Я - Рэкхем Д. Энн, дрожи Мир!

      — Мама, мама! Почитай мне сказку! — радостно вбегая в комнату с книгой крикнула темноволосая девочка лет пяти.       — Прости, дорогая, я занята, — ласково убаюкивая младшую дочь, ответила темноволосая женщина. — Лучше займись уроками. Вам ведь в садике что-то задали на выходные, — более строго ответила мать, а дочка понуро опустила голову. — Не забывай, ты не должна позорить нашу фамилию. Тебе надо хорошо учиться и во всем быть первой, ты наша единственная надежда. Ты ведь уже взрослая и все понимаешь. — мило прощебетала женщина, погладив девочку по голове.       — Да... — без энтузиазма ответила дочка, натягивая на лицо улыбку, смотря куда угодно лишь бы не на мать. Женщина улыбнулась и отослала её из комнаты, чтобы не мешала обеденному сну сестры.       И снова она одинока в этом большом и холодном доме. Нет, с ними еще жили дедушка и тетя, но их равнодушию к ней можно было позавидовать.       Утирая слезы, она взглянула на большое зеркало в прихожей. В отражении она видела лишь одинокого ребенка, а не понимающего взрослого, какой ее считала мама. Но мамы всегда правы, ведь так... Груз ответственности давил на хрупкие детские плечи.       — Вот только я не понимаю, почему после ее рождения вы перестали меня любить... — тихо прошептала себе под нос девочка.       

***

      Резко разлепив глаза, я осознала, что еще жива. Нет! Нужно срочно прийти в себя! Меня не так просто убить! Мой обморок длился секунды три, а падение продолжалось. Снизу тянуло невероятно горячим паром, аж голова кружилась.       Я схватилась руками за рядом падающий кусок камня, упираясь разбитыми коленками в него. Самые тяжелые части башни стукнулись об кипящую жидкость, расплескивая вокруг горячие капли. Поднявшись на носочки, согнув колени и приложив пальцы рук к твердой поверхности, я готовилась к прыжку. Словно пантера, выжидающая нужного момента для нападения, я хищно смотрела на мост. Усилив руки и ноги Хаки вооружения, я отскочила от куска стены прямо перед его падением. Во время полета я всем телом почувствовала жар этого места, я чуть не промахнулась, но вовремя успела схватиться за перилла, повиснув на них. С титаническим усилием я поднялась на мост и распласталась в форме звездочки на твердой поверхности, но больше пары секунд не пролежала. Тело жгло от раскаленной мостовой, и я встала на ноги.       — Когда я отсюда выберусь, буду минимум три дня отсыпаться! — подбадривающе сказала себе.       Осмотревшись, я заметила вооруженных солдат, приближающихся ко мне. О Боже! Кто бы знал, как мне это надоело! С двух концов моста приближались люди, не оставляя выбора, кроме как прыгать вниз. Благо, неподалеку была пустая площадка. Лишь бы ноги не подвели, а то они до сих пор немного трясутся. Жалеть себя буду позже, когда окажусь в безопасном месте. Почему-то я сомневалась, что такое место существует в этой тюрьме.       Ловко перескочив через периллу, я усилила ноги и оттолкнувшись от моста полетела вниз. Приземление было не самым приятным. Заметно ослабнув, я не смогла себя полноценно защитить Хаки от повреждений и обчесала правую руку и ногу. Все тело неприятно саднило, кровь с порезов пачкала кое-где рваную одежду, ну хоть переломов нет, наверное. Я просто привалилась к стене и пару секунд приводила дыхание в норму. Потом встала и отправилась на поиски места, где смогу спрятаться.       Избегать муши наблюдения было не так сложно, здесь они были заметно медлительнее, чем на других этажах. Я кралась по темным и незаметным закоулкам, избегая внимания солдат. Заметив открытую дверь, я приняла её за кладовку и забежала внутрь, но оказалось, что это чей-то кабинет. Не в почете у начальства, раз в такой жопе мира сидит. Я не сразу заметила парня, прижавшегося к стене и прикрывающего рот от удивления. Выпученными глазами он смотрел на меня с огромным ужасом. Что-то вспомнив он убрал руку ото рта и чуть не загорал, но я успела заткнуть его своей ладонью.       Присмотревшись, я отметила, что у нас схожая комплектация тела и глаза у обоих карие. Волосы одного оттенка, хотя у него были чуть короче, чем у меня, и более прямые. Вот и мой план, сам попал ко мне в руки.       — Хочешь жить — раздевайся! И только попробуй закричать — тут же умрешь! — в приказном тоне произнесла я, убирая ладонь с его рта. Неплохо я вжилась в роль преступницы. Парень то бледнел, то розовел, но команду выполнил. Когда он остался в одних носках и семейниках, я насмешливо улыбнулась. — Как тебя зовут?       — М…Масааки Кимура! — у японца был робкий низкий голос, который можно было спутать с женским.       — Должность? — мой взгляд говорил, что если он соврет, я буду его пытать. Парень вздрогнул и пару секунд пытался понять мой вопрос.       — Заведующий архивом, — затравленно произнес Кимура. Не грязная работа. Вот отчего он такой пугливый. Две катаны на поясе были лишь частью образа, пользоваться ими он не умел, раз даже сопротивляться мне не попробовал. Его руки слишком нежные для мечника, а револьвера я рядом с ним не вижу.       — Пере-пере-пере… — на столе оживился Муши. Мы одновременно посмотрели в его сторону. Взяв одну из катан, я приставила ее лезвием к горлу Масааки.       — Что ты стоишь? Тебе же звонят, так ответь, — с милой улыбочкой произнесла я. Заведующий архивом подошел к столу и осторожно поднял трубку, нервно оглядываясь на острый клинок, находящийся в опасной близости от его сонной артерии. Улитка преобразилась и начала говорить мужским басом.       — Кимура, начальник Магеллан ждет бумаги с расположением новых ловушек на четвертом этаже! Срочно принесите их в его кабинет. — громко оповестил нас голос по ту сторону. Парень попытался привести себя в порядок.       — Так точно, — более-менее спокойно ответил темноволосый и положил трубку. Он выжидающе уставился на меня.       — Доставай бумаги, — разрешила я.       Побледнев до состояния мела, он нервно побрел к шкафу, неотрывно смотря на меч, что утыкался в его горло. Открыв деревянные дверцы и набрав пароль, он открыл сейф. Вытащив оттуда какие-то бумажки, он протянул их мне.       — Спасибо, — взяв бумаги в свободную руку, я вежливо поблагодарила его. — А теперь поспи. — удар ручкой меча пришелся по затылку, и Масааки упал без сознания. Я связала его веревкой, найденной в шкафу, потом туда же и запихнула бесчувственное тело. А для полного спокойствия засунула ему в рот скомканные листы бумаги, стыренные со стола.       Перевязав грудь бинтами, выуженными из аптечки, и обработав свои раны, я переоделась в одежду Кимуры. Пластыри с лица были сдернуты, дабы не палиться. Странно было, что все раны, полученные на тренировках, всего-то два дня назад, уже зажили, даже синяков не осталось. Может это как-то связано с глазом и нитями?       Оценивающе посмотрев в зеркало, я подметила, что что-то не сходится. Точно, нужно немного подправить прическу. Расчесав свои длинные волосы, я заметила флакон мужских духов. Ну раз вживаться в роль, так до конца! Надушившись, я снова оглядела себя.       — В таком виде меня даже мать родная не узнает, а тюремщики тем более, — взяв ключи, которые висели на крючке, я уже хотела сматываться, как в дверь с неистовой силой забарабанили. Меня не могли рассекретить так быстро. Сейчас я Масааки Кимура, заведующий архивом, а не преступница. Открыв дверь, я пригласила солдата, тарабанившего дверь, зайти. Если что, вырублю и этого...       — Почему так долго? Начальник Магеллан требует, чтобы вы сейчас же были у него! За мной! — высокомерно прогорланил этот выскочка. Все-таки я не ошиблась. Этого япошку здесь недолюбливают.       Надо было поддерживать легенду, поэтому, схватив бумаги, я направилась за мужчиной, предварительно закрыв кабинет на ключ. Я видимо совсем с ума сошла, раз добровольно иду к начальнику этой тюрьмы! Надо аккуратно сваливать, а то мне точно конец.       — Здравия желаю главный надзиратель! — мой проводник уважительно отдал честь, обращаясь к главному надзирателю. — Ширью-сама, вы спустились из-за преступницы? — по моей спине пробежали мурашки, а ноги чуть не задрожали, но я подавила это действие силой воли. Если он здесь, значит свалить по тихому не получится. А говорят, нет безвыходных ситуаций! Врут и не краснеют, сволочи!       — Дьявольские звери уже прочесывают этот этаж, я спустился к Магеллану, — лениво ответил Ширью. Нет, это точно полный пи… Так, спокойствие! Ищут Рэкхем Д. Энн, а она где? Правильно! Неизвестно! Спокойно-спокойно, иди и не нервничай, ты — Кимура! Не выдавай себя. Когда выйду из его поля зрения, тогда и сбегу.       — Здравия желаю! — в точности парадируя голос Кимуры, я прислонила правую руку к фуражке, ладонью на Ширью, стараясь скрыть маленький порез на костяшках. Он как-то презрительно мазнул по мне глазами, а после отвернулся. Спасибо, Кимура, что тебя не любят. У меня сердце чуть в пятки не ушло только что.       Ширью шел чуть впереди нас, не давая мне и шанса на побег. Ну вот за что мне такое счастье? Кому я успела насолить, что меня так жестко карают? Гарп-сан, если я из этой передряги выйду живой, я Вас кастрирую маникюрными ножницами! А после пилочкой все подравняю!       Мы, веселой компанией, идем в кабинет начальника тюрьмы. Если меня не порежет Ширью, так отравит Магеллан! Супер!       Ширью распахнул массивную дверь, проходя внутрь. Я неохотно поплелась следом. Кабинет был просторным: в центре стоял массивный стол, а за ним огромный трон, коим являлось кресло начальника. Самого Магеллана в кабинете замечено не было, что заставило меня насторожиться. Я приняла это за ловушку, но когда из уборной вышел самый главный черт в этом аду, я расслабилась. К его ноге прилипла туалетная бумага, что было в крайней степени негигиенично. Он прошел к своему креслу и плюхнулся в него. Что люди едят в этом мире, куда не посмотри — одни исполины. Если Ширью моя голова доходила только до таза, то Магеллану я в коленку дышала. Ему даже силу фрукта не надо будет использовать. Он может просто на меня наступить.       — Вот бумаги, которые вы просили, — протянув стопку желтоватых листов, сказала я. Мужчина забрал их и начал просматривать.       — Знаешь, Кимура, тебе лучше отсидеться на первом этаже, — задумчиво протянул начальник. Ни за что! Я еле-еле до четвертого этажа добралась! А сколько трудов я к этому приложила! Хренушки вам, я не первый этаж…стоп. А может мне согласиться и по-тихому слинять? Точно, я гений!       — Так точно. — четко произнесла я, в душе ликуя, что так просто смоюсь отсюда.       — Главный надзиратель проводит тебя. Это для твоей же безопасности. — обломал меня Магеллан. Если этот маньяк будет со мной, то фиг я сбегу! Надо как-то от него отделаться.       — Я не нанимался пацану в няньки, — возразил Ширью. Правильно! Продолжай гнуть палку. Я ведь не младенец, чтобы мне нужна была защита. Я мысленно болела за Ширью, смотря за его дальнейшими действиями.       — На третий этаж переведу, — с угрозой в голосе произнес Магеллан. По лицу Ширью было понятно, что эту схватку он проиграл. Надзиратель обреченно вздохнул.       — За мной, — бесстрастно произнес Ширью. Я, чуть ли не плача, поплелась следом за мужчиной. Мы проходили длинный мост, когда я нечаянно услышала перешептывания за моей спиной. Это было впервые, когда мой слух так заострился. Пару охранников обсуждали Кимуру, который благодаря связям получил офицерское звание и высокую должность в тюрьме. Чьим родственником он был так и не всплыло в их диалоге.       Так вот почему его не любят. Кимура даже оружие толком держать не умеет, но, видимо, папочка протолкнул по службе. Магеллан же печется о его сохранности, отправляя в самый безопасный сектор, значит папочка лично начальника просил присмотреть за сыном...или Магеллан и есть папочка...       — Мы едем на первый этаж. — сказал Ширью лифтеру.       Пока я была занята родословной Кимуры, мы добрались до лифта.       — Так точно, я доложу об этом в комнату управления. — взяв Муши, солдат стал вызывать лифт. Нет, так нельзя.       — Извините, мне нужно в уборную. Можно? — спросила разрешение у надзирателя. Он снова презрительно меня оглядел.       — На первом этаже сходишь. — строго произнес мужчина. Я не сдалась и начала, согнувшись немного подпрыгивать.       — Не могу, мне прям уже не в терпеж! — решительно говорила я. — Я сейчас…       — Ладно, иди! — прерывая меня, произнес надзиратель. — У тебя пять минут. — устало сказал маньячино, и я убежала. Лестница находится в противоположной от лифта стороне, нужно ее найти и главное не палиться.

***

В кабинете Магеллана.

      За широким столом сидел огромный мужчина. Он просматривал чертежи новых ловушек, установленных пару месяцев назад. У них еще не было повода их протестировать, поэтому нужно хорошенько разузнать о качествах каждой и их расположение. Вдруг дверь резко без стука распахнулась. На пороге показалось лицо запыхавшегося солдата. Как только суровый взгляд начальника обратился на него, он вздрогнул и вытянулся как струна, отдавая честь.       — Разрешите доложить! Поступила информация от работников: нашли бесчувственное тело Масааки Кимуры! — нервно произнес мужчина. Магеллан удивленно выгнул брови.       — Кто это сделал? Что с Ширью? — интересуется начальник тюрьмы.       — Пока не известно. Масааки нашла уборщица, когда пришла прибрать его кабинет. Дверь открыла запасным ключом, а, когда она вытирала стол, из шкафа выпал полуголый связанный Кимура. Она тут же сообщила об этом. Насчет главного тюремщика, его видели в сопровождении с Кимурой, когда они направлялись к лифту...но раз настоящий Кимура был все то время там, то кто был с Ширью? — Магеллан раздраженно рыкнул, от злости он начал покрываться ядом. До него стало доходить все. Он тут же поднялся и приказал нести ему ден-ден муши громкоговоритель. Его приказ исполнили немедленно.

***

У лестницы.

      Я нашла ее! У входа стояло пять солдат. Они настороженно оглядывались. Энергичной походкой я приблизилась к ним.       — Я — Масааки Кимура, заведующий архивом, у меня поручение от дяди Магеллана, — уверенно произнесла я, показывая удостоверение, которое валялось в кармане брюк. Фамильярность в сторону начальника тюрьмы была подмечена солдатами.       — Покажи разрешение, без него не пустим, — строго сказал один из солдат, возвращая мне удостоверение. Я искривила лицо в недовольной гримасе. Раз уж Кимура при связях, мне точно ничего не сделают. Да и в тюрьме он не последний человек. Явно ведь по рангу выше простых солдат.       — Ты что оглох? Какое разрешение? У меня важное задание от самого Магеллана, и он не любит ждать! Если не хочешь вылететь отсюда, как пробка из шампанского, не выделывайся и делай что говорят старшие по званию! — стальным голосом произнесла я. Видимо это действительно подействовало. Передо мной распахнули двери, и я начала спускаться. Не успела я и пяти ступенек пройти, как по всему четвертому этажу раздался голос начальника.       — Немедленно схватить Масааки Кимуру. Нарушительница выдает себя за него. Поймайте самозванку, не дайте ей уйти! — кричали муши. Солдаты повернулись на меня с хищными улыбками. Конец моей маскировке.       — Стой! — кричали мне, пока я с космической скоростью спускалась по лестнице. Вот зачем они кричат «стой»? Они реально надеются, что после этого слова я остановлюсь, подойду к ним и дам себя заковать, раскаиваясь в своих грехах? Ну уж нет! Даже если поймают буду все отрицать! Как говорил мой учитель по русскому перед итоговым собеседованием: «неси любую чушь, главное уверенно».       Шестой этаж и я свободна! Шестой этаж и я в безопасности! Шестой этаж и самые опасные преступники! Жуть. Мы прошли четыре этажа, чтобы достигнуть цели, не время пугаться! Это надо было делать, когда у тебя удостоверение забирали! А теперь передвигай ножками, а то за тобой гонятся. Бежать по лестнице вниз всегда легче чем наверх, но в таком состоянии мне даже это непросто, и, если мне придётся подниматься обратно на первый этаж по лестнице, я пристрелю Гарпа!       Я не могла думать ни о чем, кроме шестого этажа. Куча солдат с пушками охраняли вход на пятый этаж. Увернуться от каждой пули будет сложно. Придется атаковать первой. Достав одну из катан, я усилила ноги хаки и прыгнула прямо на солдат.       Никто не успел среагировать, как троя уже были выведены из строя. Я начала наносить удары один за другим, попутно уворачиваясь от пуль. В основном я оставляла не смертельные ранения, но болезненные. Сломя голову, на меня понесся человек с саблей. Он задел мою ногу, оставив глубокий порез на голени. Я вскрикнула от боли. Ярость застелила мне глаза, и я кинулась на него пронзая насквозь. Его тело начало слабеть и опускаться на колени.       Почувствовав тяжесть в руках, я будто бы очнулась ото сна. Вынув клинок, я откинула от себя мужчину. Его окровавленное тело с глубокой раной на уровне десятого грудного позвонка плашмя упало на пол. С лезвия моей катаны стекала кровь. Раненный сбивчиво дышал, живой, но ненадолго. Он слабеющими руками зажимал рану, чтобы давление в плевральной полости не поднималось.       На меня накатил ужас. Тело задрожало, и я выронила оружие из рук. Ноги еле держали меня. Я неотрывно смотрела на человека, которого почти убила. Он все еще жив! Оглядевшись, я поняла, что никто и не собирается ему помогать. Солдаты просто окружили меня и наставили оружие.       — Сдавайся, ты окружена! — сквозь пелену донесся крик.       Я даже слово из себя выдавить не смогла, просто смотрела, как последние капли жизни уходят из мужчины, полностью окутанного толстыми красными нитями, выходящими из раны, нанесенной мной. Я бы могла ему помочь, но...слишком много свидетелей. С одной стороны, я не хочу быть убийцей, а с другой, я не настолько гуманистка, чтобы подставлять себя ради незнакомого человека.       Внезапно, мое плечо пронзила острая боль. Я не смогла сдержать крик боли, ноги на автомате понесли меня вперед. Я бежала, не разбирая дороги, обзор застилали застывшие в глазах слезы. Я не могу сказать, как долго это продолжалось, но очнулась я глубоко в заснеженном лесу.       Видела я размыто из-за слез, кожа покраснела от холода, правая рука была полностью испачкана замерзшей кровью из простреленного плеча. Волосы были покрыты инеем, создавая впечатление седины. Плечо и голень горели от боли. На снегу за мной тянулся кровавый след. Я была сбита с толку.       Все еще не верю, что кого-то убила…нет! Он жив! Он же жив? Я все еще верила в чудо, полностью игнорируя разум, твердивший горький факт.       — Иди вперед, — раздался в голове приятный голос. Оглядевшись, я никого не увидела. — Иди вперед, я жду тебя… — кто-то звал меня. Поддавшись этому чарующему голосу, я повиновалась. Он завораживал меня, лишая всякой воли к сопротивлению. Я чувствовала сильную потребность найти обладателя этого голоса.       — Куда дальше? — зайдя в тупик, спросила я.       — Кусты… — посмотрев на растительность, я подошла поближе. Меня насторожил неестественно насыщенный для данного места цвет. Немного потянув, мне удалось отодвинуть искусственное растение, под которым оказался люк. Ни секунды, не задумываясь я полезла вниз, придвинув кусты обратно и закрыв вход.       Спустившись по железной лестнице, я пошла по темному коридору. Впереди слышались звуки веселья. Мне не пришлось долго гадать, где я — обитель ньюкам, пятый с половиной этаж.       Я шла, повинуясь интуиции, попутно запоминая дорогу. Я заметила дверь. Ноги сами понесли меня к ней. Передо мной предстала комната в розовых оттенках с огромной мебелью. Яркий свет бил в глаза. Я прищурилась на пару секунд, привыкая к нему. Когда я наконец смогла нормально видеть, мой взгляд привлекла большая красная чашка. Приблизившись к ней, я поняла, что внутри нее что-то есть. Аккуратно заглянув, я увидела маленькое существо: лилипута с кошачьими ушами. Почувствовав мое присутствие, оно очнулось, выпучившись на меня своими золотыми глазами.       — Ты наконец нашла меня. — радостно произнес лилипут. Я узнала этот голос.       — Ты звал меня? Зачем? — непонимающе спросила я.       — Дай великому мне имя, — требовательно произнесло существо. Он чем-то походил на Лёву: темные волосы, кошачьи ушки и хвост, загорелая кожа и золотые, как и у игрушки, глаза.       — Лёва, — неосознанно произнесла я. Существо улыбнулось, а его глаза засияли красным огоньком.       — Я — Лёва! — радостно произнесло оно, стараясь вылезти из чашки, что у него получалось плохо. Чуть не уронив ее, малыш выскользнул наружу и упал на пол. Я отстраненно наблюдала, как он пытается подняться, но маленькие ручки и ножки особо не помогали в этом. — Че стоишь, помоги! — прикрикнул он. — Заключил же контракт на свою голову.       — Какой контракт? — недоуменно спросила я, не спеша поднимать мелкого.       — Херовый, судя по всему... — раздраженно подвел итог лилипут, не получивший помощи. Тяжело вздохнув, я лениво подошла и подняла его за шкирку. — Слушай, — решив все-таки поделиться мудростью, сказал Лёва. — Ты хозяйка, я — твой дьявольский фамильяр. Мы теперь связаны узами контракта, ты обязана меня боготворить и защищать.       — Тему с фамильярами я знаю: хозяин — барин, а фамильяр — холоп, так что скорее ты должен подчиняться мне... — демоненок тут же притих, обдумывая дальнейшие слова.       Пока он был занят размышлениями, я заметила зеркало, в котором отражалось мое лицо. Теперь уже левый глаз поменял свой цвет, и не на золотой, как было с правым, а на кроваво красный. От такого сравнения меня затошнило. Перед глазами стояла картина солдата, пытающегося руками удержать свою жизнь, вытекающую из раны. Отпустив лилипута, я медленно пошагала к кровати.       — Ладно! Так и есть! — обиженно крикнул лилипут. — Так как ты являешься «путешественницей», тебе предоставляется демон сопровождающий, а также дары, например, исцеление...       — Дары — это, по сути, читы? — заинтригованно поинтересовалась я. Лева уставился на меня непонимающим взглядом. Я улыбнулась и попросила его продолжить.       — У демонов нет физического тела в мире людей, мы вселяем наши души в сосуды, созданные нашими хозяевами. Свою игрушку ты неосознанно сделала таким сосудом, и мне пришлось проглотить свою гордость и вселиться в нее. Но на будущее, обычно сосудами делают трупы животных или людей. Ты даже не представляешь, как противно было отхаркивать плюшевую набивку...       — Я как-то на корабле таракана раздавила, вполне мог вселиться в него... — я уселась на кровать, наслаждаясь надутым лицом дьволенка. — Я оставила игрушку на корабле, так как ты проник сюда?       — В теле кота по лестнице, — небрежно бросил он. — От людей охраняют хорошо, но маленькое животное легко проскользнет.       — И какие же у тебя суперспособности? — меня ужасно интересовал этот вопрос. Он был больше похож на бред, но этот мир сумасшедший и это для него нормально.       — Нет, — через зубы проговорил демоненок. — Людской мир блокирует нашу магию. Редко, в местах трещин между мирами, можно её пробудить, но это случай один на миллион.       — Значит от тебя никакой пользы, — удрученно откинувшись на перину, я прикрыла глаза. — Что тебя заставило вызваться моим проводником, раз уж людской мир такая каторга для демонов?       — Я не бесполезный! — возмутился демон. — Да если бы не мой косяк, никогда бы не согласился! — грозно произнес Лева, но выглядел он невероятно мило. — К сожалению, у демонов одиннадцать лет — это уже уголовно наказуемый возраст...       — Я думала, ты старше... — лениво вымолвила я, теряя нить с реальностью. Демон что-то еще говорил, но я перестала его слушать.       Усталость за сегодняшний день навалилась на меня. Все проблемы после сна. Сейчас моей самой главной потребностью было отдохнуть, и я отключилась.