Ещё на полпути

Саша с каждой минутой всё увереннее крошил кусочки гипса, пока не увлёкся слишком сильно, добравшись до своего запястья. Парень неуверенно опустил взгляд, остановив его на несуразных швах. "Отвратительно" — проносится в голове Беличенко и парень вновь начинает постепенно накручивать себя, повторяя что ему подобные не заслуживают любви, что таких любить просто не за что, затем мысли переходят к Олегу, в голове никак не укладываются его чувства, как настолько хороший человек смог полюбить его? Может он просто скрывает своё отвращение? Пока парень был погружён в свои мысли, он не заметил как ногти стали расчёсывать кожу, сначала оставляя лёгкие красные полосы, а затем и собирая под себя частички отслоившейся кожи. Боль не приводила парня в себя, наоборот, казалось, она лишь больше погружала парня в глубины его разума. Раз за разом проезжаясь по одному и тому же месту, ногти уже начали пачкаться свежевыступившей сукровицей, а за ней и кровью, заставляя ту позже стекать по руке, пачкая остатки распотрашённого гипса, затем и постельное бельё. Беличенко уже не пытался успокоиться, его не волновало, что скажет Олег когда проснётся, сейчас ему хотелось лишь наказать себя за собственную никчёмность, за то, насколько он отвратителен самому себе. Уже не выдержав собственного потока мыслей, Саша выпутался из объятий Бынзаря, заходя в ванную, закрывая за собой дверь. Свет Саша не включал, в полумраке он подошёл к зеркалу, висящему над раковиной, волоча ноги по кафельному полу, то и дело задевая пальцами швы плитки, и опёрся о раковину, слегка наклонив голову на бок, посмотрев в своё отражение. Парень убрал волосы от лица, пытаясь разглядеть в себе хоть что-то, что могло привлечь внимание Олега, но натыкался лишь на недостатки, то и дело замирая взглядом на выступающих прыщах и впадинах на тонкой коже, на ярких синяках под глазами от явно убитого режима сна, на нескольких, оставленных самим Беличенко, шрамах. Ничего. Не было ничего, что парень принял бы за "привлекательность". Будь Саша дома, он бы давно разбил это зеркало и воспользовался бы его осколками, чтобы успокоиться, но только не здесь. Парень боялся разбудить Олега, не хотел, чтобы сейчас его останавливали. — Вот бы можно было просто исчезнуть. Раз и навсегда, — шепнул парень, не желая доставлять своей смертью проблем.       Саша медленно провёл ладонью по своей шее, затем спустился к ключицам, а по ним вернулся и к запястью, наконец заметив кровь. Парень вытер её ладонью и медленно опустился на холодный пол, оперевшись спиной о дверь, вытянув ноги перед собой. "Он заметит" — подумал Беличенко, убирая руку от запястья и поднял свой свитер, оголяя торс. Дотянувшись до края ванны на котором лежали одноразовые бритвы, Саша открыл упаковку и вытащил одну из них. Умело сняв боковую затворку Беличенко высвободил лезвие, очевидно, он делал это не впервые. Провернув лезвие между пальцев, парень взял его удобнее, надавливая уголком на низ живота, заставляя выступить первые капли крови, а затем достаточно резко двинул рукой, оставив глубокий и длинный порез, идущий от выпирающей кости таза внизу живота до самых рёбер. Парень выдохнул, тихо промычав и уже дрожащей рукой вновь поднёс лезвие к низу живота, надавливая.       Через какое-то время Олег приоткрыл глаза, услышав оповещение телефона и приподнялся, осматриваясь. Саши рядом не было, а дверь в ванную была закрыта. "Пожалуйста, нет" — пронеслось в голове парня, как только тот встал, Олег повторял это словно мантру, снова и снова прокручивая про себя, пока не подошёл к двери, попытавшись провернуть ручку. Не вышло, закрыто. — Саш... Ты там? — тихо проговорил Бынзарь, прекрасно зная ответ на свой вопрос. В ответ он услышал лишь всхлипывания, прямо под дверью, — Откроешь мне?       По ту сторону двери Беличенко выронил из пальцев лезвие, поджав к себе колени и неуверенно помотал головой, не желая ничего отвечать. Олег понимал, что парень сейчас напуган не меньше чем он сам. Бынзарь выдохнул и сел на колени перед дверью, тихо постучав по ней кончиками пальцев, заставляя Сашу вздрогнуть, стараясь сдерживать слёзы, что давалось парню с трудом, ведь те предательски стекали по его щекам, не спрашивая разрешения. — Всё в порядке, Саш, я здесь, с тобой. Что бы ты ни сделал я не стану любить тебя меньше, — спокойно проговорил Бынзарь, даже не надеясь получить ответ, он просто хотел, чтобы Саша знал это, — Я всегда рядом. И я тебя ни в чём не виню.       Беличенко слегка приподнял голову, оторвавшись от своих колен и провёл высвобожденной из гипса ладонью по животу, стирая кровь. "Он не должен видеть" — беззвучно прошептал парень и поднялся на ноги, взяв одно из полотенец, стараясь стереть кровь. —Всё будет хорошо, слышишь меня? Впусти меня, прошу, — шепнул Бынзарь, приложив ладонь к двери, отчаянно надеясь хотя бы на ответ, — Я хочу обнять тебя, можно?       Сразу после этих слов Саша замер. Ему безумно захотелось прямо сейчас бросить всё и выбежать к парню, зарывшись в его объятия, но он не хотел пугать его своей кровью, поэтому открыл дверь лишь дождавшись, пока та остановится. Беличенко стоял на пороге тёмной комнаты, смотря в пол, боясь поднять взгляд на парня. — Прости, — шепнул Саша.       В ответ на извинения, Олег молча погладил парня по щеке, переходя ладонью к его волосам и остановил её на затылке, медленно притянув парня к себе, заключая в объятия. Беличенко, перед тем как вышел, пообещал себе, что не будет плакать, вот только это обещание вновь разбилось о нежность Бынзаря. По щекам медленно начали стекать слëзы, падая на свитер парня. Олег медленно и успокаивающе поглаживал Сашу по спине, прижимая к себе. Беличенко сам не понимал почему, но это помогало ему, помогало усмирить бушующие в голове беспорядочные мысли, помогало привести всë в порядок и заставляло думать лишь о том, насколько Олег ему нужен. Саша прикрыл глаза, положив голову на здоровое плечо парня и медленно обнял его в ответ, схватившись руками за свитер парня. Бынзарь мягко поцеловал парня в макушку, едва коснувшись губами волос. — Ещë, — едва слышно прошептал Беличенко и в ответ ощутил мягкие, тëплые губы, прикоснувшиеся к его лбу, — Ещë... — повторил парень, почувствовав как Олег мягко коснулся губами его виска.       Саша вновь и вновь повторял лишь одно слово, стараясь прочувствовать как Бынзарь губами оставляет на его лице тëплые, согревающие следы. Прикрыв глаза, парень наслаждался каждым прикосновением, больше не думая ни о чëм. — Ещë, — вновь прошептал Саша, но уже более уверенно.       Олег на секунду остановился, погладив парня по щеке и медленно приблизился к губам парня, вовлекая его в нежный поцелуй, положив вторую руку на талию, задев ей свежий порез. Но Саша даже не вздрогнул, он слишком боялся, что парень отстранится от него, а потому лишь глухо промычал в поцелуй, положив руку на здоровое плечо Олега, наслаждаясь моментом. Бынзарь медленно перебирал пальцами волосы Саши, сосредоточившись на поцелуе, он мог лишь надеяться на то, что это может помочь парню справиться с его тревогами, или хотя бы ненадолго позволит ему от них отвлечься.