Charisma (Харизма)

За окном вновь загорались яркие огни, в электронном камине в гостиной весело потрескивало несуществующее пламя, все равно добавляя долю уюта к общей обстановке теплого полумрака нижнего освещения в гнезде. Даже на кухне верхний яркий они негласно решили приглушить, чтобы не напрягать определенно уставшие за день глаза. С хрустом зелени и овощей и мерным стуком ножа по доске рассеиваются остатки каких-то сомнений и подозрений, что успели скопиться за день. Уже понемногу проявляющийся аромат запекаемого в духовке медового мяса с морковкой заманивает ленивыми перспективами отъесться, отлежаться за просмотром очередного сериала оставшиеся часы этого длинного дня и отправиться на боковую без всяких лишних затрат энергии. И Дилюк вряд ли бы стал сопротивляться этому порыву. Даже недавнее странное поведение Кэйи отходило на второй план. Сейчас все, что их должно было волновать — это резервный пароль от учетной записи отца. Его он обязан отыскать, даже в таком сомнительном для психики месте, как сгоревший кабинет… Складывая нарезанное в салатницу, Дилюк берет прихватку и открывает духовку, проверяя готовность блюда. В лицо вылетает незримое облако горячего воздуха и аромат печеного мяса… …Почему-то это не пугало его. Хотя по логике… Должно было бы. Некоторое время Дилюк просто смотрит на золотистую корку блюда и раскаленные недра печи, словно завороженный красками раскаленного марева. Оно отличалось от пламени из импланта… — Уже готово? — выводит его из транса голос младшего позади, скоро опустившегося рядом с ним на корточки. — Ммм, какой запах~ Медленно выдохнув, Дилюк надевает вторую варежку-прихватку, доставая блюдо из духовки и проверяя, насколько оно запеклось внутри. — Если ты любишь medium well, то да, — отметил он, вскоре принимаясь разрезать мясо на порции, подцепляя золотистый медовый соус и перекладывая на тарелки с кусочками моркови. Стоило закончить, как он вновь покосился на духовку, немного тормозя, прежде чем выключить алое марево в ее недрах. В себя его приводит прохлада, с которой тыльной стороны ладони касаются холодные пальцы. Вздрогнув, Дилюк тут же оглядывается на брата, ощущая, как по коже пробегают мурашки. — Не уплывай, — слабо улыбнулся ему Кэйа, скоро выхватывая блюдо из-под рук Аделинды, предпочтя накрыть на двоих самостоятельно. Пространно угукнув, Дилюк забирает оставшуюся салатницу, завершая приготовление заправкой нарезанных овощей и зелени, прежде чем поставить на стол к остальному. Ну а после — устроился на свое место рядом с которым Кэйа предусмотрительно оставил небольшую тарелочку с парой таблеток. Немного помедлив, прежде чем взять их и запить водой, Дилюк отставляет стакан в сторону и на выдохе поднимает взгляд на брата, уже успевшего немного попробовать результат, судя по тому, как он расплылся, пока жевал. Не хотелось портить ему аппетит, однако и из головы не шел недавний их диалог: — Кэйа. Насчет нашего разговора в машине… О Фатуи. — М? — моментально поднялся к Дилюку взгляд одного лишь неприкрытого повязкой глаза. Задержавшийся на нем, скоро он отводится к окну позади. — У нас не принято говорить о них без необходимости. — Мне придется с ними работать. Вполне себе необходимость, — отметил Дилюк, все же попутно берясь за столовые приборы, чтобы порезать кусок мяса на своей тарелке. — Не на том уровне с каким обычно работаю я, — пожал плечами Кэйа. — К счастью то или нет… — Расскажи все-таки, что тебе известно, — хмыкнул Дилюк, возвращая к нему взгляд. Если Кэйа не говорил конкретного «нет», значит, в теории, можно было довести разговор до «да». — …Пожалуйста. — Как капитана Ордо Фавониус ты ставишь меня в сложное положение, ты в курсе? — слабо пусть и пусто улыбается младший. — Хм… — поначалу чуть помедлив, Дилюк упирается локтем в столешницу, подаваясь чуть вперед к нему. — А как брата Сокола Запада? Технически, он им еще не являлся, но на практике пара дней разницы вряд ли играет серьезную роль в такой ситуации. Кэйа выразительно поднял бровь, вновь оглядываясь на него с уже вполне живой усмешкой: — …Я расскажу тебе, что Ордо Фавониус сторонятся их так же, как людей из «Северного ветра». Брови сами собой взметнулись вверх. «Северный Ветер» — это уже давно было именем нарицательным не только для Андриуса Борея и его компании, но и для людей, что в ней работали и служили только воле своего руководителя. В свое время, когда шла Революция, сотрудники «Северного Ветра» были едва ли не личной армией Андриуса. Но это было тогда, и к тому же… — Разве его армия все еще в действии? Зачем вообще Андриусу конфликтовать с Ордо Фавониус? — нахмурился Дилюк, чувствуя, насколько брат одной фразой уже расширил его горизонты… Чего еще он не знал о родном городе и Ветрах?! — «Конфликтовать» всему Северу с Фавониус нечего, — покачал головой Кэйа, приподняв ладонь. — Но так, локальные пересечения интересов — не редкость. Волк Севера имеет обыкновение игнорировать все правила, кроме собственных. Что бы ни совершил его «волчонок», ответ он должен держать только перед «вожаком». Это здорово треплет нервы многим из нас. Варка поручил спускать все такие дела на тормоза. Какими бы ни были доказательства, какими бы ни были обстоятельства, даже если такой кадр убьет кого — задерживать его себе же дороже. — А сам Андриус с такими «кадрами» хоть что-то делает? — на грани возмущения протянул Дилюк, но, переглядываясь с братом, мрачно хмыкнул раньше его ответа. — Дай угадаю. Никто не знает, потому что себе же дороже следить за ситуацией, да? — Ага, — развел руками Кэйа со смешком. — Ты быстро схватываешь суть! После этого в кухне ненадолго повисла тишина, в которой они молча продолжили есть. Понятно, почему Варка об этом не упоминал: строго говоря, это проблемы его ведомства и его терки с Андриусом. Но общая ситуация сказывалась и на Мондштадте вцелом. Конечно, вряд ли такие инциденты были частыми, иначе бы точно заиграл инфоповод… Однако сам факт, мягко говоря, не радовал. — А что с Фатуи? — уже заранее готовясь к еще порции неприятного, Дилюк поднимает взгляд на брата. — Те — просто скрытные огромные ребята, иногда наведываются к нам без предупреждения и пытаются пропихнуть свою дисциплину, — здесь Кэйа не удержал смешка. — Сейчас уже и они, и мы понимаем, что это бесполезно, но они слишком дрессированные, чтобы просто проигнорировать приказ начальства, так что шоу раз в месяц-два обеспеченно. В остальное время мы их так же не трогаем. Проблем от них меньше, чем от Северного Ветра, а кусаются они больнее. Впрочем, к их чести — нарушителей с их стороны на территории Монда мы больше не видим, а от Снежной поступают извинения. В свою очередь, обо всех неровностях по их теме мы не говорим. — …Со стороны выглядит как классическая коллаборация, ничего критичного, — приподнял брови Дилюк, откровенно опешив. Для людей, вообще не особо подчиняющихся юрисдикции Мондштадта, принадлежащих региону, которому Монд обязан многим, это было еще на удивление цивильно. Он уже успел подготовиться к худшим вариантам… — Некоторые их инициативы все же пугают наших, — пожал плечами Кэйа, продолжая. — Вроде сбора людей на генные модификации… Один Гай вызвался, и его мы уговорили отказаться. — Хотят сделать таких же здоровяков, чтобы в лифт максимум по двое помещалось? — выгнул бровь Дилюк и задумался. Если подумать, вот это уже довольно странно и попахивает как перетягивание человеческих ресурсов у союзника. — … Если они и так получают смертников, зачем им еще и обычные сотрудники?.. — Знал бы я… — протянул Кэйа, отведя взгляд. — Но, слышал, к ним подаются и некоторые волонтеры из Добровольческих Центров. — Можно подумать, в наш век нужна армия солдат с мутациями, — хмыкнул Дилюк, тем не менее, задумываясь. Чем дальше в лес, тем… — Кто знает… — пожал плечами младший. — Возможно, это действительно жест доброй воли, возможно — реклама своей технологии для остальных. Ну, или они просто используют нас, как подопытных кроликов, что понять, что подойдет лучше… Кэйа тихо посмеялся, значительно развеивая нагнетенную атмосферу. — Никто не исключает и подготовку к войне за мировооое господство, хах! — добавил он в куда более комичном свете наиболее абсурдный вариант. — Ты бы еще поиск бессмертия вписал им в графу, — Дилюк тихо прыснул со смеху, опуская взгляд в тарелку. Смешно, конечно… Но что-то подсказывало ему, что ответ будет, в лучшем случае, после общения с тем самым контактным лицом от Снежной, Дотторе. — Волнуешься? — очевидно, заметил такое переключение мыслей Кэйа. Подняв взгляд на него, Дилюк покачал головой. — Я справлюсь, не переживай, — хмыкнул он, подцепляя еще кусок мяса на вилку и принимаясь вдумчиво пережевывать. Что мог, Кэйа, похоже, рассказал… Но что делать с этим — решать придется уже самому. — Готов к разбору кабинета? — неожиданно задал тогда Кэйа второй вопрос, поднимаясь с места, оставляя полупустую тарелку. Впрочем, он никогда не ел много, в отличии от них с отцом. — Сейчас? — только проглотил очередной кусок Дилюк, поднимая голову, но после пару раз кивнул и поспешил разделаться с остатками ужина. Чем быстрее они разберутся с резервным паролем отца — тем лучше. — Подходи, как закончишь, — слабо и явно искусственно улыбнулся Кэйа, отправляясь на второй этаж. Чуть помедлив у двери, он открывает чуть мерцающую под его пальцами панель. «Блокировка — откл.» Двери незамедлительно раскрываются, впуская младшего члена семьи Сокола в полусожженный кабинет. У него не так много времени…

***

В плохо освещенном из-за местами поврежденной пожаром проводки кабинете сгустился давящий полумрак, порождая тени, притаившиеся в углах, за обуглившимся шкафом и краем подпаленного рабочего стола отца. Широкое панорамное окно, замещавшее собою одну из стен, было плотно закрыто заслонками, не позволяя прессе лишний раз заснять покрытую гарью половину помещения, где когда-то вершилась судьба «Рассвета» и, в какой-то степени, всего Мондштадта. Ступая внутрь и чувствуя, как ком подступил к горлу при взгляде на одну из стен возле прогоревшего стеллажа, Дилюк заставляет себя оторвать взор от проглядывавшего сквозь копоть человеческого силуэта. Похоже, что тело отца прикрыло собой часть обстановки от пламени… Внимание переходит к брату, вставшему с другой стороны, возле относительного целого второго стеллажа и картины с соколом, приземлявшимся в гнездо. Хобби отца… Дилюк помнил еще из детства, как много самых разных птиц рисовал Крепус, прежде чем на его голову упало еще больше работы, в которой, похоже, времени на это совсем не осталось. Но, тем не менее, брат вполне разумно решил осмотреть ее — вполне подходящее место, чтобы оставить подсказку. — Что-нибудь успел найти? — подает старший голос, пусть и чуть хрипловатый. В легких будто вновь скапливалась гарь, а нос забивал запах жженых волос и плоти, вынуждая подступить к окну и приоткрыть его вместе с заслоном. — Ничего, — качнул головой Кэйа, возвращая картину на место и чуть поправляя на стене, явно задерживая взгляд на птенцах в гнезде. Вдохнув свежего воздуха из приоткрытого окна, Дилюк подступает к стеллажу в поисках других примечательных вещей. Если отец хотел передать пароль им, значит, и что-то, содержащее подсказку, должно быть примечательным и памятным именно для их семьи… Однако, там он застал не больше, чем папки старых работ отца, от небольших зарисовок карандашом, до полноценных рисунков. Помимо птиц, там встречались лица людей, даже смутно знакомых, символика компаний, а в частности — «Рассвета», один из вариантов даже стал ее официальной эмблемой, более схематичные рисунки Старого Мондштадта, со следами послевоенной разрухи… Всю документацию отец явно вел через ЭХО, так что пустые полки отходили лишь под его старое хобби. Быстро поняв бессмысленность такого перебирания рисунков сейчас, Дилюк потянулся, чтобы вернуть папки на место, как на пол из одной такой выпал уже вскрытый конверт. Бросив взгляд в сторону Кэйи, Дилюк все же поставил папку на место, прежде чем опуститься на корточки и подобрать улику, проверяя с обеих сторон. Эпистолярный жанр был совсем не в духе отца, так что внимание бумажная переписка привлекла мгновенно, вот только подписей особо не было… Пальцы осторожно извлекли содержимое конверта. Им оказалось письмо, с довольно отличным от отцовского, но аккуратным почерком, определенно Дилюку неизвестным. «Результаты анализа предоставленных вами данных я прилагаю в носителе с письмом. Должен признаться, подобная аномалия серьезно заинтересовала меня. Я понимаю ваше стремление к повышенной секретности этих исследований, однако, не могу согласиться с этим. В случае продолжения нашего сотрудничества, я занесу эти данные в базу Тейвата с сохранением вашей конфиденциальности.» Дилюк заметно нахмурился. Это не пароль, но определенно что-то важное. О каких аномалиях идет речь, и что исследовалось? Пробежавшись взглядом по письму, он повернул его и еще раз осмотрел конверт в поисках хоть какой-то детали, что укажет на адресата. Отец что-то скрывал настолько сильно, что перешел на бумагу… Не хотел, чтобы это можно было отследить онлайн? Но что требует такого уровня скрытности??? Однако ни имен, ни, тем более, упомянутого носителя ни в конверте, ни на нем не нашлось. — У тебя есть знакомые, кто пишет от руки? — с досадой от невозможности выжать еще хоть что-то из обнаруженной улики, Дилюк оглядывается на брата. — Да. И не мало, — отозвался Кэйа, оглянувшись в его сторону, скоро подойдя ближе. — Что это? — Что-то, что явно лучше не показывать всем подряд, — пробормотал Дилюк, тем не менее, передавая письмо брату. Вряд ли тот поймет хоть сколько-то больше, но… Мало ли… — И… К чему это? — озадаченно поинтересовался младший, скоро вновь подняв взгляд на него от листка бумаги. Дилюк мрачновато покачал головой, складывая письмо и убирая его обратно в конверт, прежде чем сложить его обратно в папку к рисункам. — Что бы это ни было, пока нам явно не хватает информации, чтобы понять… — хмыкнул он, скрещивая руки на груди и оглядывая кабинет задумчивым взглядом. Внимание вновь задерживается на силуэте у стены. На миг ему почти показалось, что там лежало тело с тем самым пустым взглядом остекленевших глаз, прямиком из ночных кошмаров… — Выглядит так себе… — отметил Кэйа, последив за конвертом взглядом, но скоро переведя его на Дилюка. — …Но вполне возможно, лишь от недостатка контекста. Тот ответил не сразу, с трудом заставив себя закрыть глаза, мотнув головой, и переведя внимание к уцелевшей части кабинета, в том числе, к брату: — … Да… Нужен пароль, — пробормотал Дилюк и вскоре со вздохом посмотрел на стол. Уж точно не там. Где же тогда?.. — Люк… — окликнул его Кэйа. На плечо ложится ладонь, на контрасте показавшаяся почти ледяной. — Хватит с тебя на сегодня. — Я не уйду ни с чем, — возразил Дилюк, хмуро оглянувшись на него. — Хочешь уйти с обострением? — глухо отозвался Кэйа. — Ты побледнел, у тебя холодный пот и дрожат руки. Спустись. В Зал. Попытка возразить вновь уже просто застряла в горле с липким комом. Тяжело сглотнув его, Дилюк все же делает шаг к выходу, на миг задерживаясь у стены. Трупа, разумеется, не было. Только жутковатый силуэт в обрамлении копоти, вынудивший сделать еще шаг, прямиком через порог, прочь из кабинета. В хорошо освещенной части квартиры, вне запаха гари и следов пожара, дышать стало не в пример легче. — Блядь… — мрачно выругался Рагнвиндр, отступая к лестнице и спускаясь в зал. Тихо выдохнув в опустевшем помещении, Кэйа потянулся к чуть выдвинутой по сравнению с остальными папке с рисунками. — Я уже говорил тебе и не раз готов повторить… — взгляд свободных от визора рубиновых глаз касается его вновь. Под ним Кэйа напряженно теребит край повязки, опустив голову, поверх которой скоро ложится горячая ладонь. — Ты не виноват, Кэйа, — их взгляды пересекаются. — …И можешь даже не сомневаться — мы защитим тебя. Ты ведь веришь мне?

***

Свет в гостиной приглушается до минимума, позволяя больше внимания сконцентрировать на ярких красках города за окном, начавшем накрапывать дождике, редкими крупными каплями ударяющемся по стеклу, и тихом треске электронного камина. Уже устроившись под пледом в подготовке ко сну, Дилюк смотрел на мелкие всполохи, в мрачноватой задумчивости перекатывая в пальцах ЭХО. Искусственное пламя и близко не вызывало тех ассоциаций, что гарь и копоть, пропитавшие стены кабинета. И пусть он не заметил упомянутого пота или дрожи в руках, как говорил Кэйа… Видевшийся труп тогда и ощущение мелких тревожных теней в углах гостиной сейчас — вряд ли признаки здравого рассудка. Тихо вздохнув, Рагнвиндр потирает лицо. Нужно просто пережить это. Пропить курс лекарств, влиться в работу, встать на рельсы… Это временно. В уже начинающее склоняться к сонливости сознание влетел легкий холодок, приносимый вместе с шагом знакомой походки. — Так ничего и не нашел? — Дилюк оглядывается на брата. — …Нет… Ничего, — странно помедлив перед ответом, отозвался младший, чуть потеребив край повязки в детском жесте волнения. — …Прости, Люк. Я завтра вынесу вещи перед ремонтом. Мы можем попробовать снова. — Ты не виноват, Кэйа, — Дилюк заглядывает в чужой синий глаз. — Я сам настоял на том, чтобы пойти туда. Кэйа слабо и от чего-то болезненно горько усмехается. — А я тебя послушал, — выдыхает он, покачав головой. — Прекращай это, — возражает Дилюк, цепляя его за рукав и затягивая на диван. — Я вижу, что ты стараешься. Этого более чем достаточно. Здоровой рукой он крепко прижимает брата к себе, а еще не до конца оправившейся правой ворошит волосы, в стремлении вытряхнуть из них лишнюю, черт знает откуда взявшуюся вину. Тот лишь слабо и стесненно улыбается в ответ, просто доверчиво расслабившись в его хватке. Совсем как в детстве… Устроившись вместе с младшим под боком, Дилюк тихо выдохнул, ощущая, как отступают прочь все тени, а огонь в камине кажется не только ярким, но почти что теплым. В таком положении глаза быстро начинают слипаться, а голова клониться вбок. День был насыщенным… И впереди череда таких же.