сигареты, витамины с лидокаином, песни под гитару и фортепиано

скар завалился в комнату, переоделся и плюхнулся на кровать. берёт в руки телефон, любуется фоткой кадзухи на экране блокировки, заходит в телегу и открывает чат с рыжим.

хуила рыжий

не занят?

для тебя всегда свободен

можешь попиздеть со мной?

ебашь медик набирает друга. тот сразу же отвечает. — соскучился по мне? — игривый голос на том конце. — почти. тарт, мне совет нужен. — нихуя… ты не заболел? — завтра же четырнадцатое февраля? я с этой работой совсем в датах запутался. — да-а-м, завтра день сладких парочек, — у рыжика всё такой же игривый и даже пошлый тон. — чё кадзухе подарить? — это кто? — ты совсем ебанулся там со своим старпёром? — орёт в трубку. — это мой парень вообще-то. — а, да?! — тарт был в конкретном ахуе. бьёт себя по лицу. — ты всю инфу про него скрываешь! к чему это вообще? — на всякий случай, вдруг увести захочешь. — ой, нахер надо? я люблю постарше. — поэтому записал меня в лучшие друзья? — ты старше всего на год! — ну так что дарить? — так, с его друзьями есть возможность связаться? — через инсту, но мне лень. тем более эти детки уже спят. — чего сразу детки? его лучшая подруга, ёимия кажется, она твоя ровесница. — да ну нах? — у гитариста челюсть отвисла. — серьёзно? — вроде да, ну двадцатка ей точно есть. а, вернёмся к подарку. хм… что он любит? — меня. — я спросил «что», а не «кого», — закатывает глаза. — может сладости какие-то? о, сейчас модно вторым половинкам дарить свои толстовки, можешь ту красную подарить, ты ведь её ни разу не носил. — идея хорошая, вот только он в ней утонет и будет она ему ниже колена. — реально? — да. — так, — зевает, — вернёмся к первому: что ему нравится? — десерты, кислые духи, плюшевые игрушки, м-м-м… безделушки всякие, по типу парных кулонов, браслетиков всяких. — ну вот! подари парный кулон, плюшевую игрушку и какие-нибудь духи. — с духами проблема, мне стрёмно. — что стрёмно? в летуаль или в рив гош зайти? боже, чел ты… — окей, кулоны и игрушка будут, но надо что-то ещё… — фак, на крайняк подари себя. скар закашлялся. — ты прикалываешься? мы два месяца встречаемся. — нихуя себе! раньше тебя это мало волновало. — хватит сравнивать, я давным-давно изменился. — лады, о! подари ещё цветы и конфеты. — он не очень конфеты любит, ему больше нравятся пироженки всякие. и с цветами проблем-с будет. — опять в тебе сыкло заиграло?! — спрашивает немного раздражённо. — да нет же, я тебе где цветы зимой достану? рожу что-ли? или ты предлагаешь дарить искусственные? — я тебе утром адрес кину, ты только напомни. — ага, главное самому не забыть, — усмехается медик, хватая со стола банку таблеток. закидывает в себя две и запивает водой из бутылки. — ты там чё жрёшь? — таблетки. молчание на том конце. — я… не понял прикола. — снотворное. — блять, хуесос фиолетовый, — облегчённо вздыхает. — не пугай больше старого. — это кто из нас ещё старый? — ой всё, завали и отвали, — закатывает глаза. аякс и скар болтали до четырёх утра. закончилось всё на том, что рыжий услышал на другом конце провода тихое сопение и, улыбнувшись, отключился.

***

итак, сегодня пятница и день всех влюблённых, а это значит – после учёбы можно идти праздновать вместе со своей второй половинкой. кадзуха так и поступил. с гитаристом договорились встретиться вечером, к восьми часам. их ждёт увлекательная ночная прогулка и какой-то сюрприз от скара, но это ещё не всё. главный бонус – ночёвка у медика. блондин ловил себя на мысли, что всё может зайти немного дальше, чем нежные поцелуи и крепкие объятия. но если он откажется, скар ведь ничего не сделает? уже подходя к месту встречи, пианист замечает знакомую фигуру. в руке у скара что-то достаточно большое и красное. заметив блондина, медик вытаскивает из ушей наушники и кладёт их в карман пуховика. каз тепло улыбается и машет ручкой в варежке. — дорогой кадзуха каэдэхара, — торжественно начинает медик, — я искренне не знал, что вам подарить, поэтому от сердца и почек, дарю…— задумался. — вроде бы сто один цветочек. короче на, — вручает букет алых роз. кадзу смотрит на старшего и берёт в руки букет. — да я шучу, — треплет по шапке, — подарок чуть позже. — не стоило так заморачиваться…— парень густо покраснел и спрятал личико в своём шарфике. — но я тебе тоже подарок сделал. — блять, я как-то лоханулся… младший смотрел с недопониманием. — у нас сейчас развлекательная программа, а ты будешь с этими цветами возиться… тьфу ты блять, надо было позже вручать. — ничего страшного, — снимает варежку и касается щеки скара. тот ластится к ней, как котёнок, ещё чуть-чуть и замурлычет. темноволосый немного приседает и тянется за поцелуем. накрывает припухлые губы кадзухи и проводит по ним языком. младший краснеет всё гуще и гуще. он отвечает на поцелуй, пытаясь осторожно смять холодные уста напротив. ничего из этого не вышло, поскольку старший перехватил всю инициативу на себя. поцелуй был влажным, нежным и долгим. медик на пробу пытается протолкнуть язык в полость рта каэдэхары, на что блондин легонько толкает скара в грудь. намёк ему понятен – продолжать нельзя. через несколько секунд, он отстраняется и чмокает красный носик, после чего, оба крепко обнимаются. — ещё раз с праздничком, — тихо говорит пианист и целует щёку гитариста. — и тебя, булочка моя. они ещё немного вот так постояли, после чего отстраняются. — а сейчас сюрприз, мальчик мой, мы идём в кино, — лучезарно улыбается и берёт блондина за ручку. — надеюсь не ужасы? — какая-то популярная мелодрама. — неплохо, хотя с тобой я бы пошёл даже на самый кринжовый хоррор. оба тихо смеются. но перед походом они всё же заскочили к блондину в общагу. он поставил букет в вазу и спрятал в рюкзаке подарок для гитариста.

***

из кинотеатра скарамучча и кадзуха выходят в слезах. — да как она вообще посмела так с ним поступить?! — возмущается медик, стирая рукавом толстовки слёзы с опухших глаз. — в который раз убеждаюсь, что женщины – самые кровожадные существа на планете… — поэтому перешёл на парней? — усмехается каз и шмыгает. — ты второй, кто задаёт такой вопрос. — а кто был первым? если не секрет. — одногруппник, — зевает, прикрывая рот локтем. — куда теперь? — ты кушать не хочешь? отрицательно мотает головой. — а вот я хочу. — я хочу десертик… можно?.. — только немного. вредно на ночь. и да, я- — и да, ты платишь, — в шутку закатывает рубиновые глазки и улыбается.

***

после кафешки парни выходят на улицу и идут гулять. где-то к двенадцати ночи, они направились в общежитие медицинского колледжа, в котором учится скар. — ебать я нажрался, — на выдохе тараторит медик. — смотри мне, тебе ещё мой подарок тестить. — там еда? еду я люблю, — давит довольную лыбу. — не совсем, но от такого ты точно не откажешься. — интриган ты у меня, — легонько толкает плечом. — прохладно становится, давай быстрее, — тепло улыбается. мягкая ладонь скользит к ладони темноволосого. — тебе не терпится получить свой подарок или подарить мне? — всё сразу, — нежно улыбается и крепче сжимает горячую ладонь медика.

***

на вахте их без проблем пропустили, даже несмотря на запрет приводить гостей. общага была квартирного типа, такая же как у кадзухи. вариант достаточно редкий и недешёвый. скар открывает ключом «квартиру» и пропускает каэдэхару. заходит следом, включает свет, закрывает дверь. — твою мать, аякс! — орёт медик, ахуевая от картины, что предстала перед глазами. половина аякса перевёрнута верх дном. кровать не заправлена, на ней валяются вещи, на полу какие-то бутылки и шмотки валяются. — боже, прости за эту свинью, — от стыда закрывает красное лицо ладонью. — после хэйдзо моя комната выглядит примерно также. — ты проходи, куртку в шкаф повесь, — указывает на шкаф сбоку от двери. кадзуха достаёт из рюкзака тапочки в виде динозавров, снимает ботинки, надевает тапочки, снимает шарф, шапку и куртку. её он вешает на плечики и убирает, а шапку и шарф пытается закинуть на верхнюю полку. скар убирает всё сам. — как это высоко с твоей стороны, — фыркает пианист. — места мало, проходи. каз хватает рюкзачок и подходит к кровати скара. его половина стерильно чиста. кровать аккуратно заправлена, на тумбочке ни одной пылинки и лишних предметов, только антисептик и влажные салфетки. на полу ничего не валяется, под кроватью тоже (за исключением гитары, о которой он пока не знает). гитарист уже снял верхнюю одежду и остался в чёрных обтягивающих джинсах, такого же цвета толстовке, и в забавных фиолетовых тапочках с мехом. — ты пока переодевайся, я сейчас вернусь, — и уходит из комнаты. блондин посидел немного, совершенно не поняв что к чему и наконец-то достал из рюкзака пижаму. состояла она из зелёных клетчатых штанов и однотонной голубой футболки. он осторожно достаёт подарочный пакет и ставит на пол. убирает уличную одежду в рюкзак. берёт подарок и садится на постель, ждать скара.

***

на кухне сидели лёня, изабель и другие одногруппники. — так, народ, — объявляет о своём присутствии медик, — ко мне в комнату без стука и надобности не входить, ясно? — а чё это ты так? — игриво интересуется пепельница. — праздновать буду. — в гордом одиночестве? — уточняет очкарик. скар молчит и пытается сдержать улыбку. — ну почти, — лыбится, разворачивается и уходит под возгласы одногруппников «кто она?!» (так кричали все, кроме лёни и изабель) и «предохраняйтесь!». последнее – девиз для всех сладких парочек колледжа.

***

ах да, скар вышел из комнаты не ради того объявления. просто он знал, кадзуха не сможет попросить его выйти из своей же комнаты, чтобы сам блондин переоделся. медик заходит в комнату и замечает домашнего каэдэхару с презентабельным пакетиком на коленях. — ой какой милашка! личико блондина сливается с прядью волос. медик тихо смеётся и подходит к другому шкафу возле двери в ванную. открывает его и начинает расстёгивать ремень. кадзуха густо краснеет и отворачивает голову к окну. гитарист что-то напевал себе под нос. блондин снова поворачивает голову к парню. на нём уже не джинсы, а чёрные свободные шорты до колен. он снимает с себя худи, а следом и чёрную футболку. прям гот какой-то. кадзухе открылся вид на его спину. он внаглую засматривался на своего полуголого парня. его руки, лопатки, поясница. — хватит пялится на меня так, словно ни разу не видел мужской голый торс. кадзу аж подскочил от неожиданности и резко отводит взгляд на кровать аякса. — н-нет, не видел! — голос предательски дрогнул. медик смеётся, продолжая шарить по полкам. поворачивается к блондину. в руке белая футболка. пианист снова переводит взгляд на темноволосого. и снова он внаглую пялится на его торс. ключицы, грудь, кубики пресса… господи! он идеален во всём! блондин сидел краснее помидора и не мог оторваться от разглядывания скара. — смотри сколько влезет, — нежно улыбается, на что блондин визжит как девчонка и закрывает краснющее лицо ладошками. гитарист наконец-то надевает белоснежную футболку, по всей видимости новую, и достаёт с верхней полки подарочный пакет. — ну извини, я больше не буду тебя вот так смущать, — усмехается и подходит к парню. взъерошивает волосы и целует в макушку. — время дарить подарки. — шо це мы запизднились, уже пятнадцатое. — ну ничего страшного! солнышко, я долго думал что тебе такое особенное подарить и… можно спойлер? — валяй. — мне сказали, что у девушек сейчас мода пиздить у своих парней их толстовки, ну, или просто парни их дарят, ну и я решил тебя вот так побаловать, правда есть одно маленькое «но»… — не того цвета? — в шутку спрашивает кадзуха, ставит свой пакет на пол, встаёт и краем глаза заглядывает в подарок скара. — нет, цвет как раз-таки тот, один из твоих любимых, вот только… блондин достаёт из пакета красный худи и рассматривает его. — соврал, тут один большой минус. блондин примеряет, как оно будет и подходит к зеркалу возле входной двери. этот красный худи просто огромен для хрупкого тела каэдэхары. пианист надевает шмотку на себя. почти до колен, рукава очень длинные, капюшон полностью закрывает голову. — ну… э-э… в нём можно спать! учитывая время года и твой фетиш спать буквально в шубах. — это не фетиш! — снимает капюшон. — мне действительно холодно. — всё-всё, молчу, — ставит пакет на пол, подходит к парню и обнимает со спины. — нравится? — шепчет на ушко и коротко целует в висок. — очень. он уютный и тёплый, — зарывается носиком в подарок и вдыхает аромат спирта и чего-то сладкого. — боже, а пахнет – просто чудесно! — это ещё не весь подарок, — улыбается и снова целует в висок. расцепляет руки. — стой, — просит кадзу и надевает капюшон на голову. — фоточку. медик усмехается и снова обнимает каэдэхару за талию. губами прижимается к щеке. пианист делает фото через зеркало. — пусть завидуют, сучки, — злобно смеётся, отмечая скара и ставя сердечко на фото. выкладывает в сторис. — какой ты злой. — что там ещё? — снимает с себя кофту и аккуратно складывает. кладёт на кровать. блондин достаёт из пакета белого плюшевого медведя в чёрном строгом костюме и красном галстуке. — ути божечки какой няшный! — крепко прижимает к себе игрушку. — это всё можно снять, — тянется к пиджачку игрушки. — так, давай пока не будем медведя раздевать. тот усмехается и каэдэхара снова суёт руку в пакет. достаёт красивую коробочку. открывает. в ней на цепочках два кулона в виде двух половинок разбитого сердца, которые соединяются, а на кулонах написано «скар» и «кадзу». — ты заставляешься меня плакать, — прикрывает румяное личико рукой и шмыгает носиком. — хэй, не надо! — обнимает своего мальчика и прижимает пепельную макушку к своей груди. — тут ещё бонус от меня небольшой. пианист стирает с глаз подступившие слёзки и заглядывает в пакет. на самом дне какая-то синяя карта. — я сегодня твоей ёимие написал и узнал, что ты фанат всяких кремчиков, масочек и так далее. в общем, это подарочная карта в летуаль. — очень нужная вещичка, а до какой суммы она? — до десяти тысяч. — ты прикалываешься?! блин, ну… ну зачем ты делаешь такие дорогие подарки..? — потому что моему кадзухе положено всё самое дорогое, — стирает с двух пылающих рубинов слёзы и целует в носик. — к тому же для меня – деньги не проблема. — сделаю вид, что эта инфа меня хоть как-то утешила, — шмыгает и коротко целует губы скара. — а теперь смотри подарок, — вручает красивый пакет с чем-то увесистым. первое что достаёт медик – коробка конфет. — конфеты с коньяком?! — твои любимые, между прочим. — ты где их откопал? в моём любимом магазине их давно раскупили. — это военная тайна, — по-доброму улыбается блондин и тыкает в носик скара. — а там дальше… мелочи. гитарист вскидывает бровь и достаёт с самого дна брелок в виде кленового листа. на обратной стороне написано «с любовью, кадзуха». — достань у меня в куртке ключи. каз кивает и подходит к шкафу-купе. достаёт из кармана связку ключей. возвращается к темноволосому и вручает ему ключи. медик ставит на пол пакет и одним движением нацепляет брелок на связку. кладёт в карман. — потом уберу. каз, подарок классный, только у меня вопрос… — наклоняется к пакету. — ты как вот это достал? — вытаскивает бутылку дорогущего виски. — у меня друг алкомаркетом заправляет, продал по скидке и старой доброй дружбе. больше его услугами я пользоваться не буду. — вот и хорошо. лучше дождись восемнадцати, чтобы потом всем галям из пятёрочек в ебало кидать свой паспорт, — чешет блондина за ушком и чмокает в лоб. — у меня, конечно, не такой крутой подарок, как у тебя, но… тебе ведь понравилось? — конечно понравилось! — крепко обнимает парня. — ты у меня самый лучший, — целует несколько раз в макушку. — чем займёмся? — вообще тебе давно спать пора — получает легонько по голове за такое, — но я хотел фильм один глянуть, правда это ужасы. но если не хочешь – можем не смотреть. — что за фильм? — «звонок мертвецу», там уровень мерзости и насилия для тебя будет зашкаливать. — название знакомое… я кажется с хэйдзо смотрел его. сюжет? — бля… а, у мужика дочь похитили, а он патологоанатом и находит подсказки от похитителя в трупах. — точно смотрел. ну, он не такой уж и мерзкий, меня стошнило всего раз пять за фильм. — ты ж мой маленький, — скар крепче прижимает блондина к своей широкой груди. — ты кушать не хочешь? — не-а, — трётся носиком о плечо. — точно? — угу. — тогда вопрос: где ты будешь спать? могу шмотьё тарта ему под кровать закинуть и постелить тебе. — нет, я буду спать с тобой. кадзуха сам не понял, какую чушь сморозил. щёки налились кровью. — и чего ты краснеешь? ну хочешь – спи со мной, я тебя не съем, — разводит руками. — может быть… — блин, хватит! — легонько бьёт в плечо, на что гитарист звонко рассмеялся. — ладно, сейчас у нас ночь кино.

***

скар убрал в маленький холодильник конфеты и вискарь, выключил свет, включил настольную лампу с тёплым светом, достал ноут, вместе с ним и кадзухой устроился на кровати, включил фильм и понеслась. медик где-то откопал попкорн и вместе с кадзухой уплетали его за обе щеки. блондин помнил большую часть фильма, поэтому на особо опасных моментах закрывал глаза. спустя около получаса фильма, скар почуял неладное, а именно – скорый скример. ну и чутьё его не подвело. — твою мать! — вскрикивает он от неожиданности и закрывает кадзухе глаза. тот вообще не понял что произошло, просто подскочил от крика парня. — ты меня больше скримера напугал! — возмущается пианист, прожевывая попкорн. — да я блять обосрался! ну извини, солнышко, — несколько раз целует в щёку и легонько кусает. — перестань. меня. блять. смущать. и соблазнять. — оу… малыш, я ещё даже не начинал, — ехидно улыбается и проходится языком по линии челюсти. каэдэхара вздрагивает. по телу прошёлся неприятный холодок. — п-прекрати пожалуйста, — еле слышно просит блондин. он отчего-то напрягся. скарамучча тут же понимает свой косяк. — извини, — целует щёчку. — больше не буду. каз шмыгает носиком и укладывает голову на плечо медика.

***

остальную часть фильма пианист благополучно проспал. скар сделал звук тише и продолжил наблюдать за этим месивом в экране. в какой-то момент, светлая макушка начала падать с плеча медика. — аккуратно! — подхватывает головушку кадзу, спасая от поцелуя с клавиатурой ноутбука. — булочка, тебя уже конкретно вырубает, — убирает волосы с личика каэдэхары и целует лоб. каз что-то невнятно мычит, после чего бормочет «спать давай». медик улыбается и собирается поцеловать своего мальчика, но в дверь робко постучали. — кого блять в такую темень ко мне занесло? — обращается сам к себе, закрывая ноут и ставя рядом с собой. кадзуха убирает голову с плеча и откидывается на стену, сложив руки на груди. медик поднимается с кровати и подходит к двери. открывает её. — коломбина? что-то случилось? стоп, ты почему плачешь? хэй… девушка полностью заплакана и вид у неё не самый опрятный. она не может и слова связать. — доченька, что произошло? — обнимает темноволосую за плечи и проводит вглубь комнаты. — твою мать, кто это с тобой сделал? покажи мне этого урода, — берёт девушку за плечи и легонько трясёт. — н-никто… э-это…— она ничего не могла сказать. — а-арл-ли… — опять эта женщина делов натворила?! что именно, дочь? — о-она…— коломбина мельком замечает какую-то фигуру на кровати и поворачивает голову. ей предстал пепельный блондин в голубой футболке и зелёных штанах в клетку. — а… — это кадзуха, мой парень, — спешит успокоить девочку. — он сейчас спит. — я не сплю, — оповещает пианист. — я сейчас, солнышко. ну так что? — я… н-наверное, — шмыгает, — п-пойду… помешала вам поди… — ничего ты нам не помешала! выкладывай. жестом пальца, девочка просит медика наклониться. шепчет что-то на ухо. — она что сделала?! — на лице читался шок. — где она? передам ей пару ласковых, — гитарист подходит к двери. — скар, не надо! прошу! — хватает парня за руку, в надежде удержать. — ну уж нет, я этого так не оставлю! — хлопок дверью. — куда он собрался? — кадзу подрывается с места и подходит к девушке. — в комнату за стеной. выходишь и налево… — ты в порядке? вопрос застал врасплох. — да… из комнаты за стеной послышались оры скара, ещё одного парня и девушки. коломбина и кадзуха выбегают в коридор. оба пытались расслышать, что вообще происходит в той комнате. — да она любит тебя! а ты поступаешься как свинья последняя! — вопит медик. — ты блять хочешь всю общагу здесь собрать?! — орёт другой парень. — да срать я хотел на вся и всех! пусть все узнают, какие вы самовлюблённые долбоёбы! ах да- дальше настала тишина. ничего нельзя было услышать. из комнаты выходит скар. — а если не поняла? — женский голос с нотками стёба. медик разворачивается, вальяжно встав в проход. — извини, милочка, но это уже не мои проблемы. а теперь адьёс, — захлопывает дверь и идёт в свою комнату. — а вы хули уши греете? в особенности ты, — хмурит брови на пианиста. — как тут уши не греть? ты сам то слышал, как орал? — язвит блондин. — девочка наша, всё будет хорошо, эта шалава больше не тронет тебя, — прижимает тёмную макушку к своей груди. переводит взгляд на кадзуху. тот отрицательно мотает головой мол «ничего, я одобряю». — ты извини за это… п-просто изабель уехала, а-а ты единственный из компании, кто ночами не спит. — всё в порядке. тебе пора спать. — ты прав, — горько усмехается. — спокойной ночи и с прошедшим вас, — пытается выдавить слабую улыбку и у неё почти получается. — и тебе спокойной, — улыбается скар и коломбина уходит. медик устало трёт переносицу. — как они заебали блять… и из-за них страдает наша дочь. гитарист переводит взгляд на кадзу. тот сложил руки на груди и облокотился на стену. глаза закрыты. — кадзуха, — шёпотом зовёт. — солнышко. малы-ы-ыш. пианист разлепляет рубиновые глазки. перед лицом сапфировая бездна и нежная улыбка. блондину не дают опомниться, как его губы накрывают губы скара. оба мнут уста друг друга, темноволосый прикусывает нижнюю губу блондина. тот недовольно мычит. легонько толкает медика в грудь. — перестань, —тихо смеётся и улыбается в поцелуй. скар кладёт руки на талию кадзухи. — ну хватит… пианист отстраняется и смотрит на парня. губы у обоих красные и приятно побаливают. взгляд у скара затуманен. — прости ещё раз, — виновато опускает голову и пялит в пол. — пойдём спать, — кладёт прохладную ладонь на щёку гитариста и поглаживает. затем целует в уголок рта. они заходят в комнату.

***

скарамучча убирает ноутбук на стол и расстилает кровать. фиолетовый пушистый плед вешает на спинку стула. подходит к шкафу и достаёт вторую подушку. кровать у медика хоть и односпальная, но два человека вполне могут поместиться. парень вырубает лампу и плюхается лицом в подушку. — ложись, я тебя не изнасилую. — а вдруг? а, это, скар… — что такое? — переворачивается на спину и залезает под одеяло. — ну… как бы… — перебирает пальцами и садится на край постели. — в общем, ты не пугайся, если я на тебя во сне ногу закину… — да ты хоть спи на мне! ложись, — хлопает по месту рядом с собой. парень снимает тапочки и осторожно ложится. стягивает с волос резинку и кладёт на стол. темноволосый накрывает кадзу одеялом. тот обнимает широкий торс гитариста и трётся носом о плечо. — скар…— зовёт шёпотом. названый мычит. — можно окно закрыть? — оно открыто? — смотрит на окно. — закрывай конечно. каз поднимается с нагретой скаром постели и ёжится от сквозняка. подходит к окну и закрывает его. возвращается на место. ложится рядом и снова обнимает скара. — положи на стол, — протягивает связку ключей. блондин слушается. — это так неловко… я никогда ни с кем раньше не спал вместе… только с мамой, и то это было в эпоху динозавров. — я много с кем спал просто в одной постели. в обнимку только с матерью и с тобой. но мать обычно приходила, когда отец нахуяривался. — ты про отца ничего не рассказывал. — и не буду. кадзухе стало стыдно за сказанное. говорил ему хэйдзо «не спрашивай блять ничего про родственников!»… — прости, — всхлипывает и крепче обнимает. — ты чего? — перебирает пепельные пряди. — тема семьи для тебя больная, а я опять влез не туда, — снова всхлипывает. — и ещё… меня пугает твоя грубость… — это что-то вроде защитной реакции, но я из-за всех сил стараюсь держаться и не грубить. хотя бы тебе. да ты и сам видишь – выходит хуёво. блондин кулачком вытирает с лица слёзки и утыкается носиком в шею скара. — всё хорошо, хватит плакать, — переворачивается набок и прижимает кадзу к своей груди. плевать на мокрые пятна на новой белоснежной футболке. медик осторожно перебирает каждую пепельную прядь своими ловкими и эстетичными пальцами. целует в макушку. — не холодно? — шёпотом интересуется темноволосый. пианист мотает головой. — если замёрзнешь – буди, согрею тебя своей любовью. и если голова вдруг разболится – тоже буди. — халафо, — шмыгает и трётся носиком. на часах примерно два тридцать. каэдэхара засыпает, а скарамучча сторожит сон своей булочки, поглаживает по спине и перебирает волосы, ну и прожигает взглядом неубранную кровать аякса.