Виктория Поттер и наследник Слизерина

Виктория быстро привыкла к спокойному ритму жизни в семье Боунсов, где ритм дня в основном диктовался едой. Каждое утро здесь был свежеиспеченный хлеб, запах которого заставлял ее вставать с постели раньше, чем у Дурслей, а затем следовали долгие ленивые завтраки, мистер Боунс читал «Хогсмидский вестник», пока Сьюзен и Виктория поглощали хлопья, круассаны, тосты и фрукты. Ужин, с другой стороны, всегда рассматривался как особый случай: семья ела при свечах поздно вечером, и они всегда надевали красивые мантии к столу. Это резко контрастировало с миром магглов, где Дурсли обычно проводили вечера перед телевизором; во время ужина в Мастерской не разрешалось пользоваться радио, и они часами разговаривали прежде, чем их отправляли спать. Время от времени на крыше появлялся новый клиент, чтобы заказать услуги мистера Боунса, но в остальном он, казалось, жил праздной жизнью, работая, когда ему это было удобно, что редко занимало больше нескольких часов в день. Остальное время он проводил либо в саду, либо за чтением. Виктория с нетерпением предвкушала те времена, когда он отрывался от книги и с энтузиазмом говорил на какую-нибудь непонятную тему. Они со Сьюзен большую часть времени проводили на свежем воздухе, где их навыки травологии нашли хорошее применение, помогая мистеру Боунсу ухаживать за овощами. Он показал им, как вырезать из бамбука ветряные колокольчики, которые будут отгонять вредителей, и где сажать подсолнухи вокруг садов, чтобы правильно распределять солнце вокруг. Хотя Сьюзен часто ворчала по поводу того, что ей приходится проводить каникулы за работой, Виктория с нетерпением ждала этих импровизированных уроков, всегда стремясь узнать больше о магии, даже если это была простая повседневная магия волшебной жизни. Не повредило и то, что плоды их труда были довольно вкусными: жирная, сочная малина, земляная свекла, сладкие сливы и сочные абрикосы, которые Топси с удовольствием использовала во фруктовых салатах и пирогах. Кот Дамблдор часто присоединялся к ним в саду, отмахиваясь своими маленькими лапками от насекомых, и терся у них между ног, когда они пытались собирать помидоры. Было ясно, что он предпочитал Мастерскую дому Дурслей, и он стал исчезать на долгие промежутки времени, без сомнения, охотясь на мышей в окрестных дебрях. Виктория не беспокоилась; здесь не было никаких машин, и если он отсутствовал слишком долго, она всегда могла позвать его. Когда они не помогали с овощами, девочки любили исследовать окрестности, каждый день возвращаясь домой с цветами в волосах и царапинами на ногах от дикого подлеска. У Виктории появился насыщенный загар от постоянного пребывания на солнце, а обычно чистая кожа Сьюзен покрылась веснушками. Они забирались все дальше и дальше, за огороды, мимо полей, где паслись коровы, и углублялись в лес. Это исследование не занимало много времени, они довольно быстро наткнулись на край земли мистера Боунса. Низкая каменная стена прорезала лес там, где заканчивалась собственность, ее поверхность представляла собой мозаику из камней неправильной формы. Мистер Боунс заставил их пообещать не пересекать границу в маггловский мир, поэтому они пошли по тропинке, идущей вдоль стены, которая вела их по гигантскому полукругу, в конечном итоге приводящему обратно к реке. - Они поставили ее летом, - объяснила Сьюзен, пока они шли. - Раньше у нас было несколько деревянных столбов, отмечающих границу, но папа сказал, что нам нужно что-то более надежное. - Потому что я у вас в гостях? - спросила Виктория, вспомнив, что мистер Боунс сказал Петунии. Она чувствовала себя довольно виноватой из-за всего этого - строительство стены вокруг их земли не могло быть дешевым. - На самом деле, все поднимают такой шум из-за пустяков. - Они, вероятно, просто беспокоятся о том, что что-то вроде тех нападений Пожирателей Смерти повторится. Виктория нахмурилась. - Что ты имеешь в виду? Она читала о Пожирателях Смерти. Последователи Волан-де-Морта, которых все боялись, их истинные личности были неизвестны в течение многих лет; они были схвачены и заключены в Азкабан после падения Волан-де-Морта. Но какое они имели к ней отношение? - Но ты, конечно, знаешь об этом? - спросила Сьюзен с удивлением на лице, - Это было во всех новостях! - Воспитана магглами, помнишь? - Верно. Ну, это было уже много лет назад. Мне, должно быть, было лет семь, так что я не очень хорошо все это помню. Но был большой скандал из-за того, что группа Пожирателей Смерти преследовала... ну, тебя. - по спине Виктории пробежал холодок. Почему никто не сказал ей? - Я предполагала, что ты знаешь, - продолжила Сьюзен. - Твоя фотография была в газете, я помню, как папа показывал ее мне. Видите ли, все думали, что все Пожиратели Смерти были заперты. Было большим сюрпризом, что некоторые из них все еще были на свободе... люди не были счастливы этому. Я думаю, именно поэтому прежний Министр подала в отставку... Папа целую вечность не позволял новым клиентам приходить в дом. Сьюзен, казалось, не осознавала, что переворачивает мир Виктории с ног на голову. Она стала рассматривать свое пребывание у Дурслей как своего рода изгнание из волшебного мира, которое закончилось с ее письмом из Хогвартса. Но теперь оказалось, что изгнание было совершенно односторонним: в то время как Виктория жила в неведении о волшебном мире, волшебный мир не был в неведении о ней. Кто знает, какие темные силы могли скрываться прямо за садом Дурслей? Она нервно посмотрела на стену. Она выглядела не очень прочной. - Как это работает? Я имею в виду стену. Сьюзен пожала плечами. - Я не знаю. Наверное, на каждом камне есть заклинания, но я думаю, что у разных камней разные заклинания. Я видела, как министерский заклинатель накладывал их; ему потребовались недели, чтобы закончить. - Жаль, что я не могла посмотреть, - сказала Виктория. Глядя на камни сейчас, не было никаких признаков того, что они были заколдованы. Ей было интересно, какие заклинания использовались. - Может быть, однажды я смогу попробовать это сама. В тот день шел дождь, ливень, который появился из ниоткуда, и девочкам пришлось бежать обратно в дом, они были полностью промокшие к тому времени, когда вернулись. Такие внезапные перемены погоды были неотъемлемым риском британского лета, но пока они торчали внутри, им еще было чем заняться. Они играли в настольные игры в кабинете, и Виктория могла проводить целые дни, просматривая беспорядочные полки библиотеки. Она никогда толком не знала, что может там найти: спрятанные книги по очистительным чарам или по травологии, и там было несколько таких названий, что мистер Боунс наверняка конфисковал бы эти книги, если бы узнал, что она их нашла. Особого внимания заслуживала книга о проклятиях, которую они со Сьюзен тайком вынесли из библиотеки в спальню Виктории, где спрятали в ящике ее нижнего белья. Они осмеливались читать ее только ночью, когда Сьюзен прокрадывалась в комнату Виктории, и они забирались под ее простыни с лампой, испытывая головокружение от возбуждения запретного знания. Они узнали о проклятии кусания, которое заставляло объект кусать любого, кто приближался, проклятии дрожи, которое использовалось, чтобы заставить ноги цели дрожать, и проклятии слез, жертва которого бесконтрольно рыдала. Когда они не играли, Сьюзен заканчивала свою летнюю домашнюю работу. К сожалению, Виктория закончила свою работу в течение недели после возвращения к Дурслям, что теперь оставляло ее значительную часть времени в одиночестве. В дополнение к чтению она заполняла это время написанием длинных писем Дафне, Трейси и Драко, передавая конверты мистеру Боунсу, чтобы он отнес их в офис совиной почты в Эли. Дафна всегда отвечала быстро, ее письма были даже длиннее, чем у Виктории, и написаны на надушенном пергаменте. Виктория не могла не позавидовать ее изящному почерку, и она провела много часов, упражняясь со своим пером, пытаясь имитировать плавные, округлые линии. Результат был, возможно, менее убогим, чем раньше, но все равно был далек от прекрасного. Ответы Трейси были довольно поверхностными, хотя Виктория не держала на нее зла за это. Трейси была не из тех, кто пишет длинные письма. Она компенсировала это тем, что всегда прилагала фотографии, на каждой из которых была изображена миниатюрная брюнетка с двумя ее старшими братьями, которые, по-видимому, учили ее правильно летать. Драко не ответил. - Я думала, он был твоим другом? - спросила Сьюзен, пока Виктория перечисляла плюсы и минусы отправки ему еще одного письма. - Почему он не ответил? Виктория фыркнула. - Он мальчик. В конце концов, через неделю после того, как она написала ему, она получила ответ - не от Драко, а от Нарциссы Малфой, его матери. Она поблагодарила Викторию за ее любезное письмо и извинилась за грубость Драко, который не ответил, посетовав на манеры молодых людей повсюду. «К сожалению, как и многие молодые волшебники, да и некоторые волшебники постарше, которым следовало бы вести себя лучше, Драко не следит за своей перепиской должным образом!» гласил ответ. Письма ей присылали не только друзья. Когда вторая неделя августа подходила к концу, прилетела пара сов с конвертами, запечатанными гербом Хогвартса. Внутри были их школьные списки на второй год, и это могло означать только одно: поездка в Косой переулок. Получив срочный запрос от клиента, мистер Боунс не смог отвезти их за покупками. Было решено, что вместо этого их будет сопровождать Эвелин, и она прибыла на следующее утро, на этот раз без Мадлен. Виктория никогда раньше не путешествовала через камин, и с некоторым трепетом она бросила горсть зеленого порошка под ноги, крикнув «Косой переулок!» прежде, чем шагнуть в пламя. Это был не самый приятный способ путешествовать. Ее желудок дернулся, когда она упала вниз, как будто провалилась в люк - она кружилась, камины со свистом проносились мимо так быстро, что она едва могла разглядеть комнаты за ними, ревущее зеленое пламя заслоняло большую часть ее зрения - а затем вращение начало уменьшаться, цепочка каминов замедлилась, словно игровой автомат терял обороты, и в поле зрения появился Косой переулок. Она быстро шагнула вперед, не желая пропустить свою остановку, и оказалась в самом сердце волшебной Британии. Косой переулок буквально кишел людьми, не только ведьмами и волшебниками, но и гоблинами, и всевозможными другими существами. Была даже пара призраков, выплывающих из стены магазина, их полупрозрачные формы были едва видны на летнем солнце, каждый из них нес эфирную сумку для покупок. Самым оживленным был двор, в который вышла Виктория. Расположенный в западном конце переулка, он был окружен с трех сторон высокими каминами, а его центр занимали различные киоски, торгующие уличной едой и летучим порохом. В одном киоске, в частности, шла шумная торговля, большая доска объявляла: «Совершенно новый летучий порох! Без отжима! Два сикля за щепотку!». Виктория пожалела, что у нее не было пригоршни денег, когда она покидала Мастерскую. Эвелин и Сьюзен вскоре вышли из камина позади нее, и они втроем проталкивались сквозь толпу к банку «Гринготтс», величественному классическому зданию, выделявшемуся среди деревянных магазинов елизаветинской эпохи. За тележками, спускающимися в хранилища, стояли длинные очереди, и Эвелин нетерпеливо постукивала ногой, пока они ждали. Когда подошла их очередь, гоблин по имени Кривозуб отвел их в подземные туннели. Сначала они посетили хранилище Боунсов, и Виктория была удивлена, увидев, что в нем содержится, возможно, вдвое меньше золота, чем в хранилище Поттеров, но, подумав об этом, она редко видела, чтобы мистер Боунс что-то покупал. Помимо принадлежностей Сьюзен для Хогвартса и, конечно же, новой стены вокруг дома, она представляла, что ему редко приходилось заглядывать в свое хранилище, поскольку большинство обычных расходов финансировалось за счет его работы. Затем они посетили ее собственное хранилище. Сьюзен, казалось, не удивилась, когда увидела горы золота и серебра, и Виктории вспомнились слова мистера Люпина о том, что Поттеры - известная семья. Очевидно, это включало в себя их богатство. Она отсчитала девяносто галлеонов, имея в виду, что у нее уже был чемодан, палочка и так далее, но Эвелин остановила ее, когда она повернулась, чтобы уйти. - Дорогая, тебе понадобится гораздо больше, чем это. В итоге она ушла со ста двадцатью пятью галлеонами, задаваясь вопросом, что же, черт возьми, она будет покупать, чтобы оно стоило так дорого. Поход по магазинам с Эвелин был новым опытом. Казалось, все пришли в Косой переулок с одной и той же идеей, без сомнения, также получив свои письма из Хогвартса, но у Эвелин было мало терпения к длинным очередям в каждом магазине. - Эй, парень! - крикнула она, когда они вошли в хаос, творящийся во «Флориш и Блоттс», обращаясь к прыщавому подростку, который расставлял книги на переднем столе. Она сунула ему список книг Хогвартса. - Нам нужны два комплекта этих книг! Мальчик машинально взял список, и это была его первая ошибка. - Я немного занят, мисс. Тем не менее, команда Хогвартса будет рада Вам помочь. Он указал на угол магазина с надписью «Хогвартс». Он был забит ожидающими семьями, очередь извивалась вокруг выставочных столов, измученная ведьма пыталась обслужить как можно больше из них. - Чепуха! - заявила Эвелин и схватила бейдж с именем на передней части его мантии, как будто хотела получше его рассмотреть. - Разве Вы не ассистент, Роберт? Помогите мне. Он повел их по магазину, чтобы найти нужные книги, обходя очереди там, где это было необходимо. Каждый раз, когда они находили книгу, он пытался сбежать, (- Мне действительно нужно вернуться к работе! - говорил он.) но Эвелин всегда настаивала, чтобы они нашли «еще одну». Сьюзен оставалось извиняться за свою мать, бормоча «извините» при каждом новом ее требовании, но, к чести Эвелин, она сунула мальчику пару сиклей, когда они закончили. К тому времени, как они покинули «Флориш и Блоттс» со своими книгами, в том числе со всем собранием сочинений Златопуста Локонса, очередь в секции «Хогвартс» едва сдвинулась с места. Виктории пришло в голову, что Эвелин и Пэнси, вероятно, очень хорошо поладили бы друг с другом. Она собиралась сказать об этом Сьюзен, но передумала. Следующим в маршруте был магазин «Мадам Малкин, мантии на все случаи жизни». Эвелин решительным шагом двигалась между магазинами, одним усилием воли раздвигая толпу, а Сьюзен и Виктория трусили следом за ней, не в силах сделать ничего, кроме как с тоской вглядываться в витрины магазинов, мимо которых они проходили. У Виктории никогда не было подходящей возможности осмотреть все, что мог предложить переулок, и она хотела, чтобы у них было время осмотреть каждый магазин. Косой переулок продавал все, от гоночных метел до украшений и садовых растений. Сьюзен особенно понравилась выставка игрушек Тревора: группа движущихся плюшевых мишек устраивала пикник, а один из них наливал чай остальным. - Пойдемте за мной! - крикнула Эвелин, когда заметила, что Сьюзен замедлила шаг, чтобы посмотреть. - Ты уже слишком взрослая для этого, дорогая. Сьюзен покраснела. - Я просто смотрела. Они поспешили дальше. Виктория продолжала оглядываться по сторонам, пока они шли, понимая, что Косой переулок был домом не только для магазинов, с множеством офисов, зажатых между более знакомыми розничными торговцами. Некоторые, такие как «Круизы на дирижаблях Пайра», рекламировали услуги, которые были бы хорошо знакомы магглам, но другие были довольно необычными, с такими вывесками, как «Гамбл и Вагнер: Предсказатели инвестиций». То тут, то там они проходили мимо пустых зданий с вывесками «Сдается», висевшими снаружи. Одним из таких зданий был «Сиклленд», большой магазин, который, похоже, недавно был заколочен досками, а к его двери был прибит лист пергамента с текстом: «Министерство Магии. Отдел по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов. Компания маггловских мантий закрыта с немедленным вступлением в силу нового закона». Виктория указала на объявление Сьюзен. - Похоже, отец Рона был занят. - Скатертью дорога этому мусору, - прокомментировала Эвелин. - Я купила одну из тех маггловских мантий, когда они только открылись. Вылезла из камина, выглядя как трубочист! Я попросила Брюса взглянуть на нее - на ткани нет даже следа отталкивающих заклинаний, можете в это поверить? Они прибыли к мадам Малкин и обнаружили, что там больше народу, чем годом ранее, но снова наняли ассистента, который провел их в боковую комнату, чтобы снять мерки. Хотя они не выросли настолько, чтобы нуждаться в новых мантиях или верхней одежде, требовался полный комплект новых внутренних одежд. - Они хотят новые летние мантии, с небольшим количеством дополнительного места, - сказала Эвелин. - Судя по тому, как их кормит школа, к тому времени, когда наступит май, они вырастут еще больше... надеюсь, вверх, а не вширь. Ассистентка захихикала. - Мама! - Сьюзен заскулила. Ее протесты были проигнорированы. Их школьные мантии были только началом их покупки одежды. Вооружившись их мерками, Эвелин отправила девочек в магазин с целью расширения гардероба Виктории. Они ушли с несколькими сумками повседневной одежды и модным плащом, все они были проверены Эвелин. Если Виктория думала, что теперь у нее достаточно одежды, то она ошибалась. После мадам Малкин они посетили более дорогие магазины «Твиллфит и Таттингс», где она купила несколько парадных мантий. Они переходили из магазина в магазин, покупая одежду и обувь, кошелек Виктории быстро пустел. Они даже остановились у ювелира, где квалифицированная медицинская сестра проколола им уши. Последним из магазинов одежды был «Гледрангс», ближайший к универмагу в Косом переулке. К огорчению Виктории и Сьюзен, Эвелин повела их прямиком в секцию нижнего белья - целый лес оборок и кружев. Виктория не отрывала взгляда от полированного мраморного пола, пока Эвелин водила их вокруг витрин, громко говоря о чашках, лентах и ремешках; она почти чувствовала на себе взгляды других покупателей, очередь касс была всего в одном проходе от них. В конце концов они разыскали ассистента, который измерил их с помощью довольно агрессивной движущейся ленты. Все это было крайне неловко - не в последнюю очередь, когда, устав от постоянного использования эвфемизмов девушками, Эвелин всплеснула руками и заявила, - Грудь, девочки, грудь! Она есть у половины населения, не нужно вести себя так скромно! - ее вспышка вызвала множество любопытных взглядов, в том числе со стороны нескольких мальчиков. Виктория задавалась вопросом, существует ли заклинание, которое заставит землю поглотить тебя целиком. Они покинули «Гледрангс» с еще более легкими кошельками. Виктория и Сьюзен начинали больше походить на движущиеся груды сумок, чем на людей. К этому моменту была середина утра, и, привыкнув к режиму, в животе Виктории начало урчать. Эвелин, однако, была полна решимости идти дальше. Они купили пергамент и чернила в магазине канцелярских принадлежностей, новый набор флаконов и мензурок в аптеке и, наконец, посетили волшебный зоомагазин за кошачьим кормом. Завершив покупки, Эвелин объявила, что пора обедать. Они вернулись в «Ла Роз де Роуз», маленькое французское кафе на более тихой восточной стороне переулка, где магазины уступили место кирпичным таунхаусам и ресторанам. Сьюзен заказала блюдо, сочащиеся соусом бешамель и плавленым сыром, а Виктория заказала омлет. - Ну, девочки, это было довольно продуктивное утро, - сказала Эвелин, когда им принесли еду. - Я надеюсь, вы не слишком устали после всех этих покупок, потому что у нас впереди еще долгий день. - Мы еще что-то купим? - спросила Виктория. - У нас уже есть все, что есть в списке, не так ли? - как бы ей ни нравилось получать новые мантии, она не была уверена, что сможет сегодня вынести это еще. Тень улыбки скользнула по лицу Эвелин. - Да, мы закончили ходить по магазинам. Но есть еще вопрос о твоем дне рождения. - Моем дне рождения? Но это было несколько недель назад. Сьюзен ухмылялась. - Да, но у тебя не было настоящей вечеринки по случаю дня рождения! Поэтому я спросила папу и... ну, ты увидишь. Дрожь возбуждения пробежала по спине Виктории; у нее никогда раньше не было вечеринки по случаю дня рождения. - Увижу что? Куда мы направляемся? - Не расскажу! - сказала Сьюзен с набитым сэндвичем ртом. - Это сюрприз! - Хорошие манеры, Сьюзен, - с упреком сказала Эвелин, но Виктория была слишком любопытна, чтобы заботиться о приличиях. Она скулила и уговаривала, но Сьюзен отказывалась нарушать свое молчание. Виктории оставалось ерзать на стуле, пока она заставляла себя доедать омлет, слишком взволнованная, чтобы есть. Она вскочила на ноги в тот самый момент, когда Эвелин откусила последний кусочек своего салата. - Пойдемте! Путь не занял много времени. Они пошли дальше на восток, толпа быстро редела, когда они вошли в жилой район переулка. Их цель находилась в дальнем конце, где мощеная булыжником улица расширялась в широкую площадь, полную фонтанов. Георгианские таунхаусы выстроились вдоль площади, но на дальней стороне возвышалось нечто, похожее на римский храм. С колонн свисали красочные плакаты. - О боже мой! - взвизгнула Сьюзен, указывая на одного из них. - Это тот, кого мы собираемся увидеть?! «Златопуст Локонс представляет... Завтрак с банши». На плакате доминировал чрезвычайно красивый белокурый волшебник. Его голубые глаза искрились теплом, его волосы были идеально развеваемы ветром, и он держал свою палочку высоко, как будто собирался на дуэль. Следующей была гламурная блондинка-ведьма с довольно пышной фигурой, а за двумя звездами стояла толпа лиц. Улыбка Виктории теперь соответствовала улыбке Сьюзен. - Пьеса? Это и есть сюрприз? - Так и есть, - подтвердила Эвелин, и Виктория заключила Сьюзен в объятия. - О, спасибо! Еще один сюрприз ждал на ступеньках, ведущих в театр. Все были там: Дафна, еще красивее, чем помнила Виктория, ее золотые волосы мерцали на солнце; Трейси, единственная из группы, кто был ниже Виктории, одетая в юбку и блузку, а не в мантию; Милисента, чувствующая себя явно неуютно в летнем платье; и Пэнси, которая, конечно же, была повернута на цели выглядеть безупречно, ее туфли гармонировали по цвету с повязкой на голове. - Извини, нам пришлось пригласить ее, - пробормотала Сьюзен, когда Виктория нетерпеливо помахала девочкам из Слизерина. - Было бы невежливо не сделать этого. - Не беспокойся об этом, - сказала Виктория. Она была слишком счастлива, чтобы беспокоиться о своей ссоре с Пэнси, которая теперь казалась такой давней. - Официально мы помирились и снова друзья. Сьюзен фыркнула. - Если ты так считаешь... Девушки приветствовали друг друга объятиями и смехом, дюжина разговоров накладывалась друг на друга, когда все они пытались наверстать упущенное одновременно. - Вики, ты такая загорелая! - Мне нравится эта мантия... - ...Куда ты в итоге направилась?.. - ...Твои руки! Могу поспорить, что ты летала... - ...Посещала Францию? - ...Боже, не упоминайте при мне метлы... - ...Смотри, Дафна теперь почти такая же высокая, как Милли! - Дамы! - разговор резко оборвался; все повернулись и невинно посмотрели на Эвелин. - Спектакль начинается через двадцать минут.