Полигон

Арён тяжело вздыхает и ведёт рукой по воздуху. Она не пользовалась танцевальным станком в доме почти три года. Девушка чувствовала себя растерзанной собственными мыслями и всем происходящим, что даже желание вспомнить балетное прошлое не показалась отвратительным. Ей пришлось вернуться домой, где каждый игнорировал её присутствие, и телефон бесконечно надрывался из-за звонков Дохвана. После небольшой разминки, Арён вновь поднимается на пуанты и недовольно морщит нос. Она слишком быстро отвыкла. Это, на удивление, её расстроило. Девушка, одной рукой упираясь в станок, выполняет гранд-батман. Растяжка осталась прежней, благодаря регулярным занятиям пилатесом. Это радовало, хоть Арён чувствует себя странно. Она отдала балету большую часть своей жизни, подростком уже выступала на небольших сценах и участвовала в современных постановках своих руководителей, но сейчас будто вновь училась ходить. Ей казалось, что навык танца был в ней чем-то стабильным, но даже сюда прокрались сомнения и переживания. Девушка впивается в станок и зажмуривает глаза. Привыкшая делать не просто хорошо, а идеально, она приходит в бешенство и разочарование от своего провала. Арён заправляет выбившиеся пряди за уши и замирает в центре зала, впиваясь взглядом в своё серое отражение. Ступни в пуантах начинают болеть, но она вновь и вновь заставляет себя выполнять фуэте, стараясь вернуться в прежнее равновесие и уверенную стойку. После очередного неудачного поворота, голова начинает кружиться, и Арён приходится осесть на пол. Девушка потирает ноющие лодыжки и разглядывает пуанты. Это была её последняя пара, оставшаяся ещё с Лебединого озера. Они были из тёмного атласа, чтобы сочетаться с её костюмом. Кое-где ткань уже расходилась, морщилась от зацепок и поблёкла. В зал на мансарде дома стучат, и домработница сообщает девушке, что её ожидают в университете. Впервые за четыре дня Арён удаётся покинуть дом. Профессор Ким потребовала девушку на ковёр и не постеснялась пререкаться с её родственниками. Арён быстро принимает душ и собирается. Бессонные ночи не скрывает никакой макияж, но хуже этого был затравленный взгляд в отражении зеркала. Девушка вновь вспоминает как упала с фуэте и морщит нос. До университета её довозит водитель и обещает заехать в конце дня. Теперь, когда её семья знала о Полигоне, она не могла покидать дом самостоятельно. Сразу после первой пары Арён спешит в кабинет профессора Ким. — Так вы снялись из-за предложенной публикации? — прямо, но спокойно спрашивает её, стоит войти в кабинет. Профессор Ким пришла на кафедру недавно, и среди студентов прослыла слишком строгой и требовательной. Мало какой текст мог ей угодить, отчего никто не рвался предлагать ей курировать свою выпускную или конкурсную работу. Так как профессор Ким была свободна, Арён удалось легко поменять руководителя. — Вы посчитаете меня ребёнком или слишком глупой, но я не отправляла этот материал никуда. У меня было достаточно причин снять свою кандидатуру и ни одна из них не связана с тем, что случилось, — честно признаётся девушка, надеясь, что ей поверят. — Вы говорите, что вашу работу украли? — прямолинейность вопроса заставляет желудок Арён сжаться. Она столько прокручивала эту мысль у себя в голове, но не решалась её озвучить. — Есть предложения как? Статья опубликована под именем госпожи Чо Юна. Даже строчка о вашей помощи есть. — Я сама ищу ответ на этот вопрос, — устало выдыхает Арён. — Может спросить у студентки Кан Сохи? — предлагает женщина, что-то разыскивая на столе. — Я видела её на недавнем мероприятии в издательстве. Возможно она там подрабатывает и может что-то сказать, — перед Арён падает снимок, где изображено большое количество людей. Среди них в нежно-розовом платье из ателье её семьи стояла Сохи. Арён поднимает взгляд полный осознания на профессора. Затылок пронзает от боли. В её голове всё сходится. Сохи подслушала её разговор с Суа, а после перерыва, когда подруга помчалась в общежитие, они вернулись вместе оттуда. Дверь Арён была открыта, и любой мог войти. А тем более Сохи, которая жила напротив и прекрасно знала об этой проблеме. У Арён кружится голова от злости и обиды. — Большое спасибо за совет, — девушка натягивает улыбку. — Я спрошу у неё. Профессор Ким хочет добавить что-то ещё, но Арён вылетает из кабинета и судорожно пытается вспомнить, где были у неё сейчас пары. Девушка замирает у дверей нужного кабинета, переводит дыхание и входит в аудиторию. В отличии от первой пары людей уже было больше. Привычный гул неожиданно прекращается, и все начинают пялиться на неё. Арён старается сделать вид, словно ничего не происходит, но колкие взгляды и смешки режут кожу. Обида застревает в горле, больно обжигая. По шепоту вокруг она понимает, что кто-то рассказал о её выселении из общежития за пьяный дебош и распространял прочие грязные сплетни. — Мне выйти? — громко спрашивает Арён, разворачиваясь к одногруппникам. — Или пригласите меня к обсуждению, — все затихают, не решаясь что-то добавить. — Где Кан Сохи? — Зачем она тебе? — в аудиторию заходит Суа. Она скрещивает руки на груди и загораживает Арён выход из прохода между парт. Заинтересованные напряжением между неразлучными подругами ребята внимательно наблюдают за всем происходящим. Арён чертовски устала и зла. Ей казалось, что сейчас она способна на всё. Ей жизнь утекала из её рук, и она совершенно это не контролировала. — Ты знала, что Сохи работает теперь ассистентом Чо Юна? — прямо спрашивает Арён. Она замечает как по лицу Суа пробегает удивление, но девушка быстро собирается и пожимает плечами. — Она не обязана мне сообщать о подобном. Если ты думаешь, что это могла сделать она, то я уверена, что ошибаешься. Ей с тобой и Полигоном делить нечего. В своей семье разобраться не может. — Узнаем, — нагло улыбается Арён. Она обходит подругу и направляется на выход. Арён спускается по лестнице на небольшой балкончик между лекционными аудиториями, с которого отлично было видно главный холл. У гардеробной толпятся студенты. Множество голосов сливаются в весёлый гомон, создавая ощущение переполненного улья. В любой другой день Арён бы даже не обратила ни на кого из этой толпы внимания, но сегодня зоркий взгляд сразу цепляется за нужную фигуру в малиновом берете. Сохи беззаботно и неторопливо направляется к лестнице. Арён с трудом сдерживает гнев внутри себя. Она скребет ногтями по мраморному парапету и дожидается, пока девушка поднимается. Сохи сразу меняется в лице, стоит ей столкнуться с Арён. — Боже, ты похожа на фурию, — вздрагивает их одногруппник, когда замечает Арён. — Правда? Интересно отчего же? — девушка высокомерно оглядывает парня, заставляя того сморщится и быстро ретироваться. Сохи пытается последовать за ним, но Арён ловит девушку за руку и дёргает на себя. Совсем тихо, словно змея, она требует идти за ней. Арён заходит в пустую аудиторию и закрывает за ними дверь. Сохи упрямо смотрит на неё, стискивая ремешок своей маленькой сумочки. Девушка заметно бледнеет и ведёт себя настороженно. Арён упирает руки в бока и усмехается. Её боялись. Жаль, что так поздно. — Как работается с Чо Юна? Слышала она очень требовательная. Сохи напряженно сглатывает и отступает назад. Арён стискивает челюсть и тяжело дышит. Ещё больше чем случившееся, её выбешивает этот овечий взгляд, полный какого-то мазохистского удовольствия и страха. Девушка вспоминает всё, что пережила за эти дни и не сдерживается. Тяжёлая пощёчина стремительно прилетает по лицу ошарашенной Сохи. Головной убор слетает с её головы. — Как ты посмела сделать это? — шипит Арён, задыхаясь от собственного гнева. — Кто ты такая, чтобы проводить за моей спиной подобные игры? — С ума сошла! Что ты творишь? — визжит Сохи, пытаясь отойти от неё подальше, но Арён хватает её за волосы и тянет на себя. Она не даёт девушке отстраниться, словно желает, чтобы та почувствовала всю её ярость и боль. — Видимо отец недостаточно хорошо воспитал тебя? — спрашивает Арён, сильнее натягивая волосы Сохи и склоняясь над девушкой. — Ты выбрала себе соперницу не по силам. Я превращу твою жизнь в ад, и всё, что было в ней до этого покажется сказкой. — Смеешься? Ад? Я всю жизнь в нем прожила. Теперь и ты попробуй его на вкус, — шипит сквозь боль Сохи, хватаясь за раненую руку Арён. Она давит на швы. — Только ты думаешь, что ещё что-то способна контролировать. Твоя семья совершенно не поддерживает тебя, Суа тоже отвернулась. Репортёры окружили Полигон как шакалы, и не дают проходу ни Чонгуку, ни его близким. После последней промежуточной аттестации ты упала на десять позиций в рейтинге. Тебя выгоняют из общежития за постоянные нарушения. Всё, что у тебя есть — это имя твоей бабушки и её деньги, ради которых тебе приходиться плясать под её дудку. Такая жизнь правда заслуживает жалости. Она пытается вырваться, но Арён лишь сильнее сжимает её волосы, несмотря на боль в ладони. Сохи начинает трясти в истерике. Она кричит и пытается отбиться, но весь гнев Арён после услышанного превращается в ледяное безразличие. — Ты за такую жизнь продала бы душу, — она резко ослабляет хватку, отчего Сохи падает на пол, с грохотом ударяясь о трибуну. Дверь в кабинет резко распахивается и на пороге оказывается Суа. Она оглядывает картину перед собой и сразу бросается выручать Сохи. Пришедший в класс парень рассказал, что видел как Арён и Сохи зашли в другой класс. — Что здесь происходит? — шокировано спрашивает девушка, оглядывая картину перед собой. Сохи нарочито начинает рыдать сильнее, обнимая себя и съеживаясь на полу, словно здесь над ней жестоко издевались. Арён пересекается взглядами с Суа, бросившейся к Сохи, и та мгновенно робеет. Она считала, что знала подругу в гневе, но та тьма, что царила в её взгляде была пугающей. Арён возвышается над Сохи, не чувствуя ни капли жалости или сожалений. Суа утирает чужие слезы и гладит Сохи по голове, с ужасом замечая как на бледной коже под волосами выступили капли крови. Она поднимает перепуганный взгляд на Арён. — Ты с ума сошла! Только посмотри, что ты натворила! Это из-за него всё? Арён щурит глаза и склоняет голову к плечу. Она кажется слышит собственный шум крови. Всё вокруг разбавлено, словно в акварельном рисунке. Что-то в ней надломилось. Гнев сменила невыносимая ноющая боль. — Он превратил тебя в монстра, — слабо вздыхает Суа, прижимая Сохи к себе ближе. Арён замечает блеск страха в её глазах и беззлобно усмехается. — Ты пожалеешь об этих словах, — холодно произносит Арён. — Что здесь происходит? — сквозь людей, столпившихся у дверей кабинета, прорывается преподаватель, и за ним проскальзывает Чимин. Парень сразу оценивает происходящее и бросается к Арён. Он отпускает руку на плечо девушки, чувствуя как она вся дрожит от накативших эмоций. — Чимин, пожалуйста… — Суа замолкает, когда замечает, что парень никак не реагирует на них. Она хотела попросить у него помощи для Сохи, но он почему-то решил, что сейчас нужен больше Арён. Рядом с ними начинает суетиться пожило преподаватель, на повышенных тонах пытаясь выяснить происходящее, но кажется его совершенно никто не слушает. Чимин бросает мимолетный холодный взгляд на Сохи и остаётся стоять плечом к плечу с Арён. Суа впервые чувствует такое отчуждение. Ей кажется, что она никогда видела этих людей перед собой и не знала до. Незнакомое отчуждение и насмешка, словно они пытались что-то ей сказать не прибегая к словам. Арён разворачивается и уходит, не став даже ничего слушать. Чимин следует за ней. Уже в гуле холла, среди людей и в лучах яркого солнца Арён осознаёт, что только что произошло. Она смотрит на свои руки, а после вылетает на улицу без пальто и мечется из стороны в сторону. Хочется что-то рушить, кричать и может даже плакать. В теле столько напряжения, что мышцы сводит неприятная судорога. Ей невыносимо жарко и душно. Кажется, что петля на её шее вновь затягивается. Она присаживается на корточки, зажимая руками уши. Во рту появляется металлический привкус. В висках стучит. Голова идёт кругом. Чимин прикладывает шарик чистого снега к шее девушки. — Дыши, — напоминает парень, присаживаясь напротив неё. — Не задерживай дыхание, когда злишься. Арён поднимает на него горящий взгляд и стискивает челюсть так, что слышен скрип зубов. Чимин неторопливо говорит что-то, и это помогает постепенно прийти в себя. Девушка начинает медленно дышать и поднимает на него растерянный взгляд, когда тело погружается в безумную слабость. Она чувствует как за шиворот ей стекают капли воды от таявшего куска снега. Девушка аккуратно убирает руку Чимина. — Спасибо. Мне легче, — признаётся она. — Последнее время меня слишком часто накрывает, — неловко признаётся Арён. Подобные приступы у неё были после смерти отца пару лет, но со временем всё сошло на нет. — Тебе не о чем беспокоиться. В конце концов мне знакомо это состояние, и я помогал справиться с этим Чонгуку. Но мне нужно срочно что-то сладкое, — усмехается парень, ероша волосы и выкидывая подтаявший кусочек снега в сторону. Он помогает ей подняться, и они доходят до любимого кафе. Чимин заказывает ей сладкий кофе, несмотря на все отрицания. К удивлению, ей правда становится лучше. Арён тяжело вздыхает и не знает с чего начать. — Мне нужна твоя помощь, — тихо просит девушка, устало кутаясь в своё пальто. — Помощь или сделка? — шутит Чимин. — Что случилось? — Семья Ан пришла к моей с предложением о браке. Пока всё складывается как они желают. И я не могу вмешаться, поскольку кто-то из людей Дохвана смог снять их бой с Чонгуком в клетке. Теперь он шантажирует меня записью. Чимин подбирается и напряженно выслушивает девушку. — Чонгук не знает? — Я была уверена, что разберусь с этим как можно быстрее, но теперь, когда вышла эта статья и моя семья узнала о Полигоне, они начнут торопить события. Я боюсь, что эта запись в купе с травмами Дохвана может повлиять на Чонгука. Уверена он позаботился о своих побоях, и скорее всего всё описано в сотни раз хуже действительности. — Ему сломали ногу. По сути имеет право, — вздыхает Чимин. Арён хмурится, и парень усмехается. — Я подумаю, что можно сделать. Спасём тебя от ужасного дракона, — шутит он. — Ты другая. Не такая, как о тебе говорили. Арён не совсем понимает что имеет в виду Чимин, но он лишь улыбается и пожимает плечами. Парень обещает помочь всем чем сможет и не рассказывать пока ничего Чонгуку. Арён выдыхает, чувствуя как ей становится легче. Его поддержка и слова вернули ей веру в себя. — Это всё сахар, — отшучивается Чимин на её слова благодарности. Он ждёт, пока подъедет водитель Арён и напоследок просит держать в курсе всех событий. — Теперь мы напарники. — Если я всё-таки убью своего недо жениха, обещай носить мне сухарики в тюрьму. — Клянусь! — торжественно подтверждает парень. Арён впервые за эти дни искренне улыбается. Она не знала, что Чимин может быть таким с кем-то, кроме Чонгука. Ей нравилось наблюдать за их близкими, словно между братьями, отношениями со стороны. Ощутить себя частью чего-то личного и важного было волшебно. Девушка проглатывает свою боль вместе с остатками сладкого кофе, и начинает планировать как поступить дальше. Арён не оставит всё так. Она ещё не закончила с Сохи, а после её целью будет Чо Юна. Даже статус лучшей журналистки не поможет ей избежать разоблачения. Недолго думая, девушка набирает Намджуна.