Чёрный лебедь

       Щелчок камеры. Яркая вспышка осветила Макс, лежащую на холодном полу со связанными руками. С каждым последующим щелчком Джефферсон всё сильнее начинал сжимать камеру. —Всё не то! — резко выпалил он. — Не понимаю в чём дело?! Почему я не вижу в тебе твою прекрасную невинность, Макс?              После этих слов девушка, не осознающая кто она и где она, полностью отключившаяся от этого мира под действием наркотиков, начала двигаться. Марк пытался поймать кадр, но Колфилд не давала ему это сделать. —Лежи смирно, Макс! — выругался Марк, попутно замахиваясь на неё. Его глаза пристально всматривались в каждый сантиметр её тела. Джефферсон не переставал думать в чём дело и почему он перестал чувствовать в ней ту самую невинность, которая так сильно сводила его с ума. Резко мужские пальцы оказались на футболке Макс. Подняв её Джефферсон увидел то, чего боялся увидеть больше всего — кровавый след от поцелуя, гордо красующийся на её груди. Марк на секунду обомлел, в сознание начала приводить наступающая ярость. —Сучка...— прошипел сквозь зубы. Пустой взгляд постепенно менялся на звериный. —Как ты посмела утратить то, что по праву принадлежит мне… Его губы скривились. А после последовал резкий пинок прямо в живот, настолько сильный что Макс отлетела. Только благодаря своему бессознательному состоянию девушка ничего не почувствовала и не издала ни одного звука. Но это был вопрос времени. —Ты что творишь?! — из-за угла вылетел Нейтан, безумно наблюдавший за всем происходящим. Джефферсон успел перехватить его замахнувшуюся руку и скрутить, от чего из Нейтана вышел болезненный стон. —Маленький щенок, — прошипел Марк. — Ты думаешь я совсем тупой и ничего не понимаю? Радуйся, что я тебя до сих пор не прикончил, отброс Прескоттов-младший. После этих слов внутри Нейтана скрутился болезненный узел той самой веревки, что тянула его на самое дно. Дыхание становилось тяжелее, а паника нарастала сильнее. Но Прескотт из последних своих ничтожных сил пытался держать себя в руках. Без Макс он чувствовал себя таким обессиленным и ничтожным.       —Это ты лишил её моей невинности, — резко начал Джефферсон. Голубые глаза парня расширились от страха, от ожидания что будет дальше.       Все также удерживая Нейта, он продолжил:       —Ты же понимаешь, что тебе не выйти отсюда живым? Твоё место в земле рядом с Рейчел, рядом с такой же сукой, что и ты. Было забавно наблюдать, как ты всячески пытался найти человека, которому ты был бы искренне нужен. Но Нейтан…ты…никогда…не был…искренне…кому-то…нужен. Тебя никто никогда не любил и не полюбит. Потому что ты ненормальный псих! Всё что можно было с тобой делать — это пользоваться, как вещью.       Эхом проносились слова Джефферсона по каждому уголку сознания Прескотта, отдавая набатом в ушах.       

«Не нужен».

      

      

«Не любили».

      

      

«Не полюбят».

      

      

«Использовали».

      

      

      

      В чём Нейтан виноват? Почему все с самого начала отказываются от него? Что он сделал не так? Даже будучи ребёнком в чём его была вина, что родители просто плюнули на него?       Он пытался найти эту любовь в Рейчел, которая его кинула и выбирала всех, но только не его. В Джефферсоне, в котором он видел своего отца, но благодаря которому он оказался в этом дерьме и вероятнее всего из него уже не выберется. А как же ему хотелось бы хоть один день пожить нормальной счастливой жизнью. Любить и быть любимым, просто быть человеком, а не психом. Только один человек не считал его таковым…И ему никогда не быть с ней вместе. Никогда. Потому что Нейтан не тот, с кем можно было бы построить счастливое будущее.              Он бросил свой прожжённый от слёз взгляд на лежащее тело Макс.              Сколько же боли он ей доставил. То как он поступил с ней…В голове начали всплывать все моменты проведённые с Колфилд. Их было очень мало, но они оставили неизгладимый след в его жизни. Таким нужным он никогда себя не чувствовал. И ведь Макс до последнего верила, что сможет всех спасти и самое главное спасти Нейтана. Она так сильно старалась его вытянуть. От этой мысли у Прескотта поступил ком к горлу, он готов был разрыдаться прямо здесь и сейчас. Всё чего ему хотелось это броситься в объятья этой чудной девчонки, той самой хипстерше над которой они с Викторией постоянно подшучивали.       Неужели это любовь? Но разве такой человек, как Нейтан может что-то говорить о любви, ведь он не знает, что это такое на самом деле? И вообще имеет ли он на это право?                     

      

«Жизнь непредсказуемая штука, что в один момент может настолько всё круто поменяться, о чем ты даже никогда бы и не подумал».

                           Неужели на этом всё? Таков будет его конец?              Макс с трудом приподняла голубые глаза, в которых не осталось ничего. Только пустота. Абсолютная пустота из-за всего пережитого. Как бы вначале своей борьбы со злом она не пыталась быть сильной, как бы она не пыталась исправить положение, дальнейший расклад был всё хуже. Макс Колфилд – самая настоящая неудачница, которая слишком заигралась в детектива. Которая свято верила, что она восемнадцатилетняя студентка чего-то стоит. На самом деле она уже давно поняла, что истинное зло, которое привело жизнь к такому результату — это она сама. —Где Нейтан? — неуловимо тихо спросила Колфилд, смотря куда-то в даль, ведь самого Марка она не видела. Он оказался прямо перед ней, приподняв аккуратно указательным пальцем подбородок. Джефферсон заглянул прямо в её глаза, пытаясь что-то рассмотреть, но даже он сам не мог понять, что именно. — Даже в таком состоянии ты пытаешься узнать где он…Неужто этот несносный мальчишка так сильно запал тебе в сердце? — губы Марка расплылись в улыбке полной отвращения. Наконец Макс смогла рассмотреть его до боли тошнотворный образ. — Где. Нейтан? — её голос стал более требовательный, с хрипотцой, от чего у Джефферсона вылетел смешок. Он бросил подбородок Макс и отошёл, попутно обдумывая её отношение к Прескотту. —Знаешь Макс, в таком случае тебе лучше вообще не знать где он, — он сделал продолжительную паузу, ожидая хоть какой-то реакции, но её не последовало. — Неужели ты до сих пор ничего не поняла, Максин? — Джефферсон устремился прямо на неё.       Растрёпанные волосы упали на глаза прикрывая их. Девушка опустила голову ещё ниже, дабы скрыть своё измученное бледное лицо практически полностью. Но Марка это ни капельки не смутило. Мужчина снова подошёл к ней и присел, дабы встретить её взгляд, дабы зайти в самое нутро и уничтожить его. —Спрошу ещё раз. Неужели ты до сих пор ничего не поняла? Неужели ты думала, что добро в реальной жизни сможет победить? Или обычная маленькая овечка сможет обхитрить льва? Никогда бы не подумал, что ты настолько глупа, Макс. Ты была для меня особенной, не такой как все. С необычным взглядом на мир полностью пропитанным невинностью, без капли пошлости и похоти. Ты мне нравилась, Максин. В самом начале я не хотел доставлять тебе столько же боли сколько и другим девушкам, но ты не оставила мне выбора. Если бы кто-то не совал свой нос куда не следует всего этого бы не произошло. Понимаешь? Это твоя вина в том, что всё так обернулось. Ты во всём виновата, — Последняя фраза отголоском проносилась в сознании Макс, задевая остатки живого в её душе. От чего Марк самодовольно хмыкнул. — Ты даже не представляешь насколько приятно видеть, как ты ломаешь других людей, — не было понятно кому были обращены эти слова, к Макс или же самому себе.       Только сейчас девушка набралась в себе сил оглянуться по сторонам. Вокруг было абсолютно чисто. Не было ни тела Хлои, ни её крови. За время бессознательного состояния Макс, Джефферсон успел не только поиздеваться над ней самой, но и успел избавиться от тела её подруги.

«Сколько прошло времени?»

—Насчёт Нейтана…Я давно думал избавиться от него, думал, что этот щенок снюхался с тобой, — он опять усмехнулся. — Но как видишь он доказал мне обратное. Наверное, в таком случае лучше бы он был для тебя мёртв, ведь так, Максин? Колфилд не понимающе дёрнула головой, зрачки расширились, а кожа покрылась холодными мурашками. Один её взгляд задавал вопрос: «К чему ты клонишь?». —Больно осознавать, что человек, которому ты доверяешь на самом деле был хамелеоном, который в конечном итоге предал тебя. Это он заманил тебя в мою ловушку, правда я не рассчитывал на то, что с тобой будет эта панкушка. В мои планы не входило избавляться от неё, но одним человеком меньше, ладно. Тем более она давно должна гнить в сырой земле вместе со своей шлюшкой Рейчел Эмбер. От таких всё равно никакой пользы. — Закрой свой рот, ублюдок! — она срывалась на крик, если бы руки не были связаны Макс точно бы ударила чем-нибудь этого психопата. Тяжелый ком застрял посреди горла девушки, который было просто невозможно сглотнуть. Отрицание…было только отрицание того, что происходит. В голове Колфилд просто не укладывалось всё это.

« Наверное, я скоро сойду с ума. Или уже...».

      Джефферсон обернулся в сторону прохода и крикнул: —Ну же мальчик мой, выйди сюда, не стой как не родной. Поздоровайся с нашей пленницей, — а в глазах этого дьявола забегали яркие чёртики. Как же его забавляла вся эта ситуация.       Раздались еле уловимые шаги и показался красный цвет…Тот самый красный, который Макс увидела бы даже, будучи полностью ослепшей. Тот самый красный, который не выходил из её головы ни на секунду. Тот самый красный, который она хотела больше всего спасти.

«Что ты сказала?»

«Я?»

«А Хлоя? Разве не ради нашей подруги ты терпела всё это, а ради этого подонка? Поэтому она мертва, а ты ничего не хочешь сделать?»

«Что я могу сделать, а? У меня нет больше сил!»

«Бесполезная эгоистка! Бесполезная эгоистка! Эгоистка!»

«СДОХНИ ТЫ!!!»

      Макс с силой стиснула зубы, дабы заглушить этот голос — оглушающий и добивающий остатки её здравого разума. Внутри что-то стянулось до боли, заставив проскулить, как маленький щенок. Она подняла на Нейтана взгляд, всматриваясь в каждую частичку его тела — в красные от слёз глаза, в поджатые от боли губы и стиснутые зубы, а ещё в нервно дёрганные движения. Он был на грани, так же, как и она сама.        — Вот твой Нейтан, жив-здоров в отличие от тебя и твоих подруг. Ладно не совсем здоров, но всё же… Джефферсон сделал пару шагов в сторону от этих двоих. —Так уж и быть дам вам поговорить напоследок, я ведь не какой-то изверг. Фотографии я сделал, Макс мне больше не нужна. Поэтому у вас несколько минут, Нейтан, — с этими словами он вышел из этой комнаты. Как только силуэт Джефферсона скрылся в другой комнате, Нейтан рухнул к ногам Макс. —Прости меня, — он уткнулся в её колени. Горькие слёзы с каждой новой каплей оставляли всё больше следов на её джинсах. —Почему? — она сделала продолжительную паузу. —За что ты так поступил с Хлоей и со мной?       Но Нейтан продолжал молчать. Брови Колфилд изогнулись в болезненной дуге. Она повторяла свой вопрос, каждый раз повышая тон и постепенно переходя на крик, требуя немедленного ответа. —Так было нужно, Макс... Прошу потерпи ещё чуть-чуть. Клянусь ты выйдешь отсюда живой чего бы мне это не стоило, — парень шептал неуловимо тихо. Зрачки Макс расширились, в её голову не приходило понимание того, для чего он всё это сделал — для чего он предал её и дал убить Хлою. —Я всё равно ничего не понимаю, Нейтан. Зачем? — сквозь слёзы проскулила она. Нейтан наконец-то поднял свой безжизненный и красный взгляд. — Я хочу спасти ТЕБЯ, — он сделал большой акцент на последнем слове. —И для меня не важно, чем или же кем я пожертвую и что в итоге будет со мной. Нейтан всматривался в небесно-голубые глаза Макс. И ведь он мог позволить себе всё: дорогая одежда, машина, техника, наркотики и тд. Но единственное чего бы ему хотелось получить в этой жизни — никогда не купить. Всё что он желал на данный момент — это голубое небо, что скрывалось в этих прекрасных глазах, и чтобы это небо смотрело только на него. Зубы стиснулись от осознания реальности и от боли того, что фантазии никогда не станут явью. Но может быть хотя бы в следующей жизни ему удастся с ней встретиться не в таких обстоятельствах и построить счастливое будущее. —Люблю тебя…—он снова упал к ней в ноги. — Прости меня за то, что так поступил с тобой в ту ночь. Ты мой ангел, все минуты что я провёл с тобой были для меня невероятным счастьем. За всю мою жизнь никто не одаривал меня такой теплотой и заботой, как ты Макс. Даже если ты не поверишь моим словам из-за того, что я псих, но эти слова идут из моего сердца. Сердца, которое разбивали на тысячу и миллион осколков, каждый человек которого я пускал в него. А ты спасла меня, — Прескотт улыбнулся через всю боль, что была в его душе. Эта боль смешивалась с счастьем, потому что рядом с ним всё-таки появился тот человек, который ради него рисковал своей жизнью и был всегда честен. Макс всё больше начала терять связь с реальностью. Слова, сказанные Нейтаном били словно молотом по голове. Она смотрела на него, не отрываясь; хотелось плакать, кричать, биться об пол, а точнее убиться. У неё уже не было каких-либо моральных сил выносить всё это. Макс осознавала свои чувства к Прескотту, но разумом понимала, что эти чувства больны и неправильны, ведь никакого будущего у них нет! И быть не может! —Нейтан…— протянула она, тяжело закрывая веки, дабы сдержать наступающие слёзы. Он нежно коснулся своей холодной ладонью её щеки. —Ничего не говори, — в его взгляде читалась обреченная нежность. Послышались шаги Марка. — Я решил дать тебе выбор, Нейтан — убить её пистолетом или с помощью дозы? — в одной руке сжимался пистолет, а в другой шприц с наркотиком. Вгляд Марка был похож на хищника, наблюдающего за своей добычей. Его бровь недовольно изогнулась, потому что Прескотт не давал ответа. —Тц! Раз так тогда я сам выберу, — положив пистолет в карман, он направился к девушке, но Нейтан преградил дорогу. —Уйди, — прошипел Джефферсон. —Мистер Джефферсон, рано ещё, — пытался он любым способом тянуть время, но все было бесполезно, тем самым парень разжигал в нём ярость ещё сильнее. —Если ты сейчас не отойдёшь — будешь первым, — он направил на него дуло пистолета, но Нейтан оставался непреклонным. Больше своей смерти — он боялся смерти Макс.

—«Ну же, Дэвид Медсен, скорее!»

      В эту же минуту в дверном проёме показался Дэвид Мэдсен, аккуратно и медленно осматривающий обстановку. Увидев Джефферсона, он направил свой пистолет прямо на него. Джефферсон дёрнул своё оружие, с Нейтана он перевел курок на Мэдсена. —Ах, ты ж сука, когда успел? — выругался Марк. Нейтан решил воспользоваться моментом и освободить Макс из плена, но как вдруг — шальная пуля Марка— проскочила сквозь его руку. Перед глазами плыла белая пелена, боль сразила его до самых кончиков волос. Ноги пошатнулись, он пытался удержать равновесие, но давалось это очень тяжело. Обхватив рукой своё плечо, на руке чётко ощущалось что-то очень горячее — алая кровь. После чего сознание постепенно покидало блондина, окружающий мир становился темнее. —Нейтан!!!— слёзно кричала Макс, искренне переживающая за своего возлюбленного. Она пыталась изо всех сил выбраться с этого чёртово стула, но все попытки не увенчались успехом, как бы не силилась. Мэдсен не медлил, потому выпустил сразу несколько пуль прямо в руку и ногу Марка. Он с грохотом рухнул на холодный кафель. Дэвид подбежал к Макс, дабы освободить её. —Боже, Макс, бедная, — на глазах поступили слёзы. — Сколько же ты пережила тут… —Дэвид, нужно помочь Нейтану пока не поздно…— и только она попыталась подняться, как тут же тело обмякло прямо в руках бывшего ветерана войны. Макс была слишком слаба, что даже не в состоянии была сделать единственный шаг.       Голова шла кругом, картинки плыли одна за другой постепенно, искажая реальность. Свет в глаза затухал, пока тьма не овладела девушкой полностью. Голоса ощущались всё дальше. Колфилд уже не слышала, что говорил ей Дэвид и как пытался привести её в чувства. И то как залетели в бункер полицейские, связавшие раненого бывшего любимого учителя, для Максин так же остались неувиденной историей.

«Хлоя»…

«Нейтан»…

«Не уходите. Не оставляйте меня».