Снег застрял в дёснах.

Люди чем-то похожи на цветы: тянутся к солнышку, а когда то перестает светить — тускнеют и увядают, покинутые одним из многих источников энергии. Это грустно, но у каждого человека есть то самое, без чего жить дальше он не сможет. Иногда смерть похожа на обман, потому что спустя какое-то время дышать становится легче, и все возвращается на круги своя. Но Кли, пожалуй, чувствует себя неувереннее, чем обычно, стоит только ей вспомнить об оставленных рисунках с заточенным в них прошлым.  Порой где-то между легких возникает щемящее чувство одиночества. Кли знала, что это такое — быть не там, где ты обязан, любить не тех, кого должен. И это было так трудно! — Так ты думаешь... что тебе нужно отправиться с мамой в путешествие?  Альбедо смотрел на девочку с набитым доверху рюкзаком, не сдерживая пораженного выражения лица. Губы той — словно тиски, плотно сжаты, будто словам оттуда нельзя выпрыгивать. Кли кивнула, зажмурив глаза. Она боялась, но должна была. — И ты в этом уверена?  Подкосившаяся шапочка неуклюже повисла на одном из хвостиков. У Кли дернулся носик; она топнула, с обидой и укором посмотрев на Альбедо в ответ. — Братик! Ты моего решения не изменишь! — в глазах ее были вырезаны главные герои картинок. — Я не хочу, чтобы наша семья вот так рушилась...  Он мягко улыбнулся и положил руку на шапочку, — Кли почувствовала, что палец пронзает самое темечко, и потому выпрямилась, — поправил ее и оставил. — Хорошо. Давай тогда соберем твои вещи до конца. Не будешь же ты с этим рюкзачком путешествовать?  Тогда Альбедо подумал,   что лучшим решением будет    немного подыграть.  Они действительно собирали вещи. Кли оборачивалась, пытаясь упихнуть все достаточно компактно, но видела лишь что-то новое. И с каждым предметом становилось все труднее.  Краски. — Но это же твои особые, из звездной руды... — Сделаю себе еще. Зато ты сможешь делать неповторимые картины из неповторимых материалов.  Их фотография. Кли смотрела на жизнерадостную копию себя с искрящимися глазами и румяными щеками, вглядывалась в изображение Дионы (они весело проводили время, что ни для кого не секрет), миниатюру с членами Ордо Фавониус и, конечно же, памятную и семейную — с Альбедо. — Братик... оставь себе. — Думаю, тебе нужнее. Будешь вспоминать всех нас, — юноша обнял ее за плечи. — Мы будем скучать.  Кли поджала губы, сдерживаясь от всех тех ласковых слов, которые нужно было произнести: от «прощай» и «я тоже» до «спасибо» и «извини, если что-то сделала не так». Девочка поднесла кулачок к глазу; боль рассекла дыхание.  Альбедо прижал ее голову к своему плечу.  Кли же обняла так крепко, словно умирает. — Нет... Не хочу уезжать! Я вас люблю-ю...  Девочка хныкала, а крошечная игрушка на рюкзаке тряслась вместе с ней. — Кли... Сестренка, — Альбедо с теплом положил руки на ее спину, — мы тоже тебя очень сильно любим. Не уходи, пожалуйста. Ты обязательно их дождешься.  Иногда получается так, что люди не в силах сдерживать свои чувства, и из них получаются неверные поступки. Но если рядом есть близкий человек — все беды со временем становятся простыми ненастьями.  Погода обязательно сменится.