Туфли

Несколько дней я потратила на объяснение моей идеи рабочим. Почему-то они не могли понять мою задумку. Бригадир не видел разницу между оттенками. Говорю им: «Три вот эти стены должны быть цвета зеленой патины». Он показывает мне зеленый цвет ясеня. Говорю: «Эта стена будет цвета лютика», он демонстрирует ярко-желтый. В результате я психанула и сама поехала в строительный магазин за краской. Такой поступок не понравился Адриану. Он долго делал выговор мне. Сетовал на то, что доверял моему благоразумию, когда оставил одну в квартире. А я такая сякая уехала, не предупредив никого. В тот вечер я разревелась из-за Адриана. Было обидно. Я хотела сделать все идеально. Мне важно, чтобы комната Льюиса была именно в этих цветах. Именно они ассоциируются у меня с Нуаром. Конечно, пришлось подбирать тона, подходящие для детской, поэтому я долго с этим возилась. Адриан не знал, что я плакала, ведь я заперлась в ванной. Не хватало, чтобы он подумал, что я решила манипулировать им с помощью слез. Понимаю, что он просто беспокоится, но ничего не могу поделать. Вот только я не до конца понимала причину его беспокойства. Мне вообще стало казаться, что меня заперли в золотой клетке. Дали видимость свободы выбора, но по факту я ничего не решаю. Адриан всегда должен знать, где и с кем я. От него зависит, могу я поехать к Але или нет. Не слишком ли много он берет на себя? Но несмотря на его чрезмерную опеку мне комфортно рядом с ним. Мне нравятся разговоры за завтраками и ужинами. Нравятся его прикосновения и мимолетные поцелуи. Он не упускает возможность обнять, потрогать живот, ожидая шевеления малыша. Как-то он обмолвился, что это его успокаивает. Адриан открыл дверь номера, пропуская меня вперед. Я зашла в него и удивилась. Думала, что это будет люксовый номер, но ошиблась. Адриан снял стандартный номер для двоих. Небольшая прихожая со шкафом для верхней одежды. В нем обнаружились тапочки, одноразовые обувные ложки, два набора для чистки обуви. Сбоку была дверь в просторную душевую, а напротив входной двери арка в спальную зону. Пол покрыт серым ковролином, на стене, у изголовья кровати, тканевые панели. Они были чуть светлее ковра, а между панелями шла узкая зеркальная полоска. На остальных стенах 3D панели в виде вертикальных линий. Основная их часть была кремового цвета, но их местами разбавляли коричневые полосы. Выглядело интересно. — Как тебе? — поинтересовался Адриан, подталкивая вперед. Я встала в проходе и рассматривала номер. — Миленько, — сказала, делая пару шагов вперед. Адриан обошел меня и поставил чемодан у стены. Осмотрелся и отодвинул большое зеркало. Это оказалась дверца шкафа, точнее не совсем шкафа. За отъезжающей в бок дверью-зеркалом находилось углубление в стене. Метр шириной и два глубиной. Внутри были полочки и места, куда вешать одежду, также имелось освещение. При желании переодеться можно было прямо там. Нет, это точно не стандартный номер. Это комфорт или комфорт плюс. Слишком много места для стандартного номера на двоих. К тому же помимо широкой кровати и прикроватных тумбочек тут имелся рабочий стол и дверь на балкон. Адриан задвинул чемодан в шкаф, сел на кровать, попрыгал на ней немного, проверяя жесткость матраса. Затем лег поперек кровати, громко выдыхая. — Как же я устал, — простонал он, закрывая лицо руками. Я села рядом с ним. Говорить что-либо было лишним. Я прекрасно видела, как он выматывается на работе. Так Адриан сейчас лично занимается поиском нового помещения для показа и новых пригласительных. Там, где должно было пройти мероприятие, все уже занято конкурентами. Хотя, нет. Если я правильно поняла из разговора Адриана с мсье Анри, то это партнеры. По-моему он просто пытается закрыться в работе, чтобы не думать о поступке матери. — Кто первый в душ? — спросил он, убирая руки от лица. — Иди, — равнодушно пожала я плечами. — Отлично, — он поднялся и скрылся в душевой. Я дождалась, когда польется вода и устало легла. Вроде особо ничего не делала, но устала. Между нами чувствовалась некая недосказанность. Вероятно, мне это только кажется. Ведь после смерти отца Адриан перестал подшучивать надо мной, и из нашего общения исчез легкий флирт. Ко мне подлетела Тикки. Она уселась на моей груди и так жалобно посмотрела. Я закатила глаза. — Печенье в сумке, — со вздохом произнесла я, — Только все не ешь сразу. — Спасибо, Маринетт. Ты лучшая, — она радостно взлетела, кувыркнулась в воздухе и юркнула в мою сумочку. Молодец какая, всю дорогу смотрела на печенье и не притронулась к нему. Хотя, с чего я взяла, что она этого не делала? Я огляделась. Номер мне понравился. Все в нем гармонично, нет аляпистых орнаментов, излишней помпезности и тяжелой мебели. Здесь было уютно, но непривычно. За месяц, что живу с Адрианом, я успела привыкнуть к его квартире. Пусть она поначалу казалась безжизненной, но я привыкла. Мои вещи постепенно начали гулять по квартире вдыхая в нее жизнь. Да и сам Адриан начал оставлять свои книги там, где читал в последний раз. Звук льющейся воды стих, и через пару минут показался Адриан. В белом махровом халате с влажными волосами, он выглядел непривычно. Обычно он посещал ванную после меня, либо утром. К моменту, когда он выходил, я уже спала. Поэтому сейчас я нагло пялилась на блондина. Некстати вспомнила, что он не залезал в чемодан, а значит под халатом у него… Стоять, Маринетт, твои мысли пошли не в том направлении. Я отвернулась. Вот только это не помогло. Вспомнилось утро, когда я застала Адриана обнаженным. Чувствуя, что начинаю краснеть, ретировалась в душ, предварительно захватив пижаму. *** — Какая красота! — восхищенно произнесла я. Мы стояли в детской. Рабочие сделали все идеально. Я не ожидала такого результата. Вот, на что способны люди ради денег. — Рад, что тебе нравится, — шепчет Адриан. Он как-то незаметно оказался сзади и приобнял меня. Шумно выдыхаю, ощущая его дыхание на шее. Приятные мурашки пробегают по спине. Вздрагиваю, почувствовав губы Адриана. Он целовал шею. Вначале несмело, еле касаясь кожи. Поняв, что я не сопротивляюсь, он осмелел. Руки медленно залезли под майку, правая проскользила вверх по животу, нагло залезла под бюстгальтер. Левая гладила низ живота, мизинец словно невзначай, заныривал под резинку штанов. Ой, мамочки, что же я творю? Проносится здравая мысль и тут же исчезает. Как я оказалась на пеленальном столике? Неважно. Главное, что Адриан сейчас жадно целует меня, попутно стягивая одежду. Блондин откидывает лифчик в сторону, наклоняется и обхватывает губами сосок. Стон срывается с губ. Происходящее сейчас — это какое-то сумасшествие. С чего все началось? С простого шепота или что-то происходило еще? Не помню. Сильные руки притягивают меня ближе к краю. Сжимаю волосы парня, чувствуя его член. Он вот-вот окажется во мне. Внутри все трепещет. С предвкушением ожидаю проникновения… И вот он входит. Закидывая голову, издаю сладкий стон. Обхватываю его бедра ногами. Адриан двигается быстро, принося море удовольствия. Я уже близка к пику. Стоны все громче, перед глазами все смешалось… Открываю глаза, задыхаясь из-за собственных стонов. Я лежу в гостиничном номере. Никакой детской и никакого секса. Черт. Залезла под одеяло с головой. Чувствую досаду и стыд. Мне не раз снились такие сны, но именно от этого стало стыдно. А еще очень хотелось снять напряжение. — Стесняюсь спросить, — раздался хрипловатый голос Адриана. Внутри все сжалось. Непонятно только, то ли от испуга, то ли от возбуждения, — а что тебе снилось? Я что стонала вслух? Теперь отчетливо понимаю, что страх выступил на первый план. Что он обо мне подумал? Как выкрутиться? — Да так, — я вынырнула из-под одеяла. Там дышится плохо и жарко, — ерунда, — отмахнулась я. Со спины послышалось покашливание. Затем Адриан придвинулся ближе. — Ерунда? — его голос звучал странно и знакомо одновременно. Он прижался ко мне, а я замерла. Кажется, даже дышать перестала. Член блондина упирался в меня. Я не знала, что делать. Одна часть меня хочет убежать, спрятаться, вторая прикоснуться к, жаждущей близости, плоти. Адриан приподнялся на локте. Провел по моей щеке пальцем, убирая волосы за ухо. Что же ты творишь? Я сглотнула. Новая волна желания начала накрывать. Убежать? Черт, Маринетт, ты сама-то веришь, что сможешь сейчас встать и уйти? Думаешь, так легко не поддаться соблазну с таким мужчиной? Куда пойдешь? В ванной запрешься? Допустим, а дальше что? А Адриан что делать будет? Рукоделием заниматься? В голове четко представилась картина. Соблазнительный блондин лежит один в широкой постели. Глаза его прикрыты, полы халата откинуты в разные стороны, показывая прекрасное тело. Он закусывает губу, правой рукой обхватывает член и дроч-дроч. Внизу все заныло, требуя ласки. Я заерзала, откидывая одеяло. — К черту все, — выдохнула и засунула руку в боксеры Адриана. Он замер, шумно выдохнул, опустив голову. Обхватила его рукой. Большим пальцем начала водить по головке, размазывая смазку. Адриан куснул за ушко. Невольно выгнулась. В этот момент рука блондина уже по-свойски залезла ко мне в трусики. Я тихо застонала, когда пальцы парня оказались внутри. Его член дернулся, от чего я сжала его сильнее. Пальцы Адриана сводили с ума. Он умело орудовал ими, но мне хотелось большего. Единственное, о чем я могла сейчас думать, это о члене Адриана. Хотела повернуться к блондину лицом, но он не дал этого сделать. Я продолжала лежать на боку к нему спиной, пока он снимал с меня футболку. Все перемешалось. Его поцелуи, прерывистое дыхание, мои стоны и сладкое томление. Адриан укусил меня в плечо. Вздрогнула. В этот момент он поднял мою ногу и вошел. О, да… *** Солнечный свет пробивался сквозь штору и светил мне прямо в глаза. Обычно, когда такое происходило, я бесилась, но сегодня проснулась в хорошем настроении. Тихо зевнув открыла глаза и тут же их закрыла. Я продолжаю спать? Снова открыла. Закрыла. Подумала немного и открыла один глаз. Адриан стоял ко мне спиной. Он что-то смотрел в смартфоне. Казалось бы ничего необычного, но есть одно но. Он был голым. Я закрыла глаз. Приподняла одеяло и заглянула. И я голая. Кровь прилила к щекам. То, что произошло ночью, не было сном. Мамочки, как в глаза-то ему теперь смотреть? Как вести себя? Секс между нами что-то значит или это мимолетная слабость? Он заблокировал телефон и положил его на стол. Повернулся ко мне. Я не успела закрыть глаза. — Доброе утро, — бодро произнес он. Кажется, и у него сегодня хорошее настроение. — Угу, — кивнула я. Ох, сколько мне сил пришлось потратить, чтобы не опустить взгляд. — Ты в номере останешься или со мной? — он присел и поднял боксеры. — Угу. Не смотри. Не смей смотреть. Да, хочется рассмотреть получше, но не смей. И что, что он твой муж, не настоящий же. И что, что переспали, секс не отменяет вашу договоренность. Адриан склонил голову набок. — Ты покраснела, — произнес он, — у тебя… — он замолчал. Глаза его недобро так сверкнули. — Повторить? — участливо спросил он, делая шаг ко мне. Я нахмурилась. Чего повторить? Мозги не хотели работать. Догадка посетила меня, когда Адриан уже полз по кровати ко мне. Рот приоткрылся от удивления, хотелось как-то ответить наглому блондину, но подходящие слова не находились. — Тебе снова ерунда приснилась? — выделил он предпоследние слово. Приподнял бровь, хитро глядя на меня. Издевается! Догадалась я. — Дурак! — схватила его подушку и кинула в блондина. Тот засмеялся, попытался увернуться, но снаряд все равно достиг цели. Стало жутко обидно. Я вчера доверилась ему. Позволила ему удовлетворить ему свои потребности. Ну и мои заодно, а он издевается! Если бы кто-то не стал тыкаться своей пиписькой, ничего бы не было. Нижняя губа затряслась, а на глаза стали наворачиваться слезы. Я не буду плакать! Да, обидно. Да, неприятно. Но я не заплачу. Я сильная женщина. Я не умею плакать. Уговоры не помогли. Первая слезинка покатилась по щеке. Я сразу часто заморгала и отвернулась. — Ты плачешь? — он перестал смеяться. Из голоса пропало все веселье, — Обиделась? Я шмыгнула носом и спряталась под одеялом. Теперь я злилась на себя. Злилась на то, что разревелась, на то, что так остро отреагировала на шутку. Неудачную на мой взгляд, но шутку. — Прости, — растерялся блондин, — я не хотел тебя обидеть, — он подполз ко мне и обнял. Раскутал голову, но я тут же уткнулась лицом в одеяло. Не хочу, чтоб он видел мое заплаканное лицо. Адриан уткнулся носом в макушку, прижимая меня к себе. Я разревелась сильнее. Он снова начал подкалывать и заигрывать. А из-за моей такой реакции он совсем перестает это делать. Когда я успокоилась и подняла раскрасневшееся лицо, Адриан повернул мою голову к себе. Заглянул в глаза. Ох, я же ужасно выгляжу! Отвела взгляд. — Сегодня суббота, отвести тебя к Але? — тихо спросил он. Я покачала головой. Вцепилась в его руку. Мне совершенно не хотелось его отпускать. Боялась, что он окончательно закроется, если я не поеду с ним сегодня.