Забытые воспоминания лета 1979

      — И как долго Гарри и Рон будут увлечены ловлей лже-преступника? – переминаясь с одной ноги на другую из-за холода буркнула Гермиона, сильнее укутываясь в пальто.       Коукворт встретил их с бо́льшим недовольством, чем в первый раз, щедро одаряя холодным ветром, а снежинки небольшого размера впивались в нежную кожу, обладательница которых краснела и шмыгала носиком.       — Достаточно долго, думаю, – отозвалась Джинни, пока рыжие локоны развивал ветер. — Гарри через чур эмоционально отреагировал в тот раз, потому лучше что его сей раз не видать.       — Гарри всегда эмоциональный, – констатировала факты Луна, чем послужила смех Уизли и Грейнджер.       — Какова вероятностью нашей правоты?       — М... – Гермиона отвела взгляд в сторону. — Я так думаю, нулевая.       — Чего? – воскликнула Джинни. — Почему такая неуверенность?       — Верить снам – глупо. Даже если всё казалось таким реалистичным. Хорошо, мы бывали у Блэйков. Какой цвет волос у них? Хотя определять по цвету волос тоже неразумно.       Грейнджер вспомнила третий курс, на котором Трелони в самой ужаснейшей форме сказала, что у мисс Всезнайки не получается выйти за пределы разума и дать волю внутреннему я.        — Я же говорила... блондинка Джиллиан и брюнет Реджинальд.       Раздражение.       — В том сне Джиллиан оказалась Лукрецией. Да и разве не объясняет отсутствие способности к магии, но доступа к магическому миру её волшебную сущность?       — Сформулируй мысль. Я тебя не поняла.       — Я говорю она соврала.       — «Верить снам - глупо», – пискнула Луна. — Но можно просто напросто проверить ещё раз. Думаю они не будут против.       — В прошлый раз мне показалось, что они вздохнули с облегчением, когда мы покинули их. Гермиона, мы точно готовы это сделать? – переспросила Джинни.       — Да.       Весело, на дрожащих ногах, девочки как-то дошли до дома, на сей раз не медля и не избегая встречи с судьбой. Бегом подойдя ближе к двери, Джинни настоятельно постучала.       Отворилась дверь, показалась сонная Офелия в рождественской пижаме. Озадаченно глядя на сокурсниц, она поджала губы, тем не менее не прогоняла их, не вымолвив ни одного слова.       — Привет, Офелия, хотелось бы поговорить с Лукрецией Паркер и с мистером Тайлером.       — Вам стоит угомониться и готовиться к ЖАБА, а не искать выдуманных людей, – колко заметила Блэйк, прежде всего вспоминая нелепую сцену с кольцом и озабоченной Гермионой.       — Пойми, следовать за призраками нелёгкое бремя, а шаг отделяющий нас от разгадке — порог этого дома. Будь добра, Офелия, пусти нас к себе, – более настойчиво и твёрже пояснила Луна, которая отличалась размеренным и тихим темпом голоса.       — Вам это не кажется абсурдным?       — О, нет, не кажется.

***

      — Иначе говоря, Вы смеете утверждать, что никаких Блэков никогда не знали?       — Я повторяю это сотый раз — нет! Понятия не имею почему именно мы вдруг превратились в подозреваемых! - с горечью вздохнула Джиллиан, нервно перебирая золотые локоны. — Если бы не ваша бумага с красной министерской печатью я бы даже не пустила вас сюда, имейте ввиду.       — Понимаете, Ваше признание очень важно для нас... для Гарри Поттера, всего магического мира. Короче говоря, Вам стоит сейчас же признаться во всем. Конечно и в таком плане Вас и Вашего не будут отправлять куда-то насильно, но надеюсь у Вас сложилось понимание всей нашей ситуацией.       — Еще раз: кем Вы приходитесь Регулусу и Лилиан?       — Джейн-Лилиан, - замолчала Гермиона, нахмурившись. Первое осознание: она и вправду чужая для Джейн-Лилиан, а второе то, что упоминание о женщине было в прошлом. Подростки обращались к ним как Блэки, а имена редко упоминали. Тем более Лилиан. Её никто здесь так не называл. — тётя Джинни. А Регулус Блэк дядя Гарри.       — Я даже не слышала ни разу таких имён за двадцать лет.       — Потому что они сменили за последние двадцать лет имена, мисс Лукреция, не так ли?       Блондинка, ледяными глазами посмотрела ровно на Гермиону, игнорируя Луну и Джинни. Грейнджер стойко сопротивлялась холодному взгляду Паркер. Может и не Паркер.       — Лилиан такая глупенькая. Вы ведь её нашли по омуту? – девушки оглянулись между собой, кивая. — Конечно так и есть. Офелия, позови своих родителей, пусть не будут прятаться от подростков. Дети малые.       — Вы думали нас можно так провести? – скорее оскорблено заметила Уизли, но задорный голос был вне себя от радости.       — Мы не учли то, что они тоже были подростками, когда устроили это.       — А они сейчас далеко?       — Да, есть такое немного, но Офелия справиться. Чевиот-Хиллс не так далеко, в самом деле.       С грохотом появившиеся Блэки в гостиной чутка испугали Луну, хоть та и отличалась спокойствием. Те, кто появились, сейчас было более похожи на Джейн-Лилиан и Регулуса и сейчас дело не в волосах, а во внешности, которое, казалось бы, не поменялось сквозь года.       — Ты сумела трансгрессировать с двумя взрослыми людьми? – выпалила Джинни.       — Да, – кратко ответила Офелия, будто это не удивительное явление.       — Но мы же не смогли нормально поучиться трансгрессии. То есть.. школьная программа до этого не доходила, ты не боялась, что их может расщепить? – засыпала вопросами Грейнджер, ведь это и вправду было очень редкая возможность для волшебников.       К этому волшебники приходили несколько лет так точно. Гермиона удивилась, ведь было ясно, что Блэйки лишены некоторых привилегий, в том числе обучать детей волшебству с ранних лет.       — Добро пожаловать. Всё таки сумели найти нас? — Здравствуйте. Разумеется. Разве это было не очевидно? — Крайне очевидно, да, после находки медальона можно было бы и сдаться, ты ведь так считаешь, Уизли? Джинни нехотя кивнула. Гермиона напряглась при виде Джейн-Лилиан. Взгляд голубых глаз проскользнул сквозь неё, останавливаясь на Луне. — Приятно наконец тебя увидеть, Луна, – протянула руку женщина, искренне улыбаясь дочери давней подруги. — Ты очень похожа на Дору.       — Я знаю, мне папа так часто говорит.

***

      — Вы всё это время были в Чевиот-Хиллс?       — Да, ты очень догадлива. Надеюсь, вас барьер не сильно задел...       — Барьер? Какой такой барьер? Джейн-Лилиан и Регулус переглянулись, молча поджимая губы. Женщине не особо понравилось то, что чары рассеялись так быстро, ведь юнешеский твердил, что она в восемнадцать смогла установить нечто иное, но как оказалось... купол испарился!       — Я наложила его двадцать лет назад, но не может быть, чтобы он исчез. Чары невидимости и они работают как маггло-отталкивающие. Но в отличии от того заклинания, никто не может войти в дом кроме Блэков. Вся чета здесь, если только... Андромеда или Дора были с вами?       — Нет, разве родство Джинни с вами не считается..? - Регулус помотал головой.       — Родство тётушки Седреллы и между ней слишком далеко. Для этого нужно было быть обязательно Блэком. Меда могла туда войти при всем желании, Дора возможно, не факт.       — Ради этого я и взяла его фамилию, получается были недочёты, – с некой досадой воскликнула Джейн,       — Нет, не были. Разве Гермиона не Ваше отражение?       — С чего бы? Почему ты так считаешь, Лавгуд?       — Нити судьбы оборваны на две части, образующие нелёгкую одну судьбу, сплетённые воедино. По ту сторону зеркала происходит нечто иное, чем в нашем мире. Зазеркалье - особое место, – размеренным тоном пояснила Луна, взяв ладонь женщины к себе и чертя уродливо затянувшийся шрам вдоль. Право, линии на её внутренней стороне ладони были разделены на два шрамом.       — Мне было приятнее думать, что другой конец - Регулус, и мы созданы друг для друга, нежели додумывать не весть что. Ссылаясь на что ты заявляешь о своей правоте? Удовольствия особого глупые задумки не приносят, так ведь?       — Разумеется. Совпадение конца и начала жизни, после некоторые ситуации, в которые входят разгадка горного домика вблизи Шотландии, – Грейнджер констатировала факт, опять же.       — Да, более чем логично то, что... наверное, в Гермионе есть частичка Вашей души, – закончив начатое хмыкнула Луна, переглядываясь с ошеломлённой подругой. Та сразу стала отрицать, ведь это - чушь!       — Луна, прекрати, это за гранью возможного. Перерождение - глупо.       — О да, действительно, учитывая, что моя жена не умерла, – с особым скептицизмом заметил Регулус Блэк, обойдя тройку девушек сомневающимся взглядом.       — Необязательно покидать мир, достаточно выйти за грани, отпуская всё живое. Это было эффектом, – с разочарованием выдохнула Джейн-Лилиан, жалея, что поблизости нет её палочки. — У кого-то есть палочка с сердечным жилом дракона?       Все помотали головой.       — Не беда, думаю, Офелия, твоя палочка ничем не уступает той сердцевине, да? – девушка протянула матери предмет длиною в 12 дюймов, который показался кривым и с узорами по всей длине, а рукоятка была выражена подобно трости. — Она из кипариса, я склонна думать, что данная палочка справиться с простыми заклятиями, связанными напрямую с волшебником.       Гостьи, смотря, как миссис Блэйк, вернее Блэк, придерживая палочку у виска что-то шептала, ждали дальнейших действий.       За палочкой последовала невесомая серая струя, который они видели в воспоминаниях Пандоры Лавгуд. Сосуда, тем более омута памяти, здесь не было, но ни Регулуса, ни Джейн-Лилиан это не смущало.       Дымка рассеялась когда палочка была поднята вверх. Некогда светлая комната превратилась в тёмное маленькое помещение без освещение - лишь пару свечек и молодая Джейн-Лилиан, чьи руки не перестанно дрожали, но она схватила кинжал и провела по левой ладони. У линии рассечения образовалась тонкая струйка алой крови, которая капала на старый деревянный пол. Расчерченные на полу руны засветились белым светом, освещая комнату и стало видно старую мебель, покрытую пылью, а также пару коробок. Девушка посмотрела на руку и отбросила кинжал. В ту же секунду её плечи осунулись и та упала с грохотом. Последовала тишина. Свечи затухли, а дыхание становилось реже.       Спустя мгновение открылось вход в чулан и вошёл некий парень, быстро среагировав на Блэк без сознания. Он быстро подошёл и стал будить её когда ощупал пульс - еле заметный, но внятный. Голубые глаза резко приоткрылись, а Джейн почувствовала свое тело, потеряв чувство невесомости. Она задышала рваными вдохами, грудь вздымалась и та стеклянными глазами посмотрела на стёртые руны, оглядывая пол и руку, с которой кровь перестала капать.       — Спасибо, Сириус... – одними губами прошептала, опираясь рассеченной ладонью о пол и привстав.       — И что это было, Джейн? – встал с корточек, поджимая губы.       — Ритуал. Живого скрывает в вечном мире мертвецов.       — Интересно, но мне кажется за такую практику тебе не поставят Превосходно по рунам, – всё же подал руку Сириус, придерживая её. — Это из-за того что я тебе рассказал о гобелене? Ты уверена что сработало?       — Мм, я успела заключить договор.       — Что ты отдала взамен?       — Ты знаешь, – кивает и качает головой. Сириусу не понравился её ответ.       Присутствующие ранее в комнате девушки удивились. Во многом из-за Сириуса, кого быть не должно.       — Это спустя неделю после того как Регулус скрылся. За неделю до моей смерти. Ритуал, который...       — Скрывает живого, – закончила Гермиона, глядя в голубые глаза.       — Верно. Это в поместье на юге Лондона. Имение Паркеров, которое мы использовали какое-то время пока не перебрались в Коукворт. Сириус тут потому что помог нам в пещере.       — Стой..-те, какая пещера? Та самая? – озадаченно сказала Джинни, хмурясь. С кивком её лицо ещё больше изумилось. — Как это всё?       — Это скучно рассказывать, думаю после этой главы последует отдельная работа теперь уже от моего лица, где я всё расскажу. Гермиона многого не знает, впрочем как и вы. Пока что. Троица девчат понимающе кивнули и принялась слушать дальше.       — В кратце, он спас, после рассказал про то что гобелен очень умён и нельзя обмануть, сымитировав смерть. Этот ритуал работал как мантия-невидимка и скрывало от смерти. Вот так и работало. А во время ритуала я допустила ошибку. Одна руна была... неправильна, из-за чего я и отключилась, но благо Сириус был рядом и помог. Однако, таким образом он принял участие в ещё не законченном ритуале. Моя душа освободилась, раскололась и скорее поселилась в Гермиона, что конечно меня беспокоит. Вдобавок, Сириус и я были связаны нитями. Ощущения друг друга. Он скрылся за занавесом в июне 96 года. Я пошла за ним. Скорее меня вынудили эти демоны.       — Теперь Сириус хотя бы рядом, – как бы между причем вставил Регулус, улыбаясь им.       — Он жив? Но он ведь.. за занавес.. я.. мы видели это своими глазами!       — Я же говорю, мне пришлось идти за ним. Нет, не в министерстве, Луна, а в ту сторону портала. Правда Сириус немного потрёпанный и очень слаб. Его магические способности, имею ввиду.       — Он чувствует себя отлично, только голову отшибло.       — Не может быть! Как же Гарри обрадуется! – Джейн кивнула Джиневре и протянула Офелии палочку обратно.

***

Запись №18: После этой встречи минуло пару недель. Гарри уже успел наладить дела, до этого вдоволь поговорив с Регулусом, а затем и с Сириусом. Позже они говорили все вместе, но Сириус был крайне рассеян, как и подобает человеку с весомой стадией амнезии. Среди полок библиотеки я, Джинни и Луна нашли впускные альбомы. Там много фотографий с дней выпуска и беззаботных мгновений. Увидев выпуск '78 года Сириус по кускам собрал самого себя, также взглянув и в омут памяти, которое, как оказалось, хранило и его воспоминания, но самые страшные и потаённые. Теперь Блэйки официально Блэки, чему портрет Вальбурги безмерно рада. Однако предполагаю что они, чета Блэк, не заинтересованы в женитьбе дети, не говоря уж и про чистокровные союзы. Скоро близится выпуск, миссис Блэк, то есть... Джейн-Лилиан пригласила меня поработать с ней в мастерской, но я учтиво отказалась, ведь хочу работать в министерстве и к 2000 году иметь хоть какой-то статус. В Хогвартсе хорошо, но непривычно. Я больше не ощущаю этой боли в голове и не вижу в зеркало чужое лицо. Всё встало на места.