Радуга под ногами

Хосок незамедлительно забирает Юнги к себе. А на следующий день Чон настаивает чтобы младший забрал абсолютно все свои нехитрые пожитки из дома отца. Они идут вместе на всякий случай, но им везёт,- и с горе-отцом Мина они не пересекаются. Ещё через день Хосок устраивает так, чтобы их брак как можно скорее зарегистрировали. К счастью, у него немало нужных знакомых, так что всё удаётся устроить быстро и без проблем. Свадьбы они не устраивают, а медовый месяц решают отложить до лета. Всё дело в том, что у Хосока как раз идёт важный судебный процесс у сразу двух клиентов, и он не может покинуть город, потому что необходимо его личное присутствие. Да и Юнги нужно закончить учёбу и определиться с дальнейшим путём по жизни. Так что, посоветовавшись, они решают отложить путешествие до будущего августа. Альфа так торопится с официальным оформлением их отношений по сразу нескольким причинам. Во-первых, у него теперь есть законное право перед отцом Мина. По закону альфа теперь опекун своего мужа до его совершеннолетия, а следовательно все юридические вопросы касательно омеги касаются и его. Во-вторых, это сделано для Юнги, чтобы никто не смог сказать, что он просто юный любовник взрослого альфы. А в-третьих, и это самое главное, Чон уверен, что хочет прожить с Юнги всю свою жизнь, что хочет быть только с ним и ни с кем другим, потому что любит его, дорожит им и сделает для него всё, что только возможно. Их отношения мало отличаются от тех, что были, когда они жили вместе раньше. Юнги также готовит для Хосока завтраки и ужины, Хосок также забирает Юнги с учёбы и от Чонгука, когда омега хочет повидаться или потренироваться с другом. Правда, теперь они уже спят в общей спальне, на большой двуспальной кровати, как и положено законным мужьям. Только вот есть одна загвоздка. Секс... Его вроде как нет. То есть Хосок охотно целует Юнги, и они могут делать это часами, сидя, лежа или полулежа за просмотром фильма. Иногда они заходят чуть дальше, и их ласки становятся откровеннее. Но вот до самого секса как такового у них пока не доходит. Если вы спросите у Чона почему так происходит, ему будет сложно ответить. С одной стороны, он, конечно, хочет младшего. Омега любим им и, конечно, желанен. Но в голове всё та же установка про то, что Юнги только 17, а 18 исполнится только через три месяца. И хотя это не так уж и важно, да, и плюс они женаты, но у альфы в последний момент постоянно срабатывают тормоза. Хосок понимает, что этим вносит ненужное напряжение в их отношения, чувствует, что Юнги это, как минимум, обижает, но ничего с собой поделать не может. А Юнги не просто это обижает. Это его чудовищно злит, бесит, сводит с ума. Ну, в конце концов, он же законный муж. А секса ...как не было, так и нет. Впрочем, вся остальная жизнь идёт своим чередом. Юнги больше не боится отца, он больше не чувствует себя изгоем и практически не проводит время в Лимбе, хотя и не забывает старых знакомых. Факт официального заключения брака даёт ему как будто бы ощущение безопасности, хотя, конечно, не кольцо, а отношение к нему Хосока делает его счастливым. Он спокойно заканчивает школу и уже даже подаёт документы в несколько университетов на разные направления. Он готовится к поступлению, проходит всякие дополнительные онлайн курсы, любовно обустраивает уют в квартире альфы, создаёт этакое гнездышко, готовит ему, провожает на работу и встречает с неё. Но секса нет. И это ужасно. Просто невыносимо, особенно, когда поцелуи заходят дальше, тело начинает реагировать и хочет большего, но Хосок остаётся непреклонным. Юнги уже на стенку готов лезть, и на очередной тренировке у Чонгука, тот произносит то, что воплощает самые глубокие и сильные страхи Мина. - Да, он спит с кем-то на стороне. Точно говорю. Ни один нормальный альфа не удержался бы и уже давно бы переспал с тобой, - хмыкает он, - Присмотрелся бы ты, да проследил за ним. У омеги возникает чудовищный когнитивный диссонанс, -он вдруг снова ощущает себя одиноким и брошенным, злится и упорно не отвечает на звонки, решая в этот раз идти домой пешком и вообще злобствовать и игнорировать альфу. Хосок заканчивает работу пораньше и радуется этому. Он хочет провести сегодняшний день со своим мужем, хочет уделить ему побольше внимания. У Чона возникает спонтанный план пойти в тот ресторанчик, в котором они были в первое, пусть и не официальное, свидание. Альфа за день успевает соскучиться по своему Юнги. Он помнит, что младший вроде как говорил, что поедет сегодня к Чонгуку. Значит, надо его оттуда забрать. Хосок звонит, но Юнги не отвечает. То же самое и во второй раз. Чон пишет сообщение, и звонит снова. Ответа нет. Это странно, потому что Юнги никогда так не делает. Хосок набирает Чонгука и тот отвечает, что Мин уже ушёл. Альфе приходится развернуть автомобиль на пол пути. Только вот куда же подевался его муж? Телефон по-прежнему не отвечает. После раздумий Чон всё-таки решает поехать домой и дождаться парня там. Но по дороге заезжает в тот ресторан и набирает кучу еды с собой. Он помнит, как омеге нравится это мясо. Добравшись до дома, альфа видит, что Юнги всё ещё нет, как и нет ответа на звонки. Чон моет руки и садится в кресло с документами. Он дождётся мужа. И хотя работа отвлекает, сомнения и тревога уже начинают глодать старшего. Это, конечно, очень плохо так поступать, как делает Юнги, но его максимализм, его эмоциональность и ревность делают свое дело. Вот и пускай Хосок помучается, не будет омега ему отвечать. И вообще, он обижен и рассержен. Где-то на самых задворках сознания, тихий голос пытается воззвать к правильности и адекватности. Нужно поговорить с альфой прямо и открыто, нужно поделиться своими сомнениями и желаниями. Но нет, зачем? Юнги не ищет лёгких путей, а потому шикает на свой внутренний голос совести и продолжает бродить по улицам. Он и от дома-то не так далеко, и даже знает, что Хосок его ищет и ждёт, но собственная гордыня не отпускает, а ещё больше распаляет злость, которая превращается в гнев, который превращается в отчаяние, а потом и в обиду. В такую, что парень идёт и хлюпает носом от расстройства. Конечно, всю ночь он ходить не будет, но домой он возвращается в первом часу ночи, предполагая, что сейчас на него обрушится праведный гнев любимого мужа. Хосок меряет шагами комнату, а потом и квартиру. Рабочие бумаги давно забыты на столе в гостиной. Телефон Юнги по-прежнему не отвечает, а когда Чон второй раз звонит Чонгуку, тот тоже уходит в несознанку. Либо и впрямь не знает, где Мин. Ближе к полуночи старший уже, действительно, волнуется. Не на шутку, а по-настоящему. Так что даже приходится выпить немного виски со льдом чтобы унять расшатавшиеся нервы и бурную фантазию. Еда давно остыла, да и особо есть Хосоку в одиночку не хочется. Он просто рассовывает еду по контейнерам и убирает их в холодильник. Ждать становится невыносимо, и Чон уже одевается, чтобы пойти сначала к отцу Юнги, а потом в Лимб. В этот момент в двери проворачивается ключ, и на пороге появляется Юнги. На лице омеги ни тени раскаяния, скорее дерзость и недовольство. Словно это альфа гулял до ночи и не брал трубку. Хосок испытывает смешанные чувства. Он до ужаса счастлив, что с Юнги всё в порядке, он цел и невредим. С другой стороны, альфа не понимает, чем он заслужил такое пренебрежительное отношение к себе. - У тебя всё в порядке, детка? - альфа старается быть терпеливым, ведь всё же он любит Мина. - Я ужасно волновался. Почему ты не отвечал на звонки? - С кем ты спишь? - выпаливает Юнги, стоит ему перешагнуть порог и увидеть Хосока. И чёрт подери, в нём борются два просто гигантских желания - кинуться на альфу с кулаками, кричать и драться, а в то же время, кинуться к нему в объятия и вымаливать прощение, сказать, как сильно он любит мужа, забыть всё это и больше не сомневаться в альфе. Но, в силу невыносимого характера, перевешивает первое. Ну почти, потому что Юнги волком смотрит на старшего, но не подходит к нему. Гормоны, эмоции и ещё куча всего бушует в омеге, и он просто не знает, как дать всему этому выход. - Ты что, получаешь секс на стороне? Или я настолько тебя не привлекаю? - Юнги ляпает, что попало. И ведь знает же, что это не так. Но в нём говорит уязвленная гордость и обида, что собственный муж всё никак не хочет присвоить его себе окончательно. От подобных слов Хосока охватывает оторопь. Но вскоре он понимает, откуда ветер дует. Если уж быть совсем честным, он виноват перед омегой. Нужно было поговорить, нужно было рассказать о своих сомнениях и страхах, а не бегать от мужа. А ещё вместе с возмущением и раскаянием, альфа вдруг неожиданно чувствует возбуждение. Да такое сильное, что ему вдруг становится совершенно всё равно на глупые прежние преграды в своей голове. Он шагает к Юнги, хватает его в охапку, прижимает к себе и впивается губами в его губы. Альфа целует жадно, требовательно, голодно. Он шарит по телу младшего руками. Трогает, сжимает и вжимает его в себя крепче. После чего старший проникает языком в рот омеги, хозяйничает там, исследует, будто в первый раз. Когда уже в лёгких заканчивается воздух, он отстраняется и шепчет: - Ни с кем я не сплю, дурачок. Как я могу, если мне только ты нужен и больше никто? Юнги бы и рад посопротивляться, построить из себя недотрогу, но напор Хосока настолько сильный и желанный, что он только коротко ахает и начинает отвечать супругу с очень сильной отдачей. Боже, как же глупо всё вышло, омега тут же забывает о своих бедах и сомнениях. Он обнимает альфу, встаёт на цыпочки, жмётся к нему и млеет от глубоких поцелуев, от которых у него подкашиваются ноги. - Ну так сделай меня тогда своим... Я уже больше не могу терпеть, - горячо шепчет парень, трётся о любимого всем телом, ластится, просит внимания, показывая как же сильно он хочет. И чтобы окончательно обезоружить Хосока Юнги смотрит ему в глаза, опускается на колени и, секунду потратив на то, чтобы расстегнуть ширинку, освобождает возбуждение альфы и мажет по головке языком, а потом очень осторожно погружает её в рот, начиная посасывать. Хосоку безусловно приятны эти ласки от омеги и какое-то количество времени он позволяет себе этим наслаждаться и даже позволяет себе стонать от приятных ощущений. Но слишком распаляться и ходить по краю ему не хочется. Он поднимает Юнги с колен и целует его в губы, ощущая вкус своей же смазки, а потом приподнимает его на руках и несёт в спальню. Поставив младшего перед кроватью, он нежно целует того в шею, а сам расстёгивает на нём рубашку, а потом и джинсы. Мин тоже не теряет времени даром, и вскоре они оба полностью обнажённые ложатся на кровать и снова начинают ласкать друг друга. Юнги даже не задумывается и не боится ничего, срывая с Хосока одежду и трогая его везде. Когда они ложатся, парень подставляется под прикосновения, под ласки и под поцелуи, хаотично и немного нервно трогает сам, где-то слишком настойчиво, где-то неумело. Но и сил чтобы терпеть уже нет вообще. Он уже готов, течёт и внутри всё уже ноет и просит продолжения. Омега сгребает мужа в охапку и тянет его на себя, суетливо, с неловкостью в движениях. - Пожалуйста, Хоби, пожалуйста, я хочу тебя, не могу больше, -ёрзает он под мужчиной, распаляя себя и его ещё больше. Такая страстность и желание Юнги заводят альфу, но, как старший и более ответственный, он всё-таки старается не терять голову. - Малыш, - шепчет он Юнги, - я тоже тебя хочу, но давай не будем торопиться. Растяжка.. Всё ещё обнимая омегу, Хосок аккуратно переворачивает их, и Мин оказывается внизу. Альфа целует и вылизывает его шею и ключицы, а рукой раздвигает бёдра младшего и проникает одним пальцем внутрь. Смазки выделилось более чем достаточно, и от возбуждения стенки немного расширились, но старший помнит, что Юнги всё ещё девственник, поэтому старается быть бережным. Он делает несколько движений одним пальцем, разрабатывая мышцы, а затем добавляет второй, ускоряя темп. Поцелуями он уже спускается к груди омеги и нежно ласкает языком его сосок. Юнги, конечно, в корне не согласен, но сейчас спорить с Хосоком хочется меньше всего. А тем более, когда на коже ощущается его язык. От этого омега стонет и выгибается, елозя на постели. Смазки выделяется очень много. Да парень в жизни так не тёк, как сейчас. Он уже более, чем готов. И, тем не менее, он ахает, когда внутри оказывается палец, и протяжно постанывает, когда добавляется второй. Ощущения непривычные, но нет никакой боли или сильного дискомфорта. Однако, это заводит и Юнги уже предвкушает, как в нём окажется нечто побольше пальцев. Омега стонет низко и глухо, притягивает голову альфы сильнее к своему телу, прогибаясь в спине и запрокидывая голову. Он начинает двигать бёдрами, погружая пальцы мужа глубже в себя и непроизвольно сжимая их. Честно, Юнги чувствует, что он бродит вдоль невидимой грани, и его вот-вот накроет сильным оргазмом. Хосок видит, что первый оргазм Юнги не так уж далёк, что омега на грани. Он ещё интенсивнее ласкает соски младшего языком и губами и наращивает темп, буквально трахая Мина пальцами. Отзывчивость и ответная реакция организма омеги так заводит, что Чон прикусывает губу. А потом выпрямляется и смотрит на лицо младшего. Он проводит по нему, дотрагивается красивых припухших от поцелуя губ и раскрывает их, погружая один палец в горячий рот. Юнги захватывает его, облизывает и ловит губами ещё один. Омега целует и посасывает подушечки пальцев мужа. Альфа смотрит заворожённо на это зрелище, что одновременно и невинно, и развратно, вытаскивает пальцы изо рта мужа и ведёт ими по подбородку, шее, груди, рёбрам и животу. Внизу живота он останавливает, слегка надавливает ладонью и ещё скорее двигает пальцами. - Кончи для меня, малыш,- выдыхает альфа, -хочу посмотреть, как ты кончишь... Юнги закусывает губу, не в силах вынести всё, что творит с ним Хосок. Эти безумные ласки изнутри, это напряжение внизу живота, эти длинные пальцы во рту, а потом влажная дорожка на теле. Неискушенному омеге такое не снести и не стерпеть, и стоит альфе сделать движение ладонью, а пальцами начать двигать быстрее, Юнги давится стоном и кончает. Он кончает бурно, громко, сминая простыни пальцами и стискивая Хосока своим нутром так сильно, что аж мышцы тянет. Он пачкает себя, мужа, постель, всё вокруг, и ему кажется, что это самый долгий и самый сильный оргазм в его жизни. Альфа намеренно не вытаскивает пальцы, чувствуя ими сокращение мышц и всем телом ощущая как пульсирует всё внутри, а самого омегу потряхивает от мощного оргазма. Хосок прижимает его к себе, словно впитывает его пронизывающие ощущения в себя, поглаживает и мягко целует в шею, успокаивая. Всё вокруг перемазано спермой и смазкой, но это последнее, на что обращает сейчас внимание старший. - Любовь моя.., - шепчет он на ухо омеге, пытаясь при этом выравнять дыхание. Юнги сейчас беззащитен и уязвим, и альфу буквально затапливает нежностью. Собственное возбуждение отходит на второй план. Это момент нежности, интимности и единения куда дороже. - Тебе было хорошо? - уточняет альфа. Юнги постепенно выплывает из послеоргазменного адреналина и ощущает негу, такую тягучую, сладкую. Он обнимает мужа, мурлычет, как кот, трётся о тело старшего. - Охуенно, - шепчет он, уткнувшись в шею любимого и втягивая его аромат, а потом отстраняется и смотрит ему в глаза, - Самый взрывной оргазм в моей жизни, - улыбается омега и тянется к Хоби, чтобы поцеловать его очень нежно и ласково. Альфа целует младшего в ответ, поглаживает по спине и волосам. Юнги в его руках такой хрупкий и нежный, такой родной и любимый. Какое-то время они лежат так, выравнивая дыхание и успокаиваясь. Хоби проводит руками по телу младшего, оглаживая практически каждый миллиметр. После чего поднимает голову за подбородок и снова целует в губы чувственным долгим поцелуем. Старший перебирает губы омеги, не спеша углублять поцелуй, но довольно быстро заводится, начинает дышать чаще и проникает в рот языком. При этом он сжимает Юнги крепче в своих объятьях, опускает руку ниже и сжимает ягодицу. Поцелуй становится всё более влажным и развратным. Альфа несдержанно стонет в него. Юнги заводится буквально сразу, стоит альфе проявить напор. Он отвечает на поцелуй страстно, со всей отдачей, постанывает, когда рука Хосока собственнически прихватывает ягодицу, а потом, ведомый чувственностью, переворачивает старшего на спину и седлает его, не прекращая целовать. Он поднимает руки альфы наверх и прижимает их к постели своей ладонью, а губами ласкает его скулы, шею, спускается к ключицам и груди. - Хочу чувствовать тебя в себе....очень хочу, - шепчет Юнги и ерзает в непосредственной близости от стояка альфы. - Тогда ты можешь оседлать меня, - с лёгкой ухмылкой откликается Чон, - или мы можем поменяться местами. Хосок возбуждён уже давно. Низ живота тянет, и всё внизу напряжено до предела. Близость задницы Юнги к его члену лишь заводит старшего ещё сильнее. Он ëрзает на кровати под Мином и слегка приподнимает бëдра вверх. Чувственные поцелуи омеги невероятно приятны, а его инициатива кажется ещё более возбуждающей. Когда Юнги приподнимается и опускается на член старшего, Хосок издаёт низкий и хриплый стон. Он высвобождает одну руку и кладёт её на бедро Юнги, а сам начинает двигаться внутри него. Юнги прогибается, упираясь в твёрдый пресс альфы и пропускает его глубже, издавая протяжные, хриплые стоны и прикрывая глаза. Он двигается сначала очень медленно, желая прочувствовать всё до конца, не торопится, но потом, подгоняемый желанием, Юнги всё быстрее и быстрее двигает бёдрами, сходя с ума от ощущений. Снизу на Юнги открывается потрясающий вид, что заводит альфу ещё сильнее. Младший прогибается, насаживается глубже, стонет и скулит, распаляя мужа этим ещё сильнее. Хосок также двигает бёдрами в такт и ускоряет толчки, придерживая омегу за бёдра. Юнги движется то поступательно, то делает бёдрами круговые вращательные движения. Внутри всё хлюпает от огромного количества смазки. Чон чувствует, что он очень близок к развязке. В этот момент он меняет их местами, и Юнги оказывается снизу. Альфа снова входит до самого конца и тут же берёт сумасшедший ритм. Ещё совсем немного, и он кончит. Юнги ахает, оказываясь на спине и тут же выгибается, пропуская Хосока так глубоко в своё нутро, как это вообще возможно. Ноги он закидывает на торс альфы, смыкая их в замок, а руками царапает сильную, рельефную спину, издавая сладостные стоны, громкие протяжные, призывные. Он очень близок к оргазму. Что и говорить, он готов был кончить ещё тогда, когда оседлал любимого. Ведь смотреть на него в таком положении это высшая степень наслаждения. Юнги кажется, что душа отделяется от тела, и в этот момент он весь напрягается и начинает кончать, содрогаясь и пачкая буквально всё вокруг. Оргазм омеги провоцирует его собственный, слишком приятно и возбуждающе видеть, как твой любимый и желанный человек достигает пика наслаждения. Хосок быстро выходит и кончает на живот и грудь мужа с низким рыком. Он упирается лбом в плечо парня, пока его тело потряхивает от мощного оргазма. После чего Чон укладывается рядом и приходит в себя, успокаивая дыхание и ожидая, когда успокоится сердце, что только что, казалось, было готово выпрыгнуть из грудной клетки. Он притягивает к себе Юнги, целует его в висок и говорит: - Я люблю тебя, Юнги-я~