Виктория Поттер и факультеты Хогвартса

Как и было обещано, ведьма из Хогвартса прибыла двадцать девятого июня, появившись на пороге дома Дурслей в восемь часов утра. К тому времени Виктория уже несколько часов не спала. Она проснулась в шесть часов и сразу же вскочила с постели, полная энергии, а к половине седьмого приняла душ и оделась. В связи с приездом такого особенного гостя она приложила дополнительные усилия к своему внешнему виду, надев белое летнее платье и уложив волосы. Затем она ждала в своей комнате, ее желудок делал тошнотворные сальто, когда она прислушивалась к звону дверного звонка. Когда он, наконец, зазвонил, за звуком последовало низкое бормотание голоса дяди Вернона, который неуклонно увеличивался по мере того, как его гнев выходил из-под контроля. Пять минут спустя воцарилась тишина, и по лестнице послышались тяжелые шаги. Ее дверь распахнулась. - Вниз! - прорычал Вернон, его лицо приобрело интересный оттенок фиолетового. - Сейчас же! Она последовала за ним вниз по лестнице в гостиную, где в одном из кресел чопорно сидела женщина средних лет. На первый взгляд можно было подумать, что она нарядилась на Хэллоуин: на ней было темно-зеленое платье с объемными рукавами (мантия, предположила Виктория), а на коленях у нее лежала остроконечная шляпа ведьмы. Но когда Виктория присмотрелась повнимательнее, она увидела, что это совсем не похоже на костюм. Что-то в мантиях - возможно, качество их пошива или сложность тонкой вышивки - придавало им вид подлинности, который заставлял стыдиться любой маскарадный костюм. Волшебница внимательно изучала Викторию, когда та вошла. - Виктория Поттер, я полагаю? Она почти почувствовала, что должна сделать реверанс. Женщина была очень статной: ее волосы были собраны в невероятно тугой пучок, и она говорила с изысканным, аристократическим шотландским акцентом. - Да, мэм, - вежливо ответила Виктория. - Вы из Хогвартса? Петуния пискнула, только что войдя в комнату, и чуть не уронила чайник, который несла. - Как, черт возьми..? - пробормотал дядя Вернон, переводя взгляд с волшебницы на Викторию. - Я получила Ваше письмо пару дней назад, - сообщила Виктория, в основном для своих родственников. Она скорее наслаждалась их удивлением. - Что ж, - сказала женщина, бросив пронзительный взгляд на Вернона. - Я полагаю, что представление в порядке вещей. Я профессор МакГонагалл, преподаватель трансфигурации и заместитель директора школы Хогвартс. Волнение бурлило глубоко в животе Виктории, и она не могла удержаться, чтобы не задать первый вопрос, который пришел на ум. - А что такое трансфигурация? Профессор МакГонагалл коротко улыбнулась ей. - Сначала о главном, мисс Поттер. Вам все еще нужно официально принять свое место в школе. Я полагаю, Вы действительно хотите поступить в Хогвартс? Тетя Петуния прервала ее прежде, чем Виктория успела ответить. - Возможно, нам следует сесть и обсудить это должным образом, - сказала она. - Чаю, чего-нибудь еще? - не дожидаясь ответа, она сразу же начала наливать из чайника трясущимися руками. - Спасибо, - сказала МакГонагалл, беря чашку и ставя ее на стол рядом с собой. - Но мы не пробудем здесь долго. У нас впереди напряженный день, при условии, что мисс Поттер пожелает присутствовать. - Я желаю! - выпалила Виктория, как раз в тот момент, когда дядя, казалось, оправился от всего этого удивления. - Имейте в виду! - сказал он, надувшись. - Я не буду платить за то, чтобы эта девчушка научилась каким-то фокусам! Она будет ходить в местную общеобразовательную школу и будет благодарна за это. Вы бы видели ее школьные оценки... глупая девчонка даже не может правильно сложить числа. Ей нужно настоящее образование, и все тут. МакГонагалл взяла свою чашку и сделала глоток, задумчиво глядя на Викторию. Казалось, ее совершенно не тронул агрессивный тон Вернона. - Мисс Поттер, это правда, что у Вас проблемы со сложением чисел? - спросила она, и Виктория почувствовала, как ее лицо вспыхнуло от стыда. Дядя усмехнулся. - Просто спросите ее, сколько будет два плюс четыре. МакГонагалл выжидающе посмотрела на Викторию. - Два набора по три, - твердо сказала она. - Это шесть! - воскликнул Вернон. Это был знакомый разговор. Виктория только покачала головой. - Это не одно и то же. - Очень любопытно, - сказала МакГонагалл, ее голос ничего не выдавал, но в ее глазах был проблеск интереса. - То, что Вы описываете, - это основы нумерологии, мисс Поттер. Вы будете изучать ее в Хогвартсе с третьего курса, если пожелаете. Виктория была почти шокирована, потеряв дар речи. - Вы... верите мне? - Полная чушь, - сказал дядя Вернон, недоверчиво качая головой. - Что касается денежных вопросов, - добавила МакГонагалл, - Вы будете удивлены, мистер Дурсль, но Поттеры договорились об оплате расходов своей дочери. И даже если бы они этого не сделали, Министерство Магии управляет рядом стипендиальных программ. - Что? - глаза Вернона выпучились. - Министерство чего? Вы хотите сказать, что ваши люди работают в правительстве?! Но Викторию гораздо больше интересовало кое-что другое. - Вы упомянули моих родителей? Значит, они тоже владели магией? Выражение лица МакГонагалл посуровело. - Это многое объясняет, - продолжил Вернон, полностью игнорируя их разговор. - Европейское сообщество, это будет одно из ваших, конечно... Профессор МакГонагалл встала, и он замолчал. - Мистер Дурсль, - сказала она ледяным тоном, - должна ли я предположить, что Вы ничего не сказали девушке о ее родителях? Дядя Вернон кашлянул, переводя взгляд с профессора на Викторию. - Ну, не совсем ничего... То есть, конечно, мы не рассказали ей всего... но как мы могли? - Мы подумали, что лучше подготовить ее к нормальной жизни, - сказала тетя Петуния. - Чтобы однажды она могла найти нормальную работу с нормальными друзьями. Губы МакГонагалл сжались. - Я поняла. - она повернулась и посмотрела на Викторию. - Похоже, нам многое нужно обсудить сегодня, мисс Поттер. Нам лучше начать немедленно. Идите и подготовьтесь к отъезду, мы вскоре отправимся в путь. Я буду... объяснять сложившиеся обстоятельства твоим тете и дяде. Виктория побежала наверх и схватила сумку и кошелек, в котором были все ее сбережения в размере пятнадцати фунтов, прежде, чем поспешить обратно вниз. Она обнаружила профессора МакГонагалл, ожидающей ее у двери. Дурслей нигде не было видно. - Готовы? - спросила волшебница. Виктория ухмыльнулась, предположив, что Дурслей заставили отпустить ее. - Готова. Они разговаривали, пока шли по подъездной дорожке, вдвоем наслаждаясь первым теплом того, что должно было стать жарким днем. - Обычно я бы трансгрессировала в Косой переулок, но поскольку Вы не сможете этого делать в течение еще многих лет, я думаю, будет лучше, если я покажу Вам, как туда добраться самостоятельно, - объяснила профессор. - Хорошо, - сказала Виктория, не уверенная, что знает значения слова «трансгрессировать». Возможно, ее новые школьные учебники подскажут ей. Когда они дошли до конца дорожки, МакГонагалл вытащила из рукава длинный тонкий кусок дерева. Это явно было нечто большее, чем просто кусок дерева: он был изготовлен в виде тщательно отполированной палочки с ручкой, а по его длине были тщательно вырезаны декоративные виноградные лозы. - Это волшебная палочка, - сказала она, позволяя Виктории хорошенько рассмотреть ее. - Теперь смотрите внимательно. Вы можете вызвать автобус «Ночной Рыцарь» в любое время. - она вытянула палочку над обочиной проселочной дороги и взмахнула ею вверх. Бах! Виктория подпрыгнула от шока, когда фиолетовый трехэтажный автобус на невероятной скорости вылетел из-за угла. Он слегка накренился, поворачиваясь, прежде, чем с визгом остановиться перед ними. Она нервно огляделась, какой-то инстинкт подсказывал ей, что они не должны быть замечены за этим занятием. Автобус был старомодным, с входом сзади, и, когда они вошли, их приветствовал старый сгорбленный мужчина со странным приспособлением, свисающим с его шеи. - Добро пожаловать в автобус «Ночной Рыцарь», экстренный транспорт для попавших в трудное положение ведьм и волшебников, - сказал он. - Дела Хогвартса, профессор? - Вы правы, мистер Оуэн. Два билета на Косой переулок, пожалуйста. На счет Хогвартса. Старик повернулся, чтобы посмотреть на Викторию, и его глаза комично расширились. - Скачущие горгульи! - воскликнул он, - Это что... Рот мистера Оуэна все еще двигался, но внезапно из него не вырвалось ни звука. Краем глаза Виктория увидела, как МакГонагалл засунула палочку обратно в рукав. - Спасибо за Ваше благоразумие, мистер Оуэн, - едко сказала она прежде, чем провести Викторию к паре кресел на верхнем этаже. Накренившись, автобус снова пришел в движение, мир расплывался по мере того, как они двигались. - Что это было? - спросила Виктория, как только они сели. Этот человек вел себя так, как будто знал, кто она такая. Профессор МакГонагалл вздохнула. - Возможно, мне следует начать с самого начала, как я обычно делаю с магглорожденными, - сказала она. - Как Вы, без сомнения, заметили, магия существует. Тех, кто может использовать ее, называют ведьмами и волшебниками, и нас достаточно много, чтобы создать свое собственное общество, полностью отдельное от немагического, или маггловского, общества. Это общество держится в строжайшем секрете. В дополнение к ведьмам и волшебникам существует множество других магических существ, многих из которых вы узнаете из маггловской мифологии, таких как гоблины, кентавры, драконы и единороги. Глаза Виктории расширились от удивления. Хотя, конечно, она знала, что у нее есть особые способности, она никогда не думала, что настолько не одна такая. Там была не просто школа, это было целое общество! И единороги! Насколько велико было это магическое сообщество? - У Вас есть какие-либо вопросы на данном этапе? - спросила МакГонагалл, давая время осмыслить информацию. - Всего миллион, - сказала Виктория, не в силах сдержать короткий смешок. Профессор одарила ее теплой улыбкой. - Вы удивительно похожи на свою мать. Ее тоже распирало от вопросов. - Вы знали мою мать? - удивленно спросила Виктория. Дурсли никогда не говорили о Лили и Джеймсе Поттерах. Она даже никогда не видела их фотографий. - Вы ходили с ней в школу? МакГонагалл фыркнула. - Я преподаю в Хогвартсе более сорока лет, мисс Поттер. Я учила обоих Ваших родителей, и позвольте мне сказать Вам, что лучших учеников очень мало. Их смерть была ужасной потерей. - Сорок лет? - удивленно спросила Виктория. - Но это означало бы, что Вам по меньшей мере шестьдесят! Профессор МакГонагалл смерила Викторию взглядом, который красноречиво демонстрировал, что говорить о возрасте женщины в волшебном мире так же невежливо, как и в маггловском. Тем не менее, она ответила на невысказанный вопрос, - Вы обнаружите, что волшебники живут дольше, чем магглы, и, достигнув совершеннолетия, стареют намного медленнее. Тогда Виктории что-то пришло в голову, что-то, что наполнило ее надеждой. - Но ведь если бы все жили так долго, у меня были бы бабушка и дедушка? Прабабушка и дедушка? Какая-нибудь семья? Их прервали, когда автобус резко затормозил и остановился. Виктория понятия не имела, где они были, но они определенно больше не были в Суррее. - Институт восточной магии! - крикнул проводник вверх по лестнице. Пара пожилых ведьм вышла из автобуса. МакГонагалл вздохнула. - Я боюсь, что у тебя нет живых родственников, о которых я знаю, кроме твоей маггловской семьи. И это подводит нас к менее приятному разговору. - автобус снова рванул на полной скорости. - Вы должны понимать, что магия - это потенциально опасная способность, мисс Поттер. В руках такого человека, как Дамблдор, это может быть мощной силой добра, но не все люди так щепетильны. Виктории показалось, что она понимает, к чему все идет. Это было то, что пытался сказать ей министр транспорта; то, что Дурсли скрывали от нее все эти годы. - Тетя Петуния сказала мне, что мои родители погибли в автокатастрофе, - прошептала она. - Они погибли иначе, не так ли? - Верно, они погибли иначе. Видите ли, в течение многих лет магическое сообщество находилось в состоянии войны. Естественно, всегда были злые ведьмы и волшебники, точно так же, как есть злые магглы. Однако в далекие семидесятые годы известность приобрел человек, который не был обычным темным волшебником. Все началось с исчезновения людей - могущественных людей, некоторых из величайших ведьм и волшебников того времени. Позже газеты начали связывать события, но никто не знал, кем был этот таинственный серийный убийца. Сами-Знаете-Кто, так они его называли. Даже тогда мы не понимали, насколько он опасен. Как оказалось, он не желал ничего иного, кроме как захватить контроль над волшебным миром. - профессор МакГонагалл сделала паузу и закрыла глаза. Очевидно, это воспоминание все еще причиняло боль. - Он был близок к достижению цели, мисс Поттер. Немногие по-настоящему знают, насколько близок. Министерство было почти в его власти. А потом, в ночь на Хэллоуин 1981 года, он отправился убить семью Поттеров. Виктория была совершенно неподвижна, ее лицо ничего не выражало. Она чувствовала себя странно опустошенной. Этот человек был причиной того, что у нее не было родителей, причиной, по которой она была вынуждена столько лет жить с Дурслями. И все же эта информация ощущалась почти как урок истории, как будто она узнавала о чем-то, что случилось с кем-то другим. Она полагала, что давно привыкла к тому, что она сирота. И все же она была в замешательстве. - Но... почему кондуктор узнал меня? - Все пошло не по плану Сами-Знаете-Кого. Полностью лишенный человечности и, по-видимому, неудовлетворенный смертью Ваших родителей, он решил покончить с Поттерами навсегда. Он направил на Вас свою палочку и тоже пытался убить. - не осознавая, что она делает, Виктория потянулась ко лбу, проводя пальцем по тому месту, где когда-то был ее шрам. И каким-то образом, хотя прошли годы с тех пор, как она удалила его, внезапно шрам снова появился, кожа под ее пальцами стала грубой. Взгляд профессора МакГонагалл задержался на ее лбу. Внезапно почувствовав неловкость, Виктория убрала пальцы и покачала головой, снова скрывая шрам с помощью краткого момента концентрации. История профессора еще не была завершена. - Чудесным образом, этот шрам был всем, что он мог сделать с Вами. Вы выжили там, где погибло так много других, и более чем выжили: что-то в Вас сломило его в ту ночь. На пике его могущества, так близко к абсолютной победе, Вы уничтожили его. За это Вы и знамениты. История Девочки, Которая Выжила, известна каждой ведьме и волшебнику в нашем мире. Если честно, Виктория часто мечтала стать знаменитой. Это была фантазия, которая развлекала ее в течение многих долгих часов, проведенных в блуждании по саду. В течение многих лет она лелеяла мечту оставить Дурслей и уехать, чтобы сделать свое имя. Таким образом, как только она станет известна всему миру, она вернется к Дурслям и даст им понять, что те упустили, не любя ее как дочь. Но это? Это было не совсем то, что она имела в виду. Знаменита, потому что выжила там, где погибли ее родители? Что это была за слава? Не та, которой она могла бы управлять Дурслями. Ее внимание вернулось к рассказу. - И все же, кем он был? Этот Сами-Знаете-Кто? МакГонагалл оглядела автобус, как будто Сами-Знаете-Кто мог выскочить из-за одного из стульев. - Его звали лорд Волан-де-Морт, - сказала она четко, но тихо, не желая, чтобы ее подслушали. - Но имейте в виду - все еще есть много тех, кто боится произносить его имя. - Волан-де-Морт, - повторила Виктория, немного громче, как будто бросая вызов всему миру, чтобы бросить ей вызов. Ничего не произошло. Это было просто имя. Бах! Виктория вздрогнула, ее сердце подпрыгнуло к горлу, но это был всего лишь автобус. Они остановились на узкой, мощеной булыжником улочке. - «Дырявый котел»! - крикнул кондуктор, и довольно много людей встали, чтобы выйти. - Это наша остановка, - сказала профессор МакГонагалл, и они вышли из автобуса, оказавшись возле захудалого паба. Внутри «Дырявый котел» выглядел по-деревенски. Его низкие деревянные потолки были старыми, и, хотя на улице было солнечно, ни один луч света не проникал сквозь грязные окна. Тут и там несколько посетителей в темных плащах держали в руках кувшины с неизвестными смесями, но заведение было в основном пустым. - Мы вернемся к обеду позже, но сначала нам нужно многое сделать. Наша первая остановка - банк. Сюда. Виктория едва успела заметить волшебника, выходящего из камина паба, появляющегося из ниоткуда во вспышке зеленого пламени, прежде, чем МакГонагалл повела ее через боковую дверь в грязный переулок. Это был тупик с вонючим мусорным баком у стены. Профессор проигнорировала их мерзкое окружение и направилась к стене в конце переулка. Без каких-либо объяснений она вынула палочку и постучала по одному из кирпичей. Виктория могла только разинуть рот, когда стена с грохотом перестроилась, кирпичи скользнули друг по другу, образовав арку, ведущую на кривую улицу. Старомодные магазины выстроились по обе стороны улицы, и, хотя было раннее утро, здесь уже было полно ведьм и волшебников, одетых в мантии. МакГонагалл улыбнулась выражению лица Виктории. - Добро пожаловать в Косой переулок. Косой переулок, без сомнения, был самым удивительным местом, которое Виктория когда-либо видела. Пока они шли по нему, она поймала себя на том, что вертит головой взад и вперед, пытаясь увидеть все сразу. Ей казалось, что она вернулась в викторианские времена. Все магазины были увешаны раскрашенными деревянными вывесками с их названиями, ни одно из которых она не узнавала, а их товары были выставлены на улицу на стендах и витринах, предназначенных для того, чтобы заманить покупателей внутрь. В «Мэдисонз» владелец взвешивал сладости из стеклянных банок, а взволнованные дети стояли в очереди со своими разноцветными бумажными пакетами. Группа девочек постарше хихикала, когда они вместе покидали «Твилфитт и Таттинг», одетые в более смелые одежды, чем другие ведьмы, которых видела Виктория. И МакГонагалл пришлось практически оттаскивать Викторию от «Парфюмерии Патил», от которой исходили самые необычайно сильные ароматы: на мгновение ей показалось, что она идет по свежескошенному саду прежде, чем его сменил характерный запах новых кожаных туфель. Аптека «Слизень и Джиггер» выглядела почти как магазин «Мэдисонз», только в банках вместо конфет были части животных и растения. На вывеске перед входной дверью было написано: «Сделка дня: лягушачья икра, один сикль за совок!». Рядом с аптекой располагался магазинчик «Белль», в витринах которого были выставлены стеклянные бутылки и банки со смесями всевозможных цветов. Прежде, чем они поспешили мимо, Виктория смогла только мельком увидеть одну: крошечную бутылочку, содержащую зеленую жидкость под названием «Взрыв Порока». Бумажка с надписью «Новый рецепт» была наклеена чуть ниже. Один прыщавый подросток торчал за окном, явно нервничая перед тем, как зайти внутрь. Не все было таким уж незнакомым. Банк «Гринготтс», однако, выделялся на фоне всего остального в переулке. Это было величественное здание из белого камня в классическом стиле, и оно имело весьма солидный вид там, где остальная часть Косого переулка была довольно разношерстной. Два существа охраняли главный вход, как статуи, и они не были похожи ни на кого, что Виктория видела или о чем читала раньше. Они были невысокими, примерно до плеч Виктории, в тяжелой броне и довольно уродливыми, с длинными заостренными ушами, крючковатыми носами и коричнево-зеленой кожей. - Что это такое? - прошептала Виктория профессору МакГонагалл, когда они поднимались по ступенькам. - Гоблины, - ответила она, едва удостоив их взглядом. - Злобные, коварные создания. На Вашем месте я бы избегала их, когда это возможно. Все, что их волнует, - это золото. Доказательства этого можно было увидеть в тот момент, когда они вошли в банк, потому что «Гринготтс» был богат далеко за пределами вкуса. Вход вел прямо в длинный мраморный холл. По всей длине комнаты тянулся красный ковер с рядом колонн по обе стороны, и каждая колонна была украшена скульптурами животных и вьющихся виноградных лоз, повсюду было золото и драгоценные камни. У змей вместо глаз были рубины, у птиц - золотые клювы, а каждый лист был сделан из серебра. Это было не здание, а некое блестящее, сверкающее чудовище. За колоннами были высокие деревянные прилавки, за которыми сидели одетые в мантии гоблины и смотрели сверху вниз на ряды ведьм и волшебников, стоящих в очереди за вниманием. Они встали в самую короткую очередь, и Виктория не могла не подумать, что высокие прилавки были несколько великоваты - очевидно, гоблинам нравилось сидеть над волшебниками. Вскоре настала их очередь. - Следующий! - выплюнул гоблин, и они шагнули вперед. - Мисс Поттер нужно получить доступ к ее хранилищу, - сказала профессор МакГонагалл. Виктория резко подняла глаза, внезапно вспомнив, что ранее сказала волшебница о том, что ее родители оплатили обучение. - Ключ? - спросил гоблин. МакГонагалл вытащила из кармана крошечный, но богато украшенный ключ и протянула его. Гоблин погладил его на секунду прежде, чем кивнуть. - Очень хорошо. Крюкохват! Подошел еще один гоблин. Виктории было трудно определить разницу между ними - все гоблины, казалось, выглядели одинаково. - Сюда, - произнес Крюкохват, поворачиваясь, он шел по коридору с удивительной скоростью. Гоблин провел их через боковую дверь в темный туннель. Железнодорожные пути вели вниз, в темноту, туннель освещался лишь редкими факелами. Они с некоторым трудом забрались в тесную тележку, а затем, без единого слова предупреждения, гоблин отправил их мчаться по туннелю. Крик сорвался с губ Виктории прежде, чем она смогла сдержаться, и это не был крик удовольствия. Смутившись, она зажала рот руками, ее сердце бешено колотилось в груди, когда она проигнорировала неодобрительное выражение лица МакГонагалл. Виктория никогда раньше не каталась на американских горках - единственный раз, когда она посетила тематический парк, она только носила сумки, - но если это было так же, то на этот раз она была действительно благодарна Дурслям за то, что они не разрешали ей кататься. Поездка была на удивление долгой, проходя через бесконечные туннели и мосты, перекинутые через пещеры, некоторые из которых были такими большими, что было слишком темно, чтобы разглядеть дно. В конце концов они прибыли к месту назначения и остановились на удивление мягко рядом с приподнятой нишей. Когда они приблизились, зажглись факелы, открывая обзор на огромную деревянную дверь, усеянную железными заклепками. Гоблин выбрался из повозки. - Ключ? - сказал он, протягивая руку. Ощущая легкую тошноту от поездки, Виктория передала его ему, и он вставил ключ прямо в поверхность двери. С другой стороны послышался громкий лязг, и дверь распахнулась. Виктория ахнула. В хранилище за дверью лежали груды золотых и серебряных монет, больше богатства, чем она когда-либо видела за все время, проведенное у Дурслей. Она вошла в комнату и огляделась. С одной из стен свисала деревянная полка, на которой лежало несколько стопок бронзовых монет. - Это... все мое? - спросила Виктория, несколько ошеломленная. Она подняла одну из золотых монет. Она была очень маленькой, меньше дюйма в поперечнике, и тонкой, как вафля. На одной стороне было напечатано лицо гоблина, окруженное кольцом цифр и рун, на другой - корабль. - Это действительно золото? Профессор МакГонагалл повернулась к гоблину. - Каков баланс мисс Поттер? Крюкохват поднес ее ключ к глазку-бусинке, изучая его. - В ее хранилище содержится эквивалент шестидесяти двух тысяч трехсот шестидесяти семи галлеонов. Виктория почувствовала легкую слабость. Это были довольно большие цифры. - Сколько это в фунтах? - Я что, похож на счетчик? - гоблин ответил с усмешкой. Виктория закатила глаза и обратилась за помощью к МакГонагалл. - По-моему, около полутора миллионов фунтов, - ответила она. - Не думаю, что Министерство позволило бы Вам растратить их сразу. Золотой галлеон равен семнадцати серебряным сиклям, а сикль - двадцати девяти бронзовым кнатам. - Да, да, - прорычал гоблин, - поторопитесь. Это не музей. Виктория все еще смотрела на галлеон в своей руке. - Это большие деньги. - Вы вскоре обнаружите, что семья Поттеров очень древняя, - объяснила профессор. - В то время как есть, конечно, более богатые семьи, Ваши родители были достаточно состоятельными. У Вас также есть семейный дом в Котсуолдсе и коттедж в Годриковой Впадине, хотя оба здания нуждаются в серьезном ремонте. Все это было слишком сложно воспринять сразу, поэтому Виктория последовала совету гоблина и сосредоточилась на настоящем. - Сколько мне нужно на сегодня? - спросила она, вытаскивая свою сумочку. - Ста семидесяти галлеонов должно быть достаточно. Первый курс всегда обходится дороже всего, так как Вам нужно приобрести ряд предметов, которых хватит на все Ваше школьное обучение. Виктория высыпала свои скудные маггловские деньги на пол и отсчитала золотые монеты. Несмотря на то, что они были маленькими, ее сумочка вскоре лопнула по швам, и ей пришлось засунуть немного денег в крошечные кармашки на платье. - Все готово! - сказала она, и они вернулись к повозке. Гоблин, не говоря ни слова, передал Виктории ее ключ, и они понеслись обратно к поверхности. Пока они ехали, Виктория внимательно рассмотрела монету. - Почему на монетах изображено лицо гоблина? - спросила Виктория, вынужденная говорить громко из-за шума тележки. - Почему не волшебника? Крюкохват оскалил на нее зубы, но ничего не сказал. - Потому что гоблины чеканят все монеты, - сказала МакГонагалл, - На самом деле, с точки зрения гоблинов, все золото принадлежит им, а волшебники просто берут его взаймы. Виктории не понравилось, как это прозвучало. - Значит, деньги на самом деле не мои? - Как я уже сказала, это точка зрения гоблинов. Мы, волшебники, смотрим на вещи несколько иначе, но система работала сотни лет, и ни одна из сторон не признана правой. Думаю, этого количества должно быть достаточно для сегодняшних затрат. Виктория опустила глаза, восприняв несколько отрывистый ответ, как то, что ее вопрос был неуместным, и оставшееся путешествие прошло в молчании. Казалось, что даже у профессора МакГонагалл был предел ее терпимости к вопросам; как и в случае с тетей Петунией, Виктории придется быть осторожной, чтобы не испытывать ее терпение. Довольно скоро они высадились, и Крюкохват вернул их в вестибюль. - Я надеюсь, что это все, - сказал гоблин и ушел, не дожидаясь их ответа. - Я понимаю, что Вы имели в виду, говоря о них, - сказала Виктория, наблюдая за удаляющимся гоблином. - Он не очень дружелюбный, не так ли? МакГонагалл фыркнула. - Верно. Теперь, может быть, мы продолжим? Пришло время отправиться за школьными принадлежностями.