Help im alive

      Солнце светило сквозь занавески, руки и ноги еле шевелились. Сколько время? Где будильник? Тони быстро вскочила с кровати и посмотрела на часы, висевшие прямо напротив кровати. Двенадцать дня. Она проспала, а что ещё хуже, так это то, что Шерил пропустила утренний приём таблеток. Девушка быстро умылась и переоделась в обычные спортивные, серые штаны и фиолетовый свитер. Через десять минут она уже стучала в комнату Шерил, надеясь, что девушке не стало хуже. Тони провела рукой по своим розовым прядям, когда вошла в комнату. Шерил сидела на краю кровати, её волосы были мокрыми, в руках девушки была кисть, которой она делала аккуратные мазки на мольберте. Должно быть Шерил уже сходила в душ. Тони улыбнулась. Значит всё-таки Шерил смогла взять кисть в руку. Взгляд рыжеволосой был осмысленный, когда она смотрела на полотно, где оставляла розовые мазки. Тони впервые видела Шерил, которая сосредоточена на чём-то. Она уже забыла зачем шла, пока смотрела на девушку, которая так и не повернула голову в её сторону. –Доброе утро. — Тони неуверенно облокотилась на дверной проём. Её глаза упали на комод, где аккуратно лежал её телефон. Скорее всего она забыла его здесь, но не помнит, чтобы ложила его на комод. — Я оставила свой телефон у тебя, и мой будильник не сработал. Точнее сработал, только у тебя в комнате… Извини, он наверное разбудил тебя. Тони говорила быстро. Шерил и так выглядит, будто не спит сутками, а теперь будильник на телефоне Тони её разбудил в такую рань. Но признаться честно, Шерил сегодня выглядела бодрее, чем обычно. Она рисовала, её руки не тряслись, как вчера и позавчера. Шерил не повела и глазом, продолжила рисовать. Её не разбудил будильник, она встала ещё до того, как он позвонил. После она сходила в душ, ведь чувствовала себя более менее хорошо. Но скоро ей придётся пить таблетки и всё вернётся на круги своя, поэтому она решила не терять времени и сесть рисовать, ведь Тони вроде как нравится. Рисование было её отдушиной ещё со времен младшей школы. Никто не обращал внимания на увлечение девушки, кроме брата. Он всегда хвалил Шерил и иногда советовал, как будет лучше нарисовать, чтобы подчеркнуть ту или иную деталь. Шерил рисовала, когда ей было хорошо, когда было плохо. Мама ругала её, а она садилась за мольберт и рисовала часами, перерисовывая одну и ту же линию по двести раз. И сегодня она рисовала потому что чувствовала прилив сил. Шерил не приняла таблетки утром, потому что Тони проспала, но она не винила её. Благодаря забытому телефону у девушки вновь начали появляться силы. — Ты рисуешь? — Тони медленно подошла ближе, лишь бы не спугнуть девушку. Казалось один неверный шаг и Шерил испарится. Рыжеволосая по прежнему орудовала кисточкой. Её кисть с лёгкостью оставляла мазки на холсте. Рука двигалась совсем невесомо, словно не задевая мольберт. Тони стояла так несколько минут, как завороженная. Шерил показала ей что-то удивительное, а точнее позволила на это посмотреть. Мулатка чувствовала, будто наблюдает за чем-то очень секретным и никому не доступным. — Извини, я совсем забыла про таблетки, — Тони неловко прокашлялась. — Я сейчас схожу за ними. В следующую секунду мольберт полетел на пол вместе с красками. В комнате послышался сильный грохот. По полу катились различные баночки с красками, оставляя после себя пятна. Тони отскочила назад, смотря на то, как Шерил, сидя на краю кровати тяжело дышит. Её губы были накрепко прижаты друг к другу, а руки сжимали кисть в чёрной краске. На бледных запястьях тоже были чёрные пятна. Что Тони сделала не так? Почему Шерил разозлилась? Может она была недовольна тем, что мулатка смотрела на то, как она рисует? Тони перебирала в голове множество вариантов с большой скоростью. Но её мысли остановились на одной догадке. Таблетки. Шерил, вероятно, не понравилось их упоминание. Но если без них рыжеволосая становится более агрессивной, то их отмена — прямой путь любого человека её окружения в больницу. — Я сделала что-то не так? — Тони проследила за тем, как девушка легла на кровать и укрылась одеялом. Рыжие волосы словно горели огнём.– Это из-за таблеток? Шерил и глазом не повела. Она излучала полное безразличие ко всему и Тони себя в этом винила. Ещё минуту назад, рыжеволосая рисовала с воодушевлением, а теперь лежит, как в первую их встречу. — Тебе плохо от них? — Мулатка знала, что от антипсихотиков сильные побочные эффекты, но если они доходили до того, что человек не может пошевелиться — это были неправильные лекарства. Таблетки должны облегчать душевные переживание девушки, а не делать из неё неподвижную куклу, какой и являлась Шерил. Рыжеволосая еле заметно кивнула головой. Её глаза смотрели в потолок, а руки нервно перебирали одеяло. Тони задумчиво опустила взгляд, а после села на табуретку, возле кровати. Она не боялась подходить к Шерил близко, ведь та не причинила ей никакого вреда. — Ты знаешь что это за таблетки? — Тони было бы легче понять, в чём проблема, если бы на её столе вместо органайзера с таблетками лежал пузырёк с названием. Она всё же немного разбиралась в таблетках и их показаниях к применению. Шерил промолчала, тяжело вздохнув. Тони было безумно жаль девушку, ей хотелось крепко обнять её и сказать, что всё будет хорошо, но Тони не могла ничего обещать. Шерил была полна противоречий, мулатка поняла это, когда девушка опрокинула мольберт, показывая свой характер так, как могла. Сейчас же она лежала на кровати, будто можно подойти к ней и делать всё, что душе угодно, но если подойдёшь — тебя откинет на метров десять. Да и Тони не хотелось делать с Шерил что-то, лишь обнять, коснуться рыжих волос, будто это всё, чего она хотела. Мулатка любила всё запретное, она никогда не была правильной, просто приструняла в себе интерес ко всему плохому и запрещённому. Например, как-то раз Тони попробовала секс с девушкой, когда сбежала с ужина со своим предполагаемым женихом и ей понравилось, женское тело было слишком прекрасно, чтобы не отдавать предпочтению девушкам. Признаться честно, Тони привлекало всё, что было под запретом. Теперь этим запретом стала прекрасная девушка, лежавшая уже минут пять неподвижно. — Чёрт, — Девушка почесала лоб, пытаясь что нибудь придумать. — Может ты знаешь где они хранятся? Тони уже было отчаялась, когда спящая красавица поднялась с места и последовала к выходу из комнаты. Мулатка встала следом и направилась за девушкой. Шерил шла неуверенно, а спускаясь по лестнице, держалась за перила. Тони шла следом, готовясь поймать девушку, если та вдруг отступится. Честно признаться, мулатка была удивлена тому, что Шерил вообще вышла из своей комнаты. Значит она может спокойно передвигаться по дому, просто не хочет. Девушки вошли на кухню и Тони осмотрелась. Грейс и Дворецкий сейчас были бы здесь ни к месту. На кухне никого не оказалось и девушки выдохнули. — Значит где-то здесь? — Мулатка посмотрела на Шерил, которая стояла в дверях, облокотившись на проём. Камин был не затоплен поэтому было довольно холодно. Тони была в тапочках, а Шерил стояла босиком, казалось её это устраивало, но мулатке совсем не нужна была и без того больная рыжеволосая. Именно поэтому она сняла тапки и поставила их перед Шерил. Это были исключительно рабочие обязанности. Хотя кому она врёт? В её рабочие обязанности не входит искать таблетки вместе с Шерил. Смотреть на голые ступни девушки было слишком холодно. Тони осталась в носках. — Надень их, хорошо? Тут холодно, камин не затоплен. Но Шерил переступила через тапочки и вновь застыла. Казалось, что ей ни к чему эта забота. Заботиться о ней должны были раньше, может сейчас всё было бы иначе. Тони лишь пожала плечами, мол, нет так нет, но тапки назад не надела. — Тут ничего… — Девушка обыскивала уже второй по счёту шкаф, но ничего, кроме посуды не нашла. Но удача сегодня была явно на стороне Тони, поэтому через пять минут в её руках лежал пузырёк с точно такими же таблетками, которые принимает Шерил. — Твою мать… — Тони не верила своим глазам. Эти таблетки она узнает из тысячи — одни из сильнейших антипсихотиков. Их принимают только люди с повышенной агрессией и сильнейшими диагнозами. Обычный человек от них сошёл бы с ума. Тони не думает, что диагноз Шерил настолько серьёзный, чтобы давать ей эти препараты. — Шерил, тебе выписали эти таблетки в больнице? Тони не знала, какой ответ для неё был страшнее. Если Шерил кивнет, то её диагноз один из сильнейших и она представляет сильнейшую опасность для общества. Тогда почему она ещё не лежит в больнице? Но Шерил один раз мотнула головой, всё с таким же стеклянным взглядом. Тони теперь окончательно запуталась. Зачем Пенелопа даёт эти таблетки своей дочери без рекомендации врача? Девушка не отбрасывала того варианта, что женщине это выгодно. Так же был вариант, что Шерил просто не помнит. Но все признаки указывали на то, что девушке эти таблетки не подходят. Позже она проконсультируется со знакомым психиатром, а пока девушка поставила таблетки на место. Сегодня она не будет давать Шерил эти таблетки. С одной стороны, кто она такая, чтобы решать, что девушке принимать, а что нет? С другой стороны Тони подвернулся шанс сделать Шерил счастливее, чем она является сейчас. Единственное, что Тони теряет — работу и будущее. Но она всегда может стать официанткой, или ещё кем нибудь. А вот Шерил так и будет до конца своих дней лежать прикованной к кровати. — Пойдём на верх, нам пора обедать. Но Шерил не сдвинулась с места, когда Тони собралась на выход из кухни. Что не так? Девушка насторожилась, когда рыжеволосая подошла к холодильнику и встала рядом. — Ты хочешь поесть здесь? — Удивительно, ещё день назад Тони мечтала о том, чтобы посидеть здесь с Шерил, а теперь девушка предлагает это сама. Пока Шерил сидела за столом и смотрела сквозь окно, Тони делала сэндвичи и накладывала салат. Чайник уже давно кипел и Тони повернулась, чтобы выключить надоедливый свист. Когда она развернулась назад, то замерла от восторга: Шерил стояла в её тапочках с кроликами и топталась на месте. Это было так по домашнему. Шерил в тапочках напоминала ей ребёнка, который впервые почувствовал что-то мягкое и пушистое. Она ещё немного постояла, а потом села назад. — Я носила их ещё когда жила в общежитии. — Тони поставила две кружки чая на стол. — Там не было холодно, но ходить в кампусу приходилось в них. Знаю, они смешные, но удобные. Тебе они идут, правда. На новый год я подарю тебе такие же. Девушка поставила перед Шерил салат и тарелку с сэндвичами. После она сама села за стол, напротив рыжеволосой. Они ели в тишине, но она не была напряжённой, как два дня назад. Было комфортно даже не общаясь друг с другом. Шерил ела с таким аппетитом, чему Тони незаметно улыбалась. Но идиллию нарушила кружка, которую Шерил смахнула со стола. Горячий чай был пролит на стол, его капли стекали на пол. Тони сразу вспомнила о том, что Шерил пьёт лишь вишнёвую колу. Она сама виновата, что поставила на стол чай. Слава богу никто не обжёгся. Шерил продолжила есть как ни в чём не бывало. Тони вытерла стол и взяла из холодильника колу, открывая и ставя на стол с характерным звуком. — Не обязательно что-то опрокидывать, когда тебе это не нравится. — Девушка вернулась на своё место, наблюдая за Шерил, которая потянулась к вишнёвому напитку. После она поставила его на стол и подвинула к Тони. Если это что-то по типу извинений, то Тони её прощает. — Я не пью газировку, но спасибо. Шерил нахмурилась. Она взяла напиток в руку и теперь протянула его девушке. Неужели ей так хотелось чтобы Тони попробовала газировку? Мулатке было приятно, что Шерил с ней чем-то делиться, поэтому она всё же приняла бутылку и сделала несколько глотков. Рыжеволосая внимательно проследила за Тони, которая была готова покраснеть от такого пристального взгляда. — Неплохо. — Тони поставила бутылку на стол, но Шерил отодвинула бутылку подальше. — Серьёзно? Тони вздохнула и пошла за второй бутылкой напитка. Улыбка не сходила с лица девушки. Шерил не опрокинула напиток, как сделала это недавно, она немного подвинула его.