Ледяное озеро забвения

Снаружи уже стемнело и разбушевался сильный снегопад. Зонтик репетировал свою новую программу в тепле и уюте, наслаждаясь тишиной и умиротворением ледового катка. Почти. — Подними ногу выше, — произнёс Вару, внимательно наблюдая. Его взгляд можно было почувствовать каждой клеточкой тела, что безумно раздражало. Любил же он внезапно прийти и с гордым выражением лица упрекать за ошибки. Зонтик посмотрел назад через плечо, будто убеждаясь в том, что это действительно его парень, и нехотя поднял ногу чуть выше. — Вот поэтому ты занял второе место, — устало пробормотал он, расстроившись, что момент был испорчен. — Ты о чём? — В своём глазу бревно не видишь, в чужом соломинку заметишь. «Ну вот опять этот тон. Стоит ему выйти на лёд, и он становится другим человеком» — фыркнул Вару, облокотившись на бортик катка. — Пока я на коньках, твоё мнение ничего не весит, — показав парню язык, он надел наушники и попытался отъехать, но был остановлен. «Как всегда» — усмехнулся зелёный. — Люблю тебя, — он обнял Зонтика и плотно прижал к себе, крепко сцепив руки. — И я тебя, — младший старался сохранить свою невозмутимость, но улыбка не хотела уходить с лица. — Возьми коньки. Вместе покатаемся. Вару усмехнулся, как всегда делал перед своими пошлыми шуточками, и положил голову парню на плечо. Зонтик может поклясться на чем угодно, что услышал довольное мурчание, а лицо старшего напомнило ему объевшегося сметаной кота. Он повернул голову и едва коснулся губами щеки этого маленького дьявола, когда услышал: — Мне казалось, ты не любишь порнушку. Огромных сил стоило подавить в себе желание кинуть в стоящего позади первый тупой предмет, который попадётся на глаза. — Как мне отучить тебя от привычки называть парное фигурное катание порном? — А разве есть разница? Вару наглейшим образом — по мнению Зонтика — усмехнулся после этой фразы и буквально ушёл от дальнейших вопросов, направляясь к месту проката коньков. Раз его мальчик хочет кататься вместе, он порадует его. А честь на льду — дело лично каждого фигуриста, это не причастно к их отношениям.

***

За окном было раннее утро. Зонтик лениво приоткрыл глаза и посмотрел на темноту вокруг. Солнце взойдёт только через полчаса. Он попытался встать, но руки на талии мешали, утягивая назад. Парень вывернулся из объятий и, скинув с обоих одеяло, ушёл на кухню. Когда чайник закипел, он заварил чай и мирно уселся на подоконнике, наблюдая за рассветом. — Зонтик, — окликнул его старший, стоя в дверном проёме, — тебе стоит привыкнуть к этому часовому поясу. Пожалуйста, перестань вставать в четыре утра. — Вару, — он равнодушно посмотрел на парня, и снова повернулся к окну. — перестань пить мой чай, ещё и без спроса. К тому же, сейчас семь утра. Пятый включил телефон и посмотрел на время. Тяжело выдохнув, он отложил его на стол и подошёл к шестому. — В Токио может и семь, но мы сейчас в Мадриде, — Вару посмотрел в окно, не замечая даже намёка на рассвет, которым любовался его парень. Ладно, если Зонтик хочет полюбоваться на ночной город, то пусть. Он наклонился, целуя его в щеку и ушёл в ванну.

***

Вару вёл машину и раздражённо шипел на водителей. Называть их козлами не позволяли манеры — удивляет, что они есть, не правда ли? Его тоже удивляет, но он только шипит. Разве что, изредка сигналит самым надоедливым. — Вару, будь спокойнее. Мы не опаздываем, — произнёс Зонтик с заднего сиденья. Клон посмотрел в зеркало, наблюдая за парнем. Он закинул ногу на ногу и держал в одной руке карманное зеркало, другой окуная во что-то косметическую кисть. — Зачем ты вообще красишься? — риторически произнёс Вару, вспоминая, что шестой почти с первого месяца появления начал увлекаться макияжем. — Это сложно объяснить. В любом случае, публичных личностей всегда гримируют. Я просто предпочитаю краситься сам. К тому же, разве ты можешь сказать, что мне не идёт? — Когда ты успел набраться этих женских фраз, на которые отвечать опасно? — Опасно? Нет, просто в них единственный верный ответ, — Зонтик закрыл тушь и взял хайлайтер, другой рукой вытаскивая из рюкзака кисточку. — лучше прибавь скорость, пробка почти кончилась. Он послушно надавил на педаль газа. — Кстати, почему ты никогда не красил меня? — Ну, — парень взялся за подводку, зажимая пальцами другой руки консилер — на случай ошибки, — во-первых, я не умею именно гримировать, я крашусь. Это немного разные вещи, потому что грим касается всех, а макияж для женщин. Во-вторых, ты и так красивый. Вару ухмыльнулся и взглянул в зеркало, чтобы не оборачиваться. — Для женщин? — Если из-за твоего смеха у меня не получатся ровные стрелки, то я нарисую их тебе. — Прости-и-и! — Вару ещё какое-то время давился смехом, а после включил в машине музыку. Следующие полчаса они молча ехали под аккомпанемент испанских песен, каждый думая о своём. За исключением того, что Зонтик параллельно прихорашивался.