Телефонное утро. Разговоры.
14 июля 2022 г., 14:02
Маша сосредоточенно делала снимки страниц альбома, чтобы отослать их дяде, а Трегубов, посматривая на неё, пересылал видео её брату. Виктор оказался парнем весьма конкретным. Они коротко познакомились, он засыпал Юрия миллионом вопросов и сказал, что к вечеру пересмотрит все сообщения и скажет, что к чему. Майору он понравился. Лёгкий в общении, без закидонов и прямолинейный. Это Трегубову особенно нравилось. Мария переслала последнюю фотографию и принялась строчить что-то, периодически заправляя непослушный локон, который никак не желал лежать правильно, за ухо. Юрий решил, что эту женщину создали, чтобы его пытать. Медленно, мучительно и ежедневно. Танталовы муки, ей-богу.
— Всё, — сказала Юрина мучительница и отложила телефон с довольной улыбкой. — Дядя вечером пришлёт нам результат.
Встретившись взглядом с Юрием, Маша немедленно засмущалась, но неожиданно для себя самой (новой и вовсе не мороженной, вы помните) не покраснела, а подошла ближе и села к нему на колени, обнимая за шею и поглаживая по голове. Трегубов замер и решил, что муки его, оказывается, до этого момента муками не были. Так просто — мытарства для разгона.
— Скажи, — решил он отвлечься, — у тебя все в семье такие удивительно разносторонние личности? Я поражён такому широкому спектру умений. Твоих, в первую очередь, но и твоих родных!
Маша улыбнулась.
— Перечислять можно долго, — ответила она, разглядывая Трегубова (ей очень нравилось то, что она видела). — У нас есть пианисты, художники, писатели, историки, математики, виноделы, доктора всех мастей, полицейские, программисты и аналитики. Я девушка со связями, если можно так сказать!
Юра рассмеялся и, не удержавшись, поцеловал её. Невозможно смотреть в ослепительные искры александрита и просто ничего не делать. Её затылок лёг аккурат в его ладонь, сладковатое мятное дыхание коснулось губ, и он её поцеловал.
— Никаких сил нет, — жалобно сказала Маша, когда они осознали, что кислород — вещество незаменимое, и оторвались друг от друга.
— Нет, — согласился Юра, с сожалением пригладил взъерошенные Машины кудри и пересадил её со своих колен на стул рядом. — Так, — вздохнул он. — Нужно позвонить Васютину и ехать уже домой.
— А мы можем? — пискнула Мария и заставила себя не смотреть на Юрины пальцы на потертых джинсах. Они пагубно на неё действовали. Тлетворно, можно сказать. Кто бы мог такое от неё ждать?
— Почему нет? — пожал плечами Юра. — Следили за нами СКР. Если был еще кто-то, то он пока не проявился. Нам нужен нормальный душ, комфорт и вообще — свобода передвижения. Я никому ничего плохого не делал, чтобы как крыса сидеть во Вдовьем Яре. Пусть и с боезапасом.
— Хорошо! — согласилась Мария, которая никак не могла унять сердцебиение. Желание снова увидеть Трегубова без джинсов и футболки так и подначивало её закрыть глаза на все препятствия и поддаться неизвестно откуда взявшейся падшей стороне своей натуры. — А откуда у Юли боезапас?
— Она сказала, что есть у неё один товарищ, от мамы, который её снабдил всем необходимым.
— Мммм, — хмыкнула Маша, думая о том, что знакомства у матери Юры весьма и весьма любопытные.
— Ага, — ответил Юра и достал телефон. — Вот и я так думаю.
Он набрал номер, но не Васютина, а другого человека. Цифры он нашел в Юлиных записях.
— Слушаю, — раздался в трубке хрипловатый низкий голос.
— Господин Апполонов? — спросил Трегубов.
— Да, это я, — ответил мужчина, помолчав. — А я, если не ошибаюсь, говорю с сыном Николая Фёдоровича Трегубова?
— Да, — удивленно ответил Юрий.
— Я недавно говорил с вашей сестрой, видимо, пришло время и с вами побеседовать. Вы могли бы приехать сегодня ко мне?
— Да, адрес у меня есть, — сказал Юра.
— Вот и отлично, я буду вас ждать, — сказал мужчина и положил трубку.
