Невероятная адвенчура Жоры Крыжовникова

      Джоджо проснулся ранним утром. Дело было не в том, что в комнате было слишком холодно или в том, что его разбудили. По какой-то причине Жоре просто не хотелось долго спать. Понимая, что в семь утра и Житомир, и Мухаббат ещё спят, Джоджо взял в руки телефон в надежде на то, что кое-кто сможет помочь ему скоротать несколько часов.       — Привет, Коля. Ты, наверное, ещё спишь, но если нет — может быть, пойдём погуляем?       Жора ждал ответа на своё сообщение несколько минут, но так и не получил его. Что ж, не стоило ожидать чего-то другого в такую рань. Вместо того, чтобы всё же попытаться уснуть, Джоджо направился в сторону ближайшей столовой с целью позавтракать.       Когда Жора пришёл в столовую, набрал себе разной еды и уже активно поедал свой завтрак, он почувствовал вибрацию у себя в кармане. Это был желанный ответ.       — Привет. Ты что-то рано (^-^*). Мне сегодня не спится, так что я не против. Я подойду к твоей гостинице через полчаса, окей?       — Давай встретимся в столовой около моего жилья. Она стоит на улице Генерала Симоняка, девятый дом.       — Приглашаешь меня на романтический ужин? Как мило.       — Ну типа того, только это завтрак, а не ужин.       — По какому поводу?       — Если честно, то когда ты написал, я начал здесь есть. Так что тут будет просто удобнее встретиться.       — Ценю твою искренность. Ладно, пока, я уже бегу ⊂(´• ω •`⊂)       — Пока.       Пока Коля шёл в столовую по указанному Джоджо адресу, Жора уже почти закончил свою трапезу. Когда от взятых им трёх половников какого-то супа с бутербродами, двух яиц и чашки компота оставалось всего ничего, Жора решил остановиться и подождать своего парня. Остатки еды не успели остыть — Коля пришёл на место встречи уже через пять минут.       — Привет, Джоджо. Я вижу, ты уже почти закончил? — Коля подошёл к своему любимому со спины и улыбнулся ему.       — Привет. В целом да, но давай всё равно посидим здесь.       — Хорошо. Тогда я возьму себе что-нибудь лёгкое. Не хочу слишком сильно набивать желудок перед олимпиадой.       — Художник должен быть голодным, да?       — Ага.       Очереди в столовой не было, так что уже совсем скоро двое мальчиков сидели за одним столиком и болтали. Жора неспешно доедал свой суп, а Коля ел греческий салат.       — Может быть, всё-таки возьмёшь себе что-нибудь ещё?       — Может быть и взял бы, но я не брал с собой больше денег чем на салат с чаем.       — Да ладно тебе, я оплачу. Не хочу, чтобы мой парень оставался голодным.       — Ты разве не стесняешься так говорить на людях?       — Тут практически нет людей. А те, что есть, вряд ли нас услышат.       — И то верно.       — Ну и, чего бы ты хотел поесть?       После долгих уговоров, Коля согласился поесть по-человечески, не стесняясь просить Джоджо купить ему даже те блюда, без которых можно было бы спокойно обойтись. После этого акта проявления добродетели с Жоры взяли обещание о том, что в следующий раз он погуляет за счёт Коли, деньги на котором, как он сам сказал, будут взяты из его олимпиадных призовых.       — Так когда у тебя будет олимпиада? — уже доев свой завтрак, спросил Жора.       — Сегодня. — оторвавшись от мороженого, недоумевая спросил Коля.       — В смысле, в который час?       — В час дня.       — Это же совсем скоро. Тебе разве не нужно сейчас готовиться?       — Может быть и нужно было бы, но я уже потратил на это кучу времени. Лишний раз повторять то, что я и так знаю наизусть — глупо.       — Докажи.       — Ну… — задумался об эффектном способе демонстрации своих знаний Коля. — Загугли что-то в духе «Красивый дом», выбери любую картинку, а я скажу, в каком стиле построено здание на фотографии.       Жора взял в руки телефон и сделал всё, как сказал его парень. Джоджо пролистал ленту изображений и показал Коле случайное.       — Долго ты, наверное, листал. Это Готика. Проверить это можно либо на сайте, где есть эта картинка, либо загуглив «Готический стиль».       — Ну-ка… — Жора открыл сайт с картинкой. — И правда. Готический стиль.       — Это было ещё просто. А вот отличить какой-нибудь Хай-тег от похожих на него стилей некоторым бывает очень тяжело.       — И долго ты все эти стили учил?       — Не то что бы. Я же художник, так что мне просто замечать всякие маленькие детали, а это на самом деле единственное, что важно, когда учишь стили архитектуры и живописи. Кстати о живописи, у меня есть для тебя подарок.       — Подожди, не показывай. У меня тоже есть для тебя кое-что, только оно лежит у меня в номере. Может быть, сходим туда?       — Да ладно тебе, в следующий раз подаришь. После еды мне как-то не хочется куда-то идти. А вот мой рисунок я могу тебе вручить без лишних телодвижений. Держи. — Коля улыбнулся и достал из принесённого с собой скетчбука лист бумаги. Парень без лишних церемоний вручил его Джоджо. На рисунке Жора лежал на диване под одеялом, сжавшись клубочком и обнимая подушку. — Ты выглядел очаровательно. Я не мог это не зарисовать.       — Ну и ну. — из-за смущения на лице Джоджо появился румянец. — Спасибо. Это невероятно милый рисунок. Даже не уверен, что то, что я тебе приготовил может с ним сравниться.       — Да ладно тебе, сложность подарков не так важна, главное — чтобы всё было от чистого сердца.       Парни сидели в столовой ещё довольно долго. Они разговаривали о чём-то своём, не замечая ни других людей вокруг себя, ни ход времени. Может быть, они просидели бы так до самого вечера, но ближе к двенадцати Коле всё-таки нужно было собираться по делам. Юноши вышли из столовой и прошли вместе до автобусной остановки.       — Пока, мой милый. Я буду вспоминать тебя на олимпиаде. — Коля улыбнулся и нежно поцеловал своего любимого в правую щёку, после чего заключил его в своих самых крепких объятиях.       — Ну и ну. Здесь же… — Жору прервал короткий поцелуй в губы. — Полно людей. — краснея, высказал своё смущение Джоджо.       — Пускай думают, что хотят. — сказал Коля, обнимая своего парня и смотря ему прямо в глаза. — Я люблю тебя.       — Я… Я тоже тебя люблю. — Жора получил ещё один полных чувств поцелуй, но на этот раз он был куда более продолжительным.       — Автобус уже приехал. Пока ещё раз. — Коля нехотя отошёл от Жоры и издали погладил его шею щупальцем Угулёнка.       — Пока. — практически войдя в транс от ласок стенда Коли, сказал Джоджо. — И удачи на олимпиаде.       — Спасибо! — Крикнул Коля из-за закрывающихся дверей автобуса.

***

      Окрылённый чувством любви, Жора пришёл в гостиницу и поднялся к номеру своего деда: всё равно делать было нечего, а так хотя бы будет с кем убить время. Житомир был рад увидеть своего внука и сказал, что с удовольствием с ним поболтает. Из-за того, что для продолжения расследования им нужно было дождаться позднего вечера, было принято решение погулять по Петербургу, пока есть такая возможность. Мухаббат к компании из двух человек не присоединился по причине ужасного похмелья, вызванного самодельным алкоголем.       Когда часы уже скоро пробили бы час, Жора сидел со своим дедом в той же столовой, где он встречался с Колей. Женщина на раздаче еды узнала Джоджо и бросила на него осуждающий взгляд.       — Педик… — прошипела про себя повариха.       — У вас с ней что-то неладно? — услышав краем уха упрёк женщины, спросил Житомир.       — Не знаю. — Джоджо вспомнил свидание с Колей и слегка запаниковал. — Может быть, тяжёлый день на работе. А Мухаббат случаем тебе ничего не писал? — ловко сменил тему разговора Жора.       — Писал. Говорил, что после пары рюмок его фирменного напитка похмелье его отпустило.       — Он собирается идти в логово Камисамы пьяным?       — Наверное. Он уже совсем близко к нам, так что очень скоро мы это узнаем.       Как только Житомир договорил свою фразу, в столовую вошёл неопрятный подвыпивший дагестанец. Разумеется, это был Мухаббат.       — Вечер в хату! — громко произнёс Мухаббат, подойдя к столику Жоры.       — И тебе привет. — сказал спокойным голосом Джоджо, в глубине своей души представляя, как ломает шею второму собеседнику.       — Я думаю, что нам пора идти искать гараж Доицева. Возьми себе что-то навынос, если голодный.       — Хочешь пойти прямо сейчас? — уточнил Жора.       — Долг зовёт. Кстати, может быть, твой приятель со стендом всё же сможет нам помочь?       — Мог бы, но скажу ещё раз: я не хочу его впутывать. Справимся втроём.       — Надеюсь. Если бы мы с Мухаббатом тебе не помогли, Блатовик Бориса тебя бы прикончил.       — Но вы же мне помогли. И ничего не случилось.       — Ты прав. Только, прошу тебя, будь осторожен.       — Говоришь прямо как моя мать. Давай зайдём в аптеку, купим бинты и спирт. Эти штуки нам явно пригодятся.       — Спирт не нужен. — сказал Мухаббат.       — Ну да. Тогда нужно взять с собой воды.       — Уже. И бинты с обезболивающими я уже купил. — с довольным видом заявил Мухаббат, указывая на рюкзак от Адидаса за своей спиной.       — Тогда пошли. Дед, веди.

***

      Житомир, Мухаббат и Джоджо приехали на автобусе к улице Константиновская. По словам Марии Крышниковой, рядом с логовом Камисамы в виде разрушенного гаража с ржавой крышей должен был быть автосервис. Воспользовавшись картами на телефоне, самозванные детективы поняли примерное местоположение своей цели. Оставалось только пройтись по запущенным улочкам около автосервиса и найти нужный гараж.       Всю дорогу у Джоджо было очень странное предчувствие. Оно было совсем не похоже на проявление страха. Жоре казалось, что за ними кто-то наблюдал, пускай парень и пытался убедить себя в том, что это всё паранойя. Джоджо был практически уверен в том, что знал всё о Камисаме как о противнике: и то, что его стенд может быть иногда быстрее и выносливее чем Ругевит, и то, что Блатовик может изменить свою форму с гуманоидной на рой мелких гномов, и даже поведение Доицева во время боя казалось Жоре чем-то предсказуемым. Но всё-таки, что если у Бориса есть ещё один туз в рукаве? Способность стенда, которую он никогда не показывал. Или оружие поопаснее, чем нож-бабочка.       Пока Джоджо находился в раздумьях, Житомир наткнулся на здание, выбивающееся на фоне других. Оно было заброшено и разрушено, его крыша была коричневой от ржавчины. Судя по всему, когда-то оно служило гаражом.       — Похоже, мы пришли. От места, где мы нашли мёртвую проститутку, здесь метров шестьсот. Камисама вполне мог притащить её туда отсюда. — остановился и сказал Житомир.       — А если ты ошибся? — задал логичный вопрос Жора.       — Тогда мы побеспокоим пару бомжей и уйдём.       — Резонно. — ответил Джоджо и начал идти в сторону входа в здание.       — Гена, ЗАБАНЬ ЕГО! — выкрикнул приглушённый голос откуда-то изнутри.       — Что ж, похоже, мы пришли именно туда, куда нужно. — сказал Джоджо, одёрнув свою руку от двери гаража. — Входим внутрь?       — Да. Сейчас, на счёт три, все вместе… — начал Житомир.       — Чё же вы оба такие ссыкуны? Три! Поехали! — воскликнул Мухаббат, толкнув ногой дверь здания и влетев в него на всей скорости.       Внутри было довольно мало места. Гараж был забит различным мусором вроде шин и досок. Единственное, что бросалось в глаза внутри помещения — стул с крепко закреплёнными на нём наручниками. В них был закован парень, чьё лицо из-за ракурса разобрать было невозможно. Перед с ним на корточках сидел Доицев. Держа в руках плоскогубцы, он смотрел своей жертве в глаза.       — Я ждал вас. Во все наши прошлые встречи вы приходили ко мне тогда, когда я был готов к охоте, но никак не к полноценному сражению. — Камисама встал на ноги, всё ещё находясь спиной ко входу в здание. — А теперь я полон сил и энергии. Чувствую себя на все сто. В смысле процентов, а не лет. Совсем скоро вы умрёте. Если же я неправ и вы сможете меня одолеть — я сбегу точно также, как и до этого.       Доицев в миг оказался за спиной Мухаббата. Джоджо попытался оттолкнуть Бориса, но даже под действием Ругевита Жора был слишком медленен. Призванный ещё до начала сражения Блатовик замахнулся и ударил дагестанца в спину. Стенд был настолько силён, что без труда проделал в Мухаббате сквозное отверстие. Сразу после этого он вместе со своим владельцем сделал рывок внутрь гаража. Житомиру он показался незаметным, а Жоре — плавным и грациозным. Одновременно с этим бездыханное тело Мухаббата упало на пол гаража, а из его раны вылетели ошмётки плоти и море крови.       — Мухаббат! — крикнул Житомир и бросился к нему в надежде помочь.       — Если начнёте бежать сейчас — может быть, останетесь живы. — ухмыльнувшись, сказал Доицев.       — Подождите-ка… — Джоджо моментально переключился с факта смерти своего напарника на тело парня в глубине гаража. — Боже. Нет. — Жора упал на колени. По его лицу начали течь слёзы. — Коля…       Тело Коли выглядело ужасно. Вся его кожа была покрыта термическими и химическими ожогами. В нескольких местах на ней были видны глубокие раны с запёкшейся на них кровью. Рыжие волосы Коли были испачканы в чём-то вроде белой краски. На его когда-то прекрасном и милом личике были длинные и широкие шрамы. Ногтей на момент вторжения Мухаббата в логово Доицева у бедного парня практически не осталось.       — Какой-то ты слишком эмоциональный. — Камисама опёрся рукой на балку внутри здания и положил на неё свою голову. — Этот пацан был сыном мента, которому вы хотели на меня настучать. Ну у него конечно и фамилия — Норинов. Я думал, что он может знать что-то лишнее обо мне, но судя по тому, что ни он, ни его отпрыск за час пыток так ничего и не рассказали… Кстати, было весело. У парня помоложе был стенд, который залечивал его раны. Из-за этого он продержался куда дольше своего бати, тело которого сейчас плавает где-то в каналах.       — НЕТ! — Жора поднялся с колен и кинулся на Камисаму.       — Что же. — Доицев увернулся от предсказуемого удара в лицо и очередным рывком и вылетел из гаража. — Посмотрим, кто из нас победит.       Джоджо повернулся в сторону Доицева и снова накинулся на него, но в этот раз используя не только свои руки, но также и Ругевита. Блатовик защитился от быстрой серии ударов и атаковал своего оппонента. Два стенда по очереди наносили и блокировали сотни атак в течение минуты по меркам восприятия обычного человека. Когда и Камисама, и Джоджо выдохлись, они одновременно отпрыгнули друг от друга.       — Ты ответишь за всё это! Мой отец. И Коля. И ещё десятки людей. — Жора сделал глубокий вдох и остановился на секунду. — Я ненавижу тебя.       — Это пустой трёп. Кстати, ты печёшься о своём дружке так, будто бы ты педик.       — Иди нахуй, Боря.       — М, назвал меня не по фамилии. Значит, мы уже целиком перешли на «ты»? Ладно, ты успел раскраснеться как помидор. Остынь. Недолго тебе осталось злиться. — Камисама повернулся в сторону трупа дагестанца. — И твоему деду тоже. Ну а сейчас… Гена, ЗАБАНЬ ЕГО!       Гена достал из кармана своего пиджака пивную банку и поднёс её ко рту. Жора тут же кинулся на стенд Доицева, зная, что тот будет беззащитен ближайшие пару секунд. Но прокусив банку, вместо того, чтобы распасться на много маленьких копий самого себя, Блатовик создал фонтан жидкости, похожей на раскалённое масло. Вместе с ней изо рта стенда вылетали коричневые шарики, напоминающие сухой завтрак.       Не успев увернуться от неожиданной атаки, Ругевит принял на себя большую часть урона от удара Доицева. После этого как на броне стенда, так и на коже Джоджо начали появляться страшные ожоги, прожигающие плоть до самых костей. Жора начал кричать от мучительной боли, только усиливающейся из-за способностей собственного стенда.       — Ну как тебе вторая способность моего Блатовика? Вижу, тебе не особо понравилось. Давай немного подождём. — Жора упал на землю, продолжая стонать от невыносимой агонии. Камисама сделал несколько шагов к своему противнику и продолжил смотреть на его неестественные телодвижения.       — Хватит! — крикнул из-за спины Доицева Житомир. — Ты всё равно убьёшь нас обоих. Мой стенд в принципе не способен причинить вред, а Джоджо уже не может сражаться. Прекрати его мучить.       — Дед… — только и смог обратиться к нему Жора.       — Говоришь, хватит? Этот маленький выблядок портил мне жизнь с тех пор, как пришёл в этот город. А теперь… — Камисама прижал голову Джоджо к земле своей ногой — Он за это поплатиться сполна. Да, Жорик?       В ответ Жора лишь продолжал мычать. Что казалось ему сейчас самым страшным — он не мог найти в себе сил заставить Ругевита перестать использовать свои способности, в результате которых Жора переживал одну секунду сгорания заживо как десять.       Глядя на мучения внука, Житомир поддался эмоциям и накинулся на вампира с голыми руками. Доицев ударил напавшего на него старика в рёбра, после чего Житомир отлетел от Камисамы метра на четыре.       — Пускай ты отлично понимаешь, что тебе не пережить эту ночь, ты всё ещё пытаешься сопротивляться. Забавно. И так бесполезно. — Камисама надавил на голову Жоры ещё сильнее, буквально впечатывая её в землю. — Думал, что знаешь о моём стенде абсолютно всё? Наверное, последнее чего ты ждал от этой драки, так это того, что в результате неё ты будешь лежать передо мной в кипящем пиве с шоколадными шариками.       Жора начал привыкать к пытке Камисамы. Он даже смог сконцентрироваться на своих мыслях. «Стоп. Этого же просто не может быть! Я обладатель такого мощного стенда. И его способностей всё равно слишком мало? Ну же, Ругевит. Каждую встречу с Камисамой ты открывал в себе что-то новое. Неужели твой потенциал исчерпан?..»       Ругевит всё ещё находился в призванном состоянии, обволакивая тело своего хозяина едва заметной даже для него самого аурой, тем самым тщетно пытаясь защитить Жору. Но со стендом было что-то не так. Он желал сделать с телом Жоры что-то непонятное, но пока Джоджо не мог сосредоточиться, Ругевит был бессилен. Он лишь трясся и беспорядочно дёргался.       «Ну же, Ругевит. Покажи мне, что это не просто судороги, вызванные болью. Я должен отомстить за отца и Колю. Боже, Коля. Ты был таким хорошим и умным мальчиком. Я полюбил тебя. Твои нежные щёки и губы. Твои объятия и поцелуи. Твои красивые глаза, в которых я мог запросто утонуть. Ты показал мне то, что я ничем не хуже других. Я благодарен тебе. И я должен отомстить. Я ДОЛЖЕН ОТОМСТИТЬ!»       — Что-то твоему внуку совсем плохо, Жижа. У него судороги. Ладно, даже мне уже наскучило за этим наблюдать. Гена, сверни ему шею.       Джоджо вдруг перестал чувствовать присутствие своего стенда. Сначала он подумал, что силы Ругевита окончательно иссякли и он больше не может бороться. Но затем до Жоры снизошло озарение. Ругевит находился внутри его организма. Он проникал внутрь костей Жоры, заставляя их производить стволовые клетки неестественно быстро. Часть из них превращалась в эритроциты и тромбоциты, все остальные преображались в будущие мышцы и кожу Джоджо.       — Что за херь? — только и смог неуверенно сказать Камисама, когда он видел, что прожжённая плоть Жоры восстанавливается, как ни в чём не бывало.       Уже совсем скоро Джоджо смог встать на колени, а затем и на ноги. К этому моменту от его смертельных ран не осталось ни единого следа. В тот же момент осознав истинный потенциал своего стенда, Жора улыбнулся неестественной ухмылкой, наклонил голову набок и посмотрел в глаза Доицева.       — Ну и ну. Боря. А, Боря? Ты знаешь, с какой скоростью у тебя бьётся сердце? Или сколько пота ты вырабатываешь? Или желудочного сока? Знаешь ли ты, сколько мышц у тебя сейчас напряжено, а сколько — расслабленно? А вот я знаю. Я могу предсказать каждый твой шаг и вздох. И есть ещё кое-что. — Джоджо взял свой указательный палец правой руки и сжал его в кулак. Ни на секунду не сомневаясь в безопасности своих действий, он дернул свой кулак в сторону. Фаланги пальца издали характерный хруст. — Ты слышал это, Боря? Я сломал себе палец. А теперь посмотри на него. — палец за секунду приобрёл свою изначальную форму и выглядел абсолютно здоровым. — Я бессмертен. А ты жалок и предсказуем. Поэтому я убью тебя, Боря. Я УБЬЮ ТЕБЯ!       Ругевит снова оказался около Джоджо и вместе со своим хозяином набросился на Доицева со шквалом ударов. Камисама ловко блокировал каждую атаку Жоры, но со временем его силы были исчерпаны.       — Джоджо… — Камисама отпрыгнул от восставшего из мёртвых парня и заставил Блатовика поднести ко рту очередную алюминеевую банку. — Гена…       — Хватит, дебик. — Жора сделал выпад именно в ту сторону, куда хотел отпрыгнуть Камисама. — Тебя так просто читать.       Доицев снова и снова пытался отпрыгнуть от Джоджо, снова и снова получая удары в лицо или по рёбрам. В конце концов Борис упал на колени.       — Ты… Ты победил. Даже не могу поверить. Знаешь, я сдаюсь. Хочу уйти с достоинством. Житомир, рядом с тобой валяются наручники. Кинь их Джоджо. Я хочу, чтобы он надел их на меня и казнил.       — Что?.. — всё ещё не понимая, что вообще произошло, спросил Житомир. — Ладно. Внук, лови. — мужчина кинул Жоре наручники, которые он налету отшвырнул в сторону.       — Теперь ты хочешь умереть с почестями? Смешно. Ты понимаешь то, что ты выглядишь сейчас как последний идиот? Я буду мучить тебя, пока ты не скончаешься от боли.       — Ты волен делать со мной что хочешь. Но у меня есть одна просьба, которую ты всё же исполнишь.       — О чём ты, выродок? — задал вопрос Джоджо, ударив нелюдя по лицу рукой Ругевита.       — Выкуси.       — Что?       — Что слышал.       Камисама моментально заставил свой стенд порвать ту самую банку, которую он пытался поднести ко рту ещё в середине драки. Когда она разорвалась, и Блатовик, и его владелец будто бы испарились. Там, где прямо сейчас на коленях стоял вампир, было пустое место.       Джоджо присел на землю и потрогал рукой землю, где только что стоял Доицев.       — Но… Как? Я мог прочитать все его движения. Все намерения. — Джоджо схватился обеими руками за голову. — Но я проиграл.       — Джоджо, ты не проиграл. Он сбежал как трус.       — Но он всё ещё жив.       — Да, но тем не менее самым важным для нас было нахождение лекарства для твоей матери, а не месть. Пойдём в его гараж.       «Почему Коля, а не я? Почему я не смог прикончить Бориса? Я ничтожество. Я пустое место. Лучше бы я даже не рождался. Всем было бы лучше, если бы не я. Да, может быть, сейчас я и спас чью-то жизнь, но сколько же людей покинуло этот мир, так и не дождавшись моей помощи. Я бесполезен…»       — Эй, Джоджо? — Житомир окликнул своего внука, молча смотрящего себе под ноги.       — Да. Идём. Но что мы будем делать с Мухаббатом? — Жора посмотрел на сквозное отверстие на трупе дагестанца.       — Он… Мёртв.       — Я знаю! Твою мать, я задал вопрос о том, что нам делать с его телом.       — Я тебя понимаю, но не будь таким вспыльчивым. Я сейчас позвоню в скорую, его отвезут в морг вместе с тем парнем в гараже, а потом мы его похороним. Мы с ним никогда не были слишком близки, но всё-таки он был для меня дорогим человеком. Мы оба потеряли сегодня кого-то близкого, Джоджо. Смирись с этим.       Джоджо ничего не ответил, молча войдя в гараж и начав в нём рыться, пытаясь найти что-то необычное.       — Оставь это мне. Кваер, ищи всё что выбивается из общего окружения.       Стенд Житомира сразу же появился у него на ноге. Кваер начал прыгать с одного конца здания в другой, то поднимаясь на высокие балки, то бегая по самому полу. В один момент он остановился около какого-то ящика.       — Ну-ка… Ого. Джоджо, ты должен это увидеть. Это записи Камисамы! Тут написано о разных медицинских экспериментах на людях. Теперь понятно, зачем он собирал органы жертв. Доицев верил в то, что в нейронах человека содержится его душа. А остальные органы он забирал для их модификации. Он пытался сделать из них идеальный нанос для крови и кислорода и генератор стволовых клеток…       — Что там написано про болезнь, вызываемую стендами? — холодно спросил Жора.       — Здесь написано про артефакт. По описанию, это вот эта штука. — Житомир поднял с пола позолоченную заточку. — По идее, эта вещь может пробудить в человеке стенд. Или же помочь раскрыть его полный потенциал, речь идёт в том числе о контроле над ним. Интересно. Похоже именно это лезвие использовал Доицев в своём ноже-бабочке.       — Больше там ничего про это не написано?       — Кое-что есть. Записи об экспериментах на живых людях. Из главного — похоже, до своей кончины Мария Крышникова овладела стендом благодаря этому артефакту. С его же помощью кто-то в роду Порнолева вылечился от, как это здесь называется, «Синдрома непереносимости сил, связанных с вхождением вирусной инфекции PAX-12 в активную форму». Какое длинное название.       — Короче, бери эту заточку и все записи. Звони медикам, пускай заберут тела. Нам нечего здесь больше делать.

***

      С момента последней схватки с Камисамой прошло два дня. Джоджо побывал на похоронах Мухаббата и должен был скоро уехать к себе домой вместе с дедом. Но его мучили сомнения по поводу того, насколько это правильно. Борис Доицев всё ещё жив. Коля не похоронен. Быстрофургон — некрофил и преступник, чьё существование никак не оправданно. С силами, которые получил Джоджо, он мог стать Богом этого мира. Теперь ему можно было решать, будет ли жить тот или иной человек или нет. И убить главаря бандитской шайки — не самой худшее распоряжение божественными силами.       Размышления Жоры прервал стук в дверь.       — Джоджо.       — Здравствуй. Входи.       — Привет. Ты уже собрал вещи? Завтра нам нужно уезжать. — войдя в номер Жоры, сказал Житомир.       — Нет. Я не собираюсь этого делать, пока мы не убьём Камисаму.       — Ты в своём уме? Мы оба еле-еле пережили с ним схватку. Кроме того…       — Ясно. Тебя не переубедить. За последние пару дней я заработал деньжат, так что могу себе позволить остаться в этом городе подольше. Без твоего финансового вмешательства.       — Откуда?       — Неважно.       — Ты… Ладно. Тебе уже не девять. Делай, что хочешь. Если передумаешь — держи билет на поезд, на котором я отправлюсь к твоей матери. Ей нужно как можно скорее дать воспользоваться артефактом.       — Благодарю за понимание. А теперь… Теперь у меня есть дела, Житомир. Прощай.       — Но… — Джоджо вышел из своего номера, положив билет на стол и хлопнув дверью. — Пока.