Charisma (Харизма)

Пронесшись меж неоновых огней на стальных крыльях, черная тень плавно опускается на крышу одного из домов в абсолютно непримечательном районе жилого пригорода Мондштадта. Сюда, после напряженного рабочего дня, стекались потоки работяг, преимущественно, со службы в развивающейся индустрии развлечений Дракона Востока. Таких во всем Мондштадте было большинство. Однако, это внешне непримечательное место содержало при себе вполне примечательные детали… — Думаешь, ему можно доверять? — со скепсисом поинтересовался он тогда, получив долгожданное первое дело от еще одного неизвестного осведомителя Мегистус. — За кого ты меня принимаешь?! — возмутилась та, уперев руки в боки. — Конечно, я проверила информацию! Увы, ее немного, но статистика на его стороне — в этом районе цифры по исчезновениям людей значительно возрастают… — И какие есть зацепки за исключением статистики? — стоит отметить внутренняя жажда справедливости неплохо ложилась в необходимый Моне образ «ночного героя в маске». По-крайней мере, даже несмотря на то, что изначально преследовал цель — разобраться конкретно с Варкой, Дилюк просто не мог отказаться от сомнительного дела, стоило только услышать о пропажах. — Слухи, — чуть тише, будто стыдясь источника, заявила Мона в ответ. — Сами по себе наркотики в Мондштадте, увы, не под запретом, но принцип свободы работает при полной осведомленности потребителя… Мне удалось узнать о странной сонливости после закупки у местных дилеров. Это вполне сходится с данными осведомителя. Показатель продукта сомнительного качества. Тогда внутри что-то особенно сильно кольнуло. Может, параллель с тем, что творила его собственная компания и продолжала творить, пока он еще не успел перевести давно несущийся поезд на другие рельсы. Не удивительно, что он подал голос сразу же, едва закончила говорить Мона: — Знаешь, где засели дилеры? — Координаты нам передали, — перед ним показалась карта с пометкой одного единственного здания. — Судя по заявлению источника, подкрепленного слухами — это не такая большая рыба. Однако, товар они откуда-то получают, и люди куда-то пропадают. Это вполне сможет указать нам на акулу. А ее оставим на будущее. — Имеешь ввиду, когда дорасту? — фыркнул Дилюк в тот момент. Сейчас, приближаясь к искомой цели и сверяясь с картой в коммуникаторе Мегистус, он понимал всю полноту слов «не такая большая рыба». Если вспоминать склад Гете и сравнивать с ним, грядущее — заход в пруд к малькам. Ответа он тогда не получил, что говорило куда ярче любого согласия. Наблюдая с вершины одного из не столь высоких домов обстановку на умеренно освещенных узких улочках, он отмечал совсем не радужную картину той самой «реальной жизни», от которой отец старался держать его подальше и которую сам же создал, поддавшись влиянию Варки: кучки хилличурлов, упитых и одурманенных существ, в которых уже тяжело узнать людей. Какие-то просто валялись в переулках, не способные даже убраться домой или в дыру потеплее, откуда вылезли. Какие-то еще слонялись, переговариваясь на столь примитивном от нарушений мозга языке, что в нем и не узнать мондштатского. Еще больше неприязни сгустилось в груди, когда в компании одного из этих существ Дилюк увидел маленькую фигурку в цветастом балахоне, уж слишком похожую на детскую, тянущую давно растерявшего человечность типа куда-то в сторону. Он не знал какого это, но вполне мог понять — такие истории больше всего бьют именно по детям. Вполне возможно и Кэйа когда-то вышел из чего-то подобного. Возможно, именно поэтому он никогда не рассказывал о своей жизни до появления в «Гнезде» той дождливой ночью… Мысли о том, насколько некрупное предстоит дело, отошли на второй план от такой картины. Стоило бы раньше и намного серьезнее уделить внимание словам Моны: «Давно ты гулял по трущобам?» Было чему стать ярким напоминанием в дневное время суток, чтобы впахивать на работу над контрактами Ли Юэ, подтягивая их наречие, попутно разбираясь со всеми производственными бедами, даже если ему это было не интересно. Просто каждый раз теперь будет вспоминать все это. — Я на позиции, — глухо оповещает он свою союзницу по коммуникатору, отрывая взгляд от ушедшей парочки из ребенка и того, что осталось от его родителя. — Отлично, — отозвалась девушка по коммуникатору. — Это, конечно, дело не большое, но все равно будь осторожен, хорошо? У меня есть только базовый план здания и нет осведомителей. Если что-то пойдет не так, я не смогу помочь так же, как в прошлый раз. — Пара уродов не звучит как серьезная угроза, — хмыкнул на такую осторожность Дилюк, но потом покачал головой, подступая ближе к краю крыши и вставая на парапет. — Точное их местоположение нам, я так понимаю, неизвестно? — Ошибаешься, — отозвалась Мона на то. — Я отослала пометку на твою карту. Место приблизительное, но это лучше, чем поиск по всему зданию. — Хм… Да, это все упростит, — отметил Полуночный, сверяясь с картой коммуникатора и зданием, чтобы определить этаж и подняться в воздух. Все что нужно будет теперь — проникнуть внутрь и осмотреться, найти толкающих товар и крепко допросить, заодно отвадив от желания травить людей дальше. Возможно, ему даже клеймор с пушкой не потребуются… Вряд ли такие люди вооружены до зубов. Опустившись на пожарной лестнице, Рагнвиндр с легкостью подламывает не особо то и крепкий замок двери. Вот только проникает он в на удивление чистое для подобных дел помещение с ровными рядами контейнеров, заполненных сложно идентифицируемым содержимым и неясным оборудованием. Конечно, Дилюк не стал бы хвастаться опытом пребывания в мутных притонах, но это больше напоминало бюджетную лабораторию, нежели то, что приходило в голову при всех вводных… — …Ты в данных не ошиблась? — на тон ниже и тише протянул он по коммуникатору, медленно и осторожно двинувшись вперед и оглядываясь по сторонам. Не создавали же они дрянную смесь там же, где и сбывали? На всякий случай в такой обстановки Полуночный достает пистолет, снимая с предохранителя… — Что там? — раздался в наушниках куда более напряженный голос Мегистус. — Похоже на что-то вроде лаборатории… Уж точно не притон, — хмыкнул Дилюк, на коммуникатор делая фото и отправляя Мегистус, прежде чем подступить к одному из таких контейнеров, осматривая на предмет каких-нибудь пометок. Куда он влип? Когда позади раздается шум открывшейся двери, Дилюк успевает лишь обернуться прежде чем в щит вбивается мощный выстрел. Пиликанье после оглушительного грохота оповещает о полной разрядке его страховки. Все, что может Полуночный — это в следующий миг шарахнуться от противника за ряды контейнеров, прикрываясь наверняка важным товаром от новой порции свинца уже себе в лицо. Один выстрел! Этому уроду потребовался всего выстрел, чтобы снести щит вполне среднего такого сегмента, какого черта?! — Я вляпался, — глухо передав по связи, Дилюк оглядывается на индикатор зарядки и на всякий случай берет во вторую руку рукоять клеймора. Если противник подступит, часть урона он хотя бы заблокирует лезвием… Осторожные шаги вскоре раздаются в небольшом отдалении. Враг явно не спешил бросаться на него бездумно… Но как он узнал, что кто-то вообще проник сюда? Дилюк случайно активировал какую-то сигнализацию? Тихо шикнув, Полуночный отступает к другому краю ряда с контейнерами. Вскоре идентификатор щита позволяет осторожно выглянуть, чтобы выцелить стрелка. Почти сразу часть дроби прилетает в лицо, здорово сбавляя заряд, но пока еще не перегружая щит, давая шанс на стремительную контратаку. Рыкнув, Дилюк рванул на сокращение дистанции, сам выпуская по противнику несколько выстрелов шокера. В таких условиях выцеливать руки было сложно, но он честно постарался попасть в плечо. Как минимум, потому что после урода нужно будет допросить с особым пристрастием! К счастью, удалось, и, схватив немалый заряд от «Когтя», тип просто рухнул наземь. Однако… Похоже, с мощностью все же вышел перебор… Полуночный настороженно присматривается, а потом присаживается на корточки, осматривая бессознательное тело и его оружие. Что-то не похоже это на типичную охрану притона: первые два выстрела шокера разрядили чужой вполне себе средненький щиток, да и дробовик был не из дешевых. Достав стяжки и связав чужие руки и ноги, Дилюк обшарил тело на предмет хоть чего-то, что могло дать понимание, что это за тип: охранник, сотрудник или чей-то наемник. Однако, там нашлись лишь потертый модуль ЭХО, пачка сигарет, карточка доступа и несколько картриджей с концентратом пиро-орхидеи к съемному пиро-модулю. Расходник не из дешевых… — Полуночный? — в наступившей тишине окликнула его Мона. — Врежь своему информатору от меня при встрече, — буркнул Дилюк, забирая карточку, концентрат и оценивающе оглядывая съемный модуль. Похож на его пиро-имплант, надевается на руку… Насколько трофеи вхожи в политику народного героя, интересно? — Это будет не просто… — глухо отозвалась она и мрачно выдохнула. — Ты хоть понимаешь, что ты нашел? — …Просвяти? — нахмурился Дилюк, ненадолго отвлекаясь, а чуть погодя оттаскивая тело в тихий угол за ящики на всякий случай. Мало ли, еще кто зайдет… — Это — сбалансированная смесь формальдегидов с разбавленным экстрактом венчика туманного цветка, — уведомила Мона, явно зачитывая материал на стороне. — Используется в крио-капсулах для транспортировки биологического материала. Замирая на месте, Рагнвиндр медленно оглядывается на ряды контейнеров, чувствуя, как внутри все свернулось в липкий комок. Вряд ли они здесь стейки хранили для совместных ужинов с хиличурлами, в которых превращались люди на улицах… — …Я сейчас все правильно понял? — выдыхает он, переводя косой взгляд на вырубленного типа. — Черный рынок органов? Звучало настолько же чудовищно, насколько цивильно выглядело помещение. — Здесь что-то не так, — неожиданно заявила Мона в ответ после небольшого промедления. — Риски и штрафы куда выше любой возможной выгоды от очевидно испорченных органов. Я не понимаю… — Так может они и не испорченные? То, для чего этот материал используется, мы не видели… — Рагнвиндр делает фото наемника, после чего уже без зазрения совести забирает пиро-модуль в компанию к картриджам, делая и его фото для отправки. — Надеюсь, ты не против, если я буду брать трофеи… Чую, мне он понадобится… — Убедись только, что он не работает через идентификатор, — предостерегла Мона. — Иначе может засветить владельцу твой дом. Закинув дробовик в другой угол помещения подальше от связанного наемника, Дилюк тронулся осторожно дальше, попутно оглядев со всем сторон модуль и надев на руку. При активации просьбы о сопряжении и вообще каких-то требований в авторизации не появилось. Только одно оповещение: действующий картридж наполовину пуст. — Порядок. Двигаюсь дальше. — Постой! — сразу поспешила притормозить его аналитик. — Это куда серьезней, чем я рассчитывала. Просто вызовем Ордо Фавониус. — Ты уверена, что они что-то с этим сделают? — не без явного сомнения в голосе буркнул Дилюк, замерев у двери. В ответ он услышал как-то растянувшееся молчание… — Вот я и не очень, — мрачно хмыкнул он и качнул головой, ненадолго притихнув, чтобы прислушаться к тому, что происходило за дверью, прежде чем выразить свое предложение. — Нароем как можно больше этого дерьма и швырнем им в лицо, тогда замять не получится. Вломившись в новое помещение, он обнаружил там ничто иное, как проход на этаж ниже, судя по карте не очень то и вязавшийся с планом здания. Медленно и осторожно, надеясь не издавать лишнего шума, Полуночный двинулся вниз. Попахивало это дело с каждой секундой все сильнее и отвратнее. Интересно, что сказал бы информатор Мегистус, ткни его Дилюк сейчас мордой в такую ситуацию… Приложив пропуск, он стремительно влетает внутрь, планируя тут же укрыться за каким-нибудь новым стеллажом или рядом контейнеров, но едва не спотыкается от неожиданности: перед глазами был стальной мостик, проходивший над помещением много больше того, что он ожидал увидеть. В воздухе стоял холод, как в морозильнике, внизу было достаточно светло, чтобы увидеть несколько рядов какого-то оборудования, походившего на капсулы для хранения. Увы, или к счастью, содержимое увидеть не представлялось возможным… И он точно знал, что не хотел бы детально его рассматривать. Прижавшись обратно к двери, Дилюк замирает на краткий миг, надеясь, что его проникновение находившимися внизу людьми еще не было обнаружено. Взгляд зацепился за несколько человек возле капсул и еще как минимум одного вооруженного типа внизу у одной из дверей… Пройти на другую сторону моста незамеченным нереально. Спуститься на свет и всеобщее обозрение — тоже верный путь к самоубийству… Но дыхание все еще перехватывало от масштаба скрываемого под видом обычного притона дерьма. — Что там? — напряженно осведомилась Мегистус в наушнике. — Полуночный? Что ты видишь? Молча сделав несколько фото в очередной раз, Рагнвиндр сосредоточенно оценил обстановку и окружение. Наверху еще относительно не так светло… Может пройтись по карнизу и спикировать на одного из охранников сверху? Нет, так он почти наверняка его прибьет, переломив позвоночник. На глаза вскоре попался второй охранник в противоположном конце помещения. Устранит одного с шумом — второй вызовет подмогу. И при всем при этом есть еще рядовые работники, которые могут сделать то же самое. Дерьмо… Похоже, шума он не избежит в любом случае? Сглотнув, Дилюк осторожно и медленно перелезает через ограждение мостика. Переходить на ту сторону — гарантированно привлечь внимание. Взгляд опускается вниз. Покосившись на охранников, еще не заметивших его, Полуночный свешивается с моста, зацепившись за низ и осторожно спрыгивает меж капсул оборудования, после чего тут же прижимается к одной из них. Холод обжигает спину… — Тебе достаточно сделать пару снимков чего-то повесомее, — проинструктировала Мона. — Дальше мы уже не позволим им отвертеться. Однако вместо ее голоса пришлось сконцентрироваться на шуме шагов неподалеку. Не спеша отвечать ей, Рагнвиндр достает «Коготь». Если в прошлый раз пушка так чудесно оглушила с пары выстрелов одного противника, должно сработать и на другого, ведь так? Главное, сделать все быстрее, чем человек успеет издать хоть звук. Дождавшись мига, когда звуки будут достаточно близко, а в поле зрения появится чужая фигура, Дилюк зажимает курок. Тело сразу же содрогается, неудачно звонко ударяя о контейнер дернувшейся в судороге рукой. Только подхвативший было начавшего было падать обычного местного работника, видимо, занимавшегося обслуживанием всего этого дерьма, Полуночный на миг аж вжимает голову в плечи от этого звука и с тихим цыком затягивает тело меж капсул, оставив там на полу. Сейчас сюда наверняка тронется один из охранников… — Всем назад! — вместо того раздался напряженный голос извне укрытия. Похоже, что видео-игры были далеко не лучшей тренировочной площадкой для реальных операций… Про себя содержательно выругавшись на осторожных уродов, Рагнвиндр оглядывается и пытается перешагнуть тело, чтобы обойти капсулу по другой стороне. Пальцы крепче сжимают шокер, вторая рука ложится сама собой на рукоять меча. Обход относительно удается, позволяя ему заметить затылок пары сотрудников в компании охранника. Пользуясь положением, первыми двумя выстрелами Полуночный обезвреживает щит и самого вооруженного типа и даже удается задеть третьим одного из сотрудников, но последний из этой компании со вскриком сигает в сторону за оборудование. — Н-на нас напали! — Да твою ж…! — шикнул в досаде Дилюк, рванув к нему и так же вырубив зарядом. Но, очевидно, было уже поздно — с одного из выходов вскоре донесся шум. А в его сторону послышались спешные шаги не одного человека. Он, конечно, предполагал, что все пойдет по хреновому варианту, но это не значит, что не хотел обратного! Сбоку раздается выстрел, зацепивший капсулу рядом с ним, заставив пригнуться и сорваться с места. Выцепив из поля зрения противника, Дилюк на секунду замирает, принимая в щит чужие выстрелы и огрызаясь шоковыми зарядами в ответ. Двух охранников вырубил и трех безоружных, где-то еще есть последний из персонала и… Новый выстрел цепляет дробью плечо, разнося в дребезги плохонькую защиту, но, к счастью, обходясь лишь ею, без плоти и крови самого Полуночного, тут же вновь сорвавшегося в сторону. Капсулы не только мешали ему выискивать врага, но и помогали скрываться от него самому. И это играет свою роль, когда у нового замеченного противника Дилюк выскакивает почти перед самым носом, засаживая по голове прикладом «Когтя» и добавляя контрольный по затылку гардой клеймора. Только-только восстановившийся щит пищит о новом поподании, вынуждая прикрыться лезвием от другого выстрела и обратить внимание на… Выход, к которому под прикрытием чужого огня пытался пробраться тот самый последний из обслуживающих оборудование типов. Огрызнувшись в охрану остатком заряда шокера, Дилюк, петляя, рванул следом. Хоть кого-то здесь нужно допросить! Вот только настигнувшего его правосудия тип явно испугался слишком сильно, сначала тонко по-девичьи вскрикнув, а потом и вовсе рухнув навзничь. Что ж, по-крайней мере, не сбежит. Неожиданный выстрел сбоку сносит те крохи щита, что только успели накопиться, задевая руку, и заставляя болезненно вскрикнуть, но на последнего охранника Дилюк, не стесняясь, неожиданно выбрасывает рассеянный сгусток пламени из импланта. Внезапный жар и пламя заставляют того шарахнуться и потратить два заряда в пустую, целя в марево, из которого Полуночный уже отскочил в сторону, чтобы взять перезаряжающегося противника подсечкой и отправить в нокаут ударом плоской стороны меча. — Сссволочь, — мрачно шикнув от замеченной на плече крови, Дилюк тряхнул головой и потянулся к карманам. Бандаж он с собой взял… А главную мед.помощь получит уже дома от Аделинды. Не зря же закачал в нее модуль медика… Плечо на скорую руку обматывается бинтом, пока кровь на замарала и не оставила следов, которых тут быть не должно. После этого в холодном подвальном помещении наконец воцаряется тишина, оборванная лишь осторожным голосом Моны. — Полуночник? — Я здесь… — морщась, откликнулся Дилюк, кое-как, одной левой завязывая узел. — Сейчас всех этих уродов повяжу… И получишь целый пакет чего душе угодно. Гх… Убрав оружие и отключив пиро-модуль, он на выдохе оценивает обстановку вокруг. Если бы вышел сюда с той же экипировкой, что была в первый раз — он бы уже был трупом. Достав стяжки, Рагнвиндр подступает к отключенным, не удержавшись от соблазна пнуть того урода, который умудрился его ранить… Жаль только, от боли он даже не пискнул. В любом случае, жизнь его теперь вряд ли будет сахаром. Не после всего этого, очевидно, подпольного и, безусловно, мутного мероприятия. Повязав его и после потратив еще какое-то время, чтобы стащить и повязать всех остальных еще не успевших прийти в себя людей, Дилюк делает фото каждого и еще один общий план. — Твои любимые бумажки, — документация нашлась возле одного из рабочих столов. Ничто вне легальной сферы не будут хранить в цифре. Зато бумажные носители из-за их редкости в повседневной жизни — ой какие хорошие доказательства. Их фотографии, не особо желая пока вчитываться, Рагнвиндр отправляет Мегистус, после чего оглядывается на одну из капсул. Как бы ее открыть? Ответом становится более менее выделяющаяся ручка с краю капсулы, похоже не примеченная им самим в хаосе ранее. Набрав воздуху в легкие, Дилюк берется за нее и проворачивает, после дергая на себя дверцу-крышку. В лицо тут же ударил поток холодного воздуха, от которого даже на маске и краю плаща пошел иней. И сразу после того маску приходится придержать. То что открылось ему… Уже вряд ли могло быть живым. Однако, датчики мерно отмеряли пульс, по трубкам отмечался ток крови и чего-то малопонятного, оттого лишь более омерзительного. Ну а как иначе описать обрубок обвязанного проводами и трубками человеческого тела, лишенный конечностей вместе с целостностью брюшины, вывернутой наружу?! — Этого тебе хватит? — хрипло откликается Полуночный, отсылая фото по коммуникатору Моне, прежде чем с шумом закрыть капсулу. Ох, хорошо, что он не успел сегодня поужинать, а обед засел достаточно глубоко, чтобы не поддаться на провокацию. — Более чем, — неожиданно вполне спокойно отозвалась журналистка. — Это уже подходит под ограничение свободы перемещения и нарушение свободы неприкосновенности тела. — Нахрена вообще им… Вот такое? — морщится Дилюк, оглядываясь на рабочий стол одного из работников местного персонала. Даже если мельком где-то поначалу ощущалась жалость к кому-то, вроде того хлопнувшегося в обморок невротика, то сейчас — как отрезало. — Я смогу ответить точно, только когда изучу документы, — отозвалась немного отстраненно Мегистус. — Возможно, они очищали и восстанавливали органы для приведения их в более «товарный» вид. Возможно — перегоняли что-то через тела. Или использовали как подопытных свинок. Но, наверное, не мне тебе объяснять, что могут сделать с человеческим телом всякие психи… На миг замерев и покосившись на холодильник, Дилюк глухо выдавил: — Знаешь, когда тебя режут, как-то не до того, зачем это делают… — присев на чужой рабочий стол, он уставился на количество капсул, от которых стало тошно. Еще хуже стало от понимания, что для Мегистус такая картинка не нова. А значит, подобного или околого того в одном только Мондштадте с лихвой… — Что делать будем с работниками? Оставить их так до наводки Фавониусу? — Так будет лучше всего, — незамедлительно последовал ответ. — Варка не позволит себе стать злодеем в скандале. Когда я подниму шум, у него не будет другого выбора, кроме как загрести их. — Ты сама под раздачу не попадешь? — Рагнвиндр подступает, проверяя еще раз и дополнительно закрепляя меж собой вырубленные тела, чтобы не расползлись и не освободились до прихода служителей правопорядка. — У меня много хороших знакомых, — выдохнула, кажется, даже немного устало Мона. Будто сама разгребала этот бардак. — Выбирайся от туда. Это не похоже на небольшой кружок по интересам. Они могут прислать подкрепление. — С удовольствием, — буркнул Рагнвиндр, двинувшись к выходу из этого чудовищного людского мясокомбината. Кошмары будут веселые… Однако, мысли об этом отходят на задний план, когда из-за открывшейся двери в лицо утыкается дробовик того, самого первого охранника, похоже, пришедшего в себя и умудрившегося как-то освободиться. Выстрел… Впрочем не оглашается ни писком перегруженного щита, ни болью от дроби, однако окропляет маску Полуночного кровью. С небольшим запозданием тело падает на землю, открывая взгляду… — Хм… Из десяти, я бы поставил пять. Исключительно за глупую смерть в конце, — раздается до боли знакомый голос, а взгляд быстро цепляется за фигуру капитана Ордо Фавониус и младшего брата Сокола Запада в одном лице. Замерев на пороге истуканом от неожиданности и шока, Дилюк уставился на него, словно на максимально к этому месту не подходящее украшение. Как если бы среди холодильников с полутрупами оказалась на пьедестале ваза додекарабиановской эпохи: сюр, бред и здесь этого быть не должно! Но спустя пару мгновений сквозь толщу шока пробилось осознание, что ему ни в коем случае нельзя сейчас раскрыть себя. И это заставляет выдавить хриплое: — …Капитан Рагнвиндр… А я как раз хотел позвать Ордо Фавониус, — собственный, и без того искаженный модулятором, голос стал совсем хриплым и низким. — Как хорошо, что наши планы сходятся, — усмехнулся Кэйа так ненапряжно, словно они просто столкнулись в каком-то баре. — Мона с тобой на связи? — Ты… — прошипела девушка в наушнике. — Он знал об этом! — Это твой «источник»?! — поперхнулся воздухом Дилюк, чувствуя, как набирает обороты сюрреализм происходящего. — То, что он — брат Западного Ветра и сотрудник Южного, доверия бы тебе не добавило. — признала на выдохе Мона. — Но он никогда не подставлял меня. Гх, до сегодняшнего дня! В это же время капитан Ордо Фавониус выразительно вытянул руку. — Позволишь нам на пару слов? Мрачнея, Дилюк снимает коммуникатор, пихает в чужую руку и проходит мимо, чтобы перевести дух. Сюрприз удался, братец, но крайне неприятный! Такая реакция… Он явно должен был знать обо всем, что творится внизу. Но молчал? Даже более того — бездействовал?! Если бы это был просто какой-то другой подчиненный Варки, все было бы понятно. Но это же Кэйа, черт возьми! Чего еще он о собственном брате не знает?! — Добрый… — приторно сладко начал было Кэйа, но тут же поморщился и отнял коммуникатор от уха на пару секунд. Потом чуть помедлил и осторожно поднес вновь. — М? Все? Замечательно. А теперь я напомню, что от этой «подставы» в выигрыше останемся мы все. Подумай сама: вам — громкое дело, мне — повод открыть это дело. Что скажешь? В разговоре же взгляд единственного открытого глаза касается Полуночного. Ненормально холодный, прямо как в тот день, на выходе из штаба Ордо Фавониус, после первой пробившейся правды. Сдержавшись от слишком уж привычного жеста скрещенных на груди рук, Дилюк обводит взглядом всю фигуру брата. Хорошо, конечно, что он вообще вышел из больницы, и даже, похоже, лицо сохранил — на носу все еще виднелся небольшой фиксатор, а на скуле пластырь, — но… Неприятно легко это оттенилось такими откровениями. Ощущение, что перед ним стоял совсем незнакомый человек, лишь лицом напоминающий младшего братца. И незнакомец ощущался очень спорной, не сказать, опасной фигурой. Убил человека даже не помедлив. Говорил о содержимом подвала, как о складе контрабандного вина, а не десятках погубленных жизней. — Что мешало открыть его раньше? — все же вмешивается Рагнвиндр в диалог. — Закон, конечно, — хмыкнул Кэйа подкинув ему коммуникатор. — Агенты Ордо Фавониус — гарант свободы. У них нет права врываться на чужую собственность без веских на то оснований. Если только они не преследуют преступника, вздумавшего нанести ей ущерб… Поймав устройство левой, Дилюк не отрывает взгляда от него. — Как тогда ты сам узнал об этом дерьме? — справедливый вопрос напросился сам собой. — Скажу так — у меня много хороших знакомых, — хмыкнул Кэйа и даже слабо улыбнулся. — И я очень надеюсь, что ты станешь одним из них. — Признался, что использовал нас и рассчитываешь на дружбу? — пробормотал Дилюк, одевая коммуникатор, но не сводя взгляда с него. Конечно, это хорошо, что Кэйа все-таки откроет дело по дерьму внизу. Но его методы добавляли новые баллы к пропасти между ним сейчас и каких-то несколько месяцев назад. Дело ли в том, что Варка выдернул брата на службе из отцовских воздушных замков или в том, что Кэйа изначально с детства был знаком с таким миром?.. Ни один из вариантов не прояснял ситуацию... — Почему бы и нет? — развел руками капитан Рагнвиндр, подступая ближе. — И я бы назвал это «взаимовыгодным сотрудничеством», нежели использованием. Ты должен понимать, что и для меня работа с вами — огромный риск. — И в чем твоя выгода? — Дилюк не отступает, мимолетом замечая и иное: даже манера поведения и движений несколько отличалась. Более… Развязанная, что ли? Но только внешне… — Я решаю проблемы, до которых не могу дотянуться, разрываю основания Ветров, — заявил Кэйа, не сокращая дистанции вновь, но явно отмечая стремление держаться подальше. — Пусть я и рос с ними, мое сердце принадлежит низам. Мы с тобой на одной стороне. Брови сами собой сдвигаются к переносице. Врет, чтобы завоевать доверие «Полуночного» или...? Ну, положим, про Варку — понятно. Про сесилию в вине он вряд ли знает, если вообще к производству никак не притрагивается, но мог тоже что-то подозревать. Но что с Двалином? С той частью наследия отца, которая все еще служит людям? Это все тоже на «разрыв оснований» пойдет? Пусть все слова младшего и звучали в какой-то степени разумно, но, если отбросить себя как «Дилюка Рагнвиндра», вставая в полную роль «Полуночного», то вслух он зацепляется за другое: — Значит, твой «братец» все же отстранил тебя от наследства, а не ты сам? — рука упирается в бок. — Как один из Соколов, ты бы точно дотянулся куда надо. — Но с тем и завел бы себя в угол связав по рукам и ногам, — отметил Кэйа, как-то аккуратно отводя тему от их братских отношений. — Это каким же образом? Ответ он на самом деле знал, испытав на своей шкуре. Но за эту ночь уже успел кристально ясно оценить разницу между своей жизнью и легендой альтер-эго. И если он не представлял, какова жизнь бывшего смертника, навидавшегося дерьма, то и бывший смертник точно не знает, что это такое, даже в статусе Ветра разворачивать рельсы уже давно работающей системы. Натужно, со скрипом, под тысячей взглядов. И даже так, Соколу Запада пришлось надеть маску. — Давай, я просто скажу, что предпочитаю прятаться в тени больших людей, а не грозить им пальцем, — посмеялся капитан Рагнвиндр. — А ты все еще слишком напряжен, незнакомец в маске. Неужели я тебя пугаю? — Я не доверяю Ветрам. И уже второй раз, как Мона связывается с Ордо Фавониус, мы натыкаемся на какое-то дерьмо. Неприятное совпадение, — хмыкнул вслух Дилюк, впрочем, не спеша уходить из-за зарождающегося любопытства. Что еще Кэйа разболтает, не зная лица за этой маской?.. — А мне она упоминала, что ты сам полез в пекло… — хмыкнул Кэйа, качнув головой. — Почему-то, взглянув на твой выход сегодня, я очень сомневаюсь в ее попытке меня обмануть. — И с какого момента ты наблюдал? — чуть склонил голову вбок Полуночный. Не с самого же начала? Это что, все было не только его многоходовочкой для открытия дела по лаборатории, но еще и проверочным тестом?! — С того, как получил доступ к камерам, — без малейшего стеснения усмехнулся младший. — А это примерно за пять минут до начала… — Ну ты мудааак… — не без доли восхищения уровню цинизма выдохнул Дилюк. — Как грубо, — поморщился, впрочем, не особо обиженно Кэйа. — Другой бы на моем месте еще в морду дал. Я еще ласковый, — хмыкнул Рагнвиндр. — И что теперь будешь делать? У тебя внизу десяток уродов буквально на блюдце. — Вызову подкрепление и спою им сладкую песенку о том, как я ловил одну подозрительную личность, — отозвался капитан, оглядываясь на тело. — И о том, как таинственный незнакомец в маске привел меня к своей работе, а потом скрылся, оказав сопротивление. Хм, твой удар вполне может пойти на пользу. Только не по лицу — его только недавно собрали как надо. «Что-то частенько ты вынуждаешь бить себя…» — отмечает мрачновато про себя Дилюк на выдохе, прежде чем без лишних слов сделать подсечку, сбивая младшего с ног и пиная после по руке, как если бы обезоруживал противника перед бегством. — Труп на меня вешать не смей, — добавляет он, отступая на пару шагов. — Мх… По пуле в любом случае определят мой пистолет… — отозвался приподнявшийся побледневший Кэйа, немного ненормально помедлив и покачнувшись. — Зови их, — на долю напряженнее, чем стоило бы, потребовал Дилюк, прежде чем рвануть на выход из здания. Уже отлетая на планере между зданий подальше и приземляясь на одной из крыш, он замечает яркие фиолетово-желтые огни мигалок Ордо Фавониус, что достаточно оперативно прибыли на зов младшего. И все равно, на душе осталась та еще тяжесть…