Я пришёл тебя похитить.

Это был холодный зимний вечер. Эдгар как обычно возвращался домой с работы, но кто-то перегородил ему путь. Силуэт был того же роста что и он сам, вот только атмосфера от него исходила странная… Что-то вроде эгоистичного, недоверчивого человека с довольно жёсткими намерениями. Однако Эдгар не был напуган, в его жизни всегда встречались те ещё мрази, но это неважно. Эдгар чувствовал давящий взгляд со стороны того человека, но ничего не сказал. Незнакомец наконец прервал тишину: — Ты тот самый Эдгар да? Его голос был неожиданно приятен, но по интонации был понятен злой умысел. — Что ты имеешь в виду? Эдгар был насторожен, но отступать он не собирался. Что-то в этом человеке заставляло побыть с ним подольше. Быть может во всём виноват его презрительный, холодный голос; а может это просто жажда приключений, новых знакомств, коих в жизни Эдгара мизерное количество. — Ты из клана Орочи, так ведь? В его голосе всё чётче прослеживалась та злость, что исходит от ребёнка у которого отобрали игрушку. — Я — Эдгар Классический, — представился незнакомец, кладя руку на сердце. — Позволь объяснить, зачем я здесь. — продолжил парень. Он рассказал Эдгару, что в Classic County он приемник на престол, но ещё до его рождения, родители договорились женить парня на наследнике соседней страны. — Неприятно это говорить, но ты — мой жених. — устало выдохнул Классик, делая вид что он тут не при делах. Эдгар, оглядываясь на свою биографию, мало верил его словам, однако, он бы не стал упускать возможности выйти замуж за наследника престола. — Пха-ха-ха! Серьёзно? Ты — и наследник? — но убедиться стоило. Парень нахмурился. По нему было видно, что его это оскорбило, но дабы подтвердить свои слова, он достал из-под одежды медальон, висевший на его укрытой шарфом шее. Он был прямоугольной формы, из серебра. На нём было выгравировано изображение герба Классических Эдгаров: скрещённые шарфы, над которыми возвышалось всевидещее око. Это семейная реликвия, что носят только принадлежащие к царской семье. Она была не в лучшем состоянии: везде были заметны некоторые потёртости, вмятины но от этого она не отличалась в величии; скорее даже превышала, однако цепь на которой она висела была относительно новой. Азиат приблизился, чтобы рассмотреть гордость семьи Классиков, и, возможно показать себя знатоком. — Хорошо, и что дальше? — хоть снаружи Эдгар был спокоен и безразличен к ситуации, внутри он визжал как маленькая девочка при виде пейтона. — Я собираюсь тебя похитить. — уверенно произнёс Классик, пряча подвеску под одежду. Однако слишком быстро уезжать навредило бы их отношениям. — В смысле? Разве нам не нужно узнать друг друга получше? — ну и очаровать его тоже неплохая идея. — Ты такой тупой. Нам нужно пожениться потому что так решили наши родители, а не потому что мы нашли общий язык. — Классик был явно раздражён, но это даже придавало ему доминантности. Его чёрные глаза поблёскивали в свете уличных фонарей, чёлка красиво уложена, нависая над глазом, не давая ему даже маленького пятнышка света. А его обветренные, тонкие губы даже не думали блестеть, но всё равно манили Орочи. «Ему должно быть, холодно» — витало в голове Эдгара, глядя на дрожащие, сжатые в кулак руки Классика, что были одеты в кожанные, беспалые перчатки. — Я настаиваю. Может, сходим ко мне? — отчаянные попытки Орочи были смехотворны, но Классик всё же согласился, естественно не за «просто так». Уже дома Орочи Эдгар выложил на стол несколько бутылок дешёвого пива, купленных по дороге, закуски от туда же, и одноразовые стаканчики. В комнате стоял стойкий запах алкоголя. Двое пьяных парней сидели друг перед другом, обсуждая какие-то незначительные вещи. Однако, один из них явно был уже в стельку. По нему было видно, он не умеет пить, но всё же ввязался в это. Классик заметил странное поведение Эдгара только после череды комплиментов в его сторону, но что делать с этим чудом не понимал. Изящные, светлые руки азиата гуляли по телу Классика, заставляя того чувствовать себя неловко. Орочи же, вероятно, получал удовольствие, наблюдая за реакцией парня, что было весомым аргументом продолжать свои деяния. Но когда терпение наследника иссякло, он не придумал ничего лучше, чем отправить пьяницу спать в его ложе. Орочи не был готов к расставанию и, ухватившись своей трясущейся от опьянения рукой за запястье Классика, промямлил нечто смущающее, но в то же время столь искреннее: — Поспи со мной… — его голос был спокойным и сонным, от чего складывалось ощущение что эти слова он говорил в мире грёз. Классик был возмущён бесстыдным поведением азиата, но говорить это пьяному было бесполезно. — Сдурел совсем?! Я кто по твоему? — крича произнёс Классик. В голове Орочи было пусто, в груди становилось жарко, а перед глазами сгущалась пелена скрывающая происходящее. — Ну же, места хватит на двоих… — парень закрыв глаза, прижался губами к руке Классика, и, свободной рукой взялся за ладонь, нежно массируя сначала её, медленно переходя к кончикам пальцев, поглаживая костяшки большим пальцем. Тот вырвался из плена горячих, ласковых рук змея, после чего строго ответил: — Я пойду спать в гостиную. На следующее утро, сидя на кухне, Орочи пытался вспомнить детали ночной посиделки с Эдгаром, но безуспешно. И вот, в комнату заходит Классик. Сонный, полу-раздетый, укутанный в плед что лежал на диване, спрашивает, где ванная. Его голос был по-утренне хриплым, темп разговора был медленным, расплывчитым; но после ответа на главный вопрос, он удалился далее по коридору. Вернувшись из ванной комнаты, Классик подсел к Эдгару надеясь, что тот угостит его утренним кофе. Орочи же, нервно смотрел по сторонам, лишь бы не словить подозрительный взгляд Эдгара. — Что ты делаешь? — уже менее хрипло спросил Классик, заглядывая в глаза Эдгару, Тот начал бегло извиняться за то, что напился до потери памяти, ему было стыдно за все поступки совершённые в нетрезвом состоянии. Классик понимал собеседника, но решил поиздеваться, поэтому рассказал всё произошедшее в немного приукрашенных деталях. Эдгар залился краской; «Что он теперь обо мне подумает?» — мелькнуло в жаркой голове. Он отчаянно опустил голову, в надежде, что Эдгар не увидит его, загнанным в угол. — Ты, видимо не так всё понял. — продолжал Классик, всё больше закапывая азиата; — Это брак по расчёту, нам не нужно делать такие вещи. — пристально глядя на него сказал Эдгар. Внезапно Орочи вскочил, притянув сонное лицо Эдгара руками, и, пристал к его сухим, но все ещё нежным, малиновым губам своими. Классик пытался вырваться из пленяющего поцелуя, но тот был неумолим, и только сильнее удерживал парня в своих руках. Классик чувствовал приятную тяготу в животе, что верно двигалась к горлу, заставляя руки тянуться к мягкому телу Эдгара, поглаживая и лаская. Орочи же стал медленно передвигать пальцы к шее своей жертвы, но в этот момент раздался свист чайника стоявший на плите. Орочи нехотя оторвался, кинув тяжёлый вздох, после чего бодро спросил на счёт кофе. Классик не отдавал отчёт своим действиям, быть может, виноват этот свежий аромат чуть влажных волос Орочи, тепло его нежных рук, которое до сих пор чувствовал Эдгар на своих щеках; а может, виноват он сам, от того что долго не выпускал пар, пока искал этого наследника. — Сегодня мы поедем в Classic County.