Какой цвет у любви? / Quelle est la couleur de l'amour?

      Голубой, бежевый, серый… Питер именно такой - это его цвета. Антон чуть щурится от солнца, поправляет челку одной рукой, параллельно убирая капельки пота со лба. Он сейчас забавный - «весь в мыле» - Воронежский мальчик, который всего пару часов назад прибыл в город мечты и тащится по тротуарам с чемоданом в поиске нужного адреса.       Телефон раздаёт непривычную для Антона мелодию. Ему редко кто звонит, а он сам кому-то - и подавно. В родном городе все обычно были рядом - мама, Оксана и.. отец, иногда звонивший проверить пришли ли деньги на карточку, как положено. На экране еле-заметно виднелось слово «мама», и Антон одной мокрой от пота рукой ювелирно свайпнул вправо, чтобы ответить и при этом не уронить дорогостоящий аппарат к чертовой бабушке. — Да, мам. Да, приехал. Ищу адрес, я уже близко. Ага… да, да… Мам, вторая линия!              Парень подносит экран ближе к лицу, пытаясь разглядеть кнопки и попасть, куда нужно. Рюкзак на плече медленно, но верно пытался сбежать от своего хозяина, резко упав на кисть, оставляя небольшой обжигающий шлейф на руке Антона. — Блять...!       Кое-как носом (а почему бы и нет) он отвечает на звонок настойчивой подруги (знала бы она чего ему это стоило!) — Окс, алло, да приехал я, все в порядке, чего вы все так дружно распереживались?       Антон, не дожидаясь ответа подруги, начал продвигаться дальше, все ближе к заветной двери парадной. — Тоша, ты у нас тут звезда, ты знал? — явно с улыбочкой на лице спрашивала собеседница на том конце провода, — тут никто не ожидал, что ты в Питер поступишь, многие завидуют… — Пускай завидуют, — с отдышкой бормочет парень, — они ж не знают, что такое на ЕГЭ пахать, ехать день в душном поезде с незнакомыми людьми под запах всех сортов Доширака, а потом хреначить под палящим солнцем по улицам города, в котором был пару раз в жизни, и то - мелким! Фух… — Антон забрался в чуть прохладную парадную и перевёл сбившиеся дыхание, — Но я не жалуюсь, Окс, я свою мечту исполнил, — он искренне улыбнулся в трубку. — Да я и не сомневалась, — хохочет девушка, — давай разгребай свои манатки и позвони мне вечером, как освободишься. Целую. — Целую, пока. — Он бросил трубку и прислонился затылком к холодной бетонно стенке.              Сейчас бы зарыться в куче холодных пролитых слез и истерик из-за жестоких экзаменов. Но Антон был искренне рад, что все это позади, и легкая улыбка появляется на его раскрасневшемся от солнца лице.              Антон ещё немного мнётся у заветного входа в квартиру, всё-таки заваливается с грохотом со всеми вещами и захлопывает за собой дверь. Коричневый, розовый, желтый… или оранжевый? В квартире пахнет пылью и старостью, газетами и книгами. Ненадолго в голове Антона проносится призрак детства, и он приземляется на старую кровать, заставляя залежавшуюся пыль пуститься в пляс, щекоча нос.       Квартира его покойной бабушки. Он был здесь всего пару раз, так странно. В детстве бабушка сама часто приезжала к ним с мамой в Воронеж, так было удобнее для всех. Мотаться туда-сюда с ребёнком на руках мама Антона не горела желанием, а вот бабушка была вполне не против проведывать внука. Для Шастуна эти моменты были самыми долгожданными и счастливыми. Безопасными. Она была одной из немногих, кому он мог рассказывать свои секреты, и Антон был уверен, что она не предаст, не осудит, выслушает и даст совет. А потом наступили старшие классы, экзамены, суматоха. Они часто созванивались по видеосвязи, Антон отправлял ей видео с вручения аттестатов и выпускного. Но возможности увидеться, так и не выдалось. Больше не выдастся. Бабушка забрала всю его любовь, секреты и переживания с собой. Антон ни о чем не жалеет, несмотря на всю боль которую он перенес, узнав об утрате. Но он ни в чем не виноват - это жизнь, и он счастлив, что они до последнего поддерживали с ней связь. А теперь он стал ещё ближе к тем воспоминаниям, и возможно, какие-то глубокие, незакрытые гештальты, наконец обрели покой.

***

      Антон достал сигарету и закурил, картинно смакуя дым, выдыхая в крупные лучи августовского солнца. Витиеватые узоры никотинового дыма сплетались с маленькими крупинками пыли и бесследно пропадали в стенах старой квартиры. Многие люди подмечали, как Антон курит. Это было красиво. Словно вместо едкого дыма по лёгким юноши стекал сладкий мёд, которым он так жадно хотел насытиться.       Из небольшого транса Антона вывел звук тикающих напольных часов, которые стояли прямо напротив него и умиротворенно тикали то влево, то вправо. Парень пробежался взглядом по всей квартире в целом, и его взгляд не зацепился хотя бы за одно чистое место в доме. «Не помешало бы убраться» - подумал про себя юноша и встал с кровати, приземлив свои руки на пояс и сделав задумчивое лицо.       Спустя пару часов Антон распрощался с большей частью пыли какими-то старыми тряпками, которые нашёл на кухне. Выкинул старые газеты и порванные книги и пропылесосил вполне-себе новым аппаратом, на который они с мамой любезно отправляли деньги бабушке на восьмое марта.       Когда Антон управился с пережитками прошлого, на часах уже было 20:40. Сумерки. Самая любимая часть дня студента. Остаться незамеченным у кафе, которое находилось внизу здания - не получилось. Антон решил, что быть не может лучшего завершения дня, чем в симпатичном кафе, с чашкой хорошего кофе, под звуки оживленного вечернего Питера.        Солнце село, и через настежь открытое окно можно было прочувствовать как прохладный ветерок бесцеремонно прокрался в квартиру юноши. Антон открыл чемодан и достал сверху джинсовку. Ключи, портмоне, сигареты - и вот уже парень плетётся к заветному атмосферному месту. Питер горит, свет фар отражается в Неве, где-то виднеются вспышки телефонов, фотографирующих красивый закат. Огоньки, лампочки весело отражаются в зелёном цвете глаз Антона, и он в приподнятом настроении ребячески пялится в незамысловатую вывеску с названием «Счастье». Дверь отворяется под звук колокольчиков над головой, и его встречают пара приветливых улыбок бариста. — Добрый вечер! — парень небольшого роста улыбается во все тридцать два белых зуба. После такого тёплого приема грех не заказать самый дорогой раф со всевозможными добавками и посыпками, — Что будете заказывать? — все с той же улыбкой бормочет парень. — Мне, пожалуйста… — глаза Антона нервно пробегают по меню за спиной приветливого бариста, и Антону явно начинает жечь глаза от не очень приветливых цен Питера. Спустя очень долгую минуту, юноша выносит вердикт в своей голове, что хватит ему сегодня только на какао, но зато с маршмеллоу! — Мне, пожалуйста, какао… и будьте добры - маршмеллоу, расчёт по карте. — Для кого будет какао? — немного подвинувшись спрашивает бариста, чтобы точно расслышать имя в какофонии из звуков музыки в кафе и плывущими машинами за ним. Антону удается разглядеть ближе его смешной хвостик и отчетливее услышать запах кофе. — Шастун Антон Андрее… ну то есть, Антон, просто Антон, да.       В полном смятении, сморозив какую-то херню, под всю ту же напускную улыбку бариста, Антон уходит в сторону единственного свободного столика и теребит в руках чек с номером заказа.       Но его смятение и небольшая краснота у кончиков ушей быстро проходит, когда он отвлекается на неприлично красивый вид из больших стеклянных окон кафе с самым простым названием «Счастье». И похоже, что Антон действительно счастлив сейчас, он сидит в городе своей мечты, в доме, где находится его собственная (ну почти) квартира и смотрит на самый прекрасный вид оживленного вечернего города. Синий, желтый, серый - сейчас Петербург такой. Приятный запах выпечки, кофе и чьих-то дорогих духов заставляет Антона прикрыть глаза и наслаждаться этой жизнью. — Какао для Антона готово, — приятный женский голос выдернул парня из потока сладких мыслей, позволяя сменить их на не менее сладкий какао.       Видимо, тёплый приём города на Неве и тёплый напиток совсем заставили забыть Антона о прошлой жизни в Воронеже, и он судорожно вспомнил, что забыл позвонить подруге, как обещал. Под глоток шоколадной жидкости парень кликает по нужному контакту и выжидает пару длинных гудков. — Ухты, не забыл, про подругу? — с искусственным удивлением спрашивает девушка. — Ну перестань, — отмахнулся парень, — Окси, у меня на первом этаже такое кафе, с таких видом, ты не представляешь! Я сделал пару фоток, пришлю тебе. — Окей, жду. Слушай, Тош, ты решил, чем будешь месяц занима… — Алло? — Антон смотрит на чёрный экран, который не реагирует ни на одно касание и, смирившись с участью севшего телефона, произносит себе под нос отчаянное — Черт!       Ну не думал же студент, что переезд в другой город обойдётся без новых знакомств - конечно, нет. Но что это произойдёт так скоро, Антон явно не ожидал. Выжидая подходящий момент, парень медленно пошёл к кассе, неловко мусоля в руках безжизненный аппарат. — Прости..те, — бариста явно был того же возраста (или чуть старше), что и Антон, но находясь в культурной (!) столице, на всякий случай заменил обращение на более вежливое, — от вас можно позвонить? Телефон сел, — Антон знал, что Оксана ещё тот паникёр, и что внезапно отключившийся абонент на том конце ни что иное как следствие убийства, теракта и подобных катастроф. — Да, кончено, вот, — бариста любезно протянул Антону телефон.       Антон бегло обсмотрел себя, дабы убедиться, что выглядит хоть каплю прилично. «Че вот так просто дал телефон? У нас в Воронеже незнакомцу телефон давали только в том случае, если он больше не нужен» Юноша, в свою очередь, на память ловко набрал номер лучшей подруги.       Он подошёл к своему столику и небрежно плюхнулся на стул снова, выжидая гудки и аккуратно прижимая к уху чужой телефон. — Го-осподи, ты у кого-то успел спиздить мобильник? — громко хохочет абонентка. — Да телефон сел, как всегда не вовремя, а ты даже панику не развела? — И не собиралась, не то настроение. Даже если с тобой что-то случится, это будет в Питере, Антон! А не в этом захолустье, — парень хмыкнул. — Бла-бла, а там и умереть не страшно? — В точку! — обижено бросила Оксана. — Слушай, я знаю, чего я хочу. Помнишь ты говорила, что твоя бывшая одноклассница…Ира, кажется, ее? Вот. Это она ходила в театральный кружок в Питере? — Антон чуть сморщился, чтобы лучше расслышать, что говорит Оксана. — По-моему до сих пор ходит, я тебе на неё ссылку «ВК» скину, спишись с ней, — Антон услышал отдаленный стук по клавиатуре, — а я думала ты по клубам будешь шляться и девочек кадрить. Лето как никак, — с толикой сарказма произносит подруга. — Окс, мы с тобой точно восемь лет дружим? Я последний раз в клубе был, когда тебя забирал после расставания с твоим этим... как его? Ашотик? — Хуётик! Ой, иди ты, — с картинным раздражением кинула девушка. — Понял, — Антона сделал глоток теплого какао, — в общем, я хочу еще опыта набраться, Питер — это тебе не Воронеж, —  констатирует неопровержимый факт юноша, — ну и друзей завести. — Или отношения, — протянув гласную с толикой издёвки, произнесла девушка. — О-о, все, не могу больше говорить, завтра наберу тебя, — вздохнул Антон, явно не желая сводить разговор в русло отношений. Уж очень сильно эта тема заставляла нервничать юношу, а весёло-издевательское настроение подруги явно не подходило под вдохновлённо-умиротворенное настроение Антона. — Один-один! — бросила на последок Оксана. Они обменялись еще парой дружеских милостей и закончили разговор.       Парень снова появился у кассы, протягивая хозяину его телефон. — Спасибо большое, ты… вы, то есть, меня выручил… и, — с неподдельной улыбкой протараторил Антон, собираясь тут же скрыться с поля зрения и покинуть кафе. — Меня Сережа зовут, — послышалось в спину Антону и ему стало как-то неловко. Наверное, ему самому стоило спросить его имя, познакомиться, сказать, что в долгу не останется, но все эти мысли слишком поздно и слишком быстро виновато пронеслись у него в голове, пока он медленно поворачивал корпус к стойке, — можно просто Серж, а еще можно на ты, мне кажется, мы с тобой одногодки. — Приятно познакомиться, я - Антон!, — с гордостью улыбнулся студент во все тридцать два, словно маленький мальчик, которому отдали огромную коробку конфет. — Я еще помню, — с небольшой ухмылкой ответил собеседник, кивая головой в сторону столика, на котором стоял стаканчик с небрежной надписью «Антон», написанной девушкой-бариста. Сережа, поймав смятение парня и вновь чуть краснеющие кончики ушей, не стал дожидаться ответа и продолжил их диалог: — Ты приехал недавно? Я в кафе с июня, решил поработать летом. Отец устроил, он владелец, кстати. Решили, чтоб зря дома не сидеть буду два через два работать. — Ты где-то учишься? — с интересом спросил Антон. — Ага, не поверишь — на переводчика. Английский — испанский, второй курс. Когда-нибудь встречал армянина, говорящего на испанском? — с улыбкой смотрит на Антона бариста, наблюдая как тот чуть рассмеялся, прикрыв рот рукой. — Да это все неважно, главное, что нравится, — заключил студент. — Тоже верно, а ты откуда? — задал вопрос Сергей, протирая влажной тряпочкой рабочее пространство. — Из Воронежа, поступил в СПбГИК на «режиссуру и мастера актера». Приехал пораньше, чтоб к городу привыкнуть, друзьями обзавестись, ты, кстати, первый, — с улыбкой подметил Антон. — Ого-о, — протянул гласную лингвист, — таких талантливых знакомых у меня еще не было, — от этих слов на лице Антона появился приятный розовый румянец, — ты извини, уже закрываться пора, заходи, как сможешь, буду рад видеть, — и армянин снова одарил Антона дружелюбной улыбкой.       Действительно, к этому моменту посетителей в «Счастье» уже не было, и юноша будто очнувшись быстро пожал новоиспеченному приятелю руку и вышел из кафе под звон колокольчиков.  

***

                      Дома у Антона сейчас уютно. Пахнет свежим летним воздухом, чаем и недавно выкуренной сигаретой. Возле кровати стоит высокий старый торшер, мягкий желтый свет которого делает атмосферу спокойной и умиротворенной.                       Юноша валяется на кровати рядом с открытым настежь окном и подбирает нужные слова в сообщении некой Ирине Кузнецовой, ссылку на которую прислала Оксана несколько часов тому назад. Волнуется ли он? – немного. Чего он ждет? – да в целом ничего, но кто не рискует, тот не пьет шампанское, тем более ему действительно стоит привыкнуть к городу и петербуржцам за предстоящий месяц.                «Привет :), хочу к вам в кружок» - нет, не так, - «Привет! Вам не нужны охренеть какие высокие актеры?», - хах, не, не то… Антон еще пару минут стирает и снова пишет сообщение, иногда сам хихикая со своих версий. Антон Шастун 23:43 Привет, я от Оксаны Сурковой. Знаю, что ты ходишь в театральный кружок, можно узнать, есть ли шанс еще записаться? *смайлик-ангелочек* — Отправить! Фух… — Антон тут же перевернулся с живота на спину, поспорив с самим собой, что не посмотрит на экран, пока не услышит заветный «пук» уведомления. Через пару недолгих минут тишину в комнате прерывает короткий звук.     «Пук»           «Так быстро?» - подумал про себя Антон. Он уже был готов к любому ответу, поэтому уверенно кликнул по появившемуся в углу экрана сообщению и сразу открыл диалог.

Ирина Кузнецова 23:45

       Добрый вечер) Уточнила у худрука, приходи завтра в 18:00, посмотрит тебя. Высылаю адрес.

               

      И следующей смс действительно появился адрес, кстати говоря, совсем не далеко от дома и места учебы Антона, а рядом виднелось название «Atmosphère» явно написанное на французском языке – Антон понял по характерной черточке над буковой.                       Мысль, которая посетила Антона следующей – что там за худрук такой, что отвечает в 23:45 ученикам, да еще и так спокойно, что Ира ни секунды не думая, тут же все узнала и передала информацию юноше. Неужели не старый ворчливый дед? Человек старой закалки? Ну или просто самый обычный мужик, который не спит в самые обычные 12 часов ночи. Отгоняя от себя волнение и дурные мысли, Антон принял решение лечь спать и лежать, пожалуй, до 18 вечера, чтобы не терзать себя отговорками «а может все-таки не надо?»

***

                «Не, ну а, может, правда все-таки не надо?»       Переезд, смена часового пояса и немного стресса сверху дали о себе знать, и Антон проснулся весь помятый в 16 часов вечера. Будильник? Не, не слышали. Вчера студент решил, что если его в начале августа разбудит надоедливая мелодия будильника, то он останется без телефона, жестоко расправившись с ним. Ему повезло, что здание, где проводил занятия кружок находилось в 20 минутной прогулке от дома. Он закинул в себя пару бутербродов, которые остались еще с поезда. Допив чай и помыв пару кружек, парень в широкой белой футболке и обтягивающих черных джинсах в 17:40 уже подходил к заветной большой узорчатой двери старинного здания.                       Внутри ненадолго Антону даже стало холодно и он, побрякивая браслетами и потирая руки чуть ниже плеч, стал вглядываться в фойе архитектурного здания в попытках разглядеть хоть кого-то, кто его здесь ждал.                       Из неоткуда выбежала стройная девочка с короткими русыми волосами. Антон в своей голове сразу же прозвал ее «Дюймовочка», потому что девочка была очень аккуратной и хрупкой в этом облегающем черном купальнике, в которым она явно что-то репетировала. — Антон, это ты? — таить тут нечего, девушка его сразу узнала. Оксана очень хорошо общалась с Ирой в начальной школе до того момента, пока та с родителями не переехала в Питер. Потом они долго поддерживали связь по Интернету, Оксана частенько отправляла ей совместные фотографии с Антоном с школьных мероприятий, городских выставок и просто прогулок, поэтому Ирина внешне юношу знала неплохо. Сам Антон правда об этом мало что знал, только иногда картинно закатывал глаза, когда Оксана умоляла примерить новую масочку в «Снэпчате». Да и ему особо неважно было куда уйдут фотки, главное, что подруга была довольна. — Да, привет, — подал он голос, стараясь говорить чуть громче и смелее, чтобы соответствовать величию здания и произвести (хотя бы пока на Иру) хорошее впечатление. — Тебя в зале ждут, пойдем, — она махнула рукой в подзывающем жесте и скрылась за одной из колонн. Антон поплелся за ней по дороге, нервно разминая плечи, чтобы не держать спину «колесом» и чуть задрал носик наверх, изображая уверенность.                       Он вошел в большой плохо освещённый зал, что на самом деле делало его безумно атмосферным. Как иронично, подумал юноша, сам кружок так и называется, видимо – не просто так. В зале пахло чем-то сладким, наверное, шлейф духов от Дюймовочки, бумагой и немного потом от уставших актеров, которые сидели на сцене, повторяя текст. Антон выждал пару секунд, чтобы глаза от дневного света привыкли к мрачной обстановке, и осознав, что потерял из поля зрения Иру, замер на месте как болванчик возле последнего ряда зрительного зала. — Антон Шастун? — вдруг слева послышался приятный мужской баритон. Антон от неожиданности вздрогнул и все так же не двигаясь, продолжил наблюдать как из темной части зала выплывает фигура мужчины с ярко-голубыми глазами (Антону показалось или они светились в темноте?) и небрежно лежащей угольно-черной челкой. — Попов Арсений Сергеевич, — с улыбкой начал мужчина, — художественный руководитель «Атмосферы» ну или просто худрук. Будем знакомы, — с белоснежной улыбкой закачивает старший и протягивает руку Антону в приветливом жесте. Черный, синий и…