Чувствуешь Солнце?

Ви точно загонит его в могилу. К такому выводу Джонни пришёл, наблюдая за сидящей напротив наёмницей. Верная своему слову, она привела его в закусочную и заказала бургер, щедро приправленный чили, который ему всегда так нравился. Мелкую засранку, конечно же, моментально одолела икота – совершенно не переваривает острое. Но даже от взмокшей и раскрасневшейся из-за перца Ви невозможно оторвать взгляд. Она с утра отклонила все поступившие заказы, да и, судя по наряду, на вечер тоже работы не планируется. Не сказать, что обычно Ви хреново выглядит во всех этих своих джинсах в обтяжку и коротких маечках… но сегодня девушка прям постаралась. Сверху всё как обычно: укороченная футболка и кожанка, но Джонни-то знает, что под столом скрывается чёрная мини-юбка, которую она прежде не надевала. Коротенькая полоса плотной ткани едва прикрывает задницу и выставляет на всеобщее обозрение бёдра, покрытые крапинками веснушек. Руки так и тянутся их ущипнуть либо забраться куда поглубже. «Ты ещё здесь?» – доносится до него внутренний голос Ви. Рокер резко выныривает из размышлений о том, как бы зарыться лицом ей между ног. Едва он поднимает взгляд, как вспоминает, что верхняя половина тоже ничего. Достав пудру с зеркальцем, Ви поправляет смазавшуюся после еды красную помаду. Глаза она подводит почти каждый день. Впрочем, сегодня стрелка вышла куда аккуратнее и длиннее, что прекрасно дополняет ярко-алые губы. «Хватит прихорашиваться, а то я решу, что ты запала на Керри», – стоит словам слететь с губ, Джонни тут же жалеет от сказанном. Предполагалось поддеть её, а не подкидывать себе новые мысленные образы. «Не очкуй. Кер, конечно, милаха, но он больше по твоей части», – отмахивается Ви. Рокер сразу заметно расслабляется и усмехается. Точно, Керри ведь не в её вкусе. «То есть, это ты для меня так расфуфырилась?» – уточняет он, заметив заигравший на щеках девушки румянец. Тонкий слой пудры не в силах скрыть ни его, ни россыпь веснушек. Джонни рад, что она не переборщила с мейком – в таких вещах важно соблюдать баланс. Но хотя бы нет этой дурацкой маски, которая вечно закрывает её лицо. Наёмница пинает его по ноге: «Просто мало поводов для таких нарядов, ясно?» «Да брось, Ви, просто признайся, что пытаешься залезть ко мне в трусы». «Мне и пытаться не надо, Джонни. В твои трусы залезть несложно». «К счастью для тебя». Ви закатывает глаза и убирает пудру в карман, расплачивается и встаёт из-за стола. Взгляд рокера в миг приковывает задравшаяся мини-юбка. Девушка одёргивает её на ходу. «Идём. Пора ехать на эту автограф-сессию или как её». «Да, да», – ворчливо соглашается он, идя следом и неотрывно наблюдая за покачивающимися бёдрами. Крохотная извилина в мозгу, от которой ещё не отлила вся кровь, отмечает, что не очень умно ехать на байке в короткой юбке. Но все мысли испаряются, когда эта самая юбка задирается выше некуда. Джонни усаживается на привычном месте спиной к ней. Иначе одно неосторожное касание, и у него будет такой каменный стояк, а с ним не очень удобно. Ви паркуется у здания, баннер на котором гласит, что здесь проходит встреча с фанатами. У входа стоит здоровенный охранник, выше самого Джонни и раза в два выше Ви, с чёрным имплантом вместо нижней челюсти. Секьюрити не сводит глаз с девушки, пока та глушит байк и шагает к двери. Стоит ей подойти ближе, как он вытягивает руку вперёд, преграждая путь. «Билет». Вот бля. «Чего?» – Ви в ступоре хлопает ресницами. Ей даже в голову не пришло, что на такие мероприятия тоже нужен билет. Да и Джонни об этом не подумал, хотя ему-то следовало знать. «Покажите билет». «Какой билет? Зачем он мне? Это же раздача автографов, а не концерт», – наёмница качает головой и упрямо пытается прошмыгнуть под рукой охранника, но тот снова её останавливает. «За место в очереди надо заплатить. Без билета не пущу», – принципиальный попался чувак. Девушка смеряет его уничижительным взглядом, но круглое детское лицо сводит на ноль все старания. «Ладно, – фыркает она. – Сколько?» «Пф. Малая, на входе купить нельзя», – пренебрежительно бросает громила. Ви скрипит зубами от злости. Рокер со вздохом возникает рядом. Ему правда следовало бы догадаться, насколько Керри стал знаменит. Его автограф-сессии случаются редко, а охраны на них много. Встреча проходит в музыкальном магазине, судя по интерьеру, который можно разглядеть в окно. Помещение до отказа забито фанатами. Снаружи слышно приглушённый гомон голосов. Без сомнения, если такое происходит на полуспонтанных встречах, то какой ажиотаж творится у Керри на концертах. Похоже, он добился всего, о чём мечтал в молодости, и теперь купается в лучах славы. Наверняка теперь живёт в каком-нибудь безвкусном роскошном особняке. «Ну, мы хоть попытались», – примирительно говорит Джонни, но вздох выдаёт его истинное разочарование. Нет, он рад за друга. Всегда знал, что Керри справится. И всё же странно видеть старых знакомых: одновременно узнавать их и нет. Для всех прошло пятьдесят лет, кроме него. Королева «Посмертия». Богиня Сети. И легенда рока. А он просто галлюцинация в теле ходячего мертвеца. И каким был полвека назад, таким и остался. Всё тот же рокер-анархист, смердящий потом и текилой. Никакая он не легенда, сейчас мало кто помнит Джонни Сильверхенда… У него даже могилы нет. Всё это время остальные продолжали жить свою жизнь, расти, меняться. И теперь точно переросли его и позабыли, а может, давным-давно вычеркнули из памяти. Альт обвинила Джонни в своей смерти. Бестия назвала мальчишкой с канистрой топлива и спичками. Не самое приятное сравнение. «Ладно, куплю я ваш сраный билет», – бурчит Ви, вырывая его из мыслей, и начинает что-то искать в телефоне. Эта девочка так просто не сдаётся. Вышибала усмехается ей в лицо. Сайт загружается и выдаёт крупным шрифтом «РАСПРОДАНО». «А ты упёртая, малышка, но билеты давно раскупили». «Я смотрю, ты прям нарываешься. Сначала «малая», теперь это», – предупреждает Ви пытается, хотя они оба понимают: людям сложно воспринимать её угрозы всерьёз. «Да забей. Найдём чем заняться», – Джонни уже сам не знает, рад он или расстроен. Да и в любом случае нормально поговорить с Керри не получилось бы. Так, взглянуть краем глаза. А это, скорее всего, было бы ещё хуже, чем вовсе его не увидеть. «Не смеши мои носки. Эй!» – Ви выбирает именно этот момент, чтобы броситься к двери, но охранник перехватывает её подмышки и отставляет в сторону, а сам плотнее прижимается спиной к двери, заслоняя собой вход. «Да ладно тебе, – рычит наёмница. Джонни хмурится, заметив порозовевшие щёки. Ви реально нравится, когда её хватают за всякое. Уже не в первый раз он жалеет, что не может взять её на руки. – Это же, вроде как, фанатская сходка. Почему я не могу спонтанно появиться и заскочить?!» «Спонтанно тут появился только Керри Евродин, а фанаты за несколько часов до начала очередь занимали», – поясняет охранник, закатывая глаза. Должно быть, он у Керри давно работает, принимая во внимание железный иммунитет к подобным выкидонам поклонников. «Какая тупость. Это займёт у него минут пять, не больше!» – возмущается Ви, одновременно яростно жестикулируя руками. «Что стоит, как пять лет твоей жизни. А теперь будь добра, отвали уже». «Окей, я тебя поняла. Я такое в кино видела», – бубнит она, запуская руку в карман. Джонни заинтригованно вскидывает брови. «Когда успела?» «Завали, – девушка выуживает двадцатку и протягивает вышибале. – Теперь я могу зайти?» Брови охранника тоже ползут вверх. Он выхватывает двадцатку и прячет в свой карман. Ви расцветает, думая, что выиграла спор. Практически излучает победоносное предвкушение, однако лицо громилы остаётся непроницаемым. «Нет». «Какого…? Ладно. Тогда верни деньги!» «Какие деньги?» – ухмыляется тот, нагло глядя в лицо наёмнице. «Аргх», – Ви не находится с ответом, разворачивается и, чеканя шаг, топает по улице, матерясь себе под нос. «Это же не всё, да?» – интересуется Джонни, отмечая, что та даже не делает вид, будто идёт к байку. Эта настырная мелкая засранка обычно так просто не сдаётся, и сегодня точно не исключение. «Естественно. Мы попадём на эту ебучую встречу», – упрямо кивает она, сворачивая в переулок, огибающий здание по кругу. «Просто признай, что хочешь, чтоб тебя опять облапали», – с издёвкой говорит рокер. «Серьёзно? Джонни, даже если меня придавит деревом, ты найдёшь повод для ревности», – усмехается она, обходя магазин и ища глазами альтернативный способ попасть внутрь. «Я ни слова не сказал про ревность», – резко бросает Джонни и скрещивает руки на груди. С каких пор Ви стала так тонко его чувствовать? Она же должна находиться в блаженном неведении и получать от него минимум информации. «И не нужно ничего говорить, ты всем своим видом её показываешь, – парирует она, заворачивая за угол здания. – Я тут жопу рву, чтобы взять автограф у певца, о котором до тебя даже не слышала, чтобы ты мог посмотреть на друга. А тебя заботит только то, что меня схватил охранник». «А почему тебе так важно туда попасть?» – и хотя рокер знает ответ на этот вопрос, хочется опять это услышать. Да, глупо и по-детски, но приятно знать, что Ви делает это ради него. И делает добровольно. Со скрещенными руками мужчина наблюдает, как она возится с замком. «Потому что это важно для тебя! А Пасифика на сегодня отменилась прежде, чем я успела озвучить свои планы, поэтому мне остаётся только провести тебя внутрь, чтобы ты смог повидать своего старого другана!» – орёт она вслух, злясь на дверной замок за то, что не желает открываться. Это её искренне желание порадовать Джонни трогает до глубины души. А ещё Ви так увлеклась, что совершенно не заметила стоящего за спиной охранника с чёрной хромовой челюстью. «Так, маньячка, – подаёт голос громила, взваливая наёмницу себе на плечо на манер мешка с картошкой. – Тебе пора». Джонни против воли усмехается от вида перекинутой через плечо Ви. Юбка задралась до пупа, и теперь жопа, одетая в одни лишь трусики, сверкает во всей красе. Картина настолько абсурдная, что невозможно не заржать. Секьюрити держит крепко, не обращая внимания на разъярённые крики девушки. «Отпусти меня!» – визжит Ви, вырываясь и молотя кулаками по спине этого шкафа, но ему, очевидно, по барабану. «Как мне осточертели эти ваши фанатские выебоны». «Я не- А, бля. Ты у меня щас доиграешься!» – рычит Ви, стараясь извернуться и прожечь взглядом громилу. «О, нет. Я разозлил психованную фанатку, которая говорит сама с собой. Что же делать?» – безэмоционально тянет вышибала, унося её куда-то в сторону улицы. Наёмница ни на секунду не перестаёт колотить его по спине. Вдруг дверь с торца здания распахивается и оттуда высыпает группа охранников и корпоратов в костюмах, а в центре маячит знакомое лицо. Волосы у него теперь короткие и светлые, морщин и хрома значительно прибавилось, поверх солнечных очков проглядывают не карие, а голубые глаза. Но это Керри. И, несмотря на столь желанное всеобщее внимание и популярность, он что-то не выглядит счастливым. «Какого хера, Иден? – кричит один из тех, что в костюме. – Мы тебе платим не за то, чтобы ты зажимал фанаток». «Прикалываешься, Ковачек? Если б я хотел перепихнуться, сходил бы в брейнданс-клуб. Эта сучка хотела пролезть зайцем», – Ви взвизгивает, когда держащий её охранник резко разворачивается, выставляя задницу девушки на обозрение группе людей. Джонни хихикает. «Ага, только пока ты тут за юбками бегал, там внутри началась настоящая вакханалия, – рычит в ответ корпорат, качая головой. – Нам надо уезжать». «Я же тут не единственный охранник», – огрызается бугай, стряхивая Ви с плеча. Наёмница плюхается попой на грязный тротуар. «Может, уже поедем, бля», – Керри недовольно закатывает глаза за брендовыми очками. «Да-да, шевелитесь». «Стойте! Пожалуйста, можете быстренько подписать?» – вклинивается в разговор Ви, поднимаясь на ноги и поправляя юбку. Ковачек, тот, что в костюме, отвечает за Керри: «В другой раз. Нам правда нужно бежать, у Керри очень плотный график». «Всё путём, Ви. Мы его увидели», – Джонни воздевает глаза к небу. Ну конечно, Керри теперь ходит с менеджером или продюсером, значит продался какому-то корпоратскому лейблу. Только вот какому? Ребята из Universal Music были ничего. Он сам с ними не раз подписывался, после… ну, после того как послал на три буквы другой лейбл. Однако Universal всегда была не такой, как все остальные компании, поэтому вряд ли продержалась бы на плаву столько лет. Окружающие Керри люди начинают подталкивать его в сторону припаркованного у обочины лимузина. Судя по гомону толпы, через главный вход на улицу уже выходят фанаты в поисках скрывшегося кумира. «Пожалуйста, всего на секундочку!» – умоляет Ви вслед Керри, которого охранники с корпоратами продолжают настойчиво направлять к лимузину. И тут звезда делает роковую ошибку – он оборачивается и замечает несчастное выражение лица девушки. Певец закатывает глаза и с шумным вздохом останавливается, отчего шагающие позади телохранители врезаются ему в спину. «Окей, давай сюда», – нехотя соглашается он, пробираясь к ней сквозь кольцо свиты. Наёмница без колебания выуживает пластинку из «Радужной Каденции». Джонни перемещается поближе и с тоской в груди наблюдает, как друг берёт у Ви запись – реликвию давно минувших дней. Даже странно, как Керри может выглядеть настолько похожим на прошлого себя и вместе с тем нет. Добил наконец-то рукав на правой руке, поставил золотой хром. И не сказать, что слишком состарился – ещё бы, следит небось за здоровьем, с его-то деньгами. Однако Джонни не предполагал, насколько будет сложно разглядеть прежнего Керри. Старый рокер заметно оттаивает, стоит ему понять, что именно он держит в руках. «Каденция»? Хера се, да эта запись старше тебя», – бормочет он себе под нос, проводя пальцем по надписи. «Так и есть. Это запись с того шоу, на котором вы с Джонни устроили пожар, – улыбается Ви, пока Керри подписывает пластинку. – Она не моя. Это… э… моего друга. Он твой поклонник ещё со времён «Самурая»…» «Ви…» – предостерегает Джонни, подозрительно косясь на девушку… Какого чёрта она творит? «Да уж, дай угадаю. Он думает, я продался?» – с ощутимой горечью в голосе произносит Керри, хотя очевидно, что это должно было стать шуткой. «Вот и нет, – горячо качая головой, не соглашается она. В тоне слышен нажим. – Он всегда говорил, что тебе надо забить на группу и сделать сольный проект…» Фраза получается слишком искренней, словно идёт от сердца и наполнена особым смыслом. Джонни слышит эхо собственных слов, сказанных другу на прощание. Керри вдруг напрягается и отдаёт подписанную пластинку обратно. «А. Ага…» – ошалело моргает он, глядя на Ви так, будто увидел призрака. Надо отдать девчонке должное, на её лице не дрогнул ни один мускул. Впрочем, она не смогла удержаться и не послать ему робкую улыбку в благодарность за автограф. «Спасибо. Он будет очень рад! Правда!» – наёмница прижимает запись к груди, лучезарно улыбаясь, как восторженная фанатка. А Керри выглядит так, словно пытается её разгадать, пристально рассматривая сквозь стёкла очков. «Не тормозим. Надо валить. Быстро», – громко поторапливает корпорат. Суперзвезда кривит лицо и в который раз закатывает свои голубые кироши. «Уже бегу, блять», – огрызается Керри, которого резко вырвали из транса, и возвращается в плотное кольцо своих кровопийц. Ни разу не оглянувшись, он садится в лимузин. Заметив своего кумира, толпа начинает взбудоражено вопить. «Ну?» – спрашивает Ви, выжидающе глядя на Джонни и теребя подписанную пластинку. Керри просто расписался на ней, не оставив больше никаких посланий. «Ну…» – тянет в ответ мужчина, неуверенный, как расценивать реакцию старого друга. Значило ли это вообще хоть что-то? Джонни прикуривает, зажимает сигарету зубами и делает глубокий вдох, чтобы слегка расслабить натянутые до предела нервы. На мгновение ему показалось, что в глазах Керри замаячила ностальгия, а то обвинение, брошенное якобы в шутку в адрес самого себя, было насквозь пронизано горечью. И непонятно, его реакция на слова Ви вызвана тем, что память о Джонни ему реально дорога, или Керри просто не ожидал, что какая-то незнакомка на улице заговорит с ним репликами давно умершего приятеля. А, собственно, какая разница? Джонни теперь всего лишь воспоминание. Скорее всего, такое, о котором хочется забыть. Керри живёт дальше и смог подняться до самых вершин. Джонни и «Самурай» для него пройденный этап. Как для Бестии. И для Альт. Для всех он – лишь досадное воспоминание. «Как себя чувствуешь?» «Как призрак. Хз. Или пережиток прошлого», – признаётся рокер, выпуская со словами облако дыма. Впрочем, лучше бы он этого не говорил. Вслух прозвучало ещё хуже, чем в мыслях. В груди копошится чужая непрошеная жалость. Плещется во взгляде стоящей рядом Ви. Он ничем не заслужил это грёбаное сочувствие, и на душе от него ещё поганее. «В каком это смысле?» «Просто… Все вокруг меняются», – невнятно отвечает он, делая очередную затяжку. Слова оседают горечью на языке. «Ну да. Всё-таки прошло пятьдесят лет-». «Для меня нет! – перебивает Джонни. Злость поднимается подобно приливу. Отравленная пена обволакивает каждое слово. – Не забывай, я последние полвека провёл наедине со своими мыслями!» И хуёвее этого места сложно придумать. Дело даже не в самой «Микоши», а в том, что он варился в своём сознании. При жизни ощущалось так, словно мир вращался вокруг него, и он единственный мог на него повлиять, а все окружающие люди только и делали, что ловили каждое слово. Но сейчас стало очевидно, что жизнь просто продолжилась. От Джонни осталось лишь мокрое пятно, где-то под развалинами Арасака-тауэр. А теперь он лишь галлюцинация в голове наёмницы, и когда придёт время опять уходить, только она будет его помнить… Ну а пока, Ви тепло смотрит на него своими серыми глазами. Даже не шелохнулась в ответ на крик. Больше не боится его. И когда успела привыкнуть? Интересно, ему радоваться, что девушка стала настолько доверять самоконтролю Джонни, или беситься, что он чёртов психопат, который так часто закатывает истерики, что это уже стало нормой? Гнев для него, словно вторая натура, и Ви просто привыкла. «По правде, если судить по воспоминаниям, они почти не изменились. Не считая Альт». «Пфф. Бестия – королева фиксеров, теперь управляет собственной «Атлантидой». Керри стал легендой рока. Альт стала стремительно меняться, как только ушла в Сеть. Все они выросли и изменились, стали другой, новой версией себя. Лучше и сильнее, чем раньше, – вместе со вздохом с губ слетает облако дыма, а следом – обидные слова. – А я тут постепенно деградирую в твоей компании». В груди Ви что-то болезненно ёкает, слова прорезают в самую глубь. Он не хотел её обижать, но всё равно сделал. Вина тут же обжигает изнутри, сливаясь с чужой, не физической болью. Взгляд серых глаз становится тоскливым и смотрит куда угодно, только не на Джонни. Прозвучало так, будто он жалеет о времени, проведённом в компании девушки, однако проблема вообще не в этом. Дело не в Ви. Дело в нём, это понятно. Но, как обычно и бывает, мужчина просто вывалил всё на близкого человека, не подумав. Его гнилое нутро порой словно трясина, затягивает всех в радиусе досягаемости, вот только теперь в этом радиусе осталась одна Ви. Выходит, на ней он и отыгрывается. Как раненный пёс бросается на любого, кто приблизится. А так как наёмница единственная – ей и достаются все шишки. Нет, он не бесится, что оказался в её компании. Просто… Блять, почему никто не написал его имя на надгробии? Даже на нише в Колумбарии его нет. Ни прощального послания, ничего. И теперь выясняется, что Джонни не может полагаться даже на собственную память, поскольку даже тот налёт, который должен был стать переломным в его жизни, оказывается, организовал не он. На кой тогда всё это было? Ради народа? Всё бессмысленно, ничего же не поменялось. А люди, которые были важной частью его жизни, переросли его и забыли. «Мне кажется, ты не прав». «Знаешь что-то, чего не знаю я?» «Он оставил шрам», – просто отвечает Ви, повесив голову и ссутулившись. От одного вида его захлёстывает новая порция вины. «Чего?» – рокер решает проигнорировать неудобные эмоции и не свою обиду, которая отдаётся эхом внутри. «Шрам от удара с того концерта в «Каденции». Когда вы не поделили микрофон, – потирая верхнюю губу, объясняет она. – Пятьдесят лет прошло. Денег у него хоть жопой жуй. Доступ к современным аппаратным методикам: замена кожи, импланты. Но шрам он оставил. Такой же, как у тебя. Это что-то да значит». «Например, то, что он продался, но не полностью? – язвительно отмахивается Джонни, однако от этой мысли так просто не отделаться. Девушка опять удивляет своей наблюдательностью. – Это, скорее, для антуража, чтобы было что рассказать на интервью, и не показаться конченым мудаком». «Я так не думаю. И по правде, ты и сам так не думаешь», – она качает головой. Как обычно, права… Во всяком случае, Джонни на самом деле не хотелось бы так считать. Не может же он остаться всего лишь заезженной до дыр историей, о которой вспоминают с неохотой. Но… «Да как скажешь», – насупившись, он соглашается, лишь бы закончить этот выворот душ наизнанку. Мужчина и так уже много личного наговорил и, в лучших традициях, всё испортил. А ничего другого он и не умеет. «Погнали, – со вздохом говорит Ви и шагает в сторону улицы, на которой с отъездом Керри стало значительно свободнее. – Продолжишь деградировать со мной у Джуди…» «Ви…» «Всё норм, я тебя понимаю. Хорошо, что парад уже завтра… Так что, может, недолго тебе со мной осталось», – бубнит она, садясь на мотоцикл. Камень на душе Джонни становится в несколько раз тяжелее. Понятно, что это пройдёт, как всегда и бывает. Но почему-то с каждым разом становится всё сложнее это выносить. Что самое поганое: он чувствует, как именно девушка себя ощущает в эти минуты. И вина, сдавливающее сердце тисками, тоже не помогает. Интересно, когда Джонни уйдёт, она будет помнить только плохое? Во время поездки до дома Джуди он решает не появляться и дать Ви возможность побыть одной, насколько это возможно. Просто тенью следует за ней, никак не проявляясь. Остаётся надеяться, что всё уляжется, а рокер заодно не наболтает ещё чего обидного. Так всегда и происходит. Поэтому он в итоге и останется старым шрамом, неприятным воспоминанием и призраком прошлого. Девушка спланировала весь сегодняшний день специально под него, а Джонни сказал, что рядом с ней деградирует. Будто время, проведённое вместе – это пустая трата времени. Только это, сука, вообще не так. Он в этом абсолютно уверен. Ви тут ни при чём. Они каждое утро просыпается в одной постели, и первым делом Джонни видит её. И, ещё не до конца проснувшись, каждый раз ищет этот недостающий кусочек, хотя она лежит рядом. Даже находясь в одном теле, он умудряется по ней скучать. Так что проблема не в Ви. Да, он заставил её в это поверить и теперь надеется, что девушка просто забудет. Потому что любая попытка всё объяснить оседает пеплом во рту и вызывает тупое покалывание в груди. Да и звучит как-то слишком… откровенно. Слишком… С тяжёлым сердцем и протяжным вздохом наёмница стучится в дверь квартиры Джуди. Быть может, это глупо, обижаться на слова Джонни, но они никак не выходят из головы. Оказывается, он «деградирует в её компании». Отчего снова возникает резонный вопрос: насколько благородно его желание уйти за Чёрный заслон с Альт? Таким образом он хочет спасти Ви или всё-таки себя? Выходит, Джонни больше невыносимо находиться рядом с ней. Тупизм какой-то. Естественно, ему не нравится вся эта ситуация. Он словно в тюрьме, не в состоянии взаимодействовать с окружающим миром. Может видеть друзей без возможности поговорить с кем-то, помимо Альт. Он ничего не решает, да и, в сущности, не живёт по-настоящему. А теперь Джонни, похоже, всерьёз задумался о своём наследии. Об отпечатке, который оставил в жизнях всех этих людей. Ведь он хотел изменить мир, уйти легендой. Но получил только нишу не с тем именем, ряд пыльных бутылок текилы и пару пластинок «Самурая» в баре Бестии… Наивно было полагать, что его это устроит. Что Джонни будет рад просто сосуществовать с ней рядом… Однако были моменты, когда он был счастлив. Ви чувствовала. Ей нравилось думать, что несмотря на весь этот пиздец, по вине которого они оказались вместе, возможно, порой были и хорошие моменты. Ей просто хочется, чтобы он был счастлив… и желательно рядом. Неправильно ли это? Глупо? Наивно? Ви уже не знает. Дверь отъезжает, и наёмница на секунду напрягается. В коридоре стоит Том. Парень уже не выглядит таким сбитым с толку, как в тот раз в клубе. Одетый в простые майку и шорты, он, очевидно, размышляет, не слишком ли Ви разодета для вечера с пиццей. «Привет, Ви. Заходи. Пицца остывает, – приглашает Том, отступая обратно в глубь квартиры. – Идём на кухню». Девушка следует за ним и видит за стойкой Джуди, возящуюся со стопкой коробок. На одном из барных стульев сидит незнакомая короткостиженная блондинка в свободных штанах и лифчике. «Мы как раз тебя ждём, – Джуди замолкает, когда замечает короткую юбку и яркий макияж. – Выглядишь потрясно, Ви, но ради меня не стоило так заморачиваться», – с дразнящей улыбкой комментирует она. «Спасибо. Не, у меня была до вас встреча», – неловко улыбаясь в ответ, девушка чешет затылок и мысленно возвращается к Джонни. Она специально надела эту юбку, чтобы рокер не смог устоять и «отблагодарил» её за встречу с Керри, заставив кончить в каком-нибудь переулке. Но вот, чем всё обернулось. «Садись, – приглашает Джуди. Ви обходит стойку и не без труда забирается на высокий стул рядом с незнакомкой. – Это Роксанна. Она работает в «Облаках» дольше нас всех». «Привет», – Роксанна оборачивается, чтобы лучше её рассмотреть своими красными глазами-сердечками. «Приятно познакомиться». «Наслышана о твоих подвигах в «Облаках»… – улыбается та. – До сих пор жалею, что у меня был выходной». «Ну, может, сегодня повторю для тебя что-нибудь на бис», – шутит Ви с ответной ухмылкой на губах и тут слышит треск помех – Джонни материализуется впервые с тех пор, как признался, что «деградирует». А теперь, облокотившись спиной на аквариум, маячит за плечом Роксанны. «Доедай свою халявную пиццу, и дельтуем отсюда, окей?» – рокер указывает на неё пальцем, будто приказывает делать, что велено. Это выводит девушку из себя. «Что за спешка? Хочешь пойти куда-то ещё и там подеградировать?» – мысленно огрызается она. Слова тонкими иголками проходят сквозь кожу и впиваются в сердце. Джонни закатывает глаза и уходит сквозь занавески в кабинет Джуди. Быть может, Ви была чересчур резка, просто бесит. Она же видела, как ему нравилось проводить с ней время. Они шутили, смотрели кино, выбирали где поесть, играли с котом, занимались сексом. Она видела его искреннюю улыбку. Видела и ощущала его радость. По крайней мере, так ей казалось. В самом худшем случае, Джонни утверждает, что она одна придавала этому такое значение, что всё это её субъективное восприятие, а для него каждый миг был мучительно невыносим. Эта мысль очень угнетает. Неужели их дружба, их связь – как её ни назови – была исключительно односторонней. А в лучшем – он просто сморозил хуйню, хотя на деле имел в виду совершенно другое, а теперь засунул язык в жопу и никогда в этом не признается. И эта мысль злит до трясучки. Понятно, что Джонни не хотел бы для себя такой судьбы. И что они против воли оказались привязанными один к другому. Что они друг друга не выбирали. Что чип для него – тюрьма, а для Ви – смертный приговор. Что его пытали и оцифровали насильно, что ему до сих пор непросто принять свою нынешнюю форму существования. И встречи с друзьями полвека спустя тоже не помогают. Но где во всём этом её вина? Ровно так же, как и не Джонни приговорил её к смерти. Остаётся надеяться, что он видит в ней не одну лишь клетку, но ещё и друга. Наёмница переводит взгляд на Джуди, которая раскладывает пиццу и раздаёт газировку, то и дело теребя розово-зелёные пряди, пока исполняет роль гостеприимной хозяйки. Ви вздыхает. Пора перестать зацикливаться на Джонни, и без того хватает его эгоцентризма в жизни. У Джуди своих проблем хватает, как и у всех остальных людей в мире, и она позвала Ви, чтобы помочь разобраться с одной из них. «Тебе уже лучше?» «Я на автопилоте, – признаётся та. – Я не думаю, просто делаю». «Понимаю, – Ви переключает внимание на Тома. Надо ведь со всеми поговорить, так? – А как твои дела?» «Вроде всё окей… – отвечает парень, жуя пиццу, – но как-то очень тяжело». Ви смотрит на Роксанну: «Ты-». Дверь ванной открывается и раздаётся звонкий стук каблуков по плитке. В комнату входит Майко. В отличие от Тома и Роксанны, одета она по-деловому и явно пришла не пиццу есть. Сморщив нос, японка подходит к стойке. «У тебя до сих пор тут воняет трупом, – цинично комментирует она, что странно, ведь они с Джуди когда-то были близки. Цепкий взгляд впивается в Ви. – И так всё время, да? В чём секрет?» «Какая-то ты слишком дерзкая для той, кто знает, чем я зарабатываю», – с опасной ухмылкой отмечает наёмница. Понятно, что по какой-то причине Майко всё еще дорога для Джуди, но, бля, какая же она бесячая баба. «Не дерзкая, просто знаю, что послушная цепная шавка Джуди меня не тронет. Ты же не сделаешь ей ещё хуже, правда?» Ви фыркает и закатывает глаза. Шельма ловит её взгляд и примирительно улыбается, без слов умоляя не накалять. «Кстати… Форрест сегодня не вышел на работу. И вчера тоже». «Вот чёрт. Интересно почему», – с издёвкой тянет Джонни, которого Майко бесит не меньше, чем саму Ви. Теперь мужчина расположился в углу гостиной с сигаретой в руке. «Если так по нему скучаешь, сходи на технический этаж. Может, там найдёшь то, что от него осталось». «Сделаю вид, что не слышала. Я понятия не имею, почему он не вышел. Усвой это». «Вы там закончили здороваться или нет? – встревает в разговор Джуди. – Революция сама себя не совершит. Я модифицировала поведенческий чип. Он будет оснащать кукол системой мускульных рефлексов, которая… Ммм, короче, они смогут драться, как соло». «Потрясающе! – Майко прикуривает и затягивается. – Работа над фальшивыми оргазмами для Шельм не прошла даром». «Выйди, пожалуйста. Здесь у меня никто не курит», – Джуди отчитывает смолящую японку, в то время как Ви невольно бросает взгляд на Джонни. «Ничего, проветришь, – Майко демонстративно стряхивает пепел на пол. Шельма продолжает сверлить её взглядом. – Ладно, покурю в окно». «Выглядеть будет так, словно тело выполняет заученную серию движений. Мы уже это протестили на Томе, – Джуди хлопает парня по плечу, пока Майко располагается на диване. – Импульсы чипа подавляют природные рефлексы, то есть человек по-настоящему переживает что-то типа киберпсихоза». «Но примерно то же самое происходит и когда мы работаем с клиентами», – уголки губ Тома слегка ползут вверх. Ви кивает. Вроде всё понятно и логично. Если программа моделирует поведение кукол во время сессий, то почему бы не использовать это для боя. Впрочем, потрясающе, как Джуди до этого додумалась и смогла воплотить в жизнь. У девушки определённо выдающийся талант, однако Ви по-прежнему любопытно. «Как тебе пришла такая мысль?» «Я занималась чипом, когда работала в «Облаках». Мне сразу показалось, что его можно легко модифицировать. Странно, как я не подумала об этом, когда мы разговаривали с Майко». «И слава богу, – вклинивается в разговор японка. – В «Облаках» до жопы камер и микрофонов. Если бы ты такое выдала, Тигриные Когти приехали бы с отвёртками и выковыряли эти чипы из кукол». «Побочные эффекты есть?» «Полный боевой режим автоматически запускается в случае угрозы, и из него нельзя выйти. Этого я обойти не могу», – со вздохом объясняет Шельма. «И всё?» «Не знаю – она пожимает плечами. – Чтобы это выяснить, нужно несколько месяцев тестить чип на куче народа». «Есть ещё и моральный аспект, – тихо добавляет Роксанна. – Можно убить человека и даже ничего не вспомнить». Наёмница опять согласно кивает. Сложно представить наивного Тома и нежную Роксанну в роли жестоких соло. Оба выглядят так, будто не могут за себя постоять в обычной жизни, остаётся надеяться, что Джуди всё правильно высчитала. И если это весь их отряд… выглядит не особо обнадёживающе. «Ладно, поверю, когда увижу…» «Хоть кто-то это сказал». «Не соглашайся со мной, а то мне не по себе», – ворчит Ви, недовольная, что они с Майко сошлись во мнениях. «Том?» – Джуди выжидающе смотрит на друга, и тот кивает, поднимаясь со стула. Ви наблюдает, как этот с виду утончённый парень берёт из мойки три огромных тесака. Зрачки его мгновенно загораются фиолетовым огнём, который она уже видела в глазах Скай. Поигрывая ножом в непринуждённой манере, так похожей на Ви, он прицеливается и бросает их один за другим. Клинки со свистом пролетают рядом с головой наёмницы. Она оборачивается и видит, что все три торчат из стены у окна. «Это я взяла из обучающего видео про кун-фу». «Неплохо», – Ви в состоянии оценить навык, учитывая её пристрастие к холодному оружию. «Для базарного театра в Кабуки. Прежде чем говорить серьёзно, я хочу увидеть то, что может реально пригодиться». «Но ведь… ты сама видела», – буркает Джуди, закатывая глаза на опять недовольную Майко. Та переводит высокомерный взгляд на Ви. «Я видела фокус. Теперь покажите драку, – говорит она голосом повелителя, жаждущего зрелищ. – Среди нас есть эксперт по избиению людей. Посмотрим, как Том справится с ней». Брови наёмницы взлетают вверх. Она всерьёз хочет, чтобы они с Томом устроили спарринг. Так себе идея. Ви убивала парней и покрепче, и покрупнее. Как-то не хочется нанести ему серьёзные увечья. Тома, кажется, эта мысль ни капли не волнует. Глянув на Ви, он с энтузиазмом отходит в центр комнаты, где посвободнее. «Ви?» «Даже не знаю… Не хочу его покалечить…» «Не сможешь, – уверяет Джуди. – Только не разнесите мне хату. Я к ней привыкла». Наёмница кивает и со вздохом расправляет плечи, подходя к Тому. Парень поднимает кулаки и готовится к драке, едва не подпрыгивая от предвкушения. Ви неуверенно улыбается ему. «Ты точно уверен?» «Давай, подходи!» «Ладно…» – неохотно соглашается она, хрустя костяшками. Как бы там ни было, проверить надо. В худшем случае Том пропустит удар и отделается сломанным носом, зато они будут знать, что так дело не пойдёт. А в лучшем даст отпор, и станет ясно, что чип работает как надо. Пока программа не активировалась, и глаза парня не превратились из голубых в мерцающие сиреневые. Руки подняты недостаточно высоко, лицо открыто, однако Том так воодушевлён, что не понимает. Ви замахивается и метит в незащищённую голову. Однако прежде чем кулак успевает достичь цели, глаза оппонента вспыхивают пурпурным, и рука девушки оказывается в захвате. Том отводит удар в сторону и выкручивает руку так, что с её губ слетает невольный вскрик. Плечо вот-вот выскочит из сустава. В таком положении она не в состоянии поставить блок, чем Том мгновенно пользуется и бьёт под дых, вышибая из груди весь воздух. Ви отлетает назад и со стоном врезается в диван. Перед глазами начинают мелькать красные полосы, острая боль, не связанная с дракой, прошибает лёгкие и череп. Джуди в секунду оказывает рядом и всматривается в лицо. Взгляд темно-карих глаз встревожен не на шутку. «Эй! Ты меня слышишь?» «Хаха! Что я умею-то! Вы видели?» – торжествующе кричит Том, подпрыгивая и крутясь на месте, готовый станцевать победоносный танец. Щёки Ви вспыхивают. Этот мальчик-гей уделал её в два счёта… И как назло, взгляды всех присутствующих направлены на Ви. Джонни, Джуди, Майко, Роксанна и Том – все уставились на неё. В некоторых читается сочувствие, в остальных нет. Джонни усмехается, похоже, что он еле сдерживает смех. Майко тоже весело, в её особой снисходительной манере. Только Джуди с Роксанной не до шуток. А Том всё ещё опьянён своей победой. «Если тебе есть что сказать, говори», – она с укором обращается к Джонни. Тот ухмыляется. «Кому, мне? Я вообще в ахуе», – примирительно заявляет рокер. Лицо Ви до сих пор пылает из-за поражения, да ещё такого позорного… «Ты гений, Джуди… Работает как надо…» «Давайте теперь к делу. У вас есть элитный отряд из трёх дуболомов и инженера. Что дальше?» – спрашивает Майко, стряхивая прогоревший кончик сигареты в пепельницу. «Мы обезвреживаем всех охранников и Тигриных Когтей, каких встретим, обезоруживаем их и выводим наружу. Оп, и «Облака» наши, – Джуди распрямляется, пристально глядя на неё и уперев руки в бока, а потом усаживается на кофейный столик. – Боссам ставим ультиматум: мы отдаём им процент от выручки, а они больше никогда не появляются в клубе. И никак не участвуют в его управлении». Майко качает головой и наклоняется вперёд: «Так я и думала. Безумный и наивный план. Ты не видишь дальше одного хода вперёд. Если убрать пару лбов из охраны, это ничего не решит. Когти пришлют новых. Надо убирать самого Хироми Сато». «Кто это?» «Настоящий босс «Облаков». Приходит редко, но никто и чихнуть не смеет без его позволения. Когти его уважают и слушаются. Он один из них. Можно попробовать с ним договориться, но шансов мало… Я бы лучше придумала, как его запугать». «И где нам его искать?» «Мне надо будет выяснить его распорядок, но скорее всего, в его квартире в мегабашне Н8 на последнем этаже. Это пентхаус. Я узнаю, когда он бывает дома, и найду способ вас туда провести», – рассказывает Майко. Судя по всему, она всё больше и больше согласна участвовать в этой затее. «Значит, кто-то пойдёт в «Облака», а кто-то к нему?» «Ага, – кивает Майко. – Том и Роксанна займутся клубом. А ты поможешь нам с Сато». «Массированная атака… Мне нравится», – согласно кивает Джуди. Ви даже кажется, что в её глазах на какое-то мгновение мелькает тень былого обожания. Видимо, она была по уши влюблена в Майко. «Может сработать…» «Ну как? Ви, Том, Рокси? Согласны? Вы готовы к такому?» – Шельма спрашивает остальных, потому что, очевидно, Майко всеми руками «за», раз уж указала на главного. «Ммм… Мне надо подумать. Я ещё никого в жизни не убивала», – нерешительно теребя волосы, говорит Роксанна. «А я готов хоть сейчас». «Ви?» – Джуди с надеждой переключает внимание на неё. Наёмница улыбается. «Ты что, реально хочешь согласиться? Мы же не будем рисковать жопой ради кучки каких-то шлюх?» – подаёт из угла голос Джонни, буравя её взглядом, словно говорящим: только попробуй в это ввязаться. «Я с вами», – соглашается Ви. Рокер опускает глаза себе под ноги. «Спасибо, Ви», – искренне говорит Шельма. Перед глазами пляшут голубые и красные пиксели, наёмница пытается их сморгнуть, но голову стискивает в новом приступе боли. К горлу подступает тошнота. Майко тем временем встаёт. «Оставьте благодарности на потом, окей? – фыркает она. – Я дам знать, когда выясню что-то насчёт Хироми. Дайте мне несколько дней. Развлекайтесь. Пока!» «Майко, стой. Может, подвезёшь?» «Только если будете ехать тихо», – нехотя соглашается та, и Том с Роксанной следуют за ней к выходу. Ви борется с дурнотой. Только бы не наблевать на ковёр Джуди. Горло першит, возникает тяжёлый металлический привкус. Она пытается сдержать кашель, боится, что вместе с ним вырвется поток желчи либо крови. «Чёрт… Прикинь, мне страшно, Ви, – судорожно выдыхает Джуди. Стоит всем уйти, и она устало опускается на диван. – Кстати, насчёт благодарности… То, о чём я тебя прошу… Такое обычно никто бесплатно не делает». «Не-не», – вяло перебивает наёмница, всё ещё сопротивляясь тошноте. Силуэт Джуди двоится, мысли разбегаются, голова раскалывается, в таком состоянии сложно собрать себя в кучу. «Я понимаю, ты хочешь помочь… Но я готова заплатить твою полную ставку. Это будет справедливо». «И не мечтай. Это исключено», – Ви изо всех сил старается отвечать ровным голосом. «Но-». «Стоп-стоп-стоп, тихо. Ни слова, – она пытается встать, отчего череп словно разлетается на осколки. От боли девушка опасно покачивается. – Блять, блять…» Руки хватают её за плечи в попытке помочь и не дать упасть. Перед расплывающимся взором возникает обеспокоенное лицо Шельмы. Нет-нет, только не сейчас. Ви пытается взять под контроль свою усиливающуюся мигрень и острые приступы тошноты. «Эй… Ви, всё нормально?» Сбой в работе биочипа Ви плюхается на диван, поскольку чувствует, что иначе грохнется на пол. Джуди присаживается рядом с наёмницей, которая пытается прийти в чувство. Нормально. Бывает. Надо просто переждать. Эти приступы всегда проходят. Даже невзирая на заливающую горло кровь, которой можно захлебнуться. Они всегда проходят. «Ви? Что с тобой такое…?» «Всё норм. Мне…эм, всё… Мне уже лучше…» «В чём дело, Ви? Ты чем-то больна?» «А, да, – выдавливает она. Похоже, ей и впрямь полегчало. – Вроде того. У меня аутоиммунка. Бывают такие приступы, но быстро проходят. Всё в порядке». Ей не нравится лгать Джуди, но ещё больше не хочется грузить своими проблемами и рассказывать про Джонни. Ви и так уже сделала больно, когда заставила копаться в воспоминаниях Эвелин ради тех зацепок. К тому же у Шельмы своих дел хватает. «Окей, как скажешь. Уже поздно, ты просто устала, – большие карие глаза тепло смотрят на Ви. – Можешь лечь на диване, если хочешь». Голова всё ещё плывёт, а во рту привкус железа. Тело отчаянно требует лечь и больше не подниматься. Сложно представить, как она будет добираться домой в таком состоянии, хотя пару раз уже приходилось, но теперь Ви не уверена, что в силах подняться. «Да. Спасибо большое». «Не за что. Чувствуй себя как дома», – Джуди встаёт с дивана и направляется в сторону спальни. Когда дверь с шелестом закрывается, наёмница утыкается лицом в ладони. «Ты как?» – Джонни возникает сидя рядом. «Норм, мозги закипают прямо в черепушке. Всё, как обычно…» – про себя отвечает Ви, со вздохом скидывая ботинки. Тело требует отдыха, поэтому она без задней мысли кладёт голову мужчине на колени, словно на подушку. Ещё пара секунд, и Ви уснёт. Краешком сознания девушка гадает, стоило ли так делать. Возможно, надо перелечь? Или это будет ещё глупее? Но прямо сейчас ей настолько хорошо и удобно… Она надеется, что Джонни тоже не возражает. Ви устало ему улыбается. Рокер её не отталкивает, однако взгляда избегает. Обе руки закинуты на спинку дивана. Намеренно не смотрит на неё и не касается. В груди что-то тихо скребётся. «Да… Мне как-то тоже херовато…» – говорит он. Внутри ощущается укол совести. Видимо, из-за того, что случилось. И это чувство передаётся ей. Он же не виноват в приступе. Вот в своих словах насчёт деградации – да. Впрочем, этот человек винит себя в смерти подруги, которую при жизни обзывал последними словами. Его всегда было трудно понять. «Ты тут ни при чём, ты же знаешь, – вздыхает девушка. Жаль, что такой в теории прекрасный день пошёл коту под хвост. – Прости, что всё прошло не по плану…» «Ты тут ни при чём, ты же знаешь», – Джонни отвечает её же словами. Наёмница невольно усмехается. Кровь до сих пор стоит в горле. «Я так надеялась на секс, но до этого так и не дошло…» – расстроенная, она прикрывает глаза. В следующий миг огрубевшие пальцы зарываются в волосы и непривычно нежно массируют голову. «Девочка моя, это подождёт, – Ви краснеет в ответ на эту новую манеру обращения. – А пока постарайся не захлебнуться в собственной крови, идёт?» «Обещать не могу, – шепчет она, устраиваясь удобнее. Во рту по-прежнему стойкий привкус железа. – Давай пока… так посидим…?» «Конечно. Мне сегодня никуда не надо», – нарочито беспечно отвечает рокер, однако кажется, что он немного… смущён? Или, скорее, растерян. В любом случае, такое не часто увидишь. В кои-то веки Ви рада приступу. «Да ну? То есть ты не против подеградировать со мной ещё чуть-чуть?» – игриво уточняет девушка. Сейчас не охота выяснять отношения, просто слегка подразнить. «Типа того. Могло быть и хуже…» Она усмехается такому уклончивому ответу, однако на душе теплеет. В этом весь Джонни. Большего ожидать и не стоит. Ради своего собственного спокойствия Ви предпочитает думать, что именно сейчас ему так же хорошо, как и ей. «Над чем ты угораешь?» «Я тебе нравлюсь». «Иди ты», – бурчит Джонни. Наёмница хихикает и переворачивается на бок, но голову с его бедра не убирает. Сбитый с толку ёрзаньем, мужчина убирает руку, а Ви ловит её и кладёт обратно, без слов прося продолжать гладить по волосам. «Всё нормально. Ты тоже ничего». «Ага, как скажешь… И так, для справки: я не в восторге от этого вашего плана по спасению шлюх. Сейчас я тебе мозг выносить не буду, тебе и так хреново, но я уверен, что идея хуёвая», – он пытается поменять тему так отчаянно, словно от этого зависит его жизнь. «Мхм», – мычит она ему в бедро, не открывая глаз. «Реально, Ви. Нам есть чем заняться, да и план – гов-». «Спокойной ночи, Джонни», – перебивает Ви. Тот шумно вздыхает, но не перестаёт играть с её волосами. «Спи, принцесса…»