Устремлённые в небо

Она была балериной. Пока скорее по призванию, чем по факту, по крайней мере. Бесс рассказала, что пропустила год после выпуска из школы и как раз этим летом должна была поступать в национальную балетную академию, но сломала ногу. - Вот так и рушатся мечты, Чемпион,- она похлопала меня по спине,- Теперь, похоже, не скоро затанцую. Хотя, насколько я понял, профессиональный балет был скорее ее минутным увлечением (хоть такие понятия, по-моему, не могут даже стоять рядом), Бесс была отлично сложена для классического танца. Не очень высокая, тонкая и лёгкая, как маленькая фарфоровая фигурка, с длинными изящными ногами и осанкой, достойной сцены. Я легко мог представить её в пачке, танцующей на пальцах, но поражался тому, как смиренно и весело она говорила о своей, даже не несбыточной, но отложенной мечте. - Я обожаю танцевать! - восторженно заявила Бесс, когда я второй раз появился на её пороге,- А чем ты занимаешься? Я счёл род своей деятельности скучным для рассказа и промямлил что-то невнятное. - Нет, это абсолютно неприемлемо! - восклицала она,- Ни за что не поверю, что ты такой заурядный. Я заходил к ней каждый день на протяжении целой недели. Иногда я задумываюсь о том, кто из нас был больше нужен другому. Да, не скрою, я получал огромное удовольствие от возможности только видеть и слушать Бесс. Но ведь и ей нужен был зритель. Она восторженно реагировала почти на всё. Когда я принес ей мороженое, она завизжала и почти запрыгала на здоровой ножке, так что я даже подхватил её за талию, из беспокойства. Мы разложили весь огромный брикет по белым чашечкам и Бесс приказала мне отвернуться. - Я спрятала в каждой порции по ягоде,- изрекла она, когда мне было разрешено повернуться,- Кому попадется клубника, тот победил! - Нам что, нужно съесть всё мороженое для этого? - не понял я. - Ну конечно, Чемпион! Я люблю мороженое. Но я ведь принес несколько килограммов... - Почему у тебя на ноге был пакет? Этот вопрос мучил меня давно, так что я задал его почти при первой возможности. Тогда Бесс впервые вывела меня на свой балкон, и я почувствовал себя Ромео, который тоже был одержим балконом Джульетты. - Какой пакет? - не поняла Бесс. - Когда была гроза. Ты стояла тут, помнишь? Бесс посмотрела на меня, как на умалишённого и прыснула со смеху. Правда почему, я так и не понял - закончив, она сразу рассказала мне, что гипс мочить нельзя, потому от дождя у нее была защита. Мы тогда долго сидели с ней там, провожая закат. Бесс всё время шутила на совсем разные темы, и у меня было ощущение, что я знаю её уже очень давно, хотя на самом деле мне о ней мало что было известно. Когда солнце исчезло вдали, за крышами домов, и небо окрасилось шлейфом ярких оранжевых красок, Бесс вдруг притихла, и я не стал нарушать её мыслей, погружаясь в свои. - Ты знаешь, Чемпион, за эти три недели... Я уже и забыла какой этот мир большой и просторный,- с Бесс снова случилось одно из ее волшебных состояний, так что я наблюдал за ней, затаив дыхание,- Вот смотрю я как по небу плывут облака, чувствую дыхание ветра и мне кажется, что всё это так далеко, но так близко одновременно! Как будто, стоит мне захотеть, как облака унесут меня далеко-далеко, на Северный полюс, может - а там всё такое бескрайнее и бесконечное, представляешь? Бесс говорила, что жить не может без приключений, и я подумал что, наверное, ей ужасно мучительно такое вынужденное заключение. Она подтвердила мои догадки. - Невыносимо мучительно! Но есть ведь и хорошие моменты, и я учусь быть счастливой и так. В тот день я пришел от Бесс вдохновлённый и немного опечаленный. Не понимая, что с этим делать, я решил рассказать о моем новом знакомстве бабушке. Абуэлита дождалась меня и за поздним ужином мы уплетали божественные чуррос и забывались в беседе. - Она милая девчонка, но бедовая,- делилась впечатлениями бабушка,- Приехала сюда ещё совсем маленькой, помню. Весь двор на ушах стоял! Жалко, что так с ногой у нее получилось. Она бы смогла танцевать. Я удивился - неужели бабушка видела, как Бесс танцует. Но она только плечами пожала, мол, люди говорят. - Это тетки её квартира,- пояснила бабушка, с видом знатока,- У них там в семье раздор какой-то, не знаю. Может потому дома вечно и нет никого. От этой мысли мне стало ещё больше жаль Бесс, но она была явно не из тех, кто позволяет себя жалеть. В одну из следующих встреч с ней я в этом убедился. - Ещё раз припрёшься с таким кислым лицом, я тебе твой торт по лицу размажу, Чемпион, понял? Не смотри на меня так! А вообще я зря обсудил Бесс с бабушкой. Теперь каждый раз, когда я решался навестить соседку, абуэлита глумилась надо мной и подшучивала. - Передай Бесс привет! - Ты помашешь мне с балкона? - Может уже пропишешься там? Однажды бабушка даже специально высунулась из моего окна, чтобы посмотреть на нас на балконе, но едва заметила женщину этажом ниже - ну ту, которая отменно готовит, помните? - сразу нахмурилась и звучно захлопнула окно. Тогда я подумал - вот ещё одна тайна этого двора, которую мне непременно предстоит раскрыть. Но вернёмся к Бесс - ведь я никогда не устану возвращаться к ней снова и снова. Как только я привыкал к каким-то из её причуд, она умудрялась удивлять меня новыми. Например, когда я пришел к ней третий раз, простой звонок в её дверь заставил меня довольно сильно понервничать. Я не знал, ждала ли она кого-то - может, это её тетя, а может и вовсе молодой человек, который явно не обрадуется моему присутствию. Бесс открыла дверь и радостно обняла невысокого темноволосого испанца, немногим старше меня. - Выглядишь отлично! - быстро пролепетал он, протягивая Бесс тубус черного цвета,- Нет-нет, остаться никак не могу, но обязательно скоро заскочу, как всегда, ты же знаешь. Испанец скрылся, а я спросил - что это за Белый Кролик Льюиса Кэрролла? Бесс ничего мне не ответила, она была очень серьёзной, и перекинув ремешок тубуса через ручку костыля, решительно направилась в зал. Она открутила крышку и изъяла, словно карту сокровищ из бутылки, плотный резиновый коврик, свёрнутый в трубочку. Бесс разложила его на столе и тогда я увидел большую красочную картину из, пожалуй, больше чем полторы тысячи пазлов. - Красота,- прокомментировал я. - Красотища,- восхищённо подхватила Бесс. И, не успел я вскрикнуть или схватиться за голову, Бесс погрузила пальцы в пазлы и стала с наслаждением их разбирать. Она делала это искусно, как будто с какой-то яростью. Я замер в одном положении и не двигался, пока Бесс не разобрала картинку полностью и не перемешала элементы несколько раз. - Эх. И всё-таки очень быстро,- вздохнула она. Я всё-таки подумал, может теперь с тем же упоением Бесс станет собирать пазлы, но нет, на этом перформанс закончился: она смахнула с рук невидимые пылинки и устремилась на кухню за вкусненьким. Со временем я понял, что это её хобби. Когда Бесс стала доверять мне настолько, что оставляла дверь открытой, если знала, что я приду, я мог застать её сосредоточенной за разбором пазлов - в эти разы она делала всё осторожно и медленно. - Мигель обожает собирать пазлы. Он даже состоит в каком-то там клубе любителей прочей ерунды - у них даже соревнования на скорость и всё такое,- рассказала мне Бесс,- Ему нужно меняться с парнями из клуба, так что он приносит собранные пазлы мне - а я учтиво разбираю его картинки и получаю свой кайф. Я спросил, от чего именно она ловит кайф в этом процессе, и тогда Бесс ответила: - Не знаю, Чемпион, мне кажется ты это так не поймёшь. Вот всем нравится собирать картинку, а мне нравится разбирать. И не потому что это чей-то труд или мне хочется всё делать не по правилам. Просто я люблю разбирать пазлы и всё. И хотя в ней как будто не было ничего такого, что обычно цепляло меня в девчонках, да и она ещё как-то совсем по-детски смотрела на мир, я стал ловить себя на том, что думаю о Бесс почти всё время, когда не нахожусь рядом с ней непосредственно. Так или иначе, мой живой интерес перекрыл во мне все мысли о моем расставании, обо всех ближайших и дальнейших планах и о моем списке литературы на лето я вообще вспоминал в последнюю очередь. В чем заключался секрет Бесс и суждено ли было мне когда-нибудь его постигнуть? На счёт этого у нее, конечно, тоже имелось мнение.