Ещё на полпути

Бынзарь долго наблюдал за спящим парнем, погрузившись в собственные мысли, решая что делать дальше. Саша ворочался во сне и бубнил, будто с кем-то разговаривая, изредка вздрагивал и поджимал к себе ноги, сворачиваясь в клубок, словно старался защититься. В момент парень резко сел на кровати, испуганно осматриваясь, подогнул к себе колени и погрузил кончики пальцев в волосы, хватаясь за них, начиная шептать себе что-то под нос. Олег тихо поднялся и сел на край кровати Беличенко, осторожно погладив его по голой спине. — Это был просто сон. Всë в порядке, — шепнул Бынзарь, но парень будто его не слышал, продолжая повторять одно и то же. — Что я сделал не так? За что? — снова и снова слетал с губ Саши тихой шëпот, пока парень не начал сжимать волосы пальцами сильнее, оттягивая, почти начав вырывать их. — Хэй, не нужно, — Олег осторожно взял парня за запястья в гипсе, мягко погладив по пальцам, заставляя парня едва ослабить хватку, — Всë хорошо. Это был просто сон, — шепнул Бынзарь, сев парню за спину, обнимая, не отпуская его рук, заставляя его тоже обнять себя, — Ничего страшного. Ты в безопасности, — повторял парень, уложив Беличенко спиной себе на грудь, положив голову ему на плечо, — Никто не обидит тебя.       Саша едва повернул голову, пока нос Олега не упëрся ему в щëку и устало прикрыл глаза, устроившись в его объятиях, наконец перестав монотонно повторять одно и то же. Скомканное одеяло лежало между ног парня, едва прикрывая низ живота, а Беличенко лишь сильнее облокотился на друга, стараясь прижаться к нему ближе, пока наконец не проснулся до конца. Парень осмотрелся снова, тут же вырвавшись из объятий Олега, закутываясь в одеяло, встав. — Какого чëрта ты делаешь?! Так нравится пялиться на голых парней?! Для этого есть специальные заведения! — Беличенко судорожно искал в пакете нужные вещи, пока Олег спокойно выслушивал его крик. — Я не пялился. Тебе приснился кошмар, я просто хотел помочь, — начал было парень, но его тут же прервали. — «Помочь», «помочь», «помочь», «помочь», может уже хватит?! Я не просил твоей помощи! Она мне не нужна! Тем более такая! — Саша, опустив взгляд ниже заметил на месте ожога аккуратную повязку, и в тот же момент осознал что наговорил, замолчав. — Хорошо, я понял. Извини. Давай я, — Олег поднялся с кровати и присел на пол рядом с парнем, забирая из его пальцев свитер, слегка приспуская одеяло с плеч, помогая Беличенко одеться, — Стоило сначала одеть тебя. Я понимаю, что ты с просони мог всë неправильно понять. Извини.       В ответ Саша промолчал, да и Олег заметил, что тот спокойно позволяет себя одевать, даже… Слишком спокойно для того, кто пару секунд назад кричал и возмущался. — Саш? — Беличенко не двигался, парень просто смотрел в одну точку, в то время как из его глаз начинали течь слëзы, — Что такое? Мне не помогать? Извини пожалуйста, я… Просто подумал, что тебе будет тяжело из-за рук, — но ответа так и не следовало. Саша будто ушëл в себя, глубоко в свои мысли, которые, казалось, прямо сейчас пожирали его изнутри, а Олег не мог даже понять что же сделал не так.       А дело было вот в чëм. Пытаясь достать свитер из пакета, Беличенко увидел повязку, которую Олег наложил, пока парень спал и всë вокруг будто рухнуло в тот самый момент. Саша понял, что накричал на единственного человека, который старается ему помочь, на единственного, кто делает ради него что-то, за что не просит ничего взамен. И сейчас в голове парня разворачивались только наихудшие сценарии. Он понимал, что Олег не железный, что он тоже человек, что его слова могли задеть друга и даже обидеть, заставить отвернуться от него раз и навсегда. Единственное, чего Саша не понимал — что Олег на самом деле никогда не поступит так с ним, что Бынзарь понимает, что он болен и не воспринимает его крики на свой счëт, что он готов вытерпеть хоть тысячи таких срывов, лишь бы в итоге парню стало легче. Не понимал, что сейчас Олег всеми силами старается вернуть его в реальность, считая себя виноватым в произошедшем, в сотый раз извиняясь перед ним, предлагая что-угодно, лишь бы тот откликнулся и сделал хоть что-то. Но Саша не мог. Он слишком сильно винил себя за слова, сказанные впопыхах, за то что повысил голос. Он буквально сидел в абсолютно чëрной и пустой комнате, наблюдая как вместе с этой дружбой рушится весь его мир. Перед Беличенко возникали картинки, мозг парня сам моделировал наихудшие варианты исхода событий. — Раз тебе так противна моя помощь, то пожалуйста! — выкрикнул Олег, швырнув в парня вторым одеялом, — Оставайся один как и раньше. Разбирайся со всем этим сам и не смей больше никогда мне ни писать, ни звонить! — Но я… — Ты глухой или тупой?! — Бынзарь взял парня за щëки, сильно сжимая, смотря ему в глаза с неприкрытым презрением, — Я сказал никогда больше не появляйся в моей жизни! — Пожалуйста… — шепнул в ответ Саша, взявшись кончиками пальцев за штанину парня. — Даже блять не трогай меня! — Олег отопнул руку парня, заставляя удариться гипсом об основание кровати, — Как ты вообще мог подумать что кому-то может быть приятно смотреть на твоë уродское тело?! Ты ведь весь в этих шрамах! Это выглядит просто отвратительно. Мне противно то что что-то вроде тебя меня касается. — Прошу, не уходи. Пожалуйста…       В момент Сашу в реальность вернуло чувство тепла во лбу. Беличенко несколько раз моргнул и увидел перед собой шею Олега, целующего его в лоб. Парень тут же обнял друга за торс, уткнувшись носом в его грудь, крепко держа его в объятиях. — Не оставляй меня. Я не хочу. Пожалуйста. Прошу, не уходи, — скозь истеричные всхлипывания и вздрагивание голоса было сложно разобрать слова, но Олегу это удалось. — Не уйду, — облегчëнно шепнул Бынзарь, обняв парня за плечи в ответ, — Ты не останешься один. — Прости. Прости пожалуйста, прости, — повторял парень сквозь слëзы, не отпуская друга, — Я сделаю всë. Только не уходи.       Бынзарь мягко улыбнулся. Единственное, чего он хотел — чтобы Саша был в порядке, но скажи он это, парень бы просто начал притворяться, а этого ему не хотелось. Олег сел на пол, обнимая парня крепче, поглаживая его по спине. — Ты не должен ничего делать. Я и так останусь с тобой.