Боги из далёких звёзд

* * *

— Расскажешь о ваших планетах?  — Я думал, что ты только о них и читал в библиотеке, — Вигго усмехается и смотрит на омегу снизу-вверх, продолжая массировать ему ноги. Иккинг немного жмурится от боли и слегка облокачивается спиной о диван позади, но это не облегчает боли в пояснице и в ногах. Он придерживает свой большой, округлившийся живот двумя руками и прикрывает глаза. — Всё ещё больно? — Вигго замечает  напряженный выдох омеги и ухмылка сползает с его лица. Иккинг просто кивает ему в ответ, — Скоро это все пройдёт и ты родишь.  — Но потом будет ребёнок, за которым нужно будет ухаживать. — Я буду рядом. — Но не всегда, — Иккинг лениво приоткрывает на него один глаз. — Ты можешь попросить помощи у бет. Я могу нанять тебе кого-то, чтобы он помогал по дому и в моё отсутствие.  Парень ничего не отвечает, но зато чувствует облегчение в ногах и это кладет улыбку на его губы. Вигго замечает это и тоже улыбается, поглаживая чужие икры. Они живут вместе уже почти полгода, потому что на третьем месяце Иккинг понял, что не справится в одиночку: кружилась голова, тошнило, болели ноги и поясница. Поэтому следующее предложение о переезде было принято и вскоре Вигго забрал его к себе. Прежнее раздражение пропало, сменилось на симпатию и хоть Иккингу и было непросто понять и принять свои чувства, но он это сделал: он не может их контролировать и внезапная тоска по альфе только обострялась, угрожая стать совсем невыносимой, если он не получит заботы Вигго. Это было странно и спонтанно, ведь он не собирался встречаться с альфой, но что-то Иккингу подсказывало, что здесь хорошо сыграли гормоны и сама беременность, привязав его на каком-то физическом уровне. Что ж. Он просто принял это и дал своему организму то, что ему было нужно – внимание, заботу и секс от понравившегося альфы. Вигго это состояние умело закрепил поцелуями и заботой и вот теперь они здесь: живут вместе, разделяют быт и кровать и готовятся к появлению ребенка. Вигго по-прежнему ходил и к другим омегам, некоторые из них уже родили и требовали к себе больше внимания и Иккинг это прекрасно понимал. Несмотря на их неозвученные вслух отношения он все так же не ревновал. Почему? Да всё как и всегда: прекрасно знал, что какой-то моногамности и эксклюзивности ему не добиться, да и не нужно ему это было,  потому что несмотря на всех других омег он также получал свою долю внимания, которого ему вполне хватало.  Можно было бы сказать, что у них как-то всё спокойно и хорошо, хотя к этим отношениям они не готовились (разве что Вигго). — Ну так…Все-таки расскажешь? — Иккинг удобно устраивается спиной на подушках и рассматривает альфу. Тот мягко улыбается, ложится рядом и крепко обнимает его, с удовольствием тыкаясь носом в шею. Он спокойный и разморенный в тепле комнаты и Иккинг сам начинает расслабляться от того каким ленивым и сонным выглядит Вигго. Прямо как большой и довольный кот перед дневным сном.  — И что же тебе рассказать, моя любимая омега?  Вигго не перестает незаметно нюхать Иккинга, подмечая, что с беременностью запах стал сладковатым, как будто успокоившимся и более зрелым. Все-таки омеги – очень интересные создания и он искренне рад, что вальдам удалось найти Землю.  — Вы правда захватили почти всю галактику…? — Конечно правда, — альфа мило улыбается, морща нос и поблескивая глазами, — Скоро наша империя будет владеть ей полностью.  — Хм…И что тогда? — Иккинг вырисовывает на груди Вигго какие-то узоры, приятно ощущая рельеф его мышц через ткань футболки. — Будем править и пойдем за следующей галактикой. — …Зачем? Вы ведь и так владеете такими большими территориями, — омега отвлекается от своего занятия и ложится лицом на грудь мужчины. Его милые глаза смотрят прямо на Вигго и тот позволяет себе утонуть в этом зеленом, теплом отблеске прежде чем начать говорить. — Любой статус рано или поздно забывается, если не напоминать о нем и действия – лучший способ освежить память. Мы постоянно воюем, чтобы закреплять и усиливать свое величие, как единственной сильнейшей расы во всех возможных мирах, — его теплые ладони такие мозолистые, но на удивление ласковые, что Иккинг позволяет себе расплыться и понежиться с закрытыми глазами, — Такова наша природа. Ты прекрасно знаешь, что разное поведение формируется в разных обстоятельствах. Мы были сформированы таким образом. Война и битвы – это вся наша жизнь. — Но ведь ты говорил, что ум важнее силы. — Хах, мой дорогой, разве ум нельзя использовать в битве? Многие существа, которых я побеждал были всегда крупнее и мощнее меня. Спасло ли их это от поражения? — Вигго видит как Иккинг легонько хмурится и целует его в нос, не переставая умиляться, — Мы побеждаем потому что сражаемся с разумом, рассчитываем силы и удары, анализируем противника и его слабые стороны, а не потому что крушим всё подряд без разбора. Если бы мы сражались, не думая, то давно бы уже присоединились к вымершим видам. Иккинг думает над услышанным какое-то время, пытается примерить это на себя, но так и не может разделить мнение альфы. Он совершенно не принимал любое насилие и поэтому цель вечного завоевания была ему непонятна. Он мог просто принять это, как факт, но не мог разделить это мнение с Вигго. И альфа относился к его мировоззрению точно так же, что было неудивительно: каким образом сверхсильная раса завоевателей могла разделить устои обычной земной, очень мягкой и доброй омеги? —  И многих ты побеждал? — Очень многих. Хочешь услышать? — Вигго еще раз целует его в нос и улыбается так, что Иккинг явно чувствует его гордость своими победами. Он немного мнется, решая хочет ли слышать про сражения. С одной стороны интересно послушать какие-то истории, с другой стороны там могут быть детали насилия, но все-таки интерес оказывается сильнее и омега кивает. — Как ты и говорил ранее, я живу многие века по вашим меркам, но ты и не догадывался о том, что я застал великий этап очищения нашей расы и последующей войны.  — “Очищения”? Увх…Это же члены твоей империи, разве можно относиться к ним как к чему-то от чего нужно избавиться просто потому что они слабее? — В том, что мы от них избавились нет никакого унижения, как ты думаешь. Это была вынужденная мера и каждый вальд принимал смерть за честь, потому что это было во благо империи, — Вигго гладит парня по спине, когда тот вздрагивает от его слов, — Они просто выполняли свой долг и мы чтим их гибель с уважением.  — Да но из-за того, что вы сократили численность населения вас потом чуть не уничтожила другая сильная раса. — Да, но мы победили. — И какой ценой? У вас нет омег, ваша раса на грани вымирания. Какой толк в абсолютной силе, если вы сами поставили себя в убывающее положение, — Иккинг начал сердиться и это отразилось в его хмурой мордочке. Вигго не злился на него за это, потому что находил его надутые губы и грозный взгляд очень милыми, а ещё он понимал, что парень в чем-то прав здесь. — Да. Здесь есть…Доля правды, — альфа почесывает спинку партнера, но движения выглядят механическими, потому что в голове вертятся шестеренки, — Мы могли бы…Не так сильно стремиться к идеалу. Но. Всё-таки мы победили, а ещё нашли вас, так что наша империя продолжит существовать и расти. — А если придёт кто-то сильнее? Кто-то лучше? — Тогда мы будем побеждены и убиты. И теперь эта раса будет править в галактике, пока не придёт ещё кто-то более сильный. И так далее-далее-далее. Таковы законы нашего мира и ты не сможешь их отменить, мой дорогой Иккинг. — Мне не нравятся эти законы, я не хочу играть по ним. — Вселенная никогда не заботилась о желаниях её жителей. Она просто есть и все и её правила – не важно насколько они ужасны или хороши – абсолютны. Никто не может стоять выше них. В ответ раздается хмурое молчание и Вигго опускает на омегу взгляд. Тот хоть и прижимался к нему, но прежняя расслабленность пропала, мышцы собрались и застыли, как у раздраженной кошки. Тогда альфа решил разбавить обстановку, решив, что зашёл как-то далеко со своими разговорами о силе и вселенной. — Но тебе нечего бояться, — он снова начал гладить Иккинга по спинке, надеясь, что тот посмотрит на него, — Твоя раса в безопасности под нашей опекой. Люди не будут участвовать в наших войнах, мы будем защищать вас и будем сами завоевывать вам трофеи. Вы будете главной частью нашей империи.  — Я не люблю военные трофеи… — когда омега поставил свой острый подбородок на грудь Вигго, он выглядел скорее грустным нежели раздраженным, — Я не хочу, чтобы кто-то страдал и не хочу принимать в этом участие. Никогда не хотел. Вигго молчит. У его омеги была мягкая натура, которую он сначала плохо понял (как и мораль людей в принципе), но теперь каждый раз ощущал трепет, когда Иккинг подкармливал бездомных котят или помогал незнакомым людям в каких-то мелочах. Иккинг был хорошим. Таких как он хочется защищать. Вигго не считает это слабостью (хотя в их расе подобное поведение не поощряется), просто потому что Иккинг был не из воинов и его поведение нельзя оценивать через их призму. Есть те, кто мир защищают, а есть те, кто создают. Иккинг был из создателей, а у них другая натура и нельзя на неё смотреть через оптику защитников.  — У тебя очень мягкая и хорошая натура, мой дорогой Иккинг. — Я думал вы считаете её слабой. — Я бы считал тебя слабым, если бы оценивал тебя стандартами воина. Но ты не завоеватель, так что оценивать тебя по их критериям неправильно, — тут альфа аккуратно переворачивается так, что Иккинг оказывается сверху, а он под ним, — А теперь я предлагаю перейти от сложных разговоров к более приятным действиям. Диван, конечно, хорош, чтобы сидеть на нем, но есть ещё более удобное место. — Уф… — румянец заливает щеки, губы краснеют в улыбке, — Какое? — Мое лицо, дорогой ~

* * *

В один из дней Вигго предлагает улететь с ним на его родную планету и Иккинг не знает, что ему ответить. Омега прекрасно чувствует натуру Вигго – он завоеватель и привык брать что угодно, не заботясь о желании других, просто потому что имеет такую возможность по праву силы. Его раса всегда делала так и омега не знает, сможет ли наверняка понять это, но ему кажется, что все-таки он способен полюбить Вигго с его природой. Он не так жесток и глуп, как казался ранее и не так груб, как остальные. Может…Может у них и вправду может получиться любовь?  Вигго не понимает молчания на его предложение, но решает подождать, потому что заботится о состоянии Иккинга. Омеги – хрупкие создания, и он очень не хотел бы, чтобы с ним что-то случилось.  Хотя раньше он бы наплевал на это и потребовал ответа, просто потому что привык к покорности, как к чему-то должному. Он всю свою жизнь забирал и отвоевывал, ибо имел силу и страх перед собственным величием. Иккинг даже не понимал, насколько могущественное существо лежало в его кровати: Вигго выжил в бойне на собственной родине, пережил и победил захватчиков, покорял миры и ещё не встретил существо, способное победить его. Разве что только одно…Милое, вредное, с красивыми зелеными глазами и запахом карандашей, но об этом он признается только в мыслях, а не вслух. Но может в один день это изменится? Он никогда не проигрывал и не собирался менять свои устои, пока не прилетел на Землю. У омег здесь и вправду была какая-то особая и очень странная сила влияния. Если бы Иккинг знал какой властью он обладает над альфами, то буквально мог бы преклонить их без каких-либо проблем. Но пока что он об этом не знает. Либо просто не использует за ненадобностью, ведь сильнейшее существо миров итак лежит перед ним и млеет от нежности без каких-либо уловок и соблазнений. Вигго изменился и нужно быть глупцом, чтобы отрицать этого. Он смягчился и не может ранить Иккинга, пока тот смотрит на него своими красивыми-красивыми, умными глазами. Он не знает: любовь это или нет и сколько она продержится, но сейчас он готов затыкать свою властную и сильную натуру и покоряться этой чудной омеге, которая очень скоро будет носить его ребенка на руках. Чуйка подсказывает, что тогда у него точно не останется шансов. Хотя навряд ли Вигго сказал бы, что это плохо – Иккинг ему очень нравится, чтобы противиться собственной слабости к нему. В один день он все-таки увезет его к себе на родину, покажет разные миры и они будут жить вместе. Быть может к тому времени их сын (это будет мальчик, он узнал это на УЗИ) уже станет взрослым, может нет – это совершенно неважно. Вигго улыбается своим мыслям и Иккинг, хоть и не знает о чем они, но тоже думает, что рано или поздно окончательно влюбится в альфу и согласится улететь вместе с ним.