Приплыли

Через неделю после рождения Драко в поместье прибыл мужчина, который представился Антоном Долоховым. Я была рада русскому человеку в чужих краях, мало того, что я попала в Англию, так и в прошлой жизни с русскими не общалась довольно долго. Как же я оказывается по нашим людям соскучилась! Приехал-то он конечно не ко мне, а к Люциусу, поздравить с рождением сына, и предложил по нашей русской традиции обмыть пяточки, на что новоиспеченный отец ответил категорическим отказом. А мы с Долоховым столкнулись в коридоре, когда он уже собирался уходить. Принялся меня поздравлять, а я ему возьми и пожалуйся, мол, так и так, из поместья не выпускают, к сыну не пускают, за человека не считают в общем. Он пообещал рассказать об этом какому-то ″Тёмному Лорду″, ведь не дело это, мать к собственному ребёнку не пускать! –Это надо исправить, – и великодушно предложил отвести меня в ресторан и как следует отпраздновать. А я, недолго думая, возьми и согласись. Ну, а что собственно? Молока у меня не было, доктор посетовал, но сказал, что с этим ничего не может сделать, значит и беречь себя у меня больше повода не было. Хоть в город выберусь. А дальше... Нашла я собрата по наркоманской доле на свою голову. Говорила мне мама, не есть с ножа, но нюхать с ножа – это уже другой левел. Ю-ху, идём на повышение! –Блять, порох кончился, – Тоха потрясь склянкой над языком,– а я ещё не дошёл! –Можешь слизать у меня с ноздри, там ещё что-то осталось. –Спасибо, ты настоящий друг! Он навалился на меня, пытаясь языком дотянуться до моего носа, а так как разница в росте у нас была приличная, у него это совсем не получалось. Он водил языком по моему лицу в поисках носа, и не находил. Вот в такой позе: в обнимку, еле стоящие на ногах, один на другого – мы упали на пол в комнату, дверь в которую не выдержала нашей возни и решила открыться. –Ахахаха, Тоха, щеконто, и ты тяжёлый, слезь с меня! –Ща, подожди, я ещё не слизал остатки кокса, – с этими словами он наконец-то засунул язык в мой нос, с чувством прошёлся по нему, а потом изрёк, – Вот теперь всё! – Интересно, что же такого произошло, что благородная Нарцисса Малфой в таком непотребном состоянии валяется на полу в обнимку с моим подчинённым?– Молодой темноволосый мужчина вопросительно смотрел на нас. И только теперь я заметила, что комната, в которой мы оказались, уже была занята, и, судя по количеству людей, тут проводилось что-то вроде совещания. –Отмечаем рождение наследника! – Сзазу же отрапортовал Долохов, стараясь при этом выглядеть официально, но, стоя на четвереньках, постоянно падая на меня, сделать это было крайне сложно, а подняться у него пока не получалось, но он не оставлял попыток. –А вты кто?– Нашлась я, а потом не удержалась и заржала от комичности ситуации. –Леди Малфой после родов отшибло память?– Он посмотрел так серьёзно, что я расхохоталась ещё сильнее. Что поделать, ну не могу я нормально себя вести, когда на меня смотрят таким взглядом, сразу пробивает на смех. –И душу, и память, и манеры, – сквозь смех простонала я, а тут уже не выдержал и заржал Тоха, потому что последние три часа он лично мог лицезреть моё отсутствие манер. Один нож, вылетевший между сжатых пальцев, полетевший прямиком в официанта, когда я изображала росомаху, чего стоит! А это ещё далеко не всё! Была и погоня за голубями, и соревнование в их поимке. Правда у нас ничего не получалось, потому что, как только один был пойман, надо было освободить руки, чтобы поймать второго, но стоило только немного ослабить хватку, как птицы сразу улетали. После пары неудачных попыток мы оставили это занятие. Зато было решено устроить соревнование на лучший прыжок с моста. Судить мы запрягли какого-то деда, который стоял на этом самой мосту. Правда потом выяснилось, что он не просто так там стоял, но это мы поняли, только когда он сам сиганул с моста. Мы дружно его вылавливали, откачивали и накачивали же виски, в итоге всё закончилось поучительной беседой о любви к жизни и о том, что приключения можно найти на каждом шагу. Это мы и отправились доказывать отчаянному деду, которого звали Майк. По пути подрались с полицейскими, которые хотели нас арестовать за непотребный вид и распитие алкогольных напитков в общественном месте. Видок у нас и вправду был так себе: трое пьяных, мокрых и грызных людей, – потому что мои мечты о чистой речке разбились о суровую правду реальности – Темза была охренеть какая зрязная! После драки было решено отсидеться в каком-нибудь сухом и тёплом месте, дом Майка был неподалёку, поэтому мы отправились туда. Как оказалось Майку 56, он отставной военный, жена умерла пол года назад, ни детей, ни других родственников нет, вот он и решил, что его песенка спета, так что мы ещё выпили и с ещё большим напором стали убеждать его, что жизнь прекрасна и жить стоит. Во время нашего кутежа я всё больше осознавала, что, если бы меня призвали в тело жены Долохова и сказали бы притвориться Его* женой, я бы не раздумывая согласилась. Тоха был шебутной, дикий и такой...родной, что с ним хотелось отправиться хоть на край света, на сто процентов уверенной, что скучно точно не будет. Он был родной даже не потому что он русский, он был родной по духу. Как говориться с ним и в огонь, и в воду, вода уже была, значит дело за малым. Договорились на том, что будем раз в пару недель навещать Майка и постараемся найти, чем его занять. Потом вспомнили, что мы всё такие же мокрые, на что отставной вояка выдал нам сухую одежду: Долохову свою старую форму, которая сидела на Тохе, как влитая, а мне платье своей покойной супруги. Надо сказать, что это платье мне понравилось гораздо больше, чем то, что на меня пытались напялить в особняке, по крайней мере, в нём можно было пробежаться, не боясь случайно порвать, а ведь у того платья, в котором я пришла, ещё в ресторане был предусмотрительно разрезан подол, чтобы я в нём не запуталась. На этой тёплой ноте мы распрощались, вышли из дома и только тогда Тоха нас аппарировал обратно в поместье Малфоев, в котором мы ещё закинулись коксом, а потом уже оказались здесь. –Люциус,– брюнет вопросительно посмотрел на моего горе-фиктивного мужа,– не объяснишь? –Давайте позже,– слегка затравлено ответил блондин. –Хорошо, после обсуждения я жду твоих объяснений, а пока уведи их. –Да, милорд,– Малфой с силой поднял нас и поволок прочь из комнаты, зло прошипев мне на ухо,– Ты за это ещё ответишь! На что я только громче заржала: –Адьёс, амигос,– и отправила воздушный поцелуй и свою самую похабную улыбку оставшимся в комнате людям, на что получила несколько шокированных взглядов.