Комната под номером два

      У Вегаса сегодня правда-правда хорошее настроение. Он гонит по шумной трассе, ловко выруливает на нужную ему дорогу и петляет по ней, стремясь в назначенное место. Он торопится, но по пути все же заскакивает в суши бар и покупает вкусности.       В кармане вибрирует телефон и Вегас тепло улыбается пришедшему от Пита сообщению.       Несколько входящих звонков от отца он решает игнорировать.       Поставив беззвучный режим и продолжив путь, старается вытеснить из своей головы все мысли о нем, чтобы сохранить хорошее настроение.       Брат радостно выбегает ему навстречу и с интересом разглядывает то, что Вегас ему привез. Вегас треплет его по голове и улыбается — наверное, это второй человек, ради которого он готов свернуть горы или чужие шеи. Еще одно место занимает, конечно же, Пит.       — Ну наконец-то, Вегас! — громко здоровается Танкхун при виде него, и Вегас разглядывает его очередной вычурный пестрый наряд. С того, что отдаленно напоминает кофточку — сыплются перья, и телохранители, идущие за Танкхуном по пятам, шустро их подбирают, чтобы прицепить обратно.       Вегас притягивает Нонга к себе, обхватив его плечи, и передает ему пакет с едой.       К счастью, благодаря пусть и не совсем одобряемому Вегасом кузену — Танкхуну — его младший брат, кажется, даже не грустил. Он забавно липнет к Вегасу сейчас, показывая, что соскучился, и при виде его светящегося от счастья лица губы Вегаса трогает улыбка.       — У кого ты был эти несколько дней? — Макао стучит палочками по тарелке, выбирая, за какой ролл ему стоит приняться первым.       — Я обязательно вас познакомлю. — таинственно отвечает Вегас.       — Ну нет, Вегас, расскажи сейчас! — вклинивается в разговор Танкхун, подойдя к обеденному столу. — Мне тоже интересно! Кто приютил у себя такого… специфичного человека, как ты? — Танкхун подсаживается к ним и, оперев голову о руки, действительно думает, что Вегас ему все расскажет.       Вегас фыркает и отвлекается на телефон, когда от Пита приходит сообщение. Пит. 15:17 Обедаю :)       Может, он слишком долго пялится на фотографию Пита с палочками в руке и контейнером еды рядом, на его теплую улыбку — или губы самого Вегаса трогает еще более ласковая улыбка при взгляде на сообщение, но Танкхун определенно точно не собирается от него отставать. Он заглядывает Вегасу в телефон, и последний быстро тушит экран, даже немного собственнически — показывать кому-то сэлфи Пита с обеда, предназначенное только ему, он не хочет.       — Да ну! — из-за активного всплеска руками перья с костюма Танкхуна в очередной раз отрываются от костюма и взмывают в воздух. — Он красавчик.       — Эй. — Надломив брови, Вегас смотрит на кузена серьезно, и последний лишь смеется с вида его нахмуренного лица.       — Да брось, Вегас! Ты обязан нас познакомить.       — Точно! — Макао, не успев прожевать рис, вставляет свои пять копеек.       Вегас скрещивает руки на груди и, под пристальными взглядами сразу двух людей, все же задумывается об этой идее. Может быть, ему действительно стоит познакомить Пита с тусовщиком Танкхуном, с которым скучно не бывает никому и никогда, и с любимым братом тоже — косвенно Пит с ним уже был знаком, по его рассказам.       Эти пару дней он был у Пита — отец не появлялся на горизонте и не звонил — очевидно, это было затишье перед бурей: до его первой важной встречи или грядущего подписания контракта. И этот момент наступил: рассматривая несколько пропущенных от него вызовов, Вегас, сжимая в руке сигарету, очень много думает.       В глянцевой поверхности мотоцикла он видит свое отражение, и не мог поверить в то, что смотрящий на него Вегас — нынешний — впервые за столько лет предпринял попытки вырваться из отцовских оков. Сейчас он напуган и взволнован, так как неизвестность пугает его, а страх за любимых ему людей сковывает Вегасу руки и загоняет под кожу иглы нерешительности. Он вертит телефон в руке, по прежнему не зная, насколько отец зол сейчас, преодолев отмету восьми не отвеченных звонков. Отец. (8) пропущенных вызовов. Пит. Написать сообщение?       Вегас без раздумий делает свой выбор, его пальцы кружат над клавиатурой, и он, в своей манере волнующегося партнера, отправляет сообщение: Вегас. 15:46 Почему так поздно обедаешь? Пит. 15:48 Сегодня запара. Нет времени даже на то, чтобы покурить сходить… : ( Вегас. 15:49 И в эту запару ты первым делом отвечаешь мне, мм? Отлыниваешь от работы?) Пит. 15:53 Тебе я всегда найду время ответить. Хотя, если честно, я просто залез под стол, чтобы меня не доставали пьянчуги, требующие уже десятый стакан. Ладно бы просто стакан, но они просят меня с ними разговаривать! Из-за их пьяного бубнежа у меня уже болит голова.       Вегас выпрямляется, смахивает с сигареты стружки пепла и слегка хмурится. Вегас. 15:55 Все хорошо? Снова пристают пьяные уроды?       Он нервно обновляет чат, и сообщение от Пита не приходит какое-то время, что заставляет его поволноваться, но после экран светлеет, и Вегас немного успокаивается, глазами быстро пробежавшись по присланным буквам. Пит. 16:00 Все okey! Я просто устал… Пит. 16:00 Я хотел написать Okay!!! Не обращай внимание!!!       Посмеявшись с ошибки в простом английском слове, которую Пит совершил, одновременно с этим Вегас улыбается из-за разлившегося в груди тепла — Пит иногда перенимал его словечки, и то, как часто он делал ошибки и чувствовал себя неловко из-за этого после, было слишком милым. Вегас. 16:04 Скоро приеду. Скажи, чтобы подготовили вторую комнату для нас. Отец. (10) пропущенных вызовов.       Взъерошив свои волосы и потушив сигарету, Вегас мнется перед тем, как сесть на свой мотоцикл, но все же убирает телефон глубоко в карман и берет в руки шлем.       Вегас не знает, насколько хороша его спонтанная идея сопротивляться власти отца, он старается не думать о разрывающемся от звонков телефоне. Он клянется себе, что ему не будет больно, когда его сопротивление все же пересечет грань, и, возможно, домой его вернут силой. Сейчас думать об этом он не хочет — это случится потом, а пока что, с все еще приличной суммой денег в кошельке, Вегас может какое-то время побыть птицей, не запертой в клетке.       Вегас просто отключает свой мозг и едет по шумной трассе, в предвкушении того, что скоро лучезарная улыбка Пита прогонит мрачные тучи в его душе.

***

      Пит выглядит по настоящему уставшим, но при виде подошедшего Вегаса мрачная тень с исчезает с его лица и он подскакивает к стойке, встречая его доброй улыбкой. — Привет. — Вегас разглядывает его немного запыхавшееся лицо, а после его взгляд скользит по залу, и он насчитывает целую толпу пьяных людей, слившихся в танце, и в глазах даже пестрит из-за вида яркий кислотных коктейлей в руках людей.       — Привет. Как видишь, вечеринка. — поясняет Пит, ловкими руками взбалтывая шейкер.       — Вижу. — Вегас поворачивается к стойке, и взгляд его, как и обычно, привязывается к движениям рук Пита, отточенным до автоматизма. Рубашка плотно закатана до локтей, и сейчас отлично видно его худые руки с тонкими запястьями, с россыпью родинок ближе к ладоням, и парой пластырей на порезанных пальцах — эти пластыри Вегас наложил ему вчера. Пит всегда слишком неаккуратен и беспечен по отношению к самому себе, и бить стаканы, а после резаться об острые осколки, кажется, вошло для него в привычку.       Вегас переводит взгляд на лицо Пита, который, хоть и хочет поговорить с ним, но не может из-за очередного подошедшего не совсем трезвого клиента, который, кажется, заказывает сразу четыре коктейля. Он суетится, намешивает их для людей, глушивших такие стаканы залпом, и заказывающих еще сразу же после этого.       — Прости. — бросает Пит, когда место за стойкой пустует примерно минуту, что дает им немного времени поговорить. — Я же говорил, даже времени присесть нет. Еще и работаю тут за Порша, блин.       — А что с Поршем? — Вегас рассматривает глянцевое меню, отражающее разноцветный блеск софитов.       — Ну, эту вечеринку закатил его друг. Постоялец из первой комнаты. Они сейчас все вместе там, вроде как. — палец Вегаса, скользящий по гладкому меню, замирает. Он заинтересовывается из-за услышанного, и хочет узнать у Пита побольше, но последнего снова зовут, и Вегас не успевает проронить ни слова.       Пока Пит обслуживает гостей, Вегас, обернувшись через плечо, задумчиво рассматривает позолоченную табличку с цифрой «1»       Постоялец из первой комнаты, значит? Он часто думал о том, кто ее занимал, ведь тогда, когда Вегас впервые пришел в этот бар, самая лучшая и статусная комната уже была ему недоступна: тогда он, недовольный, погрызся с работником, так как вариант быть вторым даже в баре — его не устраивал. Но все-таки смирился и быстро про это забыл, закрепив вторую комнату за собой для почти ежедневных марафонов по выпивке после тяжелых рабочих дней.       Впрочем, сейчас, подумав об этом лишние пару минут, Вегас понимает, что ему больше все равно, нежели чем интересно. Какая разница, кто занимает эту комнату — и кто первый? Сейчас это не так важно для него, гораздо важнее то — что благодаря своему нахождению во второй комнате, и вообще — благодаря этому бару — он познакомился с Питом. Если бы не его регулярное желание напиться до беспамятства, возможно, они и не пересеклись бы никогда, ибо точек их соприкосновения просто не существовало, кроме бара Йок.       Возможно, Вегас думает об этом слишком долго, и на его лице блуждает непроизвольная улыбка, так как Пит, освободившись, подскакивает к нему и заглядывает в его лицо.       — О чем думаешь? — он посылает Вегасу задорную улыбку, и она выводит последнего из своих мыслей.       — О тебе. — честно отвечает он, на что Пит слегка хмурит брови, но все же улыбается, и его румяные щеки выглядят слишком обворожительно, подсвеченные яркими клубными огоньками.       — Зачем обо мне думать? Я прямо перед тобой, а Арм пока что займется гостями, так что мы можем пойти во вторую комнату.       После совершенно недвусмысленных слов Пита, голова Вегаса наполняется не совсем хорошими мыслями, и они отражаются на его лице в виде хитрого прищура и полуулыбки, в ответ на что Пит как-то всполошно взмахивает руками перед его лицом:       — Мы просто попробуем обновленное меню. — тыкнув пальцем на яркие коктейли, которых до этого в меню не было, Пит прерывает фантазии Вегаса. — Вот эти вот.       — Ладно-ладно.       Пит еще какое-то время стоит за стойкой, расставляя по местам стаканы, и Вегас терпеливо ждет пока он закончит. Он не сразу замечает, что руки Пита замирают в воздухе вместе со стаканом и матовой салфеткой, и его взгляд, словно примагниченный, направлен куда-то в сторону.       Вегас следит за траекторией его взгляда и видит максимально неинтересное и почти пропавшее из его памяти лицо Тавана. Он встает за стойку рядом с Питом и ловко расстегивает верхние пуговицы на своей рубашке, и его прельщающая улыбка становится адресована сразу нескольким мужчинам, восседающим рядом с Вегасом за высокой стойкой. Лицо Пита неподдельно хмурится, и он немного беспомощно смотрит в сторону Вегаса. Последний не успевает ничего сказать, так как Таван, крутанувшись на месте, взглядом мажет по ним обоим, задержавшись на Вегасе.       Как и всегда, на его лицо ложится свойственная ему маска подхалима, и он смотрит на Вегаса слишком долго,       Вегас выпрямляет спину и отворачивается от него, но кожей чувствует взгляд Тавана на себе, и ему хочется вырвать его глаза, так как уверенность и радость Пита вмиг вспорхнули и улетучились с его лица, он принялся рассеянно расставлять стаканы по местам, и стекло застучало из-за его подрагивающих рук.       Наверное, ранее произошедшие события откликнулись у Пита в голове неприятными воспоминаниями, и нынешняя ситуация Вегаса совершенно не устраивала, так как человек, внесший разлад в их взаимоотношения ранее, теперь словно специально терся рядом и кидал на Вегаса частые мучительно долгие взгляды.       — Закончил, Пит? Чего ты считаешь ворон, м? Ты плохо вытер стакан. — Таван неожиданно подает голос, и слух Вегаса режет словно наждачкой из-за его неприятно высокого тембра.       Пит рассеянно моргает и принимается переделывать то, на что ему указали, и у Вегаса на лице играют желваки из-за внезапно накатившей злости, которая обдает его волной, он расправляет широкие плечи, из-за чего его рубиново-бархатная рубашка натягивается, и Таван скользит взглядом по обтянутыми дорогой тканью мышцами:       — Кхун-Вегас, плеснуть вам чего-нибудь?       Вегас морщится, когда к нему обращает он. Разноцветные огни подсвечивают его ухмылку, и Вегасу хочется разбить стакан о его голову, чтобы стереть это выражение с его самодовольного лица.       — Обойдусь.       — Точно? Вот эти новые коктейли…        — Ты меня не понял? Иди и занимайся своими делами, пока я не вылил этот гребаный коктейль тебе на голову.       Таван как-то странно отшатывается, хотя Вегас по прежнему держит самообладание и прогоняет его лишь словами, но, видимо, голос его звучит так, словно он балансирует в шаге от исполнения угрозы — на самом деле, так и есть. Даже Пит растерянно наблюдает за их коротким разговором, а после расправляет напряженные плечи и кладет стакан на место, когда Таван отходит от них подальше.       — Пит. — Вегас встает со стула и тихо зовет Пита, который смотрит на него немигающим. взглядом. — Come here.       Ласковая интонация выводит Пита из ступора и он вплотную подходит к стойке, и в ответ на его вопросительный взгляд Вегас протягивает руку и кладет ее на деревянную поверхность, без слов надеясь, что его поймут. И на руку Вегаса опускается горячая ладошка Пита, которую мужчина незамедлительно сжимает в своей. В его голове кружится сотня слов, которые он хочет произнести, но Пит выглядит замученным работой и немного сонным, поэтому Вегас глушит свой порыв нежности и просто гладит мягкую руку Пита в своей.       — Устал. — на выдохе произносит Пит.       — Я знаю. — Вегас понимает. Он смотрит на разноцветные, расставленные в шкафу стаканы, на танцующих в душном и тесном зале людей, взгляд его скользит и по лицу Пита, на котором отражаются не самые хорошие мысли. Вегас хочет подбодрить и показать, что не видит никого, кроме него — что лица остальных людей представляют для него лишь смазанные пятна, и выветриваются из головы быстрее, чем счета за выпивку — даже их он держит в голове чуть дольше, чем физиономию и слова раздражающего его Тавана, к примеру.       Вегас приподнимается с места, и мягко ложившаяся на его слух музыка расслабляет, поэтому он, вытянувшись вперед, притягивает лицо Пита к себе и, осторожно обхватив его мягкие щеки, нежно целует Пита в приоткрывшиеся из-за удивленного выдоха губы.              Ему плевать на все. На всех — на Тавана, лицо которого, наконец, накрыла мрачная тень, на остальных людей, на тех, кто даже немного пихал его в плечо, сидя слишком близко к нему за соседним стулом. Пит ответил на поцелуй, и в груди у обоих защемило из-за разлившегося в ней тепла. Припечатав недолгий, но приятный поцелуй на губах Пита, Вегас медленно отстранился от него.       — Пойдем во вторую комнату? — шепчет он в губы Пита и завороженно следит за тем, как они расплываются в легкой улыбке. Он кивает Вегасу, и наконец уходит со своего рабочего места.       — На сегодня ты свободен, Пит. — подошедший Арм поправляет свой воротник и суетливо встает за стойку вместо Пита. — Но потом отработаешь за меня пару часиков, хорошо? И пивком угостишь, это обязательно.       — Договорились. — Пит хихикает в ответ другу, и они вместе с Вегасом скрываются за дверью слишком много означающей для них комнаты под номером два.

***

      Вегас наваливается на Пита, почти вжимая того в мягкое кресло позади него, и Пит скользит по обивке, но лечь полностью ему не позволяют рука Вегаса, вовремя придержавшая Пита за голову.       Они соприкасаются лбами, а после Вегас опускается, чтобы уткнуться лицом в изгиб теплой шеи Пита и оставить короткие поцелуи на местах, не прикрытых рубашкой. Впрочем, даже предмет гардероба не мешает ему продолжить вести влажный след на покрывшейся мурашками коже, и рубашка Пита быстро спадает с его плеч и опускается ниже, когда Вегас расстегивает верхние пуговицы и стягивает ее.       — Пит… — горячий шепот обжигает шею Пита, и он плавится, как шоколад, ведомый ловкими и нежными руками Вегаса.       Они разжигают огонь, дарят чувство важности и нужности, ласково обводят изгибы тела Пита, перебирают шелковые волосы на затылке и трепетно пропускают их кончики сквозь пальцы. Вегас тяжело дышит, навалившись на Пита, и продолжает плавить его, как восковую свечу.       — Darling… — Бархатистый голос Вегаса ложится на слух Пита словно слой сахарной ваты, и внизу его живота концентрируется все напряжение, когда мужчина часто и ласково зовет его на английском.       — Вегас…       Между поцелуями Вегас обхватывает тонкими пальцами ножку бокала и отпивает остаток их ярко розового коктейля — после накрывает губы Пита своими, дарит влажный поцелуй, делится с мягкими губами волнительным сладким вкусом. Они целуются так долго, что у обоих опухают губы и утяжеляется дыхание, тогда Вегас предпочитает переключиться на соблазнительную тонкую шею, не оставляя без внимания ни одно местечко — губами обводит ключицы, мраморную гладкую кожу и мягко целует в ушко.       — Хочешь еще выпить? Я закажу все, что ты попросишь. — шепчет он после горячего поцелуя за ухом, и Пит, вместо ответа, мучительно долго смотрит в его глаза, и на дне его зрачков плещется незнакомый Вегасу огонек.       — Хочу тебя. — по простому отвечает Пит, его щеки ежесекундно обдает жаром, крупицы здравого мышления окончательно рассыпаются тут и там, когда Вегас тесно сжимает его в своих руках, и рубашка оказывается на полу, открывая мужчине долгожданный вид.       — Пит… Пит. — Вегас беспрерывно зовет своего парня по имени, сжимая худое тело в своих руках, словно беспокоясь о возможности того, что все происходящее — приятный сон или же просто его пьяный бред: выпив три коктейля, совсем неконцентрированных и сладких на вкус, но пьянящих поразительно быстро, Вегас правда боялся моргнуть и увидеть пустой диван напротив себя. Но Пит, к его счастью, спешит подтвердить свое присутствие, обхватывает Вегаса за шею и притягивает ближе, заставляя мурашки вспыхнуть на коже. Он смотрит на Вегаса пьяно и влюблено, обжигает его губы огнем, прижимается и даже шепчет что-то, и такой Пит заставляет сердце Вегаса обезуметь.       — Пит… — нерешительность подступает к горлу, чужие теплые пальцы щекочат затылок, Вегас пытается вытолкнуть волнительное признание из своего горла, но это оказываетсчя сложнее, чем он себе поедставлял.       Мягкий свет ложится на лицо Пита, подчеркивая блеск его влажных губ, игривые искорки в глазах и обворожительные ямочки, и это заставляет Вегаса замешкаться еще ненадолго.       Он шумно сглатывает, когда Пит необдуманно облизывает губы.       — Что такое? — томный голос Пита ложится на слух словно мед, и из-за этого горло Вегаса волнительно сжимается, тепло слов оседает на языке, и он готовится к тому, чтобы сказать.              — Я тебя…       На громкий стук в дверь отзываются оба, и натянутая между ними страстная нить рвется, когда кто-то бесцеремонно входит, даже не услышав разрешения. Пит ойкает и взволнованно прикрывает свой обнаженный торс, а Вегас наваливается на него, чтобы помочь в этом деле, но, возможно, необходимости в этом нет.       Пьяный и несконцентрированный взгляд Порша скользит по двум фигурам, лежащим на небольшом диване, и на его лице совершенно нет волнения из-за только что нарушенного им момента.       — Порш?       — Пит, так. — друг Пита начинает говорить, и Вегас ожидает услышать то, что он скажет, с плотно сомкнутыми челюстями, зная, что любая его причина не оправдает его внезапного вторжения.— Хочу познакомить тебя кое с кем.       — Кое с кем — это с кем?       — Кое с кем, Пит. Это очень важный для меня человек…       Пьяная улыбка говорит сама за себя, и Порш выглядит влюбленным и глупым — Вегас закатывает глаза, про себя размышляя о том, выглядит ли он так же со стороны.       — Он постоялец из первой комнаты. — вводит немного конкретики Порш. Вегас допивает остаток вкусного коктеля, а Пит быстро прикрывает свои интересные места рубашкой — Вегас последний раз жадно проходится по ним взглядом.       — Тот, который закатил вечеринку?       — Ага. — Порш машет им рукой и начинает суетиться. — Давай, пойдем же! И ты тоже, тоже можешь пойти, вот. Да.       Неожиданно указавший на Вегаса палец немного его раздражает и его желание идти куда-то не возрастает, но он все же поднимается вслед за Питом.       — Благодарю за приглашение.       В глубине зала очень шумно и непривычно некомфортно — проталкиваясь сквозь танцующих людей, Вегас морщит нос из-за сильного запаха алкоголя, понимая, что по своему желанию он бы отдал приоритет их тихим посиделкам с Питом — наедине. К сожалению, Пит впереди него идет под ручку с Поршем, который ведет их к небольшой компании, сидящей за одним из больших столов. Музыка тяжело ложится на слух, поэтому сначала Вегас слышит только ее, а от света яркого разноцветного прожектора рябит в глазах, поэтому и лица людей кажутся ему размытыми и слишком яркими.       — Ну, Пит, знакомься, это мой парень — Кинн.       Вегас резко распахивает сощуренные от яркого света глаза.       — Приятно познакомиться, Пит.       Пит тянет руку навстречу чужой руке, запястье которой скрыто под тугим ремешком дорогих часов, и Вегас сначала тупит взгляд на темный изумрудного цвета атласный рукав пиджака.       Он поднимает глаза, и даже куча разноцветных огней на чужом лице не убавляют его узнаваемости.       — Кинн? — тихо произносит Вегас вслух — и его кузен тоже обращает на него внимание.       — Вегас?       Они смотрят друг на друга, пьяный Порш наблюдает за их переглядками с беззаботной улыбкой.       Немного выпивший Пит — почти трезвый — замечает нахмуренные брови Вегаса и ощущает его руку на своей, ощущает сильные пальцы, которые сжимают кожу — Вегас хватается за Пита неосознанно.              — Вы знакомы? — Пит, конечно же, чувствует всю напряженность атмосферы.       Кинн поднимает густые брови и натянуто улыбается, Вегас с трудом сдерживает свои эмоции внутри, не позволяя им вырваться наружу. Его нелюбимый кузен — вечный соперник, тот, кто превосходит его во всем и всегда, тот, кого ему ставят в пример и тот, кто больше всего раздражает — это всё Кинн.       Кинн — его кузен. Даже сейчас он обошел его, став постояльцем первой — самой элитной комнаты. Это глупо, но вкупе со всем остальным это заставляет Вегаса чувствовать себя ничтожно, поэтому на его лице проступают неподдельные эмоции — растерянность и недовольство, нежелание находиться рядом с этим человеком.       Кинн более собран и не подает вида, не спешит разогнать нависшие над ними громовые облака, которые грозятся извергнуть из себя молнии. Сейчас Вегас хочет, чтобы эти молнии ударили Кинна по его украшенной гелевой укладкой голове.       — Можно и так сказать. — коротко отвечает Кинн Питу и улыбается, и эта улыбка заставляет Вегаса поперхнуться раздражением.       Он ненавидит Кинна, теперь же Кинн — парень друга его парня. Это ужасно, думает Вегас, когда даже прилично выпивший Порш запоздало замечает напряжение, натянувшееся между ними оголенным проводом.       Карман штанов впервые за этот вечер вибрирует из-за звонка, и Вегасу кажется, что все проблемы решили навалиться на него вот так вот сразу — большим снежным комом. Ему, скорее всего, звонит отец, а еще Кинн, скорее всего, уже знает о том, что Вегас временно ушел из дома — и тень, проскользнувшая по его лицу, не обещает Вегасу ничего хорошего.