Не чудо

ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО ФРОУЗЕН МИНТ 3012-3045 (1012-1045)

Двойная дата была поставлена не просто так. Многие пони уже давно поняли, что они не оказались в другой вселенной, спасаясь от ветров Виндиго, что могли их убить. На деле все гораздо проще: они переместились во времени назад на две тысячи лет. И они отнюдь не были здесь одни — пони «Старой» Эквестрии тоже хотели узнать историю своих «потомков». И Минту, как последнему из семьи Фроузенов и императоров Эквестрии, было отведено особое место в мемориале. О нем начали слагать легенды. О том, каким мудрым и добродушным он был, о его силе: как физической, так и духовной. Мало кто знал, что это все правда только наполовину. Да, он был умнее и добрее своих предков, но эти качества нельзя было назвать главенствующими. Его главными же чертами характера были властолюбие и похоть, и последнего было, наверное, больше всего. И единственный, кто знал почти все пороки своего повелителя, был не кто иной, как Денис Ильсак. В задачи Лорда-Протектора всегда входила охрана императора. Но вместе с этим из-за желания править все больше и больше начиналась и слежка друг за другом. Очень часто складывалось двоевластие, которое в некоторых ситуациях приводило к попыткам переворота или даже мятежа. Многим казалось, что этот конфликт будет столь же вечен, как и идея единой Эквестрии. И для многих стал удивительным тот факт, что страна всё же смогла выстоять без второго столпа правления. Но тогда у всех была единая и понятная цель: спастись и выжить. Сейчас же страна начинала трещать по швам: налоги не собирались, коррупция взлетела до небес, правительство ругалось, а про народ так и вовсе забыли. Но вот странный парадокс — Денис мог решить все эти проблемы. У него было все: опыт, авторитет, время. Не было у него только двух вещей: желания узнавать, что происходит, а вместе с этим и понимания происходящего. Глушили его всем, чем только можно. И когда он узнал, что в его стране существуют столь серьезные проблемы, то ни средств, ни методов борьбы у него уже не осталось. Момент был упущен. Его «слепота» привела пегаса в итоге к бездне. И теперь обелиск покойного императора смотрел на Дениса. Он вглядывался в него, судил за все содеянное. А пегас молчал. Ему нечего было сказать в свое оправдание. Он подвел всех, и себя в том числе. Но что самое интересное — эта тенденция была заметна ещё раньше, чем кто-либо мог предположить. Можно было даже вспомнить тот самый момент, когда императора украли. Первоочередной целью Ильсака должно было стать нахождение и спасение Фроузена. Но он так и не нашел его, а после все благополучно о нём забыли. И теперь история повторяется, но уже в более крупных масштабах. Вот только сейчас её главным героем является голубой пегас. В этот момент Денис понял одно: он хочет смерти. Он хотел, чтобы все, что его окружало, закончилось. Чтобы его больше никто и никогда не трогал. Чтобы ему дали покой и умиротворение, как это было лет 20 назад. Но исходя из той ситуации, в какой он находился, единственным вариантом будет оборвать его жизнь. Хотя, впрочем, что его тут держало? Ничто. Следовательно, он волен выбирать тот способ своей смерти, который захочет. Начиная от «оленьей рулетки», заканчивая алкоголем… Стоп. О чём он думает? О том, чтобы покончить с собой? Но это просто ненормально. Неужели Денис готов был просто так сдаться, не дав боя? Разве это не тот пегас, что совершил немыслимое, и кому приписывают слова: «И небываемое — бывает!»? Даже когда шансов на победу крайне мало, и даже когда они вот-вот ускользнут из его копыт, он всегда врывался в бой. Неважно, было ли это обдуманно или нет. Неважно, имело ли это маленький успех или тот, что изменит ход истории. Бой есть бой, и в нём нужно победить. И он побеждал. Разве только тогда он шёл в бой не один — его солдаты на поле боя, коллеги по партии и товарищи в жизни всегда были рядом. Теперь же он был один. Один против всех. И шансов на победу у него, скорее всего, не было вообще. Был ли смысл давать бой стихии? Создав «Ковчег», чтобы улететь из мира, что умирал не по его вине, он ответил тогда «нет». Когда ему пришлось выбирать, помочь ли чейджлингам, что бежали из этого же мира, он тоже ответил «нет». Почти всегда на этот вопрос он отвечал одинаково. И сейчас, не имея сил даже шевелить собственными губами, он повторил это про себя. Нет. Гром пробудил Лорда-Протектора. Он стоял здесь уже полчаса и успел при этом промокнуть до самой нитки. Будь у него возможность, он бы умер прямо здесь и прямо сейчас. Но увы — его копыта сами начали уводить его из этого, на самом деле, проклятого места. И с тяжелым сердцем пегас возвращался к себе домой один. Даже на улицах никого не было. Было лишь желание кричать. Кричать так сильно, чтобы глотка начала болеть и кровоточить. Кричать, чтобы этот крик услышала вся страна. Но все будут глухими либо просто не обратят на него внимания. Да и сам Ильсак кричать не любил. А посему домой он вернулся, не проронив ни слова. Как и вчера. В тот день он пообещал. Дал себе слово, что никогда не вернется туда. Может, он не всегда держал свои слова. Может, он не всегда был честен ни перед собой, ни перед другими. Может, он врал. Но одно известно точно. Он его сдержит.