежав до конца здания, Чонгук, резко остановившись, выставил руку перед Сехуном, почуяв неладное. Нельзя было отступать. Сделав два шага вперёд, Чон выглянул из-за угла, кожей ощущая врагов. Ледяных тварей было около тридцати-сорока. Слишком много для двух стихийников. Чонина, стоящего рядом с врагами Содружества, хотелось сжечь заживо. — Выходите! — раздался вражеский крик. — Блядь, их слишком много, — Сехун напрягся всем телом. Они не выстоят в бою. Если бы у них было огнестрельное оружие, можно было бы попробовать перестрелять половину, а с оставшимися выйти в открытый бой. Увы, огнестрельное оружие стало запрещённым во всех странах Содружества. Практически всё оно было уничтожено больше сорока лет назад из-за трагедии, унёсшей жизни миллионов и превратившей целую страну в руины. Государство Аккад имело сложные отношения со своими жителями. Больше половины населения южной страны составляли пустышки — люди, лишённые стихийных способностей. Правительство создавало оружие всех калибров, которое скупали не только пустышки, но и стихийники. Годами позже в городах вспыхнули бунты. Пустышки требовали лучшего отношения к себе. Стихийники были против. Случилась гражданская война, унёсшая жизни множества магов, ведьм и пустышек. Малочисленные беженцы поселились в соседних странах, но большая часть населения погибла. Небольшое государство превратилось в руины. С тех пор в Содружестве Четырёх Стихий был введён запрет на все виды оружия. Законным в современном мире было лишь использование стихийной магии и холодного оружия — всё остальное каралось тюрьмой, если не казнью. Именно поэтому академии с особой тщательностью готовили студентов, выпуская во взрослый мир лишь сильных, подготовленных стихийников. Финальная проверка должна отсеять слабых. — Сехун, иди к машинам, — коротко бросил Чонгук, решив действовать быстро и жёстко. — Будь осторожен. Маг Огня не нервничал и не боялся. Страх крайне редко мог пробиться сквозь нерушимую броню. Выдохнув, Чонгук сжал кулаки, впившись большим пальцем в рубин на перстне. Вспышка не должна подвести. Минуту спустя альфа вышел вперёд, показавшись вражеским глазам. Ни одного ледяного стихийника не удалось узнать, что было неудивительно — практически все ледяные твари, повстречавшиеся ему на пути, были мертвы. Выжил лишь Пак Чанёль и ещё несколько стихийников. — Мы не любим насилие. Не волнуйся, они убьют вас быстро, — прозвучало тошнотворно-невинным тоном. — Кто сказал, что я волнуюсь? — Чонгук, чувствуя обволакивающее ладони пламя, медленно шёл в сторону поля. — Где твой напарник? Если вы оба сдадитесь, никто не будет вас мучать. Ваш конец будет быстрым и безболезненным, — продолжал Чонин уговаривать альфу сдаться. Люди Льда, пожирая мага напряжёнными яростными взглядами, желая уничтожить стихийника Содружества, стояли молчаливой стеной напротив. Они знали, кто перед ними. Чон Чонгука ненавидели за его категоричность и безжалостность. Никто не собирался убивать его безболезненно. Альфа замер в десяти метрах от врагов. Стоящий ровно напротив высокий маг Льда сжимал в одной руке ледяной топор, а второй готовился показать всю мощь безжалостной стихии. — Убейте его! — ласковый тон испарился, оставив вместо себя сплошную ярость. Чонгук слушал своё дыхание. Ледяные твари одновременно бросились в его сторону, неумолимо сокращая расстояние. Глубокий вдох сопровождался распространявшимся по телу пламенем. Жёлтая трава начала полыхать. Проведя в последний раз пальцем по рубину, альфа открыл пылающие глаза, выпустив на волю смертоносную вспышку. «Вспышка — это сила, а не проклятие», — слова тренера безостановочно звучали в ушах. Выпустив вспышку наружу, Чонгук, не закрывая глаз, наблюдал за своим пламенем. Он видел, как оно, вырвавшись из груди, молниеносно, не давая и шанса на спасение, сожгло всех находящихся вблизи магов. Никто даже закричать не успел. Пылающее поле сжирало почерневшие тела. Вспышка никого не пощадила. Оставалось лишь спрятать в земле тела стихийников из первой группы, погибших в кровопролитной битве с людьми Льда. Увы, пятой группе не удалось их спасти. Чонгук будет скорбеть вместе с остальными по храброй, преданной первой группе.