сигареты, витамины с лидокаином, песни под гитару и фортепиано

— блять, сложно! — хныкал дотторе. — давай попроще что-нибудь! — ой, ладно! — закатила свои зелёные глаза изабель, прочищая горло. — «да когда ж ты уже успокоишься? збарский был женат на мне восемь лет, а с тобой просто переспал».  — регина збарская! — крикнул скар, хлопая ладонью по столу.  — вот скар молодец, за всё шарит, — улыбается девушка. — кто следующий? — я, — говорит кадзуха. — вообще не угадаете. «ну как? сейчас я буду тебя насиловать».  — саша! — завопила синьора, услышав знакомую фразу.  — чего? я так никогда не говорил! — возмутился райдэн, сложив руки на груди.  — да не ты, а этот, блять, александр! — какой нахуй александр?! — скар, из игры, — блондин кладёт ладошку на колено любимого и тот успокаивается. — я рассказывал тебе.  — а, «клуб девственников»? — да, «клуб романтики», — улыбается пианист.  — похуй, кто теперь? — я нахуй, — вызвался тарт. — «если хочешь идти – иди-и-и-и»! — люцифер! — вновь вскрикнула розалина, стуча ладонью по столу.  рыжий окинул девушку непонимающим взглядом.  — ну, вообще это был филипп киркоров, — объяснил он, почесав затылок. — ну пусть будет этот чёрт.  — саня, давай ты, — говорит дот, делая глоток кофе.  тот прочистил горло и начал: — «как известно, аферисты промышляют в людных местах, но сегодня они проникли всюду. сайты знакомств просто кишат мошенниками и пока одни ищут любовь – другие ищут наживу».  — елена-кристина лебедь! — хором крикнули все присутствующие, даже арли заулыбалась.  — может в правду или действие? — предложила изабель. все согласились. первой начала роза. она спрашивает кадзуху и тот выбирает правду.  — представлял скара снизу? вопрос очень провокационный. блондин краснеет и все сразу понимают, каков будет ответ.  — было дело…— неуверенно проговорил кадзуха.  — а я так и знал, — сложил руки на груди скар. — маленький извращенец, небось драл меня в своих фантазиях как последнюю куртизанку.  — скар! — вскрикнул мальчишка, стукнув старшего по плечу. а тот рассмеялся.  — сань, — позвала друга наталья.  — я действия больше не выбираю, — кривит губы медик, косясь на дотторе.  — сколько раз пытался покончить с собой? каэдэхара очень надеялся, что либо он ослышался, либо скар не назовёт число, но… тот делает пальцами а-ля гуль, что показывало мол «три раза я хотел сдохнуть».  — как три?! — данное признание шокировало, разумеется, всех, но синьору больше всего.  — в смысле? — удивился тарталья. — а третий когда? — а это уже другой вопрос, — райдэн мило улыбнулся, обнимая сконфуженного кадзуху.  — саня, когда блять?! — возмущалась роза.  — не-не-не, это так не работает, играем по чесноку.  — предлагаю просто рассказать свои самые большие секреты, — сказал лёня, пожав плечами.  — я за, — согласился дот.  — я тоже, — зевая говорит коломбина.  — и я, — тихонечко ответил кадзу.  — сначала я узнаю у александра когда, почему, зачем и при каких обстоятельствах, — цыкает молодой психиатр, глядя на расслабленного райдэна, что в открытую сюсюкался со своим ребёнком.  — коломбина, — начинает кудрявый лёнька. — правда или действие? — правда, — отвечает та.  — хм, — молодой человек задумался, — спала с девушками? педиатр незаметно косится на арли, но незаметно это сделать, оказывается, не вышло… — я не понял прикола, — возмутился дотторе и все стали угарать с него.  — скар, давай, — вновь начала розалина. — расписывай все три попытки поминутно.  — блин, тут дети, — гитарист головой указывает на кадзуху.  — ты ахуел? — тот состроил брови домиком. — окей, значит я иду домой.  — не пущу, — шёпотом говорит райдэн, дуя пухлые щёчки и сжимая под столом ручку блондина.  — потом кокетничать будете, — цыкнула арли, которую выворачивало наизнанку от этих приторных нежностей. завидует? нет. ей правда противно.  — в шестнадцать я снотворным передознулся, — начал скар.  — ну, — молодая психиатр ставит локти на стол.  — баранки, сука, гну, — рычит медик. — не перебивай.  — в двадцать ты повеситься хотел, — напомнил голубой.  — да, в двадцать я повеситься хотел, — райдэн не сдерживает дебильной улыбки, вспоминая, как уебался со стула и катался по полу с диким ржачем.  — смешно тебе?! — рыжий резко поменялся в лице, стукнув рукой по столу. — у меня из-за тебя истерика была! не помнишь?! — помню-помню, не агрись, рыжуля, — скар дует губки, а тарт уже собирался встать и вмазать другу с кулака, но его быстро образумил дотторе.  — тише, мальчики, — говорит он. — а третий раз-то когда был? или не придумал ещё? скар молчал, хмурясь.  — не поверите, — выдаёт он.  — сейчас я чему угодно поверю, — цыкает винсент. — говори.  райдэн помедлил чутка, собираясь с силами. тогда он реально чуть не оказался на том свете. в первый раз тётка была дома, во второй тарт отправил своё даунское голосовое, а в третий… а в третий он просто передумал. или… может ему просто напросто не хватило сил нажать на курок? — в свой двадцать третий день рождения.  повисла гробовая тишина. все были шокированы, лишь лёня вскинул брови, а наташа нахмурила их. но больше всех, конечно же, был шокирован кадзуха. райдэн хоть и был спокоен, но вся эта тема давалась ему очень тяжело, его руки мелко дрожали, сжимаясь в кулаки, он нервно дёргал ногой, на лбу выступил пот и даже его неровное сердцебиение было слышно.  — и… что ты сделать хотел?..— осторожно спросила синьора.  — застрелиться, — глотая мерзкий ком в горле отвечает скар.  напряжение и гнетущая атмосфера на кухне лишь росла. сразу же появились вопросы по поводу выбора метода самоубийства.  — не спрашивайте откуда у меня пистолет и почему я до сих пор храню его в ванной под раковиной в своей белой футболке, которую испортил, заляпав кровью.  каэдэхара нервно сглотнул, посмотрев с шоком и опаской на любимого. с кем он, блять, живёт..? — ребят, я пошутил, — скар озадаченно смотрел на испуганные лица друзей.  — про пистолет? — тихо спросил кадзу.  — да.  медик подметил у себя в голове: теперь оружие нужно либо перепрятать, либо просто избавиться от него.  — в смысле в день рождения? — вскинул брови дот. — мы пришли и ты ахуенно себя чувствовал.  — я в последний момент передумал, — скорее, он испугался. — а через полчаса слышу долбёжку в дверь и «открывай сука, новый год блять!».  все покосились на дотторе, улыбаясь, а тот смутился(?).  закончив с расспросами о неудачных попытках самоубийств скара, компания принялась за страшные и постыдные истории из детства и вообще из жизни.  — это ужасно блять, — кадзуха прикрыл рот ладошкой, краснея и поджимая одну ногу на стул.  — колись, — усмехается голубой.  — кароче, меня мама как-то спалила, как я пальцами… блондин замолчал, а на него непонимающе смотрели, ожидая продолжения.  — что ты там пальцами делал? — спрашивает скар.  кадзу поворачивает на него голову, смотря как на дауна, а потом вновь смотрит на остальных.  — ну блять, ублажал себя…— тихо говорит мальчишка, стараясь не завизжать от смущения.  — о, а меня батя спалил однажды, как я ложку грел! — радостно вскрикнул дот, но его шутку никто не оценил.  — скар, у тебя дохуя дерьма в жизни было, расскажи хоть что-нибудь, — просила коломбина, обнимая синьору за руку.  — хм… — парень глубоко задумался. — верите в мистику? — чё? да хуйня это всё, — фыркает дот и его поддержал тарт.  — молчал бы ты, рыжий, а то помню, как ты срался любого шороха и ебаного карандаша, когда мы чарли вызывали, — скар улыбается, а чайльд поджимает губы, взглядом заставляя друга заткнуться. на больное давит. — есть одна криповая история у меня в запасе, и я без понятия как эту хуйню объяснить.  — выкладывай, — требует нарколог.  — рубаните свет, — леонид любезно встал и выключил свет. кухня погрузилась во мрак, её освещал лишь холодный свет луны, что пытался просочиться сквозь жалюзи. — в общем, три часа ночи, я проснулся от звонка. спросонья смотрю, нихуя не видно. потом разглядываю контакт папаши. думаю «пошёл-ка ты нахуй», выключаю звук и ложусь обратно, но потом я ка-а-ак вспомнил… райдэн держал интригу, а у девушек уже мурашки побежали по телу.  — что вспомнил? — опасливо спросила розалина.  — я вспомнил, что он умер пять лет назад.  у всех, абсолютно у всех прошлись по телу табуны мурашек, а кадзуха нащупал руку медика и крепко сжал. а тот наклоняется к ушку блондина и шепчет нежное «я тут, тише». пианист верит в эту мистику-хуистику лишь частично. вызывали как-то с хэйдзо пиковую даму и чисто по приколу загадали ей избавиться от одного пацана, что кадзуху в школе задирает. оба скептически относились к этому призыву, просто ради забавы и пощекотать нервишки. только на следующий день тот парень попал в больницу в очень тяжёлом состоянии. они не знают, что с ним произошло, но потом он ушёл с их школы и больше они его никогда не видели… обсудив данную историю, заговорил очкастик: — скар, может поделишься своим самым главным секретом? — у меня нет секретов, — усмехнулся медик и не врал. почти.  — тогда точно должно быть то, о чём ты никому не рассказывал, — пожала плечами арли.  райдэн нахмурился. о таком молчать сложно, но с ним ничего плохого не случилось… хотя с друзьями стоило бы поделиться. или как минимум с кадзухой. сейчас будет чересчур больной разговор. хэйдзо как-то сказал: «ты и кадзуха похожи», а скар ответил: «нихуя мы не похожи». похожи. ещё как похожи.  — есть кое-что очень личное и неприятное, я боюсь не вывезти, поэтому не задавайте лишних вопросов, ладно? — мягко говорит скар, так же мягко осматривая всех друзей. его руки снова затряслись, сердце бешено стучало, голова тяжелела, а язык заплетался.  — ох…— ужаснулся кадзуха. — ты всё-таки трансгендер?.. медик посмотрел на встревоженного пианиста. играет он хорошо, не учился ли он актёрскому? — кадзуха блять, — хихикнул райдэн.  медик собирался с силами. он не думал говорить загадками или намёками, скажет как есть. это больно и противно вспоминать. ему очень больно… но, возможно, станет легче? ему порой помогало, когда он делился своими секретами с тартом или малиновым, но второй был ещё слишком мал, поэтому в основном он плакался рыжему. скар опустил голову вниз, теребя пальцами край своей белой футболки. с ним тогда ничего критичного не произошло и как таковой травмы нет, но всё равно… мерзко от этих воспоминаний, хочется их просто выкинуть из своей больной головы, что сейчас трещала по швам. скар сжал кулаки, сделав глубокий вдох и прикрыв уставшие глаза. сейчас или никогда.  — меня пытались изнасиловать.  тишина. коломбина прикрыла рот ладонью. арли убирает руки с груди и меняется в лице. тарталья пытается рот открыть и что-то сказать. его примеру следует синьора. дотторе молчит. лёня тоже. изабель давится чаем.  а кадзуха смотрит на уставшего, обессиленного скара, что закрыл глаза, не желая ни видеть, ни слышать никого.  они оба готовы были расплакаться.  это то, о чём говорил хэйдзо, то, чем эти двое похожи.  оба были глупыми, слабыми, чистыми, невинными и тела обоих намеревались таким грязным и животным образом опорочить.  каэдэхара тихо-тихо спрашивает «кто?», а тарт поджал губы, взглядом говоря мальчишке «молчи блять». он правда совсем забыл, что райдэн просил ничего не спрашивать… — отец, — хрипло ответил скар.  от услышанного стало ничуть не легче. блондину скар ничего не говорил про отца, а вот самые близкие друзья знали, какой мразью он был.  он отсидел за несколько убийств, за кражу, за незаконное хранение огнестрельного оружия, за торговлю запрещёнными веществами, мошенничество, изнасилование ребёнка и за попытку изнасилования родного сына. он бросил беременную эи, поскольку его снова упаковали за решётку, а у той случился нервный срыв и она попала в больницу. её мальчик родился недоношенным и соответсвенно очень слабым. рос александр не зная об отце ничего, но когда ему было тринадцать этот упырь неожиданно объявился. он ни в коем разе не скучал по любовнице и сыну, просто он был в розыске, изнасиловал пятилетнюю девочку, а та вскоре умерла от заражения крови. по документам у этого мужчины в россии нет законных наследников и родственников, только мать, и то покойная, а значит искать его здесь вряд ли будут. к тому же эи была невменяемой, а значит с ней можно было делать что угодно. но та достаточно часто приходила в комнату сына по ночам, чтобы укрываться от пьяного мужчины. скар, спускаясь ночами на кухню, часто ревел, слыша, как за стенкой насиловали его спящую мать, а та ничего не чувствует под действиями таблеток и транквилизаторов, спит, как убитая. мико неожиданно пропала, когда скару было ещё девять и объявилась после появления мужика, но теперь мико и эи не связывали романтические отношения, только дружеские. а макото ничего не подозревала насчёт блудного папаши, либо же усердно делала такой вид. дом скара превратился в притон. каждый день пьянки и куча народу, мико и тётка возмущались конечно и разгоняли всех, но этот упырь продолжал водить в дом барыг, шлюх и других своих корешей из тюряги. о всей ситуации знала бабушка, но в последние два года её состояние сильно пошатнулось, возраст всё же, по итогу её не стало, когда скару было пятнадцать, в этом возрасте происходила почти вся хуйня. одна личность даже на похороны родной матери не явилась, снова устраивала в доме райдэнов какой-то движ. а потом и произошло то, что произошло. скар чувствовал дикий страх, когда его запястья прижимали к полу, а большие мозолистые лапы трогали его и пытались раздеть, но когда он оглушил этого ублюдка стеклянной бутылкой – уже ничего не боялся. психотерапевт говорил, что с возрастом и терапией это пройдёт, но в тот момент райдэн еле сдержался, чтобы не вонзить осколок разбитого стекла в шею мужика. скар, глядя на отца, что валялся в отключке на полу, понимал, что всё уже позади, бояться нечего, маме ничего больше не угрожает, оба могут спать спокойно, но руки всё равно тряслись и ноги не держали. он вызвал ментов, объяснил что да как, те быстро приехали, забрали мужчину и всё, один кошмар позади. а через два месяца пребывания в родной тюрьме этот пидор повесился! скар был счастлив. хотя он и сам готов был убить его и отсидеть пару лет ради спокойствия матери.  вспоминая это всё стало душно, в глазах темнело и кислород переставал поступать в лёгкие, а обжигающие слёзы предательски коснулись щёк. скар со всей силы сжимает свои ляжки, впиваясь ногтями в кожу. его зовёт кадзуха и трясёт за плечо, все его зовут, но он не слышит. 

просто забудь о них, всё несерьёзно

он срывается. срывается с места и бежит. куда? он не знает. 

губами за воздух, хватайся за воздух

слёзы тоже бегут. грудь саднит. дышать трудно. он оказался на улице. холод обжигал кожу. спиной он прижимается к зданию общаги, оседая на корточки. больно, ужасно больно. скар хватается за колющее сердце, начиная реветь сильнее. кислород перестал поступать в лёгкие.  парень рухнул на ледяной снег.  паническая атака и сломленная психика во всей красе. 

знай, что глаза твои – затерянный космос

он ревел, срывал голос, руки дрожали. 

с них падают звёзды, солёные звёзды

он не видел перед собой раздетого кадзуху, что пытался поднять его со снега. он тоже ревел. он пытался привести скара в чувства, но тщетно, тот продолжал сжимать область сердце и кричать на всю улицу, совсем забывая дышать остатками воздуха в прокуренных лёгких. мальчишку оттащили от возлюбленного лёня, дот и тарт. они подняли восьмидесятикилограммовую тушу и занесли обратно в здание. скар бил кудрявого, что нёс друга на плече, по спине и продолжал реветь, окончательно задыхаясь.  в комнате дот что-то вколол райдэну в шею, а рыжий поспешил открыть окно нараспашку, чтобы впустить в комнату свежий воздух. скар был на исходе. он закашлялся, свернувшись на постели калачиком, схватившись за грудь. кадзуха упал на колени рядом с постелью, что-то бормоча в слезах. когда скар немного пришёл в себя парни оставили пару. пусть их друг сам всё объяснит своему мальчику. каэдэхара стянул с медика испачкавшуюся футболку и уложил поудобнее в мягкую, тёплую кровать. его руки были холодными. блондин берёт себя в руки и устраивается у стенки, крепко обнимая торс возлюбленного со спины. скар уже спал, видимо после укола. но кадзуха уткнулся носом в его горячее плечо и вновь тихо заплакал, холодными ручками сжимая его грудь. 

просто забудь о них всё несерьёзно губами за воздух хватайся за воздух знай, что глаза твои  затерянный космос с них падают звёзды солёные звёзды