Муравьёв + Бестужев - миссия (не)выполнима?

План Кондраши выходит настолько простым, что Миша даже отказывается верить в то, что он сработает, но других идей всё равно нет, равно как и сил выдумывать что-то разумнее. Рылеев наводит кое-какие справки, и вскоре он точно знает, где и когда можно будет привести этот план в действие, так что Мише нужно будет лишь в нужный момент воспользоваться выпавшим шансом и, что намного сложнее, постараться сдерживать ханахаки в узде. Кондраша, словно курица-наседка какая, всё утро хлопочет вокруг Бестужева, благо, у Миши отменили первую пару, а сам Рылеев не сильно переживает из-за первого за весь год пропуска. "Цыплёнок" пытается сопротивляться - стыдно, ведь сосед и так уже примерил на себя роль своеобразной няньки, что, однако, не удивительно, зная его характер: легко находит со всеми встречными общий язык, стремится узнать обо всех побольше, чтобы, на радость и им, и себе, чем-нибудь помочь, а тут такой шанс подвернулся, что он просто не может отказаться, но за попытку к бегству Миша получает нагоняй, и ему приходится сдаться. Наконец Кондратий остаётся доволен внешним видом своего подопечного, напоследок запихивает в его карман заранее купленный платок и ведёт, за ручку, как маленького, едва научившегося ходить, ребёнка, к выходу из комнаты. - Я конечно всегда в тайне мечтал быть содержанкой, но не ожидал, что так скоро... - пытается пошутить Бестужев, но в ответ удостаивается настолько уничтожительного взгляда, что предпочитает замолчать до самого конца их своеобразного вояжа до внутреннего двора университета. Пожалуй, самый популярный студент не только своего курса, но и всего универа в целом, Сергей Муравьев-Апостол обыкновенно всегда бывает окружён толпой поклонников со всех курсов и факультетов, что только разжигает своеобразные зависть и ревность внутри Миши, на деле являющиеся лишь маскировкой неимоверного желания его самого находиться среди этих дурачков и дурочек, которому с такой же силой противостоит собственная гордость Бестужева и его нежелание унижаться перед кем-то, однако предусмотрительный Кондратий подгадывает настолько выгодный момент, когда даже этой вездесущей толпы рядом с ним нет, что заставляет "несчастного влюблённого" в очередной раз вознести ему мысленные хвалы - на то, чтобы произнести их вслух, у него просто не хватит сил. Что-то внутри Миши начинает беспокойно шевелиться, когда он замечает наконец Сергея, и он сам не понимает, бабочки ли это в животе, или ханахаки, как всегда "вовремя", решает напомнить о себе, и примерно в этот же момент Рылеев осторожно отпускает его, поясняя шёпотом: - Всё, дальше придётся самому, уж с этим-то ты точно справишься. Бестужев кивает, делает глубокий вдох и сжимает кулаки, - проще говоря, выходит на тропу войны с ненавистной болезнью. Кондратий, вполне вероятно, выбрал не то направление - ему бы в актёрский поступать, а не штаны на филологическом просиживать, потому что даже полностью посвящённый в план Миша верит в то, что их встреча с Муравьёвым произошла совершенно случайно - так натурально Рылеев изображает изумление и радость, подходя к Сергею. Тот тоже расплывается в дружеской улыбке, давая Мише надежду, что всё получится, параллельно подзывая пару противных цветов встать у него поперёк горла, которые заставляют его закашляться в платок. Из-за шума в ушах, Бестужев практически не слышит дружеской беседы между Кондратием и Сергеем, но вот первый отвлекается на "очень важный телефонный звонок" и, одарив Мишу взглядом, который можно перевести примерно как "Вот только попробуй сейчас оплошать, и твоя ханахаки покажется тебе ещё райским удовольствием", поспешно оставляет их наедине. Парень делает очередной глубокий вдох и нерешительно начинает, возможно, самый судьбоносный разговор в его жизни: - Привет, я Миша Бестужев-Рюмин... - он запинается, не зная, что говорить дальше, и уже практически слышит, как Рылеев недовольно скрипит зубами, когда Сергей перехватывает инициативу: - А я тебя помню, мог бы и не представляться ещё раз, уж такое красивое имя я не мог не запомнить. - на его губах опять появляется эта невыносимо красивая улыбка, которая, в сочетании с только что сказанным, заставляет непрошенные мурашки пробежать по Мишиной коже. - А, правда? Спасибо... - он опять загнан в угол и совершенно растерян, поэтому выпаливает: - Ты извини, что я немного зажатый, не каждый день общаешься со звездой местного масштаба, знаешь... - Миша хмыкает, сводя всё к шутке, и в каком-то смысле у него выходит - собеседник смущённо запускает пальцы в волосы, отвечая: - Да ладно тебе, не такая уж я и звезда, признавайся, это Кондраша тебе такой чепухи наплёл? ~Да уж, если бы Кондраша...~ - думает Миша, но вслух произносит: - Да кто же ещё. Муравьёв бросает неодобрительный, но совершенно лишённый злобы, взгляд в сторону увлечённого телефонным разговором Рылеева взгляд, и со смешком говорит: - Когда-нибудь я ему устрою за всё вот это, а то от меня уже половина универа шарахается, а вторая половина везде хвостом за мной шатается. Бестужеву наконец кажется, что настал решающий момент, и дальше тянуть уже некуда - скоро столь долгое отсутствие Кондраши начнёт вызывать подозрения, да и побороться с противными гибискусами становится всё сложнее с каждой минутой, и он выпаливает: - То есть ты не будешь против, если я предложу как-нибудь встретиться, пообщаться, в общем, узнать друг друга получше? - Нет конечно, я бы и сам с большим удовольствием выяснил бы побольше о парне с такой интересной фамилией. - Муравьёв с этой фирменной улыбкой протягивает Мише руку, которую тот пожимает с вполне обусловленным чувством восторга, краем глаза подмечая неторопливо направляющегося к ним Кондратия. Сергей бросает взгляд на часы и с неподдельным сожалением произносит: - Вот блин, у меня пара через десять минут начинается, я пойду, извини. - Да, конечно, мне, вообще-то, тоже уже пора. - откликается Миша, провожая взглядом его фигуру, устремляющуюся ко входу в университет. Уже на ступенях крыльца, Сергей оборачивается и машет ему на прощание, и Бестужев тоже поднимает руку, но спустя пару мгновений опускает в карман за платком, тут же заходясь очередным жутким приступом кашля. - Это знак, что тебе просто хреново, или что тебе хреново, потому что мой план удался? - интересуется Кондраша, подхватывая непутёвого соседа и осторожно ведя его в сторону университета. - Надеюсь, что второе... - выдыхает Миша в перерыве между приступами. - Ну вот, а ты сомневался, что получится, обращайся, если что. - Обязательно.