Картинки

В омерзительно белой комнате лежит худой парень. Глаза ввалились, однако нездорово горят черным огнем. Такой взгляд пронзает насквозь, по загривку от него идут мурашки. Парень это знал, поэтому стоило ему не угодить - и взгляд прибьет вас к стенке гвоздями. А если он при этом будет улыбаться, у вас возникнет ощущение, что это сам Дьявол почтил вас своим присутствием. Парень взъерошил черные волосы и оторвался от листа бумаги, что лежал перед ним, чтобы смочить кисточку в баночке с водой. Затем он перевел взгляд на почти оконченную картину, чтобы ее оценить. На листе был изображен смуглый парень, возраста примерно как и сам парень, то есть, лет восемнадцать-девятнадцать. У него были голубые глаза, лохматые светлые волосы и приятная улыбка. А еще странные полосочки на щеках. Брюнет огляделся, выискивая на стене что-то, пока не нашел нужную картину. Он поднялся и снял ее со стены, внимательно рассматривая. Картина была датирована полугодом раньше. На ней был изображен тот же парень, только полосочек не было. Эти полосочки он начал рисовать недавно. Учиха Саске. Параноидальный шизофреник. Боится всего и вся, в палате один после того, как хотел загрызть соседа за то, что тот косо на него взглянул и сказал что-то не так. Как Саске объяснил позже, он счел это угрозой своей жизни. Семьи нет. Все убиты, старший брат без вести пропал. Кажется, после этого Саске и свихнулся. Когда это было? История его болезни начинается двумя годами ранее. На фотографии изображен шестнадцатилетний подросток, а ниже написан приговор: "шизофрения". Когда она пройдет, не знал никто, да и пройдет ли вообще? Саске открыл в себе талант художника примерно полгода назад. Ему начал снится странный парень, который что-то говорил, по крайней мере, губами шевелил, а Саске не слышал. Сначала он боялся, а теперь даже ждет наступления ночи. Наверно, он влюбился в этого человека. Раньше Саске не знал, что делать с образами, набившимися в голову, но потом внутренний голос услужливо подсказал ему зарисовывать. Ну, он и зарисовывает. Только теперь лицо получается у него, что бы он ни рисовал. Захотел нарисовать машину - выходит он. Рисует медсестру - снова он. И Учиха смирился, методично обклеивая этими картинами стены палаты. Врачи дивились - раньше строптивого брюнета нельзя было застать за каким-то заданием - настолько неусидчив - а теперь рисует целыми днями. И картины выходят, словно фотографии. Одна медсестра попросила у него картину. Саске схватился за нее как ревнивый муж и ворчал, наверно, час, а потом смиловался и отдал ей понравившуюся картину. Девушка была счастлива, ведь парень, изображенный на картине, был вправду красив. Саске рисовал. Врачи устали подавать ему листы и принесли пачку из тысячи листов в палату. Также у него была здоровая коробка красок, правда, мольберта не было, но Саске любил рисовать, лежа на прохладном полу. Саске рисовал. Он делал это неустанно, словно сумасшедший. Хотя он и не был нормальным. Врачи часто ходили сюда, в его палату, как в галерею, и улыбались, глядя на открытую улыбку блондина. У Саске спрашивали, кого он рисует. Саске не знал. Саске не знал его имени, возраста, национальности, не знал, где он живет, но он твердо чувствовал, что этот человек жив. Об этом он говорил врачам, но те не особо верили. Саске было всё равно. Саске был увлечен. Учиха завел привычку листать историю своей болезни. Объяснял он это тем, что "он так хочет". Его он про себя назвал Широи*. Почему - точно сказать он не мог, может, потому, что он являлся ему на белом фоне? Саске не знал. Саске не знал многих вещей, например, как держать кисть, как делать эскизы, но у него это получалось профессионально, хотя раньше брюнет не трогал кистей. Саске умел. Саске умел удивлять. Саске стал спокойным. Словно картины лечили. Врачи недоверчиво смеялись и говорили - скоро будет срыв. Вот-вот. А срыва не было. А врачи разочарованно качали головами и уходили в свои кабинеты, становясь далекими от открытого душой больного. Саске хотел. Саске хотел жить. __________ * Широи (яп.) - белый.