Ангелочек

Время перевалило за полночь. Мужчина удобно расположился на кресле в своем кабинете, перелистывая очередные отчеты по финансам. Чонгук только недавно вернулся с работы, сразу же засев за бумагами, решив не откладывать дела на другие дни. Альфа всегда возвращается домой не раньше десяти вечера, иногда задерживаясь до самой поздней ночи, если на то вдруг возникли причины. Обычно главным поводом задержки являются походы в клуб или в другие похожие заведения, где можно провести хорошую ночь с красивыми омегами. Чонгук чаще всего занимается сексом именно с девушками, ведь те, по мнению мужчины, разбираются в этом лучше и умеют правильно удовлетворять альф. Очень редко он заказывает парней, а даже если и заказывает, то с недавних пор исключительно молодых светловолосых мальчиков, что так похожи на его милого сына. Альфа и не помнит, с какого момента он начал возбуждаться от своего малыша… Наверное, после его дня рождения, на котором ему исполнилось шестнадцать. Как-то раз, он случайно застал его купающегося голенького в ванной, тот аккуратно намыливал свое тельце, поглаживая сладенькие ножки и размазывая пену по всем участкам кожи. А когда маленький Тэ, не замечая чужих взглядов на себе, повернулся и открыл взору свою попку и маленькую писю, Чонгук понял, что начинает медленно, но верно сходить с ума. Его безумно возбуждал вид своего прелестного мальчика. Хоть Чон и был извращенцем, который любил совращать омег и подчинять их себе, он знал и понимал, что его маленького Тэхена трогать нельзя. Он был самым младшим в семье, тем более омежкой, поэтому к нему требовалось особое отношение. К своим дочерям Чонгук относился не с таким трепетом, как к своему маленькому сыну, ведь те были гораздо развязнее и порой часто смели ослушаться отца, несмотря на то, что Чон является главным авторитетом в доме. Тэхен же никогда таким не был, он вел себя очень послушно, что и нравилось старшему альфе. Чонгук после случая в ванной еще долгое время просто наблюдал, никак не трогая омегу, ведь тот был для него слишком маленьким, несмотря на наступивший возраст согласия, но недавний поход к врачу заставил альфу стереть все границы… С того момента прошло всего четыре дня, но к сожалению, мужчине никак не удавалось долгое время побыть наедине со своим мальчиком, так как тот уехал на двухдневную школьную экскурсию в другой город. И все это время Чон постоянно прокручивал у себя в голове невинный, но до дрожи притягательный образ омеги. Он представлял, как будет подчинять того себе, ласкать самые сокровенные местечки и делать его целиком своим. Чонгук уже вряд ли сможет сдерживаться, ведь желание завладеть Тэхеном полностью его затмило. Альфа разглядывал последний лист отчета, откинувшись на спинку кресла, как вдруг по телу пробежала сладкая дрожь, заставляя мужчину прикрыть глаза. Черт, он снова представил у себя в голове своего мальчика с раздвинутыми ножками, который лежал на кушетке… Тот выглядел таким стеснительным и растерянным, пытаясь прикрыться от двух взрослых альф, что пристально за ним наблюдали. Чонгуку несомненно нравилось происходящее, но еще больше ему нравилось, как Тэ смотрел на него своими большими голубыми глазками, ища в нем защиту и поддержку. Как же хочется прямо сейчас отложить работу, встать со стола и направиться в комнату к любимому мальчику, прижать того к постельке и… Нет, он не будет продолжать, ведь не знает, насколько далеко все зайдет, но одно знает точно — сегодня он позволит себе чуточку больше. Чонгук с томным вздохом встает из-за стола, чувствуя безумное возбуждение. Его мальчик вернулся домой несколько часов назад, даже не заглянув в кабинет к отцу, ибо тот знает, что когда альфа работает — его тревожить нельзя. Какой же он у него воспитанный и послушный… Мужчина направляется к выходу из кабинета, по пути ухмыляясь, предвкушая встречу. Добирается он до нужной комнаты быстро и, даже не постучавшись, открывает дверь, заходя внутрь. Комната встречает его мраком, свет был выключен, только неприкрытое окно немного освещало большую круглую кровать, на которой сладко спал мальчик, прижав к себе мягкое одеяло. Альфа тихо закрывает за собой дверь, медленными шагами направляясь к постели, замечая выглядывающую из одеяла светлую макушку. Чонгук, не теряя момента, снимает с себя футболку и откидывает ее в сторону, оголяя накаченный торс. Он подходит ближе и забирается сверху на кровать, расставляя руки по бокам от омеги и придавливая того своим сильным телом. Мужчина аккуратно убирает одеяло в сторону, раскрывая перед собой тельце его ангелочка. Маленький Тэ спал в одной кофте и хлопковых белых трусиках, что плотно облегали его кисоньку. Чонгука ведет… Он наклоняется и осторожно переворачивает спящего омегу на спинку, тут же припадая к нежной шее с глубокими поцелуями. Он целует несильно, но в то же время чувственно, засасывая тонкую кожу. Как же сладко пахнет его мальчик… Альфа кладет крепкие руки на тонкую талию, приступая гладить плоский животик, не отрываясь от манящей шеи. Внезапно мужчина чувствует под собой дрогнувшее тело и теплые ладошки на своих широких плечах. Проснулся… — М-м… — сонно мычит Тэхен, разлепляя глазки, до конца не осознавая происходящее, но как только он замечает перед собой отца, резко удивляется. — Папочка, ч-что ты… — Тихо, — прерывает его альфа, поднимая взгляд на омегу. — Папочка просто сильно соскучился по тебе… Чонгук гладит своего мальчика по щеке, встречаясь с его напуганным взглядом. Тот уже собирается оттолкнуть своими ручками отца и прижать коленки к животу, но руки мужчины, которые резко обхватывают омежьи запястья, не дают этого сделать. — Не дергайся, малыш. Полежи спокойно, — немного грубо приказывает Чон, сильнее сжимая тонкие запястья. Тэхен сразу же хнычет, не понимая, что происходит. — М-мне больно, папочка, отпусти… — просит мальчик, шипя от сильной боли в запястьях. — Пожалуйста… — тихо добавляет, с растерянностью глядя на нависшего над ним альфу. Чонгук, как только услышав жалобный скулеж омеги, сразу же отпускает его ручки, с сожалением поцеловав их. Ему нужно контролировать себя, но это сложно делать, когда нереальное возбуждение бьет в голову. — Прости меня, котенок, — низким голосом проговаривает мужчина, медленно пробираясь рукой к ножкам омеги, разводя их в стороны, а затем кладя ладонь прямо на киску мальчика, поглаживая. — Я очень сильно хочу поласкать тебя и твою писю, ты разрешишь мне? Тэхен сразу же напрягается от такого интимного вопроса, ведь это впервые, когда отец так откровенно ведет себя рядом с ним. Маленький омега чувствует на своем местечке большую горячую ладонь альфы, которая поглаживает его писю через ткань трусиков, даря приятные ощущения. Мальчик негромко стонет, почему-то пододвигая свою киску на встречу ласкающей руке. Это слишком приятно… — М-мм… — Тэ не выдерживает и мычит от резкого удовольствия, когда ладонь мужчины внезапно сжимает киску. — А-ах… Чонгук ухмыляется, видя реакцию своего малыша. Он начинает интенсивнее сквозь ткань ласкать мягкую писю, чувствуя, как на ткани трусиков появилось влажное пятно. — Боже… — блаженно вздыхает мужчина, не прекращая двигать ладонью. — Твоя пися уже течет. Малыш, тебе нравится, как я тебя трогаю? Ты уже такой мокренький… Омега прикрывает глаза, возбуждаясь от слов отца. Почему так приятно чувствовать его прикосновения? Это же его папочка, так нельзя, но он почему-то не может остановиться толкаться киской в чужую руку, прося еще больше. — М, папочка-а-а… — с трудом выговаривает омега, закрыв глаза и откинув голову на подушку. — Еще, я хочу еще… Чонгук вздыхает от сильного возбуждения и закусывает губу, видя, как сильно его мальчику нравятся такие интимные ласки. Он знал, что тому станет приятно, но не представлял, что настолько сильно. — Господи, малыш… — хриплым голосом проговаривает мужчина, похлопывая ладонью по влажной киске. — Я так хочу снять с тебя трусики и увидеть твою голую мокрую писю… Альфа не выдерживает и одним движением снимает с омеги хлопковые трусики, открывая перед собой нереально возбуждающую картину. Перед ним прелестная толстая киска его мальчика, которая во всю истекает приятно пахнущей смазкой. — Папочка… — омега раскрывает глазки, видя то, с каким наслаждением отец смотрит на его писю. — Пожалуйста, потрогай меня там, я о-очень хочу… Чонгук часто дышит, чувствуя, как у него горит от возбуждения член. Он сильнее разводит руками ножки своего мальчика, делая так, чтобы киска омеги полностью раскрылась. Он видит пухлые половые губки, которые нереально влажные, а также открывшийся перед ним маленький клитор. Альфа облизывается, собирая большим пальцем вытекающую смазку и размазывая ее по клитору. Он аккуратно щипает пальцами половые губки, отмечая про себя, что они безумно мягкие. Мужчина долго не терпит и начинает дрочить своему мальчику, совершая круговые движения пальцами вокруг клитора. Его мальчик в это же время не сдерживается и сладко стонет, окольцовывая ручками шею альфы. — Да, господи, да… — с наслаждением проговаривает Чон, не веря, что он наконец-то дрочит своему мальчику. — Тебе нравится, малыш? — спрашивает мужчина, смотря на омегу, что от удовольствия громко дышит, прикрыв глазки. Тэхен сквозь пелену возбуждения сначала не слышит вопрос альфы, но потом все-таки его различает, слабо кивнув. Ему не то, чтобы нравится, он впервые в жизни испытывает настолько неописуемые и яркие ощущения. Он в преддверии оргазма ухватывается рукой за рядом лежащую подушку, сильно сжав ее, когда Чонгук начинает двигать пальцами интенсивнее, то и дело задевая влажный клитор. Вдруг омежка прекращает стонать, чувствуя, как наполненный мочевой пузырь резко дает о себе знать, заставляя бедного мальчика бороться с сильным желанием пописать. — Ах, папочка-а-а… — мычит омега, задевая ладошкой плечо мужчины, заставляя обратить на него внимание. — Я… я не могу, я сейчас описаюсь… — плаксиво хнычет. Чонгук удовлетворенно хмыкает, мысленно понимая, что все-таки врач был прав. Хорошенькая стимуляция заставила его мальчика захотеть пописать. Он в очередной раз закусывает губу, одну руку кладя на внутреннее бедро омеги, интимно поглаживая, другой же продолжая хлопать и дрочить по сладкой кисоньке. — Детка, — шумно вздыхая, до дури низким от возбуждения голосом окликает омегу. — Пописай, мой мальчик, давай, — подталкивает его к действию, в один момент начав несильно пошлепывать писю, заставляя этим омегу издать громкий от наслаждения стон. — Папочка безумно хочет, чтобы его малыш пописал. Маленький Тэ не выдерживает и все-таки пускает горячую струю прямо в ладонь мужчины, пачкая постельное белье. Он громко охает, выплескивая все, что долгое время копилось в его писе. Омега сильно жмурит глазки, когда по телу пробегается внезапная волна наслаждения. Это его первый в жизни оргазм… — Да, солнышко, молодец, — подбадривает его Чон, контролируя то, как из писи вытекают струйки. — Ты сквиртишь, малыш… — зачаровано подмечает альфа, погладив своего мальчика по влажной писе. — М-мм… Тэхен вздрагивает, прекращая писать. Омега устало закрывает глазки, поудобнее устроив голову на подушке. Его до сих пор трясет от пережитого крышесносного оргазма. — Папочка, я устал… — подает голос омега, краем глаза следя за тем, как альфа бережно надевает обратно на него трусики. — Я знаю, котенок, отдыхай, — ласково отвечает мужчина, погладив омегу по мягким пушистым волосам. — Я был бы не против еще пососать тебе, вылизать твои соки, но ты слишком слаб сейчас, поэтому это уже в следующий раз, — улыбается Чонгук. Тэхен ничего не отвечает, чувствуя, как у него покраснели щечки. Он еще долгое время будет думать о том, что сейчас произошло. Вероятно, он даже не сможет уснуть этой ночью, но одно он знает точно — сегодня ему было невероятно хорошо. — М, хорошо, папочка… — тихо соглашается омега, натянув на себя одеяло. Чонгук встает, напоследок поцеловав своего мальчика в лоб, совсем тихонько прошептав на ушко: — Сладких снов, ангелочек. Теперь ты целиком папочкин малыш.

***

Тэхен просыпается, жмуря глазки от лучиков солнца. Омега тихо зевает, удобнее вытягивая ножки на мягкой постели. Этой ночью он практически не спал, размышляя об отце и произошедшем. Несомненно, маленькому омежке стало стыдно за свое раскованное поведение перед альфой. Несмотря на то, что ему было безумно приятно, ему не стоило так громко стонать и заявлять о своих желаниях. Но разве можно было сдерживаться в таких горячих и крепких руках отца? Маленький Тэ теперь не представляет, как будет смотреть в глаза альфе. Только вместе со смущением и неловкостью малыш ощущает ещё и легкое возбуждение, желая продолжения ночных ласк. Чонгук делал ему безумно приятно… И теперь Тэхен даже и не представляет, что будет, если он испытает что-то большее, чем простые прикосновения. Омега, борясь с желанием полежать в постели ещё несколько минут, все же откидывает одеяло и встаёт. Как только он садится на край кровати, то чувствует легкие покалывания в писе. Малыш приспускает трусики немного вниз, замечая, что его киска чуть-чуть припухла и покраснела, а на белье красуется огромное влажное пятно. Скорее всего это из-за того, что после ночи он не вытирался… Воспоминания об этом заставляют мальчика снова возбудиться, но ему удается откинуть эти мысли и начать переодеваться. Накинув на себя легкую белую кофту и короткие шортики, малыш выходит из комнаты, неспешно направляясь в зал, где громко доносятся голоса и шум. Зайдя в просторную гостиную, Тэхен сразу же замечает сидящего на большом белом диване Чонгука. Альфа принял расслабленную позу, откинувшись на спинку и широко расставив крепкие бедра, на которые омега моментально кидает взгляд. Но самое главное, что заставляет мальчика смутиться пуще прежнего — это сидящие рядом с альфой его сестры, что хихикают и лезут к Чону целоваться. Мужчина хватает старшую за талию, грубо притягивая к себе и врываясь в ее губы с глубоким пошлым поцелуем. Та с особой жадностью отвечает, сжимая в руках темные волосы альфы. Маленький Тэ смотрит на это со стороны, чувствуя появившуюся обиду в груди, ведь сам того не осознавая, он ревнует Чонгука. Омега так и продолжает тихонько наблюдать у стены, от волнения теребя края своей кофточки, не выдавая свое присутствие, пока его не замечает младшая сестра, сразу же с колкостью к нему обращаясь: — Доброе утро, Тэхен-и, — приторно тянет, наигранно улыбаясь уголками губ. — Как тебе спалось? Кстати говоря, это же твои грязные трусики в корзине в ванной? Я невзначай заметила, и знаешь… — хитро тянет паузу, накручивая длинный локон на палец. — У тебя так много выделений, что я аж удивилась. Точно все хорошо у тебя? — дразняще спрашивает. Чонгук, услышав любимое имя, с громким звуком разрывает поцелуй и отрывается от дочери, тут же бросая взгляд на поникшего и растерянного мальчика, что от выданной реплики сестры смущенно забегал глазками по комнате. В том, что у него много выделений, альфа недавно убедился сам, но в этом и заключается вся сладость его малыша. Тот выглядит таким сонным и нежным, что мужчина разглядывает его, не отрываясь. Альфа пошло толкает язык за щеку, когда видит на своей прелести короткие шортики, что оголяют стройные ножки. Хочется сейчас раздвинуть их так же, как и этой ночью. Какой же он прекрасный… — Милая, не обижай младшего брата, он омежка, а тем более мальчик, — кидает замечание девушке, встречаясь с неуверенным взглядом Тэхена. — Лучше сядь на колени и сделай отцу приятно, — усмехается. — А ты, малыш, — обращается он уже к Тэ. — Подожди меня в ванной, у меня к тебе важный разговор. Тэхен вздрагивает, уже собираясь ответить альфе, но слышит лязг расстегивающейся ширинки, а дальше видит устроившуюся на полу сестру. Омега вздыхает и молча удаляется из гостиной, по пути стараясь унять бешеное сердцебиение. Одно маленький Тэ понимает точно — от него теперь не отвяжутся. И он совсем этого не против…