Я скучал

Они лежат на кровати. Чонгук переоделся в свою старую одежду, которую он оставил у хёна когда-то в прошлой жизни. Если задуматься, это было не так давно — прошло всего чуть больше года. Но время без лучшего друга, без самого близкого человека тянулось невыносимо долго. Всё это время он не мог принять то, что сказал ему Тэхён тогда, не мог понять, за что Тэхён отталкивает его. Поэтому сейчас, когда старший пообещал ответить на все вопросы, Чонгук просто не мог уйти. Они лежат лицом друг другу. Не спят, но никто из них не решается нарушить хрупкую идиллию. Тэхён просто боится называть настоящую причину. Он не выдержит увидеть на лице того, кого любит, отвращение. Он просто последний трус, и он не отрицает это. А Чонгук боится что-либо спрашивать, потому что Тэхён всегда закрывается, если пытаться заползти ему под кожу. Но ведь он пообещал мне. Чонгук скользит взглядом по выглядывающим из-под футболки рукам старшего. Так странно, обычно он закрывал руки одеждой… Зачем? Оказывается, они у него такие красивые. Он смотрит на золотистую кожу, родинки на руках, длинные изящные пальцы, и только одно желание набатом звучит у Чонгука в голове — прикоснуться. Чон медлит секунду, но отмахивается от сомнений — будь, что будет. Он осторожно подцепляет холодные пальцы Тэхёна своими, нежно продвигая руку под ладонь хёна. Старший резко выдыхает, придвигаясь ближе к Чонгуку. Младший отрывает взгляд от переплетённых пальцев и поднимает его вверх, встречаясь с глазами Тэхёна. Они смотрят болезненно. Оказываясь ближе к старшему, Гук сжимает его руку крепче и наконец спрашивает: — Что случилось, Тэ? Тэхён морщится, закрывая глаза, он инстинктивно хочет отдалиться, отодвинуться, и вообще спрятаться где-нибудь, лишь бы не обнажать свои глупые решения, свои неправильные, никому ненужные чувства. Но Чон держит его рукой, держит его взглядом. — Тэ, скажи мне, — шепчет Гук буквально в нескольких сантиметрах от лица Тэхёна, — я хочу знать. — Чонгук, прости меня, я... я люблю тебя…в смысле Резко замолчав, он сглатывает и не продолжает. Лежит ещё какое-то время с зажмуренными глазами, боясь увидеть выражение лица Чонгука, ожидая резких обидных слов… Но ничего этого не происходит. Тишина. Тэхён сам не замечает, как впивается ногтями в ладонь Гука. Тот начинает копошиться, пытаясь вытащить руку из крепкой хватки. Это конец — думает Тэхён. Он открывает глаза, и в тот же момент ладонь Чонгука мягко ложится на его щёку, а губы накрывают его губы. Тэхён застывает в ступоре, глупое сердце ускоряет свой темп так, что кажется пробьёт грудную клетку. Гук продолжает целовать бездвижные губы, ласково оглаживая большим пальцем песочную скулу. Осторожно, трепетно, как будто Тэ хрустальный, младший выцеловывает уголок губ, щёку, линию подбородка. Тэхён не верит происходящее, но чувство эйфории поглощает, заставляя отпустить себя, ответить на поцелуй. Чонгук опускает руку на талию старшего, притягивая того к себе, он оставляет дорожку поцелуев на шее хёна. Тэхён тает в этом ощущении, издавая несдержанный стон. Чонгук облизывает ключицу, подминая Тэ под себя и запуская руки под футболку. Он крепко обхватывает рёбра, поглаживает грудь, нежно цепляя уже затвердевший сосок. Загнанное дыхание старшего, его беспокойное ёрзание под Чонгуком — всё это распаляет Чона. Он получил ответ, и приобрёл что-то большее, что-то драгоценное, что-то, о чём мог только мечтать. Тэхён запускает руки в его волосы, то нежно, но требовательно оттягивая их, то спускаясь и впиваясь пальцами в шею. Чонгук опускается губами вниз — на живот Тэ, отчего старшего выгибает дугой, мышцы живота подрагивают, стоит Чонгуку коснуться их. — Я так давно люблю тебя, Тэ... Он смотрит на лицо Тэхёна, встречая его взгляд — сумасшедший и умоляющий: — Пожалуйста, Чонгук. — Чего ты хочешь, хён? Я сделаю всё, что ты захочешь. Чонгук продолжает истязать тело Тэхёна нежными поцелуями и поглаживаниями. Он тянет старшего на себя, аккуратно снимая с него футболку, и поворачивает к себе спиной. Гук сидит, широко расставив колени, Тэхён, в такой же позе, умещается между них. Он крепко прижат к груди Чона, пока тот посасывает мочку уха и горячим дыханием щекочет чувствительную шею. Почувствовав контроль над телом старшего, он слегка толкает того вперёд, поддерживая за живот так, что Тэ оказывается на коленях лицом в подушку. Чонгук приподнимается, вид на такого Тэхёна, в этой откровенной даже в обычных домашних штанах позе, на его раскрасневшееся лицо, приоткрытые губы, разметавшиеся по подушке волнистые волосы — это идеально, идеально для Чонгука. Он пристраивается своим твёрдым возбуждением к упругой заднице Тэхёна. Старший задушено стонет, утыкаясь лбом в подушку, сильнее прогибаясь и подаётся назад, плотнее прижимаясь к Чону. Младший быстро стягивает с себя футболку и ложиться грудью на спину хёна. Одной рукой он вплетается в пальцы Тэ, другой сжимает его член через штаны. Он чувствует, как старший нетерпеливо трётся о его пах, и повторяет свой вопрос: — Чего ты хочешь, Тэхён? Тэхён капризно хнычет, не желая говорить вслух то, что поглотило его разум и тело без остатка. — Тебя, — на полустоне сладко выдыхает он. — Я с тобой, здесь и сейчас, — Чонгуку недостаточно, он хочет услышать от Тэхёна признание, неприкрытую правду. — Хён, только попроси. У старшего больше не остаётся ни крупицы самообладания или терпения, и он нетерпеливо выпаливает: — Боже, сделай что-нибудь Чонгук, пожалуйста… Х-ха, Гуки, блять. — Чонгук раздраженно стягивает штаны с Тэхёна и откидывает их куда-то в сторону. Чонгук плавится от стройных, подтянутых ног старшего. Чёртов Ким Тэхён, не человек, а произведение искусства. Он оставляет поцелуй на плече Тэхёна, хрипло спрашивая: — У тебя был секс с парнями? Тэхён дрожит, и Чонгук улавливает это, притягивает старшего к себе, сажая на колени. Пока ждёт ответ, он крепко обнимает своего мальчика, пытаясь объять собой как можно больше его тела. Он хочет, чтобы Тэ чувствовал себя в безопасности. — Нет, — звучит тихо, но не испуганно. — Смазка в нижнем ящике, — старший кивает на тумбочку у кровати. — Я сделаю всё аккуратно, хён, — с этими словами Чон переворачивает Тэхёна вниз лицом, и одновременно тянется за смазкой. Он подхватывает Тэ под живот, нежно приподнимая и подкладывая под него все подушки. Самое время сказать спасибо любви Тэ спать в куче подушек. Чонгук оставляет поцелуй на задней поверхности шеи Тэхёна, целует каждый позвонок по пути к сочной заднице, половинки которой он прямо сейчас с ощущением блаженства крепко сминает пальцами. Случайно или нет (совершенно нет), младший иногда задевают пульсирующее колечко мышц, пуская разряд по телу Тэхёна, на что тот реагирует сладким стоном. — Ты такой отзывчивый, хён. Я ведь даже еще не коснулся тебя по-настоящему, а ты уже весь течёшь, — Чонгук смакует на языке эти слова, одновременно смущая и возбуждая старшего. Чон давит на поясницу Тэхёна, другой рукой подтягивая его к себе, наклоняясь и шепча старшему прямо в ухо: — Давай дорогой, подставь мне свою попку посильнее. Тэхён настолько теряется в чувствах, что упускает момент, когда заботливо согретая младшим смазка, растекается по его дырочке и обильно затекает внутрь. Чонгук проталкивает палец на одну фалангу, от чего Тэхён стонет и сильнее раскрывается для Чона. Младший проталкивает палец до конца, и, не встретив сопротивления, вытаскивает и сразу же толкается снова. Он на мгновение замирает, следя за реакцией хёна. Полностью ею удовлетворённый, он добавляет ещё смазки и медленно начинает вводить уже два пальца. Техён болезненно ахает, инстинктивно пытаясь отстраниться, но Гук крепко держит его за бёдра, не позволяя. — Да, я знаю, Тэ, нужно немного потерпеть, дыши глубже. Пальцы Чонгука наполовину в Тэхёне, а старший всё также напряжён. — Ты должен постараться расслабиться, иначе тебе будет больно. Хён, ты доверяешь мне? Тэ, тяжело дыша, подаётся назад, давая немой ответ на вопрос Чона. Гук продолжает вводить пальцы глубже. Постепенно он чувствует, что узкие стеночки Тэхёна расслабились, освобождая место для манёвров. Он начинает оглаживать их изнутри, разводить, поворачивать и сгибать пальцы. Чон задевает чувствительный комочек на передней стенке и Тэхён внезапно взрывается оргазмом. Эта вспышка накрывает так неожиданно — он ещё никогда не кончал, не дотрагиваясь до себя. Тэхён стонет громко и протяжно, обильно изливаясь на смятое одеяло. Если бы не усталость, накрывшая его вслед за оргазмом, он бы уже сгорел от стыда за звуки, которые издавал, и за испачканное постельное бельё. Но сейчас он просто обмякает в руках Гука. Младший помогает Тэ перевернуться на спину, перекладывая подушки ему под голову. Чон склоняется над полулежащим Тэхёном и нежно, но требовательно целует его. Тэ расслабленно отвечает на поцелуй, всё еще витая где-то после оргазма. Он приходит в себя, когда чувствует пальцы, заполняющие его в снизу, явно не ожидая этого. — Что…ах… Чонгук, — он цепляется за крепкое предплечье младшего, пытаясь отстраниться. Боже, и когда он успел стать таким большим? — мысли путаются в голове Тэхёна. — Мы ещё не закончили, хён, — воркует Гук. — Твоя дырочка вся пульсирует и течёт, Тэхён~а, — знаешь, она просит мой член, дорогой. Тэхён продолжает впиваться короткими ногтями в руку Чонгука, но уже не отталкивая её, он выдыхает, нервно проводит языком по губам и закусывает нижнюю. Внизу живота всё снова стягивается в пульсирующий узел. — Оу, хёну нравятся грязные словечки, — Чон растягивает слова, смотрит хищно, поднимая бровь, — только посмотри на себя, твой член встал через минуту после того, как ты обкончал всю кровать. — Он склоняется к лицу Тэ и шепчет ему прямо в ухо, обжигая горячим дыханием, — ты такой развратный, дорогой. Чонгук ритмично трахает Тэхёна тремя пальцами, каждый раз проезжаясь по простате. Тэхён задушено дышит, стараясь проглотить стоны, он уже сам подмахивает Чону бёдрами, отчаянно желая продолжения. — Гу-ки, я хочу больше…ах…вставь уже его…ах…пожалуйста…ах-ха…быстрее! — Кого, детка? — Мммм, блять, Чонгук, член, ах… вставь в меня свой член, хаа-а, я больше не могу… Чонгук! — старший срывается на стоны, шире разводя колени и запрокидывая голову. Гук резко выходит и перехватывает член Тэ у основания, не давай кончить. Тэхён вздрагивает от неожиданного прикосновения к своему члену и внезапной пустоты внутри. Он готов расплакаться от того, что Чон не дал ему получить разрядку. Старший скулит и нетерпеливо ёрзает под Чонгуком, потираясь об его коленку, в жажде получить хоть какой-то контакт, пачкая её вытекающей смазкой. — Чонгукиии… — Становись на колени, Тэхён. Доминирующий тон Чона прошибает старшего, и он не может оторвать взгляд от такого Гука. Его милый мальчик, которого он любил и оберегал с самого детства, который ходил за ним хвостиком, постоянно задавал наивные детские вопросы и смотрел на него огромными искренними глазами, сейчас сидит перед ним полуобнажённый и такой ахуительно сексуальный. Он заворожённо смотрит, как младший стягивает штаны с голого тела. Тэхён немного выше него, но Чон гораздо больше. Его тело так преобразилось с тех пор, как Тэ видел его в последний раз: красивые крепкие мышцы на руках, груди, животе, бёдрах перекатываются при каждом движении младшего. Тэхёна ведёт от того, как мощное тело Гука с лёгкостью и нежностью контролирует его изящное и тонкое. Он цепляется взглядом за член Чонгука, до этого скрытый штанами — он внушительных размеров, увитый выпирающими венками, с упругой розовой головкой и тянущейся ниточкой предэякулята. Рот наполняется слюной, и Тэхён тяжело сглатывает. О, боже. Чон ловит рассредоточенный взгляд Тэ, беззастенчиво изучающий его тело, и читает в нём тягучее желание. Гук улыбается, приподнимает подбородок Тэхёна и нежно целует в приоткрытые губы, возвращая внимание Тэ на себя. — Хён, ты слышал меня? Переворачивайся. Старший смотрит на лицо Чонгука, теряясь в его по-прежнему огромных тёмных глазах, источающих любовь. У него никак не получается поймать нить реальности — чувства слишком сильно захлестнули его. Поэтому Гук сам переворачивает Тэхёна, возвращая того обратно в коленно- локтевую. Он целует спину, спускаясь на мягкие половинки, и нежно поглаживает бёдра. Гук выдавливает больше смазки, размазывая её по своему члену и добавляя на раскрасневшееся колечко мышц. Одной рукой раздвигая ягодицы, второй он направляет член в истекающую дырочку. Она начинает мягко засасывать розовую головку внутрь. Чонгук и Тэхён одновременно стонут. Гук останавливается, давая Тэхёну привыкнуть, продолжая массировать его ягодицы и оглаживать бока. Тэхён дрожит и нервно дёргается бёдрами к Чонгуку, пытаясь быстрее насадиться на его член. Гук успевает перехватить талию Тэ, не позволяя старшему причинить боль самому себе. — Нет, Тэ, так нельзя. Тебе будет больно, дорогой. Потерпи, будь послушным мальчиком. Тэхён молчит, тяжело дыша, и доверяется младшему. Гук продолжает медленно входить. Он не вошёл даже ещё на треть, когда Тэ болезненно дёргается, сжимая Чона внутри. Из глаз брызгают слёзы, и старший с силой жмурит глаза. — Ты должен помочь мне, хён, — глубоким голосом просит младший, — постарайся расслабиться. — Он тянется к возбужденному члену Тэ, начиная нежно надрачивать ему. — Ты такой красивый, Тэ, я просто с ума схожу от тебя, — тянет Чон, — такой чувствительный и сладкий, я так скучал по тебе, хён. — Чонгук продолжает нашёптывать нежности на ушко старшему и очень медленно, миллиметр за миллиметром, проталкивается глубже. Тэхён, лежавший, до побеления пальцев вцепившись в простыни, старается сделать то, о чём попросил его Гук. Благодаря Чону у него получается, и боль начинает затихать, уступая мучительно тягучему наслаждению. — Вот так Тэ, ты молодец…ах-хаа…хороший мальчик. Ещё немного, и ты примешь меня полностью, Тэ-тэ. Тэхён начинает тихо постанывать от ощущения распирающей заполненности внутри. Чонгук входит до конца. Он даёт Тэхёну время, мягко покачиваясь. У Чона кружится голова — он так долго сдерживался, что больше не может терпеть. Младший полностью выходит и снова резко вгоняет член до основания. Тэхён громко стонет и в исступлении падает лицом в подушку, выпятив задницу ещё сильнее. — Тэхён~а, ммм… — Чонгук то нежно обводит половинки старшего, то грубо сжимает их, растягивая дырочку по середине, — ты в порядке, Тэ? Тэхён что-то мямлит — он не может собраться с силами, чтобы произнести хоть что-то членораздельное, поэтому просто поворачивает голову набок так, чтобы Чон мог увидеть и судорожно кивает. Чонгук убеждается, что его мальчику хорошо и опускает себя: он закрывает глаза, расправляя плечи и откидывая голову назад, крепко обхватывает Тэхёна, чувствуя под пальцами его тазовые косточки, и делает мощный толчок бёдрами вперёд. — Ты блять такой узкий, хён, просто ахуеть…ах-ха, чёрт… Под закрытыми веками разрываются фейерверки, Гук хрипло стонет. Он уверенно и ритмично вбивается в Тэхёна. Тэ приподнимается на вытянутых руках, желая заполучить член Чонгука ещё глубже. Чонгук резко переворачивает Тэ на спину, лёгким толчком заставляя того лечь. Он одной рукой за лодыжки подхватывает ноги старшего, тянет на себя, закидывает их на своё плечо, так, что Тэхён оказывается буквально висящем на Гуке. Член снова заполняет Тэхёна без остатка. Чон перехватывает ноги Тэ за бёдра, фиксируя старшего. Гук теряет остатки самоконтроля и жёстко втрахивает Тэхёна в кровать. Даже на такой скорости его тренированное тело не сбивается с темпа. Он стонет и любуется своим идеальным мальчиком. Тэ выгибается, закидывает голову, кусает губы, его щёки лихорадочно горят. Он пытается сделать вдох, но стоны не позволяют ему. Тэхён звучит так, будто сейчас сорвёт голос. Он мечется, пытается удержаться на одном месте, беспорядочно цепляясь за край кровати, простыни, одеяло, подушки. Чонгук оставляет россыпь поцелуев на ногах старшего, продолжая неотрывно смотреть на Тэхёна. Он чувствует подкатывающую волну оргазма. Чёрт, презерватив…так не хочется выходить из него. — Тэ? Тэ не слышит его — он в полном раздрае. — Тэхён, — громче зовёт Гук. Наконец поймав на себе потерянный взгляд, он со сбившимся дыханием спрашивает: — Можно я кончу в тебя? Я чист, клянусь. — Да, господи блять, пожалуйста, Гуки, кончи в меня, даа…аах-ха, — последнее «да» переходит в громкий глубокий стон, Тэхён закатывает глаза, и его собственная сперма брызгает на живот и грудь. Увиденная картина доводит Чонгука до взрыва, он хрипло стонет, не переставая вдалбливаться в мягкое податливое тело старшего, доходя до экстаза и изливаясь глубоко внутри Тэхёна. Он тяжело валится на кровать рядом с затраханным Тэхёном. Немного отдышавшись, Чонгук приподнимается на локте, заглядывая в лицо старшего. Взгляд того как-то рассеянно плавает по потолку, ни на чём не концентрируюсь, глаза томно прикрыты. Тэхён дышит тихо через приоткрытый рот. На нижней губе запеклась кровь. Щёки всё ещё красные. — Тэ? — обеспокоенно спрашивает младший — как ты себя чувствуешь? Тэхён ничего не отвечает, только задерживает нечёткий взгляд на Чоне. — У тебя что-то болит? Чёрт, он выглядит определённо не нормально. Тэхён продолжает зачарованно смотреть на Чона, никак не реагируя на слова младшего. В его глазах нет испуга или боли, только спокойствие и усталость. Чонгук успокаивается и целует любимую родинку на носу, заботливо поглаживая щёку старшего. — Я принесу воды. Спустя минуту Чонгук появляется с бутылкой воды и смоченным полотенцем. Тэхён по-прежнему не может выйти из полусознательного состояния. Он внимательно следит за Чонгуком сквозь щёлочки чуть приоткрытых глаз. Чон не может видеть этого из-за густых тёмных ресниц старшего. Он аккуратно приподнимает Тэ со спины, садясь сзади. Вкладывает в слабую руку открытую бутылку и помогает Тэхёну попить, поддерживая его под локоть. Тэ медленно осушает бутылку, немного приходя в себя. Его тело расслабленно опирается на грудь Гука, в то время как тот заботливо обтирает грудь, живот и пах старшего. Чонгук утыкается носом в макушку Тэ, волосы приятно щекочут лицо, он вдыхает в лёгкие любимый тёплый запах хёна, чувствуя всеобъемлющую любовь к человеку, мерно дышащему в его объятиях. Он забирает пустую бутылку из наконец-то тёплых пальцев Тэхёна, и нежно укладывает того на подушку. Сквозь дрёму Тэхён чувствует мокрые прикосновения у себя меж ягодиц и на внутренний поверхности бедра — младший заботливо обмывает его. Тэ ощущает точечное прикосновение к воспалённому колечку мышц и шипит. — Чшш, немного пощиплет, — Гук дует на саднящую кожу, забирая болезненные ощущения, и Тэхён окончательно проваливается в сон.