Шуханская пленница

      Александр не знал, может ли он назвать себя оптимистом, за мысль о том, что столетия ожиданий закончились и самое трудное уже позади, но он понял, как сильно ошибался, уже когда его нога оказалась в стремени.       Картина происходящего была грандиозной!       Вокруг царила суматоха. По его приказу лагерь сворачивали и как можно скорее собирались в путь. Он сам должен был вырваться вперед сопровождая карету с Заклинательницей Солнца, но конечно же, по всем законам мироздания все пошло не так, не успел он вскочить на Лошадь.       Его опричник, Иван, на вытянутой руке тащил эту... за не имением другого слова, дикарку, через весь лагерь от его палатки(где Генерал ее ранее и оставил), до самой кареты, в которой она была бы в безопасности до самого прибытия во дворец. Жизнь была бы слишком хороша, сядь она тихо-молча в карету.       Алина рычала, брыкалась, дралась и покрывала нецензурными словами его седцебита, причем на двух языках сразу. По хорошему он должен вмешаться, но Александр застыл на месте, впрочем, как и весь остальной люд. Все, как-то резко и одновременно бросили все свои дела и молча взирали на Ивана проклинающего все несущие, и Алину бившую его ногами.       Александр в который раз ловит себя на мысли, что эта девочка, состоящая из сухожилий, костей и звериной ярости, в рукопашную могла бы убить их голыми руками, но ее истощение было видно невооруженным глазом. Все ее потуги организм просто не выносил, и казалось что конечности уже не в состоянии слушать импульсы мозга, да и вообще, в сознании она прибывал чисто из-за несгибаемого характера. Но характер больше не мог заставлять руки быть сильными и бить достаточно больно, чтоб ее отпустили.       Кажется Ивана в конец достал этот беспредел, когда бестия его укусила. Сердцебит в один момент не выдержал и рявкнув на нее, перехватит поперек туловища оторвав ноги от земли. Девчонка хрипло взвизгнула и принялась извиваться в руках мужчины. Казалось в одну секунду ее пробрало новым импульсом энергии, но неожиданно для Александра, она резко обмякнув на чужом плече, сдалась. Его опричник с удовлетворением вздохнул, собираясь проделать два последних шага и впихнуть Заклинательницу в карету.       Он заметил это, Иван - нет.       Никто не успел ничего понять, когда она задним хватом схватила опричника предплечьем за шею в удушающий и ударила его коленом в солнечное сплетение. Алина использовала инерцию своей небольшой массы, чтобы повалить Ивана на землю и сдавила тому горло. Долго она не мешкала и вскочила на ноги.       Реакция Александра была мгновенной, реакция его солдат тоже. Размашистым шагом Генерал подходил, пока Шуханку окружали. Алина оскалилась, как загнанный в угол зверь. Ударила первого подошедшего, воспользовалась возможностью и увильнула мимо Федора, пнув его под коленном, когда оказалась с ним спина к спине.       С губ Александра уже готов был сорваться приказ о погоне за ней, но Алина заприметила его первая. К своему глубочайшему изумлению, которое заставило его губы разомкнутся в невысказанном приказе, Генерал Кириган понял, что бежит-то она, к нему.       Казалось бы, что его может сегодня удивит? Да, в принципе ничего - разве только дикая, шуханская девочка, несущаяся к нему на всех порах, юркнувшая под его руку и спрятавшаяся за его спиной.       Александр обнаружил, что стоит на поляне, посреди на половину собранного лагеря, окруженный гришами, безмолвно взирающими на него. - Мой Суверенный... - Всегда твердо стоящий на ногах Иван, споткнулся подбегая к ним. Александр почувствовал, как за его спиной Алина сжала его плащ. - Нет, - спокойно приказал он жестом, когда Иван встал в стойку.       Александр повернулся схватив Заклинательницу за руку. - Что по твоему ты вытворяешь? - Он окинул ее скептическим взглядом. Она была грязной, взмокшей, еле стоящей на ногах. Ответа, конечно же не последовало, зато смотрела она исподлобья так, словно готова была вцепится в него зубами. Ну, и жуть. Александр на секунду прикрыл глаза и вздохнул. - Ты сейчас же сядешь в карету и будешь там вести себя спокойною. Нам надо вывезти тебя, как можно скорее, пока люди державшие тебя в плену не пришли сюда за тобой.       Ее глаза расширенные в страхе были подтверждением того, что она все прекрасно поняла. Он решил, что для последующей манипуляции стоит взять более мягкий тон. - Ты же хочешь попасть в безопасное место, не так ли? - Темные глаза цвета шоколада смотрели широко и открыто, даже по детски. Так обычно на него смотрят новоприбывшие дети - брошенные родителями за "демоническую" силу, или же сами сбежавшие - за непринятия со стороны окружающих и родных. Только он принимал всех такими, какие они есть - напуганных, угнетенных, но еще не сломанных. - Отведи ее в карету, - сказал Александр оглядываясь на Ивана. - Она пойд... - Алина резко выдернула руку на полуслове, когда Дарклинг мягко, но твердо собирался подвести ее к опричнику. - Что теперь? - Он сказал это спокойно, но со строгостью во взгляде. На детях это срабатывало(как и на взрослых) и они тут же тушевались, но Алина ответила недовольством ничуть не смутившись. - Поеду с тобой, - немного невнятно, но уперто пробормотала она, смотря исподлобья чуть зло и с вызовом. - Нет, - Александр уже терял терпение, но конечно же этого не показывал. Ему в край, как хотелось во дворец. Только там он сможет остаться с ней наедине и увидеть свет. - Я должен проложить безопасный путь, поэтому поеду впереди, верхом, - он указал на свою вороную лошадь, стоящую позади. Алина оглянулась на нее. - А ты поедешь там, - Александр развернулся, чтоб указать девчонке на карету, но случайно встретился с недоуменным лицом Ивана, смотрящего ему за спину. Повернувшись, Повелитель Теней обнаружил, что девочка преспокойно - чуть прихрамывая из-за сбитых в кровь ног - идет к его лошади, даже не оглядываясь на них. - Как думаешь, моя репутация сильно пострадает, если я уступлю ей? - Не мигая спросил Генерал у своего опричника. - Эээ... - Не отвечай. - Милосердно позволил он ему. - Чтож, придется... Постой, а что стало с моим приказом одеть и обуть ее? - Александр серьезно посмотрел на своего Седцебита, всем видом демонстрируя недовольство. До сего момента его приказы так безропотно не игнорировались. - Елена попыталась одеть ее в кафтан и сапоги. - Иван со злость смотрел на девушку, наворачивающую круги вокруг черной лошади, в попытках подойти. - И? - И, на сколько я понял, той, - он махнул подбородком на Алину, держа руки за спиной, - почти удалось разбить ей об голову табуретку.       Александр прикусил язык и прикрыл глаза подавляя вздох. Превосходно, просто отлично! - Собирайтесь. - Кратко приказал он. Его слова почти утонули в шелесте плаща, лоснящегося за спиной.

***

      Животное было угольно черным, мускулистым и сильным. Лошадка фыркала и смотрело на Алину с таким же неподдельным интересом, как и она на него. Алина ее не боялась, лошадок в детстве она видела, а еще она видела, как подобная животина лягнула соседского ребенка, который подумал, что будет очень весело подойти к лошадке сзади. Деталей она почти не помнит, но гомон был тогда страшный. Не то, чтобы она сильно жалела того ребенка, ему не было дела над кем измываться - над лошадками или над Алиной, чей разрез глаз не был схожим ни с одной девочкой или мальчиком. Тем не менее, сзади к скотинке она решила не подходить.       Человек в черной одежде - Генерал Кириган, подошел чуть погодя. Он уверенным шагом приблизился к животному и положил руку на ее морду. Лошадь узнав хозяина с благоговением ткнулась ему носом в ладонь. - Если хочешь ехать со мной, то подойди. - Он не смотрел на нее и говорил куда медленнее, чем с другими. Алина подошла не отрывая глаз от черной морды. Генерал взял ее запястье и положил на нос скотине. Руку обдало холодным дыханием, короткая шерсть была чуть жесткой, но гладкой и блестящей. - Лошадка, - благоговейным шепотом произнесла Алина еле слышно, пытаясь почувствовать, как старо-знакомое слово ложится на язык. Она помнила достаточно старых слов, вот только произносить их в слух, ей очень долго не приходилось. - Ты хоть раз ездила верхом? - Генерал не отводил от нее глаз, но Алина была слишком занята поглаживанием животного. Она неопределенно дернула плечами, на его вопрос. Ну, просто потому-что не была уверена в вопросе и как на него ответить. Навряд ли, тот случай, когда ее силой перебросили через спину лошади, где она болталась вниз головой несколько часов к ряду, можно назвать верховной ездой. - Ладно, - на одном выдохе произнес Черный Генерал. Алина повернулась к нему, честно признать не совсем понимая, что делать. Она должна первая как-то залезть, или он? Мужчина не спешил что-либо делать, он не скрывая рассматривая ее с головы до ног, те, к слову, нещадно болели. Алина сбила и стерла себе всю кожу в кровь, но каким-то образом ее стопы, как и все остальные раны, сами по себе вылечились когда она очнулась, но за сегодня она опять успела пораниться и сухой гравий вдавливался в в открытые раны.       Алина вздрогнула, когда Генерал пошевелился. Не то, чтобы от страха... скорее по привычке всегда быть готовой ко всему на свете. Ее бы не удивило, если бы он не с того, не с сего просто стукнул ее по бошке, но кажется ее дерганье приостановило его на пол пути. - Не бойся, - сказал он спокойно снимая свой тяжелый, черный плащ с шерстяным воротником. Она промолчала, хоть и не боялась, но очень уж удивилась, когда черная, теплая ткань легла ей на плечи. Ее закутали, как малое дитя, шерстяной воротник скрыл щеки, мягкая ткань оттягивала вниз и скрыла абсолютно все, вплоть до кончиков пальцев. Она посмотрела вниз, где подол крупными складками собрался на земле. Этот человек такой высокий. - Тебя давным-давно пора согреть. - Алина склонила голову на бок, смотря широко и открыто. Было... тепло, впервые за много лет, наконец-то она почувствовала теплоту. Она вообще забыла, что есть такое понятие и чувство. Мир делился на обычный холод и холод от которого стучат зубы, да сводит кости. Тепло огня в камине, одеяло и теплая одежда канули в небытие и кажется только сейчас она вспомнила, что они существовали до этого момента.        Алина почти поблагодарила его. Еще одно слово, о существовании которого она забыла, но Генерал крепко схватил ее за туловище, положив сильные руки поверх своего плаща, и одним движением посадил на лошадь. Из уст Алины вырвался не то вздох, не то писк, но на скотинке она удержалась. Генерал последовал следом за ней, только перебросил ногу и сел позади. Их тела плотно прижались к друг другу и он схватился за поводья, обхватывая девушку со всех сторон. Алина вдруг обнаружила, что совсем не против.       Ехали быстро и долго, было неудобно, голова подпрыгивала на каждом скачке и пару раз ударила Генерала по подбородку. На скаку он снял одну из своих кожаных перчаток, и скользнул рукой поверх накинутого на нее плаща, вверх по руке и воротнику. Когда кончики голых пальцев соприкоснулись с ее скулой, Алина снова вздрогнула от электричества и чувства, последующего за ним. - Тщщ, все хорошо, - мужчина убрал с ее лица волосы, которые лезли в рот и глаза, оставил свою широкую ладонь на виске и надавил. - Ложись сюда, так будет удобнее. - Алина обнаружила, что безропотно подчиняется и ее гудевшая голова удачно устроилась на чужом плече. - Можешь поспать, я не уроню тебя. - Она взглянула вверх, на лицо этого человека. Угол челюсти остро выделялся, черные волосы ласкал ветер, мозолистая рука поглаживающая ее по лицу была благословением, от которого щипало глаза. Алина ткнулась в воротник своего кокона несмотря на то, что он щекотал ей лицо. Ей не хотелось спать, впервые за столько лет она была на улице, пейзаж менялся, запахи были не искусственными, а живыми и свежими. Даже стук копыт баюкал ее, как самая из сладких колыбелей. Но самое главное, было то, что наконец-то ее никто не резал, ее не привязывали к столу и не заставляли тренироваться до полуобморочного состояния.       Человек, к которому она по своему желанию прижималась всем телом, не собирался причинять ей боль. По какой-то неизвестной причине Алина это знала и ощущала. Она не знала была ли это его вина, из-за этих успокаивающих прикосновений, или из-за того, что силы у нее закончились еще несколько часов назад, но да - нехотя, Алина все-таки уснула.