он любил и был любим.

прошлое лето хенджин запомнит надолго. может даже на всю жизнь. тогда его сердце впервые ёкнуло, внутри что-то затрепетало, как только он увидел пьяного мальчишку, сидевшего рядом с другом. тот всячески старался отрезвить его, но в итоге парень лишь недовольно мычал, когда его похлопывал по щекам, причитая мол: «чего ты так напился?» — вам не нужна помощь? хенджин обратился с ним, ведь упускать такой шанс, когда некие чувства внутри, что сияли новизной, своеобразным эксклюзивом, было нельзя. — Феликс, очнись! — вновь обратился к пьяному другу парень. на вопрос он ответил довольно саркастично в надежде, что великий спаситель посчитает его странным и свалит, куда глаза глядят. — о да! если ты поможешь дотащить это в усмерть пьяное тело, то конечно! — хорошо. — хенджин подхватил Феликса под руку, поднимая его на ноги. — куда идём? — пф. иди за мной, горе спаситель. дом Феликса оказался в противоположной стороне от его собственного! но это никак не помешало ему исполнить обещанное, желанное. от парня несло алкоголем и какими-то сладковатыми духами. ни то лилии, ни то любые другие цветы. — оставайся у нас на ночь. хенджин стоял в замешательстве. как это? незнакомого человека пригласить переночевать к себе. но отказываться он не смел. что-то его тянуло к этому сладко пахнущему юноше. знаете это чувство. ммм. когда ты не можешь обьяснить своей привязанности к человеку, которого знаешь не так давно. а вот объяснить то, как хенджин, словно зачарованный, шагает вокруг да около, пока друг Феликса готовит ему спальное место, ещё труднее. ощущение, что то хенджин пьяный; голова кругом и мысли как в тумане. — если Феликс будет ночью тебя домогаться, просто стукни его хорошенько. домогаться? то есть как? начнет его лапать? раздевать? или сразу целовать? да все равно! одно присутствие этого чуда рядом сковывает его тело, сознание тонет где-то глубоко-глубоко. а если он коснется его… хенджин лужей растечется по полу. стоило только ему подумать о таком, как со спины его обняли, закидывая ногу на бедра парня. — только не бей меня. — еле как пролепетал Феликс, собирая мысли в кучу. — я засну и ты сможешь скинуть меня с себя. просто мне немного тревожно, когда обнять некого. только Крису не говори. он меня убьет. хенджин перевернулся на другой бок, оказываясь с Феликсом лицом к лицу. он подтянул парня ближе к себе, ухватив того за ногу, что лежала на его бедре; одной рукой он обнял его, утыкнувшись носом в макушку, что на удивление пахла невероятно приятно, учитывая его сегодняшние приключения. — засыпай. потом я тебя отпущу. он и сам не заметил как заснул, блаженно прикрыв глаза. а Феликс ещё около получаса нежился в объятиях, вдыхая аромат его духов, смешанный с гелем для душа Криса. сердце билось сильнее с каждым вдохом, с каждой мыслью об этом парне. *** — Феликс, — обратился к нему хенджин. — любить или быть любимым? — нашел из чего выбирать. — парень лежал на коленях старшего играясь с серебренным кольцом на пальце. — любить. мне нравится дарить ласку и заботу людям. но в то же время, не быть любимым для того человека — худшее из всего. — я бы тоже выбрал любить. хочу баловать тебя, обнимать и целовать целую вечность. хенджин провел костяшками пальцев по щекам парня, смотря на него взглядом, полным любви. «но я только учусь любить», — фраза, которую он оставил у себя в мыслях, не желая пугать младшенького. — думаю, это будет незабываемое время. — несомненно. …несомненно это могло бы быть лучшее время. но не все было так радужно спустя всего-то месяц отношений. постоянные задержки хенджина на работе, его отрешённость и непостоянность вводили их отношения в тупик. логичнее было бы расстаться, когда они поняли, что не могу сойтись во мнениях и прочем. но хенджин настаивал; после каждого из душераздирающего разговора, они вновь, будто бы ничего и не было, засыпали в обнимку. Феликс утыкался ему в изгиб шеи, вдыхая приятный аромат, закидывая ногу на бедро хенджина; а тот крепко прижимая худое тело к себе, будто бы этот парень — самое дорогое, что у него есть. *** — менеджер Хван, тут надо отчёт подготовить… — менеджер Хван, совещание через пять минут. — менеджер Хван, завтра дедлайн. хенджин не выныривал из круговорота из нескончаемых просьб и обязанностей. хотелось лезть на стенку от того, каког скучает по своему мальчику. пошла неделя, ещё одна и ещё парочку. у них уже годовщина. 100 дней вместе. с трудом, но мы преодолели, думал хенджин, считая дни до своеобразного праздника. все прошло как надо. было весело, горячо, страстно и. так любовно. но… казалось, что этот день, был вовсе не праздником. а чем-то похожем на последний день перед смертью. снова рутина, снова пустые обещания. и что-то новое. нежелание даже видеть его, писать ему, читать его сообщения и открывать диалог. — я правда не понимаю, что происходит. будто бы. будто бы это конец. а я не хочу. — если ты разлюбил Феликса, так ему и скажи. потом будет больнее. и тебе, и ему. — я не хочу его отпускать. мы ещё так многого не сделали. у нас ещё будет возможность, правда ведь? — это не от меня зависит. слова Криса были ни чем иным, как разрушающей выстроенный мир в голове хенджина, где в них все прекрасно, и это период его отрешённости — очередной этап, который они вместе преодолеют. *** — если доел, то уходи. что-то пронзило грудь. ощущение, будто он потерял что-то важное. частичку себя. поздно оправдываться, Хван хенджин, ты показал себя во всей красе, говорил он себе, улыбаясь грустно. — Феликс, ты лучшее, что со мной случалось. прости, что не смог подарить тебе все, чего ты заслуживаешь. не только в хенджин слезятся глаза. не только у него одинокий ручеек бежит по щеке, капая вниз с подбородка. — хенджин, ты самое теплое воспоминание, что есть у меня. *** — и ты его вот так отпустил? но ты же его любишь. до безумия! как ты… — Крис, я не держу возле себя людей. они сами вправе выбирать. а Феликс… как раз таки потому что я его так сильно люблю, я его и опустил. если он решил уйти, значит я не тот человек, который может ему дать то, в чем он так отчаянно нуждается. и эти лилии… он так ругался из-за них. — его бывшая… она очень любила лилии. всюду стоял их запах, стоило прийти в ее квартиру. в тот день, когда мы впервые встретились, он расстался с ней. у них были довольно токсичные отношения. но смотря на них, мне хотелось петь. петь грустные песни и плакать. они оба пережили многое. — лилии. что же я натворил… Крис поднес к губам стакан с виски пальцем подвигая другой хенджину. — не переживай. Феликс быстро оклимается. и ты должен. — конечно, Крис. куда я денусь. *** — дата смерти **.**.****. имя: Хван Хенджин. причина смерти: суицид. — не оклимался. шепотом проговорил Крис, смотря на мертвенно бледное лицо хенджина. кто бы знал, что за всей сухостью, холод и отрешённостью скрывается такая проблема. никто бы и не подумал о том, что вечно весёлый и позитивный менеджер Хван так скоро расстанется со своей жизнь. —  ты по-прежнему его самое теплое воспоминание. пусть и тело твое холоднее воздуха за окном. надеюсь там тебе станет хоть чуточку лучше, Хван Хенджин. прости, что не уберег, что не заметил и не помог. прости. тяжёлая капля слезы упала на ледяную руку покойника. в этой слишком громкой тишине, где столько слов ещё не были сказаны, а большинство были поняли без единого звука, каждый вздох оглушал, каждое движение сотрясало воздух, а каждых всхлип — душу.